Ободок Принца Алмаза (The huge price of not worthy luxury)

Находясь под впечатлением этой невинной, холодной, недоступной Девушки, Король ещё немного побродил по своим владениям, и отправился во дворец. Король погрузился в глубокие и злостные мысли. Почему насчёт этого жалкого куска стекла и железки Принц ему давал какие-то неоднозначные ответы? Он будто увиливал от чего-то и говорил то ли загадками, то ли намёками. Даже когда заказывали головные уборы, ободки, короны — Гидеон вообще не интересовался никогда, для кого той или иной заказ. Рагон возьми эт… эту Принцессу. Король стоял у панорамного окна, и его серо-бирюзовый задумчивый взгляд был направлен в Тридевятое Царство, где обитала Она. Тандзиро принес своему Королю его любимый зеленый чай, но фарфоровая чашка в руке Короля не выдержала титанических объятий, и осколками осыпалась на пол… Ночь у Короля выдалась scheisse. «Запаять» разбушевавшиеся микросхемки, ему так и не удалось. Ему снились сны, где Она от него убегает в слезах. Её вырывает из его моторчика, и он больше никогда с ней не встретится. А самое страшное — что вдруг Ей будет комфортно в чужих объятиях, и Она там приживётся? Принц Алмаз, который также был озабочен своей Красавицей и тем, что Её могут украсть в любой момент, остался эту ночь провести с Ней. Он уснул за столом, с Ней в обнимку. Но при странных обстоятельствах, на заводе D.T 13, где всё идеально работало, у Девушки появилась «испарина». Прозрачные капельки влаги на Её шикарном «теле» капнули на щеку Принца Алмаза. Дело рук Рагона, не иначе. А вдруг она — живой организм, и в ней просыпаются чувства? И что, если это были слезы, и Она тоже не увидит Любимого? Принц неожиданно очнулся, почувствовал эти «слёзы», и удержал Её в своих стальных объятиях, когда она норовила «выскользнуть». Принц в своем Хрустальном Королевстве также, как и Король Гидеон, не хотел расставаться с Любимой. Но пусть Она сама решит — кому предстоит «сажать Её на место». Эта ночь и для Принца оказалась предупреждением. Это Maktub (предначертано). «Сердце» Хрустального Принца забило тревогу. Утром Гидеон выглядел прекрасно, но поведение было ужасным. Он срывался на всех и всем. И даже ни в чем не повинному Тандзиро тоже доставалось. Гидеон очень трепетно относился к своим ободочкам, и если один из них лежал не на полке, то то это была просто катастрофа. Тандзиро по приказу Гидеона ухаживал за этими «объектами обожания», следил, чтобы всё блестело и лежало по местам. Но Гидеон берёг особое место для одной Особы (которая рано или поздно станет принадлежать ему). Но пока она не вселилась, Тандзиро это место занял другим полукругом. — Не занимай данное место этим куском металла. Оно должно быть свободно, — Гидеон выхватил из хрупких рук Тандзиро свой ободок, и небрежно бросил на кровать. Тандзиро осторожно подобрал "этот кусок металла", и хотел спрятать в комод, но Гидеон, видно, передумал. Это был его первый ободок, подаренный Принцем, от которого остались приятные воспоминания. Несправедливо по отношению к другим ободкам получится. Ведь на месте старого ободочка может ̶(̶о̶к̶а̶ж̶е̶т̶с̶я̶ ̶с̶к̶о̶р̶о̶)̶ оказаться каждый. — Тандзиро, ты совсем придурок, что ли? Сюда-поставь-свободен! — скомандовал Хозяин, указал на то свято место, которое пустовало, а мебель тем временем незаметно переставилась. Прогноз погоды у Повелителя был переимчив. Сказывался циклон «Изабелль». Но вот с Раулем дела обстояли иначе. После одного случая тот просто не обращал внимание на Гидеона, а лишь любезно здоровался с ним, и по необходимости заговаривал. После всех этих собраний сочинений, Гидеон покидал Эос с таким одухотворенным чувством, будто вот-вот свершится чудо. Но чудо никак не свершалось. Зажопил этот Принц Алмаз «Красавицу». Перед приходом Босса Принц Алмаз далеко Её упрятал, чтобы если что, поближе взять. Сочинять легенду — на кого она «села», было бессмысленно, всё равно в эти сказки Старой Терры никто не поверит. Баланс уютной атмосферы в D.T13 был нарушен, когда «дядька Черномор» испортил её своей гнетущий аурой. Он ураганом влетел в Хрустальные владения, стрелял по сторонам устрашающими серо-бирюзовыми стрелами, выискивая Её. А Её на месте не оказалось. Взгляд наткнулся на пустоту и одиночество. Грусть-печаль начала съедать Короля. "Кто Её заказал?" — Принц подумал что именно это вопрос задаст Король. Но… Всё пошло с рагонова порога по другому.  — Деймос, значит, так! Все отчеты за последнюю неделю. Нет. Месяц, — поправил себя Гидеон извращённый. — Мне на стол, — постукивал Король своими стальными длинными музыкальными пальцами в белой перчатке по деревянной поверхности, где когда-то стояла Она, и продолжил: — Заказы, которые вернули или отменили без возврата средств, толкни кому-нибудь, что вот этот вот застой побрякушек я здесь не видел, — небрежно тыкал Гидеон в безупречные творения Принца. — Что ты за ювелир, если твоя хуйня никому не нужна? — Король был крайне раздражителен. Гидеон повышал голос на Принца, и выражал явное недовольство. Принц с округлившимся астермитами пялился на Короля, будто впервые. Его творения, шедевры, которыми так восхищался Король, и музами которых сам являлся, сейчас уже оказались просто ненужными, и мозолили глаза как побрякушки? Учитывая, что все эти указания были в новинку, то Короля, похоже, подменили. Проделки Рагона, не иначе… или Рауль виноват. Наверняка что-то серьёзное стряслось, если Король так разошелся? «Босс» никогда не требовал отчет, не считал, как и что продаётся и вообще не лез в дела драгоценные. Он без того знал, что где почём. А потому такое поведение было необычным. Принц отчитывался Боссу Извращений, но только в устном виде, и по желанию Гидеона. Ну и подумал Принц Алмаз — раз Сие Величество требует, то будут ему футовые отчеты. По поведению понял: медлить нельзя. Но как бы Принц не пытался сохранять спокойствие и выполнять волю Королевского Извращенного Величества, скрыть одно было невозможно. Он просто был озабочен одним… Одной. Спасти и сохранить Любовь-Красавицу. Его озабоченность переросла в паранойю. Принцу Алмазу казалось, будто кто-то его выслеживает, давит на него, угрожает, причём самыми страшными муками — вроде той "чтобы ты жил на одну зарплату," ̶(̶н̶а̶ ̶з̶а̶р̶п̶л̶а̶т̶у̶, ̶к̶а̶к̶ ̶и̶з̶в̶е̶с̶т̶н̶о̶ ̶н̶и̶к̶т̶о̶ ̶и̶з̶ ̶Э̶л̶и̶т̶ы̶ н̶е̶ ̶ж̶и̶в̶ёт̶, ̶ ̶в̶с̶ё̶ ̶в̶ ̶ш̶и̶р̶о̶к̶и̶й̶ ̶к̶а̶р̶м̶а̶ш̶е̶к̶ ̶и̶д̶е̶т̶)̶, и тем, что лишат его драгоценной работы. Незаменимых, как известно, нет, и придачу ко всему — поправкой мозгов, дабы слушался своего шефа лучше, и по взгляду всё соображал. Деймос понимал, отчего так горит задница его Босса. Ну, а если вдруг Босс будет слишком настаивать — что тогда ему делать? Но почему что-то созданное для себя обязательно останется в чьих-то глазах? Как будто специально Сие творение он для Босса создал. Не зря так это сияние призывало. Гидеон всё же шеф его, так что нечего спорить с Королём. У Принца для этого полномочий недостаточно. Деймос на все приказы кивнул своей платиновой головушкой, и приступил к немедленной писанине, планшет не краснеет. А какие отчеты требовал Король? Да всё в его стиле: на сколько минут отлучился Принц «по своим делам», сколько «раз и с кем», о чём думал, когда вставлял… очередной камушек в выемку, какие и с кем диалоги вел, что ел, пил. Но то, кем вдохновлялся Принц, «шефу» было известно. Гидеон также требовал его мечты и желания Принца. Он требовал всё до мельчайших подробностей, и ссылался на то, что малейший косяк скажется на изделии. Гидеон любил подразнить своего Принца — появился неожиданно сзади и неприлично близко, отчего даже камушки в его руках не выдержали такого откровенного напора, со страху задрожали и посыпались на пол со звяканьем. — Понимаешь, Принц, мы давно знакомы, и о моих пристрастиях и даже фетишах, тебе должно быть известно, — тон шефа сменился на более откровенный. Красивому, бархатному и немного капризному тону в голосе позавидовали бы любые блядвейские личности. Принц Алмаз решил не обращать внимание на напор хентайного «приставалы», и обойти его стороной, чтобы камушки собрать… Но обойти не получилось. Ноги хрупкой Принцессы поскользнулись о рассыпавшие «горошинки», и Принц оказался в горизонтальной плоскости. Но этого мгновения хватило, чтобы Принца Алмаза внезапно передернуло: кто то за левым плечом Принцу шептал, что «Изабелль» всего лишь повод овладеть непременно самим Её создателем, но кто-то за правым плечом шептал, что боссу нужна Она, и что Босс не по парням. «Один раз не пидорас» — шептали из-за левого плеча и игриво подмигивали. Хентайный магнат крепко удерживал ладонью голову Принца, а Принц так и подумал что Гидеон его хочет. Почему он так близко и… в какой позе?. Пока Принц Алмаз, как Принцесса, валялся на брюликах, Гидеон склонился над ним и гладил по голове, но и этого момента хватило, чтобы прикрыть глаза и прислушаться, как какие-то голоса справа искушают и толкают правду. Из-за правого плеча доносилось: "Принц, одумайся. Ты ему не нужен. Он таким способом хочет тебя дезориентировать, чтобы ты отдал ему свое творение. Не поддавайся искушению и отдай эту вещь по-хорошему. Наверняка это он всё подстроил». Из-за левого плеча: "Отдайся своему шефу. На хуй ему твой сраный ободочек. Ему нужен ты. Ты же так давно его хотел. Не зря этот извращуга — твоя муза, а изделия так и «орут», что в них весь Гидеон. Принц, послушай! Ты этого вот праведника справа не слушай. Ты же, когда свои камушки лепишь, что представляешь… как он вставляет. М? И как он будет это делать? Как ты обрабатываешь свои камушки: деликатно, осторожно, чтобы не повредить?"  — Гидеон, возьми уже, наконец. Ты ведь этого также хотел, за этим бегал. А ободок всего лишь повод?.. — прозвучало, словно просьба, из уст Принца, который до сих пор попой ощущал эти острые камушки. Гидеон ну очень странно посмотрел на Принца, и слегка прихуел от такой просьбы, растерялся даже на мгновение от такого экстравагантного предложения Деймоса. — За предложение, конечно, спасибо, Принц. И обязательно ты будешь у меня первым, когда мне самец понадобится, но понимаешь — головку страховать надо, когда трахаешься задницей, — засмеялся Гидеон, также подумав, что Принц думает явно не тем местом, и что Принцу яйца жмёт. Но «внизу» на это даже намека не было. (Гидеон и это успевал лицезреть). Теперь пришла очередь Принца обалдевать. «Головку… Трахаешься задницей». Вот оно, прав был тот, кто подсказывал, что его хотят, — подумал Принц, но из непристойных мыслей вывел его Гидеон, который взглядом серой бирюзы сверлил его, и каким-то волшебным образом заставил мыслить в более верном направлении. Мысли непристойные плавно полетели к главному непристойщику. А мысли Принца снова сели на место. — Слава Лунам и Юпитер. Затылок цел. — Принц почувствовал, что голова не болит, но кто-то крепко его удерживает. При падении Гидеон успел подложить руку под затылок Принца Алмаза, чтобы тот своих драгоценных мозгов не лишился. Камушки не огранённые, заразы — острые оказались. Гидеон убрал руку, осмотрел, подвигал пальцами. — Твоя рука, Гиде, — красные следы на костяшках Гидеона виднелись сквозь перчатки. Гидеон снял перчатку. — Хотя бы извилины не повредил. Заставил и ты меня страдать, — усмехнулся Босс, и аккуратно приложил синий платочек на окровавленные костяшки. Какая ирония. При таком неуклюжем раскладе событий, он просто обязан Гидеону многим. Всё будто к этому шло. Сколько вопросов возникло сразу у Платины. Авось повезёт, и возможно, Гидеон начнёт напоминать, что Принц перед ним в долгу? Но как бы Гидеону не зашла эта «выпендрёжница», эта «вертихвостка», то об ободке он промолчал, и на какой-то момент не вспомнил: состояние такого хрупкого ювелира было куда важней и дороже. — Я помогу сейчас. Подожди, Гидеон. Подожди. Спасибо. — Принц медленно поднялся, осмотрел себя, потом разозлился на то, как «камни его наказали», и за то, какие ему тут откровенные страсти справа и слева устроили. — Всякое тут валяется, надо бригаду андроидов вызвать, пусть этот мусор уберут, — Принц Алмаз начал мыском туфли выметать камушки. — Стоять! — послышался приказ «сверху». — Нет, я ошибся — ты, похоже часть своих драгоценных извилин повредил, — строго отчитывал шеф своего придурошного Принца. Хоть и Гидеон ранее выразился "это хуйня", но так поступать с «родственниками» его Изабелль он не позволит. Гидеон узнал Её имя, когда изучал впервые. Оно выгравировано на одном из брюликов, которые Её украшают. Принц Алмаз замер на месте и узрел картину, как его босс ползает у него в ногах, бережно собирает эти мелкие камушки, и кладёт в перчатку. Благо зрение у элиты отменное, нашёл все, не напрягаясь. "Зачем тебе понадобился именно этот ободок? Это всё козни Рагона. Даже такие обстоятельства на твоей стороне. Всё играет тебе на руку. Всё было подстроено. Но ты бы так и так Её отбил у меня. Зачем я только…" — меланхолично и печально прозвучало в голове Принца. Принц оказался словно загнанный в клетку. Все собранные камешки поместились в шёлковой перчатке, которую потом осторожно поместили в ящик. Гидеон засмотрелся также на остальные Творения Принца Алмаза — погладил их, улыбнулся. — Одухотворяет меня, — Гидеон будто ответил на мысли Принца. — Да, ты прав, — тяжело вздохнул Принц. — В Них весь ты. Хентайный Магнат еще ненадолго остался у Принца, решил проследить за его состоянием и озабоченностью, и заодно прошёлся глазами по другим изделиям. — О, как интересно. «Принц Алмаз». Назвать в честь себя? — тихо озвучивал свои мыслишки Король.