Достойный пример

Нельзя не отметить, что такие их встречи и «практика» в целом идет Макарову только на пользу. Татьяна Михайловна просто не нарадуется, как за месяц меняется ее ученик. Он значительно улучшает свою дисциплину, подтягивается в учебе и, впервые после гибели сестры, чем-то увлечен. Женщина с замиранием сердца смотрит на Алексея, когда он снова и снова приходит к ней, чтобы предупредить о своем уходе в участок. В отделе его все знают, и он знает всех. С ним здороваются, пожимают руку, как взрослому, и достаточно радушно встречают. Особенно парню приятно, когда при встрече его приобнимает Игорь. Макаров успокаивает себя, что это «только по-дружески», без какого-либо подтекста, но детская наивность все равно упрямо отстаивает свою точку зрения, ведь так майор ведет себя только с ним и ни с кем больше. Сегодня Гром, погрязнув в своих бумажках, заработался допоздна. Он совсем теряет счет времени и выходит из своей запары только после того, как звонит его допотопный мобильник. На экране высвечивается номер Татьяны Михайловны, и мужчина тут же отвечает. — Игорь Константинович, добрый вечер, а Алексей у вас? — немного взволновано интересуется женщина. — Да, за соседним столом сидит, домашку делает. Дать ему трубку? — Нет, не нужно. Просто уже время отбоя, а вас все еще нет, — Игорь тут же бросает время на часы и открывает рот от удивления. — Простите, я совсем заработался, я сейчас его привезу. Не волнуйтесь, — майор спешно сворачивает всю свою бюрократию; он чувствует себя крайне некомфортно, заставляя своим безответственным поведением других людей волноваться. — И еще, Игорь Константинович, — воспитатель делает паузу, чтобы завладеть вниманием Грома полностью, — спасибо вам большое. Благодаря вам Лешеньку просто не узнать. Вы подаете ему достойный пример. Мужчина сконфужен, ему первый раз говорят нечто подобное, да и вообще благодарят за «достойный пример». Он стоит в ступоре еще с минуту, закончив разговор, ощущая какое-то приятное покалывание под ребрами. И только внимательный взгляд мальчишки, который следит за ним все это время, возвращает его в реальность. — Боец, ты чего за временем не следишь? Тебя уже хватились. — Я не хотел тебя отвлекать, — пожимает плечами Макаров, отправляя в портфель все свои пожитки, — к тому же, здесь с тобой лучше, чем там. Слова Леши бьют майора прямо под дых, а серые глаза, смотрящие прямо в душу, добивают окончательно. Он испытывает сейчас то, что совсем не должен испытывать к нескладному пацану, отданному ему на попечение. Это слишком нежные и беззащитные чувства, которые Игорь не испытывал уже очень давно, пожалуй, со средней школы. Тогда ему сильно нравилась одна девочка… Впрочем, это уже совсем другая история. По дороге до детского дома Леша рассказывает, как прошел его день, а Гром внимательно слушает и молчит. Лишь, когда мальчишка что-то у него спрашивает, мужчина отвечает коротко и односложно. Машин сейчас на дорогах немного, и они долетают до места назначения за короткие полчаса. Пожалуй, и в другое время, никто не станет препятствовать служебному авто, пусть и без включенных мигалок. — Приехали, боец, твоя станция, — рапортует майор как на летучке и ставит машину на ручник. Макаров согласно кивает и пытается открыть дверь, но та, почему-то, не поддается. После третьей неудачной попытки он, все-таки, поворачивается к Игорю. -Техника у нас на грани фантастики, — вздыхает Гром, упирается правой рукой в пассажирское кресло и наклоняется через Лешу, чтобы помочь тому справиться с этой чертовой заевшей ручкой. А парень сидит и боится дышать, ведь мужчина сейчас так близко. Чертовски, предательски близко. К горлу подступает комок, а ладошки внезапно потеют от волнения. Дверь наконец-то поддается, и Игорь с победным «тадам», поднимает взгляд на Макарова. Это становится его роковой ошибкой, ведь он чуть ли не касается его носа своим и чувствует, как их дыхания смешиваются. Они сверлят друг друга взглядом, не отстранившись ни на миллиметр, ведь Леше просто некуда, а Грому… А Грому не хочется? Первый шаг делает парень и, собрав всю свою волю в кулак, касается своими губами обветренных губ мужчины. Все длится не дольше двух секунд, а потом Макаров выпрыгивает из машины и убегает. Майора будто парализует, он не может пошевелиться, все так же сидя с открытой нараспашку дверью. + + + Следующую неделю они не видятся вовсе. Леша не приходит на свою подработку, и все считают своим долгом поинтересоваться у Игоря, что случилось с мальчишкой. А Грому приходится в сотый раз врать окружающим и самому себе, что у него большая учебная нагрузка, несовместимая с «практикой». На самом деле, мужчине просто-напросто не хватает смелости позвонить Макарову и узнать, все ли с ним в порядке, ведь каждый раз, когда он видит на экране знакомый номер, вспоминает тот треклятый вечер. Майор каждый новый день пытается найти всему произошедшему логическое объяснение, но так и не находит. Он даже пробует это списать на банальную случайность, мол: «Леша случайно дернулся, а потом просто сбежал прочь от стыда», но, от этого становится только паршивее. Единственное, что сейчас Игорь может сделать — это с головой погрузиться в работу. Так он делает всегда, стараясь спрятаться от личных переживаний и проблем. Вызов на выезд поступает весьма кстати, и Гром, не задумываясь, хватается за эту соломинку. Несмотря на непрерывно идущий дождь уже вторые сутки подряд, мужчине удается собрать пригодные для работы улики на месте преступления, правда приходится провозиться с ними до самой темноты. К тому времени весь общественный транспорт «превращается в тыкву» и майор чешет домой под зонтом, предусмотрительно всученным Прокопенко. «Оно и к лучшему. Хоть мозги проветрю». Наивно полагать с его стороны, что в такой умиротворяющей атмосфере Петербурга и одиночества можно отделаться от собственных мыслей. Они назойливо лезут в голову, подобно муравьям, сколько их не стряхивай. Снова в голове этот веснушчатый мальчишка со своими мягкими губами и невозможными глазами. Он слишком крепко засел в жизни Игоря, голове и сердце. Перекресток за перекрестком, тротуар за тротуаром, и вот Гром уже открывает знакомую калитку, проходя вглубь арки до родной парадной. Он нащупывает в кармане ключи и уже собирается войти внутрь, как его взгляд выхватывает в слабом свете фонарей знакомый силуэт. Под маленьким козырьком на ступеньке порожка сидит Макаров, промокший до нитки. Он сидит, уткнувшись лицом в колени, но Гром безошибочно определяет, что это именно Леша. — Эй, малой, ты что здесь делаешь? — тяжелая рука мужчины ложится на тонкое плечо. От неожиданности мальчишка вздрагивает и подскакивает на ноги. Видать, он сам не заметил, как закемарил в этом холодном и томительном ожидании неизвестности. Приглядевшись, Макаров узнает Игоря и облегченно выдыхает. — Вас жду, — Леша продрог насквозь, что видно по его посиневшим губам, -тебя... — Ты пневмонию решил себе заработать? — голос майора звучит строго и даже немного грубо. — А ну, марш внутрь.