You will forever be mine

Сальваторе проснулась полной сил и энергии, если бы не звонок телефона. На экране высветилось «Деймон», и девушка тут же закатила глаза, совсем не хотя брать трубку. Но вампирша понимала… Сальваторе не звонит просто так. Ей впервые было так спокойно на душе. Без единого намёка на переживания или опасность. Но звонок брата все нарушил. Но девушке настолько было все равно, что та, проигнорировав звонок, направилась в душ, а после вниз в гостиную, откуда послышался диалог Стефана по телефону. Что он тут делает? Он же съехал, как только сюда перебралась Елена. — Привет. Извини, знаю, что опаздываю, — брюнетка аккуратно спряталась за входом в гостиную, затаив дыхание. — Если я буду твоим другом в тяжёлые времена, тебе придётся поработать над своей пунктуальностью. У меня кризис. Ты где? — взволнованно спросила Кэролайн. Какие у них вообще отношения? Они стали слишком много времени проводить вместе. — Дома. А что? Что случилось? — Мой парень — чёртов мученик, — фыркнула Форбс. Но тут до неё резко дошло. — А почему ты дома? Разве ты не пытаешься избегать Елену? — Ее здесь нет. Деймон увезет Джереми и Бонни в дом у озера. Так что её дом снова безопасен. Послушай, Клаус рассказал мне подробности о мече охотника. Помнишь карту в татуировке Джереми? Меч расшифровывает ее. Он буквально ключ к лекарству. — Это тебе Клаус сказал? — Да. А что? — А он случайно не отдал меч на хранение? — А ты как думаешь? Что случилось? — Нам нужно сегодня же получить этот меч. Тайлер и его гибриды сегодня убьют Клауса. Опять? Изабелла закатила глаза на эту наивность. Уже пытались убить Клауса и убивали, но ничего дельного из этого не вышло. Майклсон жив и будет жить. И никакие гибриды этого не изменят. Не став слушать дальше разговор брата и его новой подружки, Сальваторе направилась наверх одеваться на очередной никому ненужный вечер. Быстро собраться не получилось, как хотелось, но зато вампирша нашла полностью подходящий наряд: атласное платье в длине миди с объемными плечами в изумрудном цвете, а на ногах чёрные шпильки. Что может быть лучше чувствовать себя хорошо в том, что надеваешь?

***

Бар Мистик-Фоллс переполнен людьми. Кого-то Изабелла видела первый раз, а кого-то видит ежедневно, как Мэтта. Он, улыбаясь, помахал девушке, и та направилась в его сторону. Её радовала, что есть хоть один человек, который не ненавидит её. Люди, узнавая, кем является Сальваторе, тут же переставали с ней общаться. А сейчас живя в городе полном вампиров, люди её не избегали, но вот некоторые из них перестали что-либо рассказывать девушке из-за её связи с Клаусом. Хотя какой связи? Клаус лишь показывал знаки внимания, но слишком явные, чтобы их не заметить. Сальваторе нравилось это. Нравилось его нахождение рядом. Нравилось чувствовать его защиту, знать, что её никто не тронет. Знать, что всегда может положиться на его плечо. Беседа с Мэттом затянулась на несколько минут, а позже тот убежал. Сквозь толпу девушка заметила Кэролайн и поспешила в её сторону. Блондинка стояла возле картины Клауса, которую он нарисовал утром специально для данного мероприятия. — Где твой кавалер? — спросила Форбс, даже не оборачиваясь. — Мой кто? — недоумевающе переспросила Сальваторе. — Клаус, — пояснила недовольная девушка, пытаясь выдавить из себя улыбку. — Он не мой кавал… — вампирша не успела договорить, как её талию охватывает чья-то сильная и крепкая рука. — Любовь моя. Взгляд гибрида меняется моментально, как только он видит девушку. В нем появляется нежность. — Пришёл украсть карамельные палочки? — Диккенс был темным человек. Он бы тебе понравился. — Красивая снежинка, — вставила Кэролайн свои «пять копеек», понимая, что на неё не обращают внимания. — Моя картина настолько очевидна? — Я серьёзно. В ней есть что-то одинокое. — Сочту за комплимент, — холодно ответил Никлаус, а после повернулся к Сальваторе. — Могу предложить тебе шампанское? Получив положительный кивок, Майклсон махнул рукой, и возле него сразу оказался официант, аккуратно держа поднос с бокалами. Он протянул один Изабелле, а та сделала небольшой глоток. — Не убей никого этим вечером, — прошептал Никлаус, нежно касаясь губами уха вампирши, от чего по телу пробежали мурашки. — Ты тоже, — выдохнула она. Она смотрела вслед уходящему Клаусу и не могла представить, как гибриды собираются его убить. А главное, за что? Клаус — их создатель. И создавались они как раз для того, чтоб подчиняться создателю. Возможно, Изи сама ничего не понимала, да и мысли её прервал звонок телефона. Елена. Девушка моментально взяла трубку. — Не получается. Я была наивна, думая, что можно влезть в голову Джереми и изменить его, — совершенно расстроено начала Гилберт. — Все получится. Не падай духом, — конечно, Изабелле самой слабо верилось в сказанные слова, но она решила поддержать двойника, пусть и не выходит. — Изи… можно личный вопрос? — Погоди, я выйду, — девушка не хотела, чтобы кто-то слышал этот разговор, поэтому поспешно вышла из бара во дворы. — Слушаю. — Кэролайн меня не понимает. Думает, что все из-за привязанности. Скажи, ты тоже считаешь, что я и… Деймон.? — голос Елены был максимально растерянный и потерянный. Ей было тяжело. Изабелла это понимала, как и понимала, как тяжело её братьям. Стефану — свыкнуться с мыслью о том, что у Елены чувства к Деймону. А Деймону — принять, что у неё привязанность. — Нет. Я так не считаю. Вампиризм лишь усиливает то, кем ты и так являешься. Если у тебя были чувства к Деймону ещё до обращения, то сейчас они усилились в разы. Тебе было бы тяжело принять это сейчас, если бы ты не знала это до того, как стала вампиром… — Сальваторе остановилась, делая глубокий вздох. — Я знаю, о чем говорю… у меня так было. — Знай, я тебя не осуждаю. Эти слова словно лезвия прошлись по ушам вампирши. Изабелле именно этих слов не хватало все это время. Она боялась осуждения семьи. Боялась признаться в том, в чем конечно же не уверена. — Спасибо, Елена. Думаю, твои чувства к Деймону настоящие. Он сам это поймёт скоро. — Спасибо. Девушки быстро распрощались. Это было нужно им обеим. Признание и уважение выбора. Никто не будет лезть и пытаться что-то решить за Елену и Изабеллу. Неожиданно в толпе Сальваторе заметила беседующих Клауса и Хейли, на талии которой лежала рука гибрида. От злости в её руке лопнул стакан. Но, к счастью, данная оплошность осталась незамеченной. Раны на руке быстро зажили и, встряхнув рукав, девушка направилась к ним. — Ты так любезно с ней беседовал, — фыркнула девушка, оказываясь за сильной спиной мужчины. — Любовь моя, перестань ревновать. Это был деловой разговор. Не более, — голос Клауса холоден и твёрд. Он оглядывался по сторонам, будто кого-то потерял. Но вскоре взгляд все-таки вернулся к вампирше, и он повторил уже куда более спокойно. — Деловой разговор. Где ты был весь день? — слышится голос Клауса куда-то за спину Изи. — Гулял. — Не играй со мной, Стефан. Ты был загадочен, Кэролайн всячески старалась быть милой, я понял, что вы хотели меня отвлечь. Тебе есть, чем со мной поделиться или мне придется заставить тебя сказать? Клаус старался быть спокойным. Его мимика не показывала всех чувств мужчины в этот момент. Но лишь одна Изабелла знала: он на грани. Его кровь закипает, а желание оторвать всем головы возрастает. — Я залез в твой сейф в поисках меча, — не стал скрывать вампир. — Зачем? — Потому что не доверяю тебе. — Я показал меч, объяснил его ценность. Я все время был на твоей стороне, чего ты еще хочешь? Секретное братское рукопожатие? Если тебе так интересно, то меч у твоей сестры. — Я нашел письма, — произнес Стефан, будто не услышал признание Майклсона. Клаус улыбнулся, что есть силы. — У тебя были друзья по переписке, — продолжает Сальваторе. — Чем хранение писем моим жертвам отличается от написания их имен на стенах? Как делал ты, потрошитель. Клаус строг. Максимально. От его голоса становится холодно. Лицо моментально меняется, как только гибрид заметил одного из своих рабов позади спины Стефана. — Одиночество, Стефан. Поэтому мы с тобой увековечили жертвы. Есть короткое мгновение перед убийством, когда мы буквально держим в руках их жизнь. А потом отнимаем ее, и у нас ничего не остается. Собирание чужих писем или написание их имен на стене — это напоминание, что в конце концов мы останемся бесконечно и совершенно одиноки. Майклсон уходит. Лишь напоследок взглянув на собеседников. Но возник вопрос. Куда пошёл Никлаус? Этого Изабелла понять не могла. Вампирша впала в жуткий ступор, когда подслушала диалог Хейли и Тайлера. Она всех обманула: не было никакого убийства Клауса, она освобождала гибридов от привязанности не просто так. Не просто так она решила приехать и помочь Тайлеру. Гибридам конец. Вот куда пошёл Клаус. — Я не знаю, как объяснить, но я заключила сделку с тем, кто поможет найти мою семью! — пыталась оправдаться волчица. — О чем ты говоришь? Какую ещё сделку? — Тайлер все еще непонимающе смотрел на неё. — Их должно быть двенадцать для жертвоприношения, Тайлер… — пояснила девушка. — Кого двенадцать? — Прости. — Хейли, что ты наделала? — Если побежишь, успеешь выбраться живым, — и Тайлер действительно побежал, что есть силы. Всё потеряно. Всем им конец.

***

Свежий душ после столь тяжёлого дня не помешал Изабелле. Ей было тяжело осознать, что произошло. Двенадцать гибридов мертвы. Кэрол Локвуд мертва. Тайлер в бегах. А Клаус непонятно где. Теперь осталось найти это несчастное лекарство и уехать навсегда из этого города. Вышла из душа она погруженная в свои мысли и совсем не знала, что делать дальше. Перед ней оказался Клаус. Его костюм, лицо, руки: все было в крови тех самых убитых гибридов. Он сидел на полу, держа в руках бутылку виски. Увидев девушку, гибрид быстро поднялся, качаясь. Его взгляд был пустой, но в том же время кричащий о помощи. — Стало легче? — спросила девушка, подойдя к Клаусу впритык, забирая бутылку алкоголя. Хватит с него. Сальваторе поставила её на комод у окна. — Нет. Ты осуждаешь меня? — Да. А может и нет. Я не знаю, Ник. Я бы поступила также. Я не знаю… — шепчет она, отворачиваясь в окну. Они предали его. Свернули не туда. Одна оплошность стоила им жизни. Он просто убил их потому, что они ошиблись, сделали один неверный выбор. Но все ошибаются, и именно это делает их живыми. — Спасибо, — так же тихо произносит Клаус. — Ты вновь спасла мне жизнь. Изабелла совершенно не знала, что сказать. Она смотрела на двор поместья, а в голове бегала тысяча мыслей. Она действительно снова спасла его. Утром, услышав разговор брата с Кэролайн, она направилась к Клаусу, чтобы сообщить об этом, а в знак доверия гибрид отдал меч ей на хранение. Он не знал, кому можно доверять, а кому нет. Но решил хоть раз в жизни попробовать кому-то довериться. А вдруг оно того стоит? Вдруг его не предадут? Первородный делал это с большим риском и сам не понимал, почему ему так хочется верить именно этой девушке. Может, это было связано с общим прошлым, которое помнит лишь он? Верить тому, кого ты сам предал… Майклсон снова спустился на пол, облокачиваясь спиной на борт кровати, хватая бутылку с комода. Один глоток. Второй. Третий. А они все так же молчат. Каждый был погружен в свои мысли. Думающий Никлаус не заметил даже, как вампирша с грохотом рухнула на кровать. Ему было тяжело принять нынешние события, всячески отказывался в это верить. — Ненавидишь меня? — неожиданно прервал тишину гибрид. — Нет. — Тогда собирайся, — голос Клауса тверд, но в нем нет грубости и жестокости.