Гордость Выше Крови

Bruno Dukkhart - I See You

Прежде чем мы уехали, я попросил моего друга подождать меня. Мы остановились как раз напротив старого дома, которому уже много лет. Его нельзя было нищем перепутать. Слишком забытое, слишком старое, слишком...прекрасное. Аро, ничего не ответил, только внимательно смотрел на старый дом. Я же подойдя к старому кованому забору, одним прыжком перепрыгнул преграду и ступил на крыльцо. Каблуки лакированных туфель издали цокот о каменные ступени, затершиеся годами пылью и ветром. Открыв дверь, я вошёл внутрь дома, которые поприветствовал меня гуляющим  сквозняком и скрипом пола. Старая люстра из хрусталя, которая раньше словно ожерелья из бриллиантов украшало гостиную, теперь висела покрытая грязью. Пыль и обсыпанная штукатурка которая застряла в слоях густой паутины лишь сильнее прятали ее красоту. А раньше мама её больше всех любила.   Я медленно зашагал по лестнице на верх, касаясь рукой холодного мраморного, перила смахивая слой толстой пыли. Голые стены коридоров, что раньше висели в маминых картинах, сейчас пустовали. Я всегда знал, убери их и этот дом будет серым и до глупости вычурно гнилым. Витражные окна, рамы которых тоже замела пыль словно снег, и в некоторых местах треснутое стекло. Старые карнизы с когда-то новыми дорогими тканями в виде занавесок, сейчас весели серым тряпьём. Не могу поверить что когда-то мы все жили в этом доме, напротив собора, и красивых улиц города. И прожили бы дольше, если бы отец не гонялся за номерными бумажками. Но что там, все это глупость, и разбитые уже старые мечты. Я поднялся на самый верх, в отцовский кабинет, его личный, где мог сидеть только он. Я никогда не бывал в нем, не пускали. Потому сейчас я впервые вижу интерьер в нем, и хочу сказать это стиль отца. Куча полок, со старыми уже гнилыми книгами, которые то стоят, то уже разбросанные по полу мусором. Я наступил на одну и убрав ногу, наклонился и поднял разваливающейся переплет с почти оторванной передней частью. На потертой лицевой стороне было написано "Уильям Шекспир. Ромео и Джульетта ". Я поморщился и добросил книгу в сторону, без злости, но с брезгливостью. Терпеть не мог эту историю. Слишком слащавая и искажённая любовью история двух сумасшедших влюблённых.   Я посмотрел на право, и увидел у окон занимающий всю стену выстоянных полу кругом вещь, накрытую уже серым слегка пожелтевшем отрезком белой ткани. Я подошел и сжав ткань в пальцах стянул её из инструмента, в черной лакированной поверхности которого я увидел себя, а за моей спиной Аро. Который смотрел не, на рояль, а на меня с покоем в глазах, будто его сейчас ничего не волновало и не интересовало. Не знаю почему, но я заговорил первым, нарушая тишину.  - Мы не забрали её. Мама очень хотела, но отец сказал что это просто старый хлам который только место занимает, и от него много шума. - Моя рука легла на глянцевую поверхность, проходясь пальцами по крышке. - Хотя я очень хотел ее забрать.  - Ты играешь на ней? - Спросил Аро все еще глядя на меня.  - Немного. Мама учила.   - Сыграешь? Для меня. - Я опустил глаза. Поднял крышку и нашему взору предстала картина. Большинство клавиш были перебиты, а некоторые и вовсе отсутствовали.  - Отец как-то сидел в кабинете и работал. Из-за того что он плохо спал у него появилась мигрень. Я учил очередное произведение, чтобы порадовать маму, но отец... Он не дал этого сделать. Он схватил со стены клюшку от крокета, коллекционную и со словами, "Хватит стукать и создавать бесполезный шум." он отпихнул меня в сторону и... ну в прочем ты и сам видишь. - Я наклонился и поднял табурет ставя его у рояли. - Я долго не мог понять, почему он так поступил. Ведь я играл отлично, все гости этого дома хвалили меня. А он только и делал что, фыркал и кривил губы от моей игры. Несправедливо. Лишь раз я видел отца с другим выражением лица. - Я обернулся к мужчине и взглянул на него, слегка усталым взглядом. - В день когда мы встретились.  - Я помню тот день. - Спокойно ответил Аро, касаясь осколков клавиш. - Не знал что ты жил в таком доме боли. Вернее, я видел в воспоминаниях твоего отца, но это казалось мне естественным для него. Хотя меня это огорчало.Я смотрел на разбитую рояль прибывая в трясине былых дней.   - Если бы я мог, то сыграл бы для тебя. Правда. - Отвечаю я и кладу руку, чтобы закрыть крышку. Но меня останавливает мужская рука, которая сжимает мою.  - Я уверен, что это будет прекрасно. - Он поднес мою руку к своим губам, запечатлев на ней мягкий поцелуй. - Уйдем от суда. Мне не нравиться твои эмоции. - Он потянул меня за руку, но я остановил его потянув ее обратно. Аро непонимающе повернулся на меня, глядя на мои глаза. Губы сами тихо шепчут, донося мягкий голос до чужих ушей.

CLANN - I Hold You

 - Поцелуй меня. - Аро сжал мою руку в своей, и хотел было уже что-то ответить. Но мои пальцы касаются его губ, едва их щекоча прикосновением, давая, понять о желаемой тишине. Я так же произношу снова, но уже касаясь губами своих пальцем. - Поцелуй... - Рука скользит с губ на шею, сжимая воротник чёрного пальто. Уже едва ощущая поцелуй между нами, я отдаленно слышу гром за окном, в котором утопает мое слово. - Пожалуйста... - Звездное небо над нами затягивают облака, а луна словно свеча в небе тухнет и мы растворяемся во мраке, касаясь губами друг друга. Сейчас не было желания сорваться на что-то жаркое, или излишне дикое. Нет. Хотелось ощутить друг друга каждой клеточкой и не спеша, словно зажигая друг на друге свечу.   Я услышал как капли стучат по стеклу над нами, постепенно превращаясь в ливень воды, которая стекала с крыши отдаленно звуча в ушах. Мои руки мягко нырнули под пальто и сняли его с плеч мужчины, который терзал мои губы и так же начинал раздевать меня. Его губы спустились мне на шею, а мои руки начали расстегивать пуговицы на его жилетке, которая так же упал на пальто у наших ног. За ней упала моя белая сорочка и черная рубашка Аро. Мои руки нежно спускаются вдоль торса, слегка царапая ногтями, пока мужчина удовлетворенно выдыхает мне в ухо, целуя мои плечи, прижимая меня к себе. Я чувствую своей кожей его оголённое тело и шепчу на ухо.  - Прости меня...я больше никогда тебя не оставлю.   - Даже если ад, окутает тебя пламенем? - Спрашивает он обходя меня и становясь за спину, продолжая покрывать уже спину мягкими касаниями уст.   - Я сгорю ради тебя. - Услышав мой ответ, я узрел в блеске инструмента облегчённую улыбку мужчины. Его пальцы распустили мои волосы, сняв заколку, которая со звоном упала на пол у наших ног. - А ты? - Мужчина замер, справа у моего лица, обнимая меня со спины. - Ты готов испить воды из святого грааля?(?)   - Только из твоих рук, и только священный яд. (?) - Он целует мое запястье, от чего тело пробивает еще одна волна дрожи. Он усаживает меня на рояль, пока его язык касается моей груди скользя вниз, задевая сосок и опускается мокрой дорожкой к низу живота. Мое тело прогибается в спине на встречу ему, и я прикусываю кулак блаженно прикрыв глаза поднял лицо к стеклянному потолку. Пока одна его рука держала меня за спину, а вторая прижимала за бедро к рояле. Мой стон наполняет стены комнаты ровно в тот момент когда снова слышен отдаленно гром за окном, а нас перед этим освещает свет от молнии, которая смертоносной паутиной расползлась по небу.  Возможно эта ночь обычная ни чем не примечательна для других, но не для нас. Именно сейчас мы, чувствует друг друга намного сильнее, нежели прежде. Казалось каждый нерв, каждая мертвая клеточка в нашем теле ожила и мы снова ожили в какой-то момент. Отдаленно мы слышали как звенят колокола и правиться в соборе. Я понимал что кто-то ищет призрачное спасение в его стенах. Но так же осознавал, что это прощение не нужно, если в эту минуту ты счастлив, и готов существовать даже с мертвым сердцем в груди, лишь бы рядом с ним.    Когда Аро вошел в меня, нет не резко и не жёстко.  Медленно, словно растягивал каждую секунду ощущений, которые плавили мысли и те превращались в острые горячие желание. Которые словно острые кленки, пронзали все тело усиливая эмоции.   Тела сплелись с жарком и сладком танце, кто бы мог подумать что мы так сильно соскучимся друг по другу, что будем растягивать удовольствие, и сходить с ума одновременно. Его руки словно языки пламени, плавили мое тело, от чего было невыносимо жарко внутри. Словно он касался не моего тела, нет, а моей души. С моих губ сорвался очередной стон, который растворился на выдохе пропуская в пространство между нами его имя. Мы мучили друг друга, наказывали и награждали. Ровно так же как делали это все то время пока были рядом и порознь. Сейчас. Мы принадлежали друг другу. И пусть звезды рухнут и встретятся с морем, уверен так же и мы будем рядом друг с другом.

diedlonely - avenoir

Сидя на рояли и прижимаясь спиной к его груди, я смотрел на вид из окна на собор над которым светилась молния, и небо раскалялось от звука мощного грома. Невольно я улыбнулся своим мыслям. Будто это мы сейчас бушуем в небе над собором, бросая вызов всем. Аро обнимал меня, так же наблюдая за стихией и улыбался, читая мои мысли. Он нежно целует меня в весок, после чего протягивает руку и я вижу перед собой, чёрную коробочку. Я отстраняюсь от него и поворачиваюсь, с немым вопросом в глазах. Аро улыбаясь отрывает коробочку и я вижу как на белой подушечке лежат два кольца. Простых, без плетения или камней.  - Если ты готов носить его вечность, я готов быть твоим рабом. - Он смотрит выжидающе, не касаясь меня. Я понял, он хочет услышать это лично. Я беру одно из колец и отвечаю.  - Только ты его наденешь... и только ты его снимешь. - Аро улыбается после чего надевает мне на палец кольцо, я повторяю тот же жест прекрасно осознавая, что теперь мы не просто любовники. И это наша тайна.  Вольтеру мы вернулись еще перед рассветом. Город еще был погружён в тихий сон. Даже птицы не летали, даже цветы не распустили свои бутоны. Перед тем как войти в здание я спросил.  - Ты теперь, запрешь меня в башне? - Аро качнул головой и поцеловал меня в лоб.  - Нет. Только мы носители нашей тайны, пока это так, ты в безопасности. - Он отпустил меня и надел на лицо фальшивую бездушную маску. Я же последовав его примеру пошёл за ним следом. Двери за нами замкнулись, и я снова почувствовал что в клетке, только теперь прочнее, но не опасной.