You will forever be mine

      В последние дни Изабелла чувствовала себя максимально комфортно. Она не имела дел с братьями, с Клаусом. Она не лезла в их разборки и просила их не трогать её. Просто потому что не хотела выбирать чью-то сторону, участвовать в убийствах и придумывать планы по тому, как сохранить гробы. — Как мистер Зальцман? — спросил спокойный Мэтт, убирая телефон в карман. — Отказался провести ночь в больнице, пока я не поменяю замок, — ответила Елена, забирая кофту из рук идущей рядом Сальваторе-младшей. — Я разговаривала с Бонни. Они с Эбби в порядке. Ты говорил с Кэролайн? — Да. Она держится. Учитывая то, как они были близки с отцом. Не знаешь, кто виновен в этих нападениях? — Нет. Шериф Форбс сказала, что подозреваемых пока нет, — трое ребят вышли на улицу, направляясь к своим машинам. Эту ночь Изабелла обещала провести с Еленой. — У тебя как дела? Мы постоянно впутываем тебя в это… — грустно и сожалеюще произнесла Гилберт. — Если честно, мне повезло. Единственное, о чем я переживаю это то, что мне завтра на работу, — все втроем они улыбнулись. Вот так выглядит жизнь нормальных подростков. А не то, что у них. — Спасибо тебе за все. Правда, — сказала Елена, останавливаясь у машины. — Будьте осторожны! — с улыбкой на лице произнес Мэтт, обнимая девушек и прощаясь. — Спасибо… — прошептала Изи ему на ухо. Обычный хороший парень, которого тоже втянули в дела жестоких вампиров. На ум бывшей вампирши пришёл тут же только один человек. Изабелла не видела Клауса после того, как он привез её домой. Они выпили немного алкоголя, поговорили о чем-то и разошлись. Несмотря на производственную травму, они хорошо провели время, наслаждаясь общением друг с другом. Они сели в холодную машину, бросая вещи на заднее сиденье. Заводя автомобиль, девочки обсуждали случившееся с Алариком. Кто-то в очередной раз напал на него, но вот только в этот раз Изи даже не думала о том, что это могут быть очередные проделки Никлауса. Наоборот, она верила, что он тут не причем. Тронувшись с места, они услышали приглушенный стук по задней части машины. Неужели сбили кого-то? — Что за? Елена быстро отстегнула ремень и вышла посмотреть. — Елена? Что там? — Никого нет… — услышанное повергло Сальваторе в ужас, она отстягивала ремень, как услышала очередной удар по машине. — Куда собралась? — Ребекка, — первородная прижала Елену к машине. — Удивлена? Ты вонзила мне кинжал в спину. Это больно, — на глазах блондинки появилась сеточка, и она была готова напасть, если бы не появившийся Элайджа Майклсон. — Элайджа, — он отбросил сестру от Гилберт. — Уходи. Хочешь что-то сказать? — Елена! — выбежала Сальваторе из машины. — Мне жаль тебя. Вас троих, — проговорила вампирша и скрылась в гуще темноты. — Элайджа… — радостно проговорила Изабелла, бросаясь к другу. Сальваторе врезалась в его грудь, обнимая и вдыхая аромат парфюма. Его ладони ложатся ей на голову, обнимая в ответ, а пальцы зарылись в её мягкие длинные волосы. Она просто была рада видеть его живым и здоровым. — Что ж. Похоже, нам есть что обсудить! — с беспокойством произнес первородный.

***

— В этом гробу была их мать. Эстер, — рассказала Елена вчерашние слова Элайджи. Она говорила на ходу, готовя завтрак для себя и Изабеллы, та лежала на диване, что-то печатая в телефоне. Но только она одна знала с кем переписывается. Улыбка не сходила с лица. — Та самая древняя ведьма? — переспросил Стефан. — Что? Разве она жива? Я думал, её сынок гибрид вырвал ей сердце тысячу лет назад! — не совсем понял Деймон, немного хмуря брови. — Не знаю. Может у нее хорошие связи среди ведьм. Элайджа сказал, что она хочет воссоединить семью. Включая Клауса. — Она должна была помочь нам убить Клауса. — Уже нет. По крайней мере, так сказал Элайджа. — Клаус не разорвал нас на куски только из-за этого гроба, — проговорил Стефан, разгуливая по комнате. Изабелла усмехнулась. — Кто-нибудь ещё чувствует, что его использовали? — Элайджа обещал, что его семья не тронет нас! — проговорила Изабелла, поднимаясь с дивана. Не успела она договорить, как раздался звонок в дверь. — Мы ему верим! — с довольным лицом прошептала двойник и направилась к двери. Но за ней никого не оказалось, кроме небольшого белого конверта, на котором каллиграфическом почерком было написано «Елена Гилберт». — Что это? — спросила младшая Сальваторе. — Приглашение. Семья Майклсон приглашает вас сегодня в 7 часов на праздничное торжество. — Кто такие Майклсоны? — с возмущенным видом спросил Стефан. — Семья первородных, — Изи знала это лучше всех. И гордилась. — Мало того, что они переехали в город, так они ещё и устраивают новоселье… — с подозрением произнес Деймон, который явно был недоволен. — Подожди. Тут ещё записка. Елена, с нетерпением жду нашего знакомства. Эстер. — Какая прелесть, мамуля хочет с тобой познакомиться, — ехидством Сальваторе младшей не занимать. Её это забавляло. — Если Эстер хочет поговорить со мной. Я должна узнать о чем! — восторженно произнесла двойник, как-будто гордилась этим. — Что за глупая идея? — спросил Деймон. Он единственный понимал, как это может быть опасно, — Она уже пыталась тебя убить. — Нет. Елена права. Этот гроб смогла открыть только Бонни. Думаю, это не просто семейное воссоединение, — выстроил свои догадки Стефан. — Мне больше нравится Стефан, которому было плевать на Елену, — данная картинка позабавила Изи, она, жуя блинчик, чуть ли не смеялась от такой картины. — Почему? Теперь ты её защищаешь! — Стефан прав, Деймон. Надо узнать, чего она хочет. — Ты не сможешь себя защитить, — ещё раз напомнил ей старший Сальваторе. — Значит я пойду с ней! — утверждающе проговорил Стефан, подходя ближе к Гилберт. — Ты уже достаточно насолил их семье. Я пойду, — он вырвал приглашение из рук Елены. — И не спорь. Изабелле больше нравилась пара Стефан-Елена. Но она видела химию между Деймоном и Гилберт, это видели все, но встревать в эти отношения она не хочет. Для неё это плохо закончится, если она будет лезть в отношения братьев, как это было с Кэтрин. Поэтому, она молча наблюдает за ними со стороны. Как считала сестра, Стефан больше подходит Елене из-за их большой связи, спокойствия и романтики. Хотя смотря на себя, она так же понимала, что яркие отношения с бешеным ритмом тоже приносят много счастья.

***

Звонок в дверь. Девушка выбежала, рассчитывая на возвращение Деймона, но к сожалению, за дверью никого не оказалось. Зато взгляд упал на подарочную коробку чёрного цвета, перевязанную бордовой лентой. Ещё раз оглядываясь по сторонам, она поняла, что нет и следа того, кто это принес. Под лентой был конверт. Точно такой же, как и получила Елена, только на нем было написано имя Изабеллы. Сердце неловко сжалось, когда та открыла конверт.

«Семья Майклсон приглашает вас сегодня в 7 часов на праздничное торжество»

В конверте было другое письмо. Написанное от руки идеально ровным каллиграфическим почерком, такой ровности девушка давно не встречала.

«Приглашаю тебя на вечер, посвящённый воссоединению моей семьи. Своим присутствием ты украсишь вечер и мою жизнь, надеюсь, окажешь мне честь и подаришь танец!

С любовью, навеки твой Клаус»

Девушка не смогла скрыть довольную улыбку. Сейчас она чувствовала себя полностью счастливой, как никогда ранее. Сердце стучало так быстро, а дар речи пропал, когда девушка сжимала лиф от платья. Оно было настолько красивым, что Изабелла побоялась его доставать из коробки. Это был её первый выход в таком виде за столь долгое время. Последний раз такое было, когда та была ещё человеком… или нет? Отказываться она не собиралась, даже если никто из её семьи и друзей не пойдёт. Раз Никлаус сам позвал её, то значит, оно того стоит и нужно идти. Время так незаметно пробежало, близился вечер, и, неспеша девушка начала собираться. Изабелла не могла подобрать причёску. Конечно, она не хочет сильно выделяться, но нужно соответствовать вечеру и не уступать остальным. Именно поэтому она завила волосы, делая шикарные кудри, а передние пряди зафиксировала на затылке при помощи жгутов живых цветов. Причёска безумно подходила к платью. Черное вечернее платье завораживает элегантностью соблазнительного кроя с полностью открытыми плечами, а лямки аккуратно и завораживающе спущены на руки. Спина пократа тонкой телесной вставкой с контрастным акцентом черных пуговиц. Лиф расшит бисером, а полупрозрачная расклешенная юбка состоит из тонкого ажура внизу и легкого фатина сверху. Высокий каблук сделал её не только ещё выше, но и куда стройнее. Знаешь ты толк в девушках, Никлаус… В этом платье она чувствовала себя настоящей принцессой. Королевой. Именно так девушки должны себя чувствовать с мужчиной. Она поспешила вниз, где её уже ждал Стефан, который согласился сопроводить её до поместья Майклсонов. Стефан смотрел на сестру удивленными глазами, так как никогда не смотрел. И дело было не в человечности. Изи знала, что брат чувствует. Чувствует все. Только так отчаянно пытается это скрыть, дабы ему больше не было так больно. Дабы не причинить боль близким. Сальваторе любовался сестрой. Он всегда был к ней привязан, всегда опекал и не давал в обиду. Оба брата всегда были рядом с сестрой, но сейчас ей было спокойнее со Стефаном, хотя тот был куда агрессивнее Деймона. — Невероятная… — прошептал вампир, подавая руку улыбающейся сестре. Глаза Стефана горели, и несмотря на все, что происходит вокруг, он был счастлив сопровождать её на мероприятие, хоть там её ждал Клаус.

***

Особняк было видно ещё на другом конце улице. Музыка доносилась даже до туда. Яркие огни освещали дом. Машины то и делали, что съезжались к поместью. Город встречал древнюю семью с распростертыми объятиями, и лишь некоторые знали настоящую причину их остановки тут. У входа стояли несколько из гибридов Клауса, которых Изабелла уже видела. Они приветливо улыбались гостям и провожали их внутрь. От волнения Сальваторе сжимала рукав пиджака брата, он аккуратно взял её за талию в качестве поддержки, пытаясь успокоить. Но она боялась совсем не людей, не гибридов или вампиров. Она боялась намерений Эстер. Ведь Клаус хладнокровно и безжалостно убил её, а потом она возвращается с добрыми намерениями. Это ненормально. Не в стиле Майклсонов. Тут скорее огромное желание отомстить Клаусу за смерть или ещё что похуже… Двери отворились, и Сальваторе попали в особняк. Масштабы сразу поразили девушку. Вкусы у Клауса потрясающие. Она знала, что весь особняк делал он, как и все убранства. Её восхищению не было предела. Особняк сиял, мраморные полы переливались на свету. Музыканты находились у стены, рядом с ними были столы с бокалами и небольшими закусками. Официанты с подносами подавали приглашённым бокалы. Изабелла только улыбнулась и взяла предложенное официантом шампанское. Покрутила в руках и проследила, как жидкость очень аккуратно крутится по кругу. Чуть побеседовав со Стефаном и выпив потрясающее шампанское, Изабелла направилась в глубь дома, оставив брата наедине с собой ждать Елену. Ей было больно смотреть на то, как он тянется к ней, а она отвергает его, ибо не разобралась в чувствах. Искать знакомые лица пришлось недолго. Сальваторе заметила Деймона, идущего в сторону Кэрол Локвуд. Она тут же подлетела к нему, хватая за локоть. Брат оглядел её с ног до головы, восхищаясь образом столь невероятной сестры. — Ты как всегда лучше всех! Она смущённо опустила взгляд, рассматривая плитку на полу. — Спасибо… — Кэрол, развлекаешься с новыми друзьями? — в голосе Сальваторе звучала саркастичность, и это вызвало смешок у его сестры, который она попыталась скрыть. — Я мэр, Деймон, — хмыкнула Локвуд, делая глоток шампанского. — Когда древнейшее семейство вампиров переезжает в твой город — я встречаю их с улыбкой. Я пытаюсь защитить город, а они заверили, что хотят мира и обещали способствовать этому. — Это так любезно с их стороны, а самое главное, что звучит бредово… — не могла не вставить свои пять копеек младшая Сальваторе. Деймон и Изабелла заметно напряглись, когда к их компании подошёл парень, которого Деймон уже видел. — Мэр Локвуд, мы не знакомы, — приятным голосом вымолвил он. — Я Кол Майклсон, — поцеловал он руку женщины. — Надеюсь, ваш чудесный город примет нас так же чудесно, как мы приняли его. — Деймон Сальваторе, — представился Деймон, протягивая руку Колу, которую тот не пожал, зато насмешливо посмотрел. — Мы знакомы? — Я со многими знаком, — ухмыльнулся он. — А ты ничем не примечателен, — грубо ответил мужчина и испарился будто его и не было. Через несколько минут Деймон растворился в толпе, завидев Елену, оставляя сестру в полном одиночестве, но долго ей скучать не пришлось. К Сальваторе спустился Элайджа. — Изабелла… — протянул мужчина, теряя дар речи, — Ты великолепно выглядишь, — обвел он её взглядом, растягивая губы в яркой улыбке. Майклсон аккуратно поцеловал руку, не сводя глаз с невероятно обворожительной девушки. — Элайджа, я так рада снова тебя видеть! — Как и я тебя. Клаус говорил, что ты придёшь, — брюнетка рассмеялась. — Он был уверен, что я приду? — О да, подруга, он весь день про тебя говорил! — послышался знакомый голос сзади. Ребекка. Девушки рассмеялись. — Я так рада тебя видеть. Без клинка… — сочувствующе добавила Сальваторе, на что первородная просто улыбнулась. — Все нормально. Элайджа посвятил меня, что ты не знала о планах двойника. Изабелла не понимала, почему эти трое первородных: Клаус, Элайджа и Ребекка так хорошо к ней относились. По сути, она их враг. Сестра врагов. Но с каждым разом смотрела на все эти взаимоотношения и понимала, что они неплохие люди, просто идут по головам для своей цели. Разве это плохо? Плохо чего-то хотеть? Её взаимоотношения с Клаусом заметили уже все. Все заметили эти взгляды, эти действия, помощь. Вот только она сама не могла разобраться в этом. Не могла понять, что между ними. Не могла понять свои чувства. Его чувства. Что между ними? Элайджа. Они сильно сблизились, пока Клаус снова его не заколол. Но он питал к ней хорошее отношение и создавалось такое впечатление, что Элайджа относится к ней, как к сестре. Он оберегал, помогал, раскрыл много тайн и загадок их семьи. Было ощущение, что они знакомы многие столетия, а не эти полгода. Обернувшись, девушка заметила того, кого хотела увидеть больше всего. Клаус. Он смотрел на неё не в силах отвести взгляд, гибрид был очарован. Всё мысли разом покинули его голову, в данный момент он думал лишь о ней… — Изи… — он оглядел её, кружа. — Ты такая красивая. Я влюбился! Сальваторе лишь широко улыбнулась такой «шутки» и ответила: — Это все твоё платье… оно великолепное. — Будь ты в пижаме, я бы все равно смотрел лишь на тебя! Девушка смущённо отвела взгляд, сталкиваясь взглядом с другим человеком. Вампиром. Он пристально наблюдал за ними, не моргая. — Кто это, Клаус? — удивленно кивнула в сторону того самого человека. — Финн. Мой ещё один брат, — гибрид закрыл собой Финна, дабы девушка смотрела только на него. Но не успела она опомнится, как ещё два брата Никлауса оказались рядом. — Прошу меня простить. Кол, — протянул парень, который уже встречался с Изи в самом начале вечера, — не успел познакомиться с Вами, когда рядом был Ваш брат. Кол очень нежно поцеловал руку девушки, стараясь вызвать ревность брата. Ему хотелось вызвать гнев Никлауса за все прошлые обиды. Челюсть Никлауса сжалась до треска, но он держал себя в руках, лишь улыбнулся на выходку младшего брата. Ведь сейчас она с ним, а не с Колом. Поэтому его попытки тщетны. — Полагаю, мы не знакомы. Финн Майклсон. — Изабелла Сальваторе. — Тогда, мы должны быть признательны твоим братьям за то, что спасли от очередных нападок Никлауса и вынули из нас клинки, — Финн пытался выдавить из себя улыбку, но у него не очень-то и получалось. Девушка чувствовала подвох в разговоре. — Все верно, — согласилась бывшая вампирша, прижимаясь к Никлаусу, который положил руку на её талию. Его хватка была властной и максимально сильной, но вовсе не грубой. Рядом с ним она наконец могла расслабиться и чувствовать себя в полной безопасности, без малейший угрозы. Клаус почувствовал её упавшее напряжение и спокойствие, победоносно улыбаясь. Не так давно Никлаус начал вызывать у Сальваторе доверие. Она знала, что тот её не тронет и не обидет. Знает, что рядом с ним она может выдохнуть спокойно, ведь ее никто не тронет. Никто не посмеет подойти к ней, когда рядом кровожадный и беспощадный убийца, способный разорвать всех на куски, и, глазом не моргнув. — Я скоро вернусь, любовь моя, — проговорил гибрид и вместе с братьями скрылся в толпе. — Прошу внимания, — проговорил голос Элайджи, а Изабелла обернулась к семье первородных, которые стояли на лестнице. — Спасибо, что пришли! Каждый раз, — продолжил он, посмотрев на Эстер, что спустилась к ним в чёрном длинном платье, — когда наша семья собирается вместе, мы начинаем вечер с танца. Такова традиция. Сегодня это очень древний вальс, так что ищите себе партнера и присоединяйтесь к нам в бальной зале! — договорил первородный и спустился к гостям. Панику наводило лишь количество народу в бальном зале, но она осталась стоять пока рядом с ней вновь не оказался Клаус. Он взял её за руку, переплетая их пальцы и выводя в сторону зала. Раз шаг. Два шаг. И они уже кружатся в танце. Изи поражало в каких властных руках находится. Его ладонь словно по привычке ложится на её талию и прижимает девушку ближе к себе. Серо-зелёные глаза сталкиваются с её голубыми. Вкладывая свою ладонь, девушка замечает, какие горячие руки у гибрида. А он все по-прежнему не может отвести от неё взгляд. — Не перестану говорить, как ты восхитительна! — Не было времени ходить по магазинам. — Я упростил тебе жизнь! В этих глазах Ник видит надежду. Надежду на что-то светлое в его жизни. На что-то хорошее. Яркое. То, чего давно не было. Кто бы мог подумать, что он будет готов пасть в ноги этой девочке? — Я думаю, ты должен знать. Эстер хочет поговорить с Еленой. Поэтому, будь начеку, — предупредила его бывшая вампирша, смотря ему в глаза. — Беспокоишься? — с ехидством поинтересовался гибрид. — Вполне возможно. Только если совсем немного, — соврала она. Но соврала так хорошо, что Клаус не мог понять, вранье это или чистейшая правда. — Я был бы счастлив, — с горечью произнес Ник, отпуская её. Обмен парами и Изабелла находится в руках старшего брата. Стефан. Его довольное лицо поразило её. Изабелла сразу поняла, что тот только что танцевал с Еленой. — Любимая сестра. Как тебе вечер? Клаус ещё не наскучил тебе? А то все вьется вокруг тебя… — Вечер потрясающий. Не наскучил, мы хорошо проводим время. Именно Стефан много лет назад учил сестру танцевать, именно поэтому они шли в идеальный такт. У них хоть и не большая разница, но именно он многому её научил и многое показал. Стефан так боялся потерять сестру, что всегда старался находится рядом, пусть и молча, не как Деймон, который все за всех решал, но рядом. Сальваторе позволял сестре самостоятельно принимать все решения, но шёл рядом для подстраховки. Снова обмен парами, и уже обескураженная Изи оказывается в руках ещё одного Майклсона. Оказывается в руках Элайджи. Он уверенно вёл её, а она так же уверенно ему подчинилась. — Великолепно танцуешь, Изабелла. — У меня был хороший учитель! — пробормотала брюнетка, кидая взгляд в сторону брата, который на тот момент танцевал с Ребеккой. Клаус, танцующий с девушкой своего раба-гибрида — Кэролайн, совершенно не был увлечен танцем с девушкой, он бросал лишь взгляды на брата и Изабеллу. Его чувства брали вверх. Он ревновал. Эти двое так гармонично смотрели вместе: оба благородные, оба готовы все, что угодно отдать за близких людей, оба упрямые. Никлаус смотрел как они от души смеялись, но все так же плавно двигались. Танец закончен. Элайджа поблагодарил Изабеллу за танец, и вместе они исчезли в толпе. Официанты разносили бокалы с шампанским, первородный взял один бокал себе, а другой протянул Сальваторе. Девушка подозрительно присмотрелась к шампанскому, а затем перевела взгляд на Елену, которая задержала долгий взгляд на бокале. Это заставило брюнетку задуматься. — Добрый вечер, — заговорила громко Эстер, стоя на вершине винтажных ступенек. — Дамы и господа! Официанты разносят шампанское, давайте все поднимем бокалы! Нет ничего приятнее, чем видеть мою семью снова вместе. Я хочу поблагодарить всех за то, что пришли в этот удивительный вечер, — продолжала говорить ведьма. — За вас! — она подняла бокал вверх, показывая, что можно наконец выпить. И действительно, все начали пить. Взгляд Елены наполнился ужасом, и Изи, встревоженная таким взглядом, начала искать в толпе Клауса. То, что та не могла его найти, вызывало лишь ещё большую панику. От такого напора девушке стало плохо, и она вышла на улицу, где заметила одиноко стоящую лошадь. Сальваторе медленно приблизилась к ней, ей хотелось погладить, но лошадь встряпинулась, не давая это сделать. Изабелла улыбнулась какой-то своей мысли и осталась просто внимательно наблюдать за спокойно стоящем животным. Неожиданно на ее плечи лёг знакомый пиджак, аромат которого заставил сразу понять, кто рядом с ней. — Любишь лошадей? — спросил Никлаус, беря кобылу за уздечко и аккуратно поглаживая, — Попробуй… — Сальваторе доверяла ему, поэтому встав рядом с ним, нежно прикоснулась к морде кобылы. — Знаешь, лошади отличаются от людей. Они верные. Мой отец преследовал меня тысячу лет… но смог лишь убить мою любимую лошадь, — глаза девушки округлились. Майкл отличался большой жестокостью к сыну, — Он отрубил ей голову в качестве… предупреждения. — А ты никогда не пробовал сесть и поговорить со своим отцом? — У нас не было хороших отношений, — с горечью в голосе ответил гибрид. Изабелла усмехнулась, всматриваясь в его серо-зеленый взгляд. Эти глаза много о чем говорили, девушке так и хотелось прочитать все, что он так хотел сказать. — У меня тоже никогда не было хороших отношений с отцом… — А мама? — обескураженно поинтересовался Никлаус. — Она умерла… когда мне было одиннадцать, — Ник взглянул на нее с вопросом почему, она прочитала это в его взгляде, — туберкулёз. — Мне жаль. Пойдём, я кое-что тебе покажу, — он взял её за руку, скрестив пальцы вместе и направился обратно в дом. Они вошли в комнату полную картин. Восторг взял вверх над Изабеллой. Столько рисунков, пейзажей, портретов. — Одно из моих увлечений. — Впечатляет. Смотрители в Лувре не пьют вербену? — отшутилась девушка. — Сами виноваты, — Ник улыбнулся. — Это ты нарисовал? — Да. Вообще-то один из моих пейзажей висит в Эрмитаже. Но кто об это знает? — его взгляд горел. Ему нравилось, что та восхищается его творчеством. — Ты была там? — Нет, — она опустила взгляд вниз. Будто жить сто шестьдесят три года и ни разу не побывать в Эрмитаже — стыдно. Хотя наверное так и было. — Я тебя свожу. Куда хочешь… — Никлаус запнулся всего на секунду. Смотрел в пылающие интересом голубые глаза и невольно залюбовался. — Рим? Париж? Токио? — они рассмеялись. — Я готов положить весь мир к твоим ногам… Клаус не закончил фразу, как его перебил грохот на улице. Очередные разборки? Первородный первый выбежал из комнаты, направляясь на звук, Изи выбежала за ним. Так и было. Деймон подрался с Колом. Что не день, так какое-то приключение. — Деймон! Ты спятил? — крикнула бывшая вампирша. — Немного. У меня и в мыслях не было создавать проблемы, — озлобленно произнес Сальваторе, смотря на Гилберт, с которой по всей видимости у него назрел конфликт, и гордой походкой удалился прочь из поместья. Конец вечера был испорчен выходкой Сальваторе и Майклсона. Но ничего не поделать. Изи помогла им проводить гостей и собиралась сама, как неожиданно со спины к ней подошёл Ник. — Я провожу тебя, — монотонно произнес первородный, помогая ей надеть его же пиджак. Это было очень благородно. Изи грела мысль, что он заботится о её здоровье. Шли до поместья Сальваторе в тишине. Каждому было, что сказать. Но на небе было миллион звёзд, и они просто любовались. Любовались небом, любовались друг другом, любовались внешними видами. Наверное, именно тогда Клаус понял, что такое настоящая нормальная жизнь. Жизнь, которую он так хочет. Именно эта девушка заставила его задуматься над тем, что он действительно хочет. По-настоящему. На пороге поместья девушка помедлила, не хотела уходить. Не хотела, чтобы этот вечер вообще заканчивался. Она впервые провела его так, как сама хотела. — Может… — она остановилась, думала стоит ли оно того. Стоит ли просить его о таком. А хочет ли он сам? — Может зайдёшь? — С радостью, любовь моя. Весь оставшийся вечер они слушали рассказы друг друга о тяжёлой жизни вампиров. О том, как тяжело было Клаусу бегать с места на место из-за преследований Майкла. О том, как Изи было тяжело принять себя вампиром, а потом как тяжело ей было привыкнуть к обычной человеческой жизни. — Так, получается, ты не хотела быть вампиром? — озадаченно спросил Клаус, откладывая пакет с кровью, который Изи принесла из запасов семьи. — Нет… но кровь Кэтрин сделала свое дело. — Твой отец тебя убил? — переспрашивал первородный. — Да. Он застрелил меня. А после Стефан убил его за это. — У нас просто ужасные родители, — усмехнулся парень. Определённо он прав. Родителей не выбирают. Но в этом была своя правда. Только если Майкл убил своих детей, дабы спасти. То Джузеппе Сальваторе убил своих детей только, потому что ему так захотелось. Он убил дочь только для того, чтобы та не лезла в его дела. Не жалела убитых братьев. И жила дальше, как ни в чем не бывало. Но у него не получилось. Он не знал, что в крови его детей уже была кровь вампира. Кэтрин все предусмотрела. Петрова специально опаивала семейство кровью, дабы в них всегда была кровь вампира. Но вот для чего она это делала до сих пор не понятно. Возможно, это было хорошо. Они живут не такую уж и плохую жизнь. — Когда-то ты мне не ответила на вопрос… — начал он, ложась рядом с ней на кровать, откуда она в темноте рассматривала звезды через окно. — Почему ты человек? Ты же была вампиром… — Я не знаю. Ведьма наложила на меня проклятье. Точнее, лишила возможности быть вампиром… — в её голосе было слышно сожаление. — Я проживу человеческую жизнь и через пятьдесят лет все равно умру. — Если ты умрёшь с кровью вампира в организме… — он не хотел продолжать. Эти слова давались ему очень тяжело, а сердце болело за боль этой девушки. — Я умру. Я все равно умру… так сказали ведьмы. В голосе было столько сожаления и горя, ее голос дрожал от слез, что Клаусу становилось так плохо. Плохо от того, что он не может помочь. Но так же он понимал, что рядом с ним, она в опасности. И если она умрёт, то он потеряет её навсегда. Сейчас ему хватает лишь обычных мимолетных взглядов. Сейчас ему хватает одного сообщения от неё утром. Ему больно. Ему очень больно.