Ободок Принца Алмаза (The huge price of not worthy luxury)

Медленно, но верно фф перекочевал в стадию Hentai. Гидеон как-никак руку приложил. Хм-мм. Руку приложил…

* * *

Так на следующий день Гидеону достался Трофей под названием «Принц Алмаз», и волосы его заиграли новыми красками. Принц Алмаз подумал, что вот, уже раз Гидеон получил Трофей, о другом забудет, но Гидеон не собирался наслаждаться этим «утешительным призом». А как же Изабелль? Неужели о ней все забыли? Нетушки, возложим эту проблему Рагону на плечи. Пусть он решит, как и всё расставить по полочкам в буквальном смысле. Гидеон хоть и позарился на Неё ранее, но Принцу Алмазу надоело Её скрывать, он спрятал Девушку в отеле, а охраняла ее Рей. Но потом, как в старые добрые времена, Она стала украшать не самое видное место в офисе, зато была на «глазах» — хоть и не вписывалась в атмосферу… в формат. Про отчёты Принц Алмаз также не забыл. Он помнил то, с каким видом ему был отдан приказ. Все отчёты были готовы ровно в срок, осталось их только отдать. Принц Алмаз знал, что отношение к нему не перестанет быть переменчивым. И дело даже не в отчётах и не в том, что его «шеф» в самом откровенном виде и с пошлыми намеками просит о чём-то. Просто Принц знал, что пока Она здесь — всё так и будет. И чем больше размышлял он, тем больше гневался и размышлял Гидеон. Почему Гидеон сразу не потребовал «Изабелль»? Потому как он подумал, что Принц готовит ему особый сюрприз, и тянет интригу: — Создавал специально для тебя, — скажет он. Но когда минуло доброе количество дней, Король понял, что Принц не торопится делиться своей Второй Половинкой, озлобился и стал срываться.  — Принцесса, а почему бы тебе этот ободок не носить? Тебе подойдет, — заметила Рей. Эта девушка со здоровым телом и бодрящим духом сурового мамонта крепкими, но изящными пальцами «массировала» камушки Изабелль. — Я не особый любитель головных украшений, — ответил Принц Алмаз. — Но вещь, которая просто стоит без дела, считается ненужной. Ценную вещицу для раскрытия потенциала необходимо пустить в ход. Человекоподобный красит вещь, и заставляет ее играть, — озвучила Рей свои мысли, потом вспомнила про того, кому реально эта вещь зашла. — Ох, нет, я не права. Не то хотела сказать, — осеклась она. — Нет, Рей… Ты как раз права, — ответил пробудившийся от пелены собственной прихоти Принц. Она будто открыла Принцу глаза. Он бросил озадаченный взгляд на Ту, которую прятал от дурного глаза «шефа». Верно. В эту атмосферу ободок, хоть и драгоценный, вписывается с трудом. Не видно красоты, изящества и всего «потенциала», как выразилась Рей. Потом надоест ему лицезреть Красавицу, и он отложит Её в долгий комод, сожалея о том, что Она так и не «увидела свет», когда другими его Шедевральными творениями пол-галактики пополняется, ими восхищаются, их возносят до небес (во всех смыслах слова), они облюбовали и проползли во все трудно (а может и легко) доступные уголки. Именно за это Принцу Алмазу было бы обидно больше всего, что о его Красавице никто так бы и не узнал. Вот кочует Она оттуда-сюда, из отеля в офис и в шкаф, где сидит в темнице тёплой, вскормленная в неволе юная Леди, и, что-то там внутри у Принца глючит, и барахлить начинает. Конечно, Принц понимал: вечно ободок служить ему не будет. Ну зачем он ему? Он Её не надевает, даже украшением интерьера Она не служит, с Неё только пылинки сдувают и прячут. Элита не знала, что Принц, как единомышленник, наслаждается «своей Любовью». А Принцу Алмазу пофорсить, похвастаться и блеснуть всем самым лучшим перед другой Элитой так хочется. Ведь всей Элите так присуще тщеславие, высокомерие, отличие даже от своих. Между ними тоже конкуренция не дремлет. "Возможно, потому Гидеон Так бегал за Ней, чтобы продемонстрировать весь спектр моего гениального творения. Он по-настоящему сможет оценить Её, раскрыть потенциал. У Гидеона много аксессуаров для волос, и все они заменяемы. И даже если он захочет Её сейчас… А я не отдам, — зло подчеркнул последнюю фразу Принц, — то рано или поздно жажда к этому понравившемуся украшению у него пропадёт, и Она станет никому не нужной! Даже для Гидеона она будет бесполезным металлом. Побрякушкой, — обескураженно подумал Принц. — Надо "ковать" Гидеона, пока горяч. Пусть превозносит мою Прелесть и хвастается моей шедевральной работой», — вот таким размышлениям предался Алмаз. Ну, насчёт «бесполезный металл, побрякушка», это Принц слишком преувеличил. На самом деле Изабелль покажет себя, как самая преданная, верная, любящая дама головы Короля Хентая. Рей не давало покое состояние Принца, он куда-то улетел, но вернуться не обещал. Прибудет, когда вернётся. Она вывела его из иноземных мыслей. Решила вмешаться и продолжила направлять его на путь «истинный». — Принцесса. Ну пойми, — подошла сзади Рей и похлопала Принца по плечу, чисто по-мужски, он аж вздрогнул. Рука у неё была не слишком легкая. — Тебе самому приятно, что Она уже плачет в четырёх стенах? Ты её для этого создавал? Она должна сверкать и заявить о себе, чтобы твоя работа была оценена по достоинству. Немного побыла здесь, насмотрелся и хватит. Ты таких еще дохуя создашь. Рауля и его разработки переплюнешь в этом плане. Эта харизматичная красавица… — не договорила Рей. — Достойна Харизматичного Дворянина, — закончил Принц фразу Рей. Кто бы мог подумать, что Рей всё так трезво оценит и расставит по полочкам, на свои места, не во вред всем, а наоборот. А расстаться после всего пережитого вместе — не стоит сожалений, и она во всём права. Но если, пока Принц Алмаз подготавливает к «отъезду» Девушку, собирает «чемоданы» — прощаться всегда тяжело (надо ещё немного посмотреть, пообщаться, посидеть на дорожку, поцеловаться и gute reise* доброго пути) — то у «Босса Извращений» — терпению кирдык. Нити нитями, а ободок посадить на это золото так и хочется. Настроение с утра у Главы увеселительных кварталов совсем противоположное — одним словом, говно настроение. Гидеон решил: если Драгоценная Красавица к нему не идет, он сам придет за Ней, и завоюет Сердце красавицы, которую склонили к измене, но не перемене. Рауль на совещании посвящал в свои разработки весь Синдикат, даже цветную Элиту пригласил. У него намечались, как всегда, какие-то новшества. Ну, к этому уже привыкли. Поэтому задержались часика на три, потом потихоньку начали расходиться. Гидеон проходил мимо D.T13 (в которое планировал зайти), но в заведении Rakuen Tosaku (Райское извращение), решил освежить интерьер и дать указания; думал, за часик справится, но и здесь прошло полдня, а потом он засел в своем офисе. Явился Гидеон Распутный в свои покои за полночь, но расслабиться ему не дал побескоивший его Королевское Распутное Величество, Платина. Гидеон ожил. Вот оно. Принц принес Её. Сам. Гидеон этого ждал, предвкушал. ”Наконец-то, — думал он, — ты понял, Принц, что если вещь криво лежит — в чужих лапах будет стоять ровно". — Добрый вечер, Гидеон. Прости, что так поздно беспокою, но ты не отвечал на звонки и сообщения, я решил зайти, напомнить об отчётах. Проверь свой интерфейс, они там покоятся нетронутыми, — улыбнулся незаметно Принц, и спокойным, умиротворяющим атмосферу голосом, отчитался перед боссом. Но по виду Гидеона понял, что Гидеон не в настроении. — Спасибо. «Что, снова мимо?», про себя сказал Гидеон, поблагодарил Принца и дал понять ему — проваливай. М-да, другого Гидеон не ожидал. Вся атмосфера праздника пропала. «Не маячь тут перед глазами, а то ты мне о Ней напоминаешь». Принц ушёл. Но напоследок бесшумно и аккуратно поставил на столик скромно украшенную коробочку немаленького размера. Ну, в такой вряд ли могло быть что-то стоящее. Гидеон редко судит по «по обложке», но не было у него настроения изучать эту серую мышь. То, что там готовила сюрприз Та Самая, Гидеон и не подозревал. У него даже настроя на сюрпризы не было. Так Король опечалился, почувствовал себя таким угнетённым, что волосы начали выпадать прядями. Его охватил страх, ужас, отчаяние, он схватился за голову, выдохнул… Модифицированным не грозят проблемы рода человеческого. — «Принц», ну ты и подложил мне Рагона, — нервно усмехнулся Гидеон и снял шиньон. Клипса ослабла, и под тяжестью соскользнула вниз. Гидеон встал, поплёлся в спальню, сосредоточенно изучая под ногами мраморные плиты и точно знал, что завтра он отложит все свои планы, собрание и всё-всё-всё, пойдет к Принцу и просто возьмет Её. Тандзиро, который также отправился спать, бросил мимолётный взгляд на коробочку, на которой было красиво выгравировано Её имя, и на всякий случай поинтересовался: — Хозяин, а с Изабелль что делать? Никогда ещё Гидеон так крепко не «целовался» лбом о косяк съехавшей крыши… Двери. Он притормозил. Затих. Переваривал услышанное. Хозяин пентхауса вернулся в гостиную, оставив позади себя вихрь, после которого даже шторы зашевелились. Он не мог понять: то ли почудилось ему, то ли действительно Она сама к нему пришла, или это ошибка? Тандзиро стоял невидимый и не слышанный. Гидеон прочёл надпись. Если то, о чём он мечтал, желал, хотел получить — там, то Слава Юпитер и даже Рагону, что всё пришло на свое место. Он незамедлительно, чтобы не разбудить Её, открыл крышечку и застыл. Эта Красотка, на которую он положил глаз и которая Его соблазнила, смотрелась в одежде просто охуенно. Она «поздоровалась» с ним, подмигнула, блеснула. Её серый невзрачный прикид будто ещё больше шика, блеска, изысканности и вульгарности ей придал. У Гидеона от этой красоты чуть рассудок не помутился. Там, в чужих объятиях, он не мог по настоящему оценить Её красоту, точнее — не то, что не мог, просто трудно было оценить Её в не вписываемых условиях. А тут Она аж пробудилась, расцвела и поплыла. Он медленно и аккуратно достал Её из «одеяния», поднял на уровень глаз, и подошёл к огромному панорамному окну, где вовсю играли сумерки и отражались звезды. Хентайщик ещё немного подержал Её в руках: видно, знакомил с окружением, показывал вид из окна, прикрыл свои серо-бирюзовые умиротворённые очи, и поднёс к губам. Да. Он вытрахал у Принца этот Непристойный запрет. Нечего Принцу одному Её красотой восхищаться, делится надо. — М-мм... — простонал он. — Холодная, приятная и вульгарная. Ты — моя, и только. Он ощутил невероятный скачок… прилив запредельного желания. Сдавив в тисках «желанное тело», он рванул в спальню. Бережно посадил Девушку на кровать, подмигнул ей: «по-быстрому вернусь», и пошёл в ванную. Гидеон стоял под струями воды, которые горячо ласкали его кожу, распаляя его желание всё больше и больше. Истекающее орудие плотских утех требовало к себе внимания не меньше, чем его мокрые длинные пряди, падающие на широкую грудь с литыми мускулами. Волосы будто пытались предотвратить ласку, отвлекая внимание на себя. Им также было необходимо внимание хозяина. Волосы Гидеона будто жили своей отдельной жизнью. Легким движением головы Гидеон откинул их назад, фиксируя элегантно рукой, а свободной рукой руководил процессом, требующим незамедлительного вмешательства. Волосы были удовлетворены вниманием ухоженных рук, и больше не мешали; а орудие утех набирало оборот. Сжав свой немалый габарит рукой, он начал удовлетворять себя с амплитудой скорости света. Быстро, грубо, жёстко, погружаясь в пелену страсти, застилающей глаза, представляя, как он занимается любовью с Ней. Гидеону важно было не только удовлетворить свои потребности, но и доставить удовольствие Ей. Его «занятые работой» мускулистые, крепкие руки — сменились более изящными и тонкими. Она провела длинными пальцами по его соблазнительным губам. Её поцелуй выглядел слегка наивным, она улыбнулась. Она ласкала его недолго, но и этого хватило, чтобы выплеснуть накопившееся напряжение, и произнести Её имя.

* * *

А потом Гидеон распустил свой павлиний хвост. Он в прямом смысле слова закинул удочки далеко. Что только он не делал, чтобы о его Девушке заговорил не то что весь Эос, вся Планета. Буквально напрашивался с Ясоном на дипломатические визиты на Равант. Ну что ж, из этого тоже можно было бы извлечь выгоду обоим. Сам представитель развлечений Амои пожаловал, сотрудничество будет плодотворным. Разрекламирует, расхвалит всё в лучшем виде… И покажет. Но от того, что после этого Гидеон не успокоился, и три дня лету от Амои на Лаокоон себе организовал, — конечно, охуели многие. И всё ради того, чтобы и там охуели от него. Гидеон Лагат везде оставил свой золотой брюликовый след в истории, как Хидзикато Тоширо. Недельное отсутствие Гидеона (для кого-то длительное, для кого-то наоборот) не сказалось на его работе, но зато оказало положительный эффект на многих его обитателей. Элита вздохнула спокойно… Слава Юпитер, неделя тишины и порядка — без этого павлина, Извращенного Дворянина, сеющего хаос вокруг себя. А временно исполняющим обязанности Царя, Король назначил... Принца Алмаза. Ему пришлось взвалить эту должность на свои хрупкие плечи. Правда, его вмешательство и присутствие на совещаниях необходимым не было. Король навёл порядок не только у себя на голове, но и в пентхаусе. Гидеон не планировал и не торопился обзаводится новой игрушкой, и потому нужды в двух фурнитурах не было. Одного Луки достаточно, он со всеми обязанностями прекрасно справится сам, а вот Тандзиро решено было отослать на верную и преданную службу Принцу Алмазу. Отдать Тандзиро в добрые и заботливые руки просто так Гидеон не мог, не хотел ни за что. Он не обладал качествами альтруиста. Нужен был повод. Король Мидаса заметил, что не первый раз Принц Алмаз восторгался не только кулинарными изысками Тандзиро, но и его теплой, солнечной внешностью и оригинальностью. Когда о Тандзиро узнали — он многим пришелся по вкусу. Но Гидеон с ним бы никогда не расстался. Тандзиро стал любимой мебелью: мягкой, тактичной, и поднимающей всегда настроение. Глядя в этот огромный вишнёвый невинный взгляд (даже когда Гидеон-Буря бушевал и срывался, «мебель» подстраивалась под настроение Хозяина, принимала в свои теплые объятия, понимала всё без слов, заваривала любимый чай Гидеона) — тот расслаблялся и снова улыбался. И со стороны Гидеона это выглядело некой платой за ободок. За такую страсть, красоту, достойную Дворянина, не жалко ничего. Даже личной мебели. Гидеон не особо горевал, ведь Тандзиро всегда под рукой. Живет в Эос с Принцем. Тандзиро было тяжело покидать Хозяина, но приказ есть приказ. Только вот когда Принц Алмаз перерегистрировал Тандзиро на себя и переселил в отель, Гидеон тогда элегантно махнул своей тяжёлой рукой, даже не думая что теперь Тандзиро будет «развлекать» другого Хозяина, и дарить Солнце, а у Гидеона останется холодный, без эмоциональный, словно андроид, Лука. Гидеон не почувствует это Солнце. Но на это ему пока похуй. Он проводит больше времени с Лунной Диадемой в бою. Ну, то есть не совсем в бою, а в деле. И они не скрывают своей взаимной приязни друг к другу. Восхваляют друг друга без стеснения.

* * *

К Принцу Алмазу отношение его не изменилось. Как продолжал Гидеон свои грязные выходки, так и продолжал. Только в тот вечер, когда Принц всучил Королю Его Девушку, через несколько часов Принц Алмаз ему позвонил, и отчитался ещё насчёт одного отчёта, который отправит утром. — Принц, кому нужны твои отчёты? Ты думаешь мне есть до них дело? Какой идиот приказал предоставить отчёт? Но ты, видно еще больше идиот, что подчинился! — выражал свое недовольство Гидеон, потому что нарушили его царскую идиллию с Царицей, которая его соблазнила, а он поддался. Принц тогда по-быстрому пожелал доброй ночи, и отключился в недоумении. Больше к этим треклятым отчётам никто не возвращался.

* * *

Так жизнь самого развратного Короля заиграла новыми красками. Коллеги были слегка в шоке от этого. Гидеон даже перед своими умудрялся выделываться, направлял разговор в нужное русло, чтобы напроситься на комплимент. Иногда и себе льстил. Его любовь к себе возросла до предела совершенства. Гидеон решил в хвост и в гриву использовать свою вторую половинку. И несмотря на то, что ободочек, в принципе, для вечернего туалета — он носил его с утра до ночи. Когда у Рауля бывали важные совещания, которые тянулись, как космические просторы — многие уже закатывали глаза и говорили прямым текстом, что пора к своим прямым обязанностям приступать, к работе, прибыли, так как Рауль здесь не единственный Блондь, на ком держится Амойская держава. Рауль это понимал, прибыль так прибыль. Членов Синдиката сдувало ветром. Но вот сейчас всё было наоборот. Как всегда, Рауль торопил всех немедленно собраться в зале заседаний; очередная новинка, советы, мнения остальных необходимы. Гидеон с дамой сердца… головы, слегка припозднился. Он, конечно, отличился. Цивильный прикид, всё по стайлу. Единственный Блондь, который затмил красотой, сиянием, харизматичностью, дворянством даже Первого Консула. От него исходило Божественное сияние. Будто Божество спустилось с Небес и озарило всё вокруг. Ясон заметил этот Огонек, факел уже, скорей всего, и еле сдерживал смех. Конечно, все присутствующие удивились такому экстравагантному появлению, переглянулись между собой. Гидеон поздоровался, извинился и сел в кресло. И здесь он уже не торопился покинуть по-быстрому Рауля, он хотел произвести эффект, чтобы все только и засматривались на него. Блонди редко когда сталкивались вместе; а чтобы «заявить о себе», отличиться перед своими — совещания были единственным совместным сбором. На них присутствовали все члены Высшей Элиты, там они и подмечали изменения во внешности остальных. Слава Юпитер, что Она создала Элиту, которая может контролировать свои эмоции. Рауль изучил внимательно Гидеона, потом взглянул на планшет и озвучил: — Именно это я и имел в виду, — Рауль имел в виду не в своей внешности совершать прорыв, в амойских технологиях. — Прости, что именно? Я что — всё веселье, весь праздник пропустил? — спросил Гидеон. — Ты сам как праздник, Гидеон, — заметил Жильбер. — Ох, спасибо, Жильбер, — засиял, как серебро… нет, золото, Гидеон. — Приятно видеть, как ты в плане эстетики и аристократизма конкурируешь с Орфеем, — Жильбер продолжал осыпать комплиментами Гидеона, который будто случайно специально напросился на них. — И даже позволь заметить, затмил его в этом плане, — откровенные комплименты лились из уст Жильбера, как из рога изобилия. Жильбер делал комплимент Гидеону, замечая то, как Спутница дополняет его образ, и тем самым раскрывает не только свой потенциал, но и потенциал Харизматичного Дворянина (натура которого хоть и остаётся хентайной, но благодаря «Изабелль» внешний вид его становится более утонченным, аристократичным и достойным похвалы). Орфей косо засматривался на этого «Павлина» — пытался разобраться, что это Жильбер так расщедрился на похвалу? Обычно Жильбер не скупился на комплименты в адрес Орфея. Но вот Орфея потеснили. Все лавры достались Гидеону. — Ты мне льстишь, Жильбер, — улыбнулся Гидеон, кивнув еле заметно головой, да так, что Изабелль также заставила обратить внимание на себя. — Ну раз уж ты думаешь, что он тебе льстит — заканчивайте эти любезности, и включайтесь в процесс, — резко и как-то грубо высказал свое мнение Рауль. "И хватит лезть ему в жопу, Жильбер", — закончил мысленно Ясон невысказанную фразу Рауля. Да, ему не показалось, что комментарий Рауля выглядел неполноценным без этой грубости. Орфей немножечко почувствовал триумф. Рауль сбавил обороты Жильбера. Пусть Гидеон не думает, что он лучше всех, и голову не задирает. Когда собрание окончилось, Гидеон вышел из зала заседаний окрылённый, и также ощутил вкус победы, что он, Хентайщик, пошляк, развратник, встал на одну ступень с аристократом, да так задрал голову, что споткнулся о собственные ноги. Хвала Жильбера была явна преувеличена, когда исчезающий в стеклянной капсуле Рауль заметил его позу, поведение, и услышал вовсе не дворянский и аристократический лексикон. М-да. За такие выходки этого Дворянина незамедлительно выставят за двор.

* * *

Получив запрашиваемую похвалу от высокомерных Высших чинов Элиты — Блонди, Гидеон не забыл и про Мидас. В Эос он поднял голову, набрал высоту, пора немного и вниз опуститься. В Мидасе также должны расщедриться на комплименты. Он заскочил ненадолго к Принцу Алмазу, который засмотрелся на то, как всё-таки «шеф» скрасил подарок. Он знал, что создал Нечто такое, с чем нелегко было расстаться — но когда Она перекочевала к непременно заслужившему, то он окончательно убедился, что это Шедевр. Две вульгарщины обрели друг в друге гармонию. Он, конечно мог и клонов Её создать, но с тем энтузиазмом, рвением, призывом вряд ли получится. Выполнит заказ машинально. А тем временем, пока Принц осмысливал и обсуждал в голове своего «шефа», Босс Извращённой Мафии перездоровался со всеми, напросился на комплименты, посидел, постоял, уже успел надоесть, а напоследок себе оставил десерт. Хентайный Магнат как будто чувствовал — освежил казино-бордель Rakuen Tosaku (Райское извращение), а после того, как освежили и его драгоценную коллекцию, он решил блеснуть в своём заведении своим Королевским величием. Вот здесь-то он и засверкает, заявит о себе. Конечно, в один день он не уложился обегать все свои притоны… тьфу, то есть приличные заведения, где люди обретают силу любви и оставляют кошельки. Гидеон просто в офисе подолгу засиживался, чтобы оттуда — «на комплименты».

* * *

Король Мидаса часто организовывал немало дипломатических приемов в Парфии, где становился объектом внимания инопланетных дам, чтобы и девушку свою вывести в люди. Пусть проявляет талант и расходится в своей зоне комфорта. Это Её праздник. — О спасибо, благодарю, — дамы с щедростью одаривали Гидеона комплиментами, а тот с такой же щедростью и распростёртыми объятиями принимал их. Даже Луны, казалось бы, доносили свою похвалу Гидеону.  — Ох, что Вы. Она. Это, кстати, девушка, — Гидеон невзначай и как будто незаметно, ну чтобы стало заметно, поправил ободок. — Её зовут Изабелль. Её создали по моему уникальному и индивидуальному заказу. Моему утончённому, безукоризненному вкусу удивился даже сам ювелир. Понимаете? — Король-соблазнитель непринужденно вёл беседу, то волосы элегантно откинет, то улыбнётся. Отвлекая всё внимание на свою Единственную, которая села на голову. — Ювелир, которому я доверил Сие творение, очень удивился такому необычному заказу. Ранее он не создавал такой шедевр, — Гидеон захапал всю славу себе, врал и не краснел. А ведь в чем-то он был прав. Он подкинул идею Принцу. Когда буква «Т» сверкала ярче остальных. И именно в этом сиянии сплёлся весь спектр натуры Гидеона. Так что да, где-то он и поспособствовал Рождению этой Легенды. — Знаете, что было самое ужасное? — Гидеон придумал легенду, чтобы дамочки его не покидали. Он знал, чем их цеплять. — Что? — удивились дамы. — Принц Алмаз, ювелир — не отрицаю, обладает золотыми руками, большим умом... и ещё бо́льшими достоинствами, — игриво флиртовал Гидеон. — У-м-мм... — выражали свои эмоции заинтригованные дамочки. — Но понимаете, в чём дело? Когда заказ уже был готов, он ни в какую не хотел его мне отдавать. Ссылаясь на то, что нужно доработать мелочи. Просто это его первый такой эксклюзив. Он решил его оставить себе, и наслаждаться им в одиночестве. А мне пришлось потом очень долго бегать за Ней. Так тяжело мне она досталась, — Гидеон сделал наигранный печальный вид. — Как не стыдно Принцу. Короля решил вокруг пальца обвести. Да нужно было ему потом мозги промыть, — возмутились дамы. Именно об этом и думал как раз сам Принц, если бы Сие творение не досталось Гидеону по-хорошему. — А как он отдал? — спросила одна вайфу. — Ну, он понял, что я раскусил его намерения, и по-хорошему отдал. Он может себе таких миллион создать. Конечно, он уже заметил, что на мне Изабелль смотрится куда эффектней. Я ведь могу украсить и превознести что угодно, тем более — если под меня всё создано, — Гидеон заявил о себе, конечно, громко. "Под него всё создано", — пронеслись непристойности в головках у кавайных вайфу. Этот и последующие приемы проходили у Гидеона "на ура". Начинались с комплиментов об Изабелль, а заканчивались горячими сливаниями тел. Даже кавайные вайфу уже переплюнуть в подарках не могли друг друга, чтобы порадовать свою секс-машину — так как сияние, роскошь, красота затмила всё и всех. Им оставалось дарить только себя. Но да попадались те, кто отваживался бросить вызов Изабелль. Ну, вызов был принят. Все «вызовы» подарочки, были приняты. Этому изврату всё к лицу.  — Гидеон, Вы прекрасны, — сделала комплимент одна девушка, потом вторая, третья, двадцать третья и трёхсотая. Гидеон понимал, что слава достаётся не только ему, но и Изабелль. Как же это ему нравилось.