И пусть Галактика горит огнем. Книга 1: Падение Драконов

29.06.283 ПЗЭ, Система Близнецов Когда его вывели из камеры, неяркий свет коридора показался ему просто ослепляющим. Прежде чем он успел проморгаться, двое конвоиров в серых боевых скафандрах и шлемах с зеркальными забралами сначала затолкнули его в душевую кабинку, а потом выдали чистую одежду и порцию еды — более качественной и сытной, чем все, что ему давали раньше. «Надеюсь, это не последняя трапеза смертника». Когда он закончил есть, конвойные надели на него наручники и повели по коридорам, где, как ему показалось народу было столько, словно это был не боевой корабль, а секция города-улья в час пик. Каждый, абсолютно каждый встреченный ими матрос и солдат провожал его долгим взглядом — иногда удивленным, иногда любознательным, иногда презрительным, иногда равнодушным. Внутри львиный адмирал Лорен Ланнистер кипел от ярости. С того момента, как абордажная команда врага вытащила его из останков «Гордого Льва», он был лишен положенного ему по статусу обращения и уважения. Этим северным варварам, кажется, было абсолютно все равно, кто он такой! Как будто он был ничтожным простолюдином, годным лишь для того, чтобы сражаться и умирать в безвестности среди миллионов таких же! Но он не такой! Он Ланнистер из Ланниспорта, он представитель высшей элиты своего мира и всего сегментума, каждое его слово стоило миллиарды драконов и решало судьбы миллионов людей! Кем они вообще себя возомнили, чтобы обращаться вот так с ним? С НИМ! Вот в таком настроении он пребывал, когда его привели на мостик флагмана. И едва он вошел внутрь, оскорбленный аристократ внутри него уступил место флотоводцу. Мигом забыв про свою уязвленную гордость, он обводил взглядом помещение и не уставал поражаться тому, что видел. Ни на одном из кораблей Запада такого быть не могло. Кораблестроители их сегментума всегда делали командный мостик в виде вытянутого прямоугольника, где капитан занимал место в центре. Слева от него рассаживались те, кто отвечал за системы вооружения. Справа — все, кто занимался прочими жизненно важными системами корабля. Спереди размещались астрогаторы — что тоже логично, эти должны быть всегда в поле зрения. Если судно было адмиральским, для него и его штаба выделялось отдельное место на возвышении, чтобы адмирал мог видеть каждого, кто находился в помещении и следить зорким глазом за тем, чтобы никто не отлынивал. Еще на этом месте располагался большой тактический дисплей, через который он мог следить за ходом боя, отдавать приказы и контролировать их выполнение. Это также исключало саму возможность того, что какой-нибудь непочтительный младший офицер станет беспокоить его по каким-то пустякам. Для того, чтобы обратиться к адмиралу, ему придется подняться на верхнюю платформу у всех на виду. И ему нравилось любоваться со своего места видами звезд, которые, казалось, были совсем рядом — только руку протяни. Для Лорена Ланнистера это был естественный порядок вещей, в котором не было ни малейшего резона сомневаться. Но северяне нарушили каждое слово в этом порядке — словно им и в самом деле закон не был писан. Во-первых, мостик был маленьким. Нет, не так, он был просто крошечным! Комнатушка примерно в четыре раза меньше, чем мостик «Гордого Льва», хотя это тоже был флагман. Впрочем, людей здесь было заметно меньше, чем в экипаже Ланнистеров. И не потому, что варвары понесли большие потери.Здесь изначально было всего шесть или семь рабочих мест. Лорен оглянулся туда, где по логике должны были находиться офицеры-тактики, и поймал себя на том, что не понимает, как северяне, будь они прокляты, вообще управляют своей посудиной? Во-вторых, мостик имел форму не прямоугольника, а скорее ротонды с двумя входами, в один из которых его и завели. Иллюминаторов не было, стены были заняты экранами, на которых отображались похожие помещения. Может, они просто разделили общее помещение на несколько частей? Чтобы одной комнате сидели артиллеристы, в другой связисты, в третьей инженеры — и все они общались между собой по внутренней связи. Но никакого адмиральского места на возвышении, никакого панорамного окна, чтобы любоваться звездами, здесь не было и в помине. Комната была точно такой же, как и любой другой корабельный отсек: серой, унылой и ничем не примечательной. В-третьих, здесь было очень шумно. Уставы флота Ланнистеров требовали от младших офицеров сохранять полную тишину в присутствии старших, до тех пор, пока к ним не обратятся. Исключением были те случаи, когда исполнение этого требования грозило жизни корабля и его командиров. Но и тогда младшим офицерам настоятельно рекомендовалось обозначать себя шепотом или, в самом крайнем случае, очень тихим голосом. А здесь все спокойно разговаривали со всеми, не опасаясь гнева вышестоящих. И, кажется, даже старались друг друга перекричать! «Безумцы…» — подумал Лорен. И четвертая часть картины, затмившая собой все предыдущие. На этом мостике вместе с мужчинами-северянами были и женщины! Женщины в форме! Такой же, как и у мужчин, но длинные волосы и характерные особенности фигуры выдавали их с головой. Да они, похоже, и не пытались скрыть свой пол… Лорен презрительно скривился при одной мысли о том, что такое возможно. На Западе женщинам категорически запрещалось какая-либо армейская или флотская служба и он полностью поддерживал это правило. Ну как женщины могут воевать? Они слишком чувствительны, слишком слабы, они не в состоянии логично мыслить и принимать решения, которые могут определять жизни и смерти миллионов людей во время войны. Место женщины — дома, на кухне и в постели, ее задача — делать все, чтобы муж, вернувшись домой, чувствовал себя комфортно. А еще растить и воспитывать его детей, пока он летает меж звезд, зарабатывая богатство и славу для себя и дома Ланнистеров. Последний раз это незыблемое правило нарушила Эллин Рейн с Кастамере, печально знаменитая Красная Львица, которая не просто восстала против власти Кастерли-Рок, но и лично повела своих людей в бой. После чего Лорд-сегментум Тайвин Ланнистер совершенно справедливо экстерминировал ее родной мир в 261 году ПЗЭ и вырезал всю уцелевшую часть ее предательского рода. Остальная часть Запада правильно поняла этот намек и с тех пор ни одна женщина даже подойти не смела к военному кораблю. Но северянам, как оказалось, это простое правило было невдомек. Более того, этим кораблем, судя по всему, командовала женщина. Особа с длинными русыми волосами, темными глазами и нашивками капитана первого ранга, которая, как только они вошли, поднялась из своего кресла и неспешно подошла к нему. Какая-то часть Лорена внутренне злорадствовала по поводу того, что северяне оказались такими же развратными и испорченными, как дорнийцы, раз уж додумались смешивать в своих экипажах мужчин и женщин. Другая его часть готова была взвыть от отчаяния и позора при одной мысли о том, что его корабль уничтожила женщина, причем уничтожила без особого труда. — Адмирал Лорен Ланнистер? — скучающим голосом поинтересовалась она. — Он самый, — тон, которым ответил ей Лорен, можно было ставить на пьедестал с выбитым на нем словом «ВЫСОКОМЕРИЕ». Всего два простых слова должны были напомнить этой выскочке, КТО перед ней стоит. Но судя по тому, как приподнялся один уголок рта северной капитанши, львиный адмирал понял, что произведенное на нее впечатление было либо нулевым, либо прямо противоположным тому, которое он закладывал. — Каперанг Эльвира Дред, начальник штаба адмирала Болтона, — представилась она в ответ, после чего обратилась к его конвоирам. — Опаздываем, парни. Адмирал будет недоволен… Возможно, Лорену это просто показалось, но громилы в скафандрах заметно напряглись, у одного даже слегка взвизгнули сервомоторы. — Простите, капитан, — прогудел один из них. — Заключенному потребовалось слишком много времени на то, чтобы привести себя в надлежащий вид. — Хотел предстать перед своими богами в лучшем виде? — холодно улыбнулась женщина. — Вам повезло, что лорд Болтон сегодня в хорошем настроении. Последнюю фразу она снова адресовала своим солдатам. Потом обратилась к Лорену: — Следуйте за мной, адмирал. Капитан Дред, к его немалому удивлению, направилась не к главному тактическому экрану, за которым, по логике, должен был сидеть Русе Болтон, а ко второму выходу с мостика. Шла она быстро и конвоиры Лорена даже начали подталкивать его в спину, чтобы он не отставал. За те несколько минут, что они шли по коридору — который был освещен куда лучше, чем тот, по которому его вели из тюремного отсека — Лорен впервые подумал, а не ошибся ли он, решив, что его притащили именно на «Расчленитель». Может, это и не линкор вовсе, а какой-нибудь крейсер или даже эсминец. И никакого Русе Болтона на борту вообще нет. И он даже не знает о том, что его подчиненные обращаются с таким высокопоставленным пленником настолько по-свински. А когда узнает… Пусть северяне и варвары, но их верхушка в любом случае должна быть более разумной, чтобы видеть разницу между ним и всеми остальными. Обдумать это как следует он не успел. Женщина-провожатая остановилась перед тяжелой бронедверью, перед которой стояли двое часовых в силовой броне рыцарского образца. — Капитан первого ранга Эльвира Дред, сопровождаю военнопленного Лорена Ланнистера, — представилась северянка. — Меня ждут. Один из солдат, не отрывая от них взгляда, нажала несколько кнопок на панели возле двери — и из потолка выдвинулось несколько механизмов с красными огоньками, направились прямо на них… «ИДЕНТИФИКАЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА», — прогремел металлический голос спустя три или четыре секунды, а огоньки сменили цвет на зеленый. — «ДОСТУП ОТКРЫТ». Лорен мысленно рассмеялся. Надо же, какие осторожности… Он слышал о том, что некоторые лорды так боялись бунта команды, подосланных каким-нибудь врагом убийц или смерти от рук собственного заместителя, которому надоело ждать повышения, что они не могли шагу ступить без тяжеловооруженной охраны. Но Болтон переплюнул даже их. Укрепленный бункер на собственном корабле? Серьезно? Однако, едва пройдя внутренний шлюз, он понял, что ошибался. За тяжелой дверью располагались не адмиральские апартаменты, а простой и довольно скромный зал для брифингов, где их ждал всего один человек, стоящий сейчас спиной к двери и изучавший интерактивную карту системы. — Вы опоздали, — произнес хозяин кабинета холодным и бесцветным голосом. Капитан Дред, в отличие от тех амбалов в скафандрах, ничуть не волновалась по поводу недовольства командира и даже не извинилась, а просто отрапортовала: — Военнопленный Лорен Ланнистер по вашему приказу доставлен, адмирал. — Наконец-то… — в голосе Русе Болтона появилось какое-то подобие интереса, когда он развернулся к ним лицом. При виде лорда сектора Дредфорт у Лорена Ланнистера внутри все похолодело. Он и раньше встречал на своем пути опасных и даже очень опасных людей, что во время учебы в Военно-космической Академии на Кастерли-Рок, что по мере восхождения по карьерной лестнице. Самым опасным среди них был, разумеется, его дальний кузен Тайвин. Но Русе Болтон, этот невысокий и невзрачный человек с бледными глазами, чье лицо словно никогда не знало солнечного света, мог заткнуть за пояс любого из них. Его темные волосы были обрезаны чуть выше плеч, одет он был в такую же серую форму, как и остальные члены экипажа, с той лишь разницей, что нашивка на его груди изображала освежеванного человека, а бледно-красный плащ скрепляла застежка в виде трех звезд — знак отличия вице-адмирала флота Севера. И эти звезды были не семиконечными, как в цивилизованной части Галактики, почитающей Истинную Веру, а четырехконечными. — Благодарю, что нашли время для встречи со мной, адмирал. — Я не думаю, что после этой встречи вы будете мне благодарны, — тихо ответил северянин и в его глазах, кажется, появился какой-то намек на злое веселье. — Вы к чему сейчас клоните? — Лорену совсем не понравилось начало этого разговора. Его все-таки хотели убить? Но ответил не сам Русе, а женщина-капитан. — Пока мы продолжаем вести войну с лоялистами, пятнадцать стандартных дней назад Ставка Верховного Командования Севера передала список знатных военнопленных из сегментума Запад, которые находятся у нас в руках, при посредничестве Республики Браавос. Лорен не слишком удивился этой новости. Обмен пленными через нейтральные стороны был обычной практикой, хотя обычно для этого использовалось Княжество Пентос или другое государство Содружества Свободных Секторов, они же Осколки Валирии, разбросанные по всему рукаву Эссос. Бастард Валирии, как еще прозвали мятежную республику, до сих пор не забыл своей вечной неприязни к потомкам валирийцев, перебравшимся в Вестерос. — Лорд-сегментум Эддард Старк категорически отказался от всех обменов пленными. Что было, надо сказать, ожидаемо, с учетом того, как пошатнулась за последние месяцы наша уверенность в незыблемости Железного Трона, — голос капитана так и сочился сарказмом. — Однако Лорд-сегментум Запада Тайвин Ланнистер сделал новое предложение о выкупе некоторых высших офицеров от себя лично. В первую очередь, тех, кто находится под опекой лорда Дредфорта. Ваше имя, адмирал, первое в этом списке. От услышанного Лорен Ланнистер потерял дар речи. После того, как он угробил в этой системе весь свой флот, он знал множество причин, по которым его пятиюродный кузен, правивший сегментумом, мог захотеть вернуть его домой. Хороших среди них не было. — Моя смерть не изменит ход войны, адмирал, — четко произнес Лорен, глядя в бесчувственные глаза Болтона. Ему все-таки не удалось сдержать дрожь в голосе, на что он так надеялся. — Конечно, я один из лучших флотоводцев на Западе, но у нас есть и другие таланты, готовые занять мое место. И когда силы Императорского флота, Запада и Простора объединятся и начнут свое грандиозное наступление… Ваше жалкое восстание будет утоплено в огне и крови. — Хорошо, что вы вспомнили об этом, адмирал, — Русе говорил по-прежнему тихо и спокойно. — Может, вы и найдете себе преемника, столь же умелого, как и вы… Хотя лучше вас, думаю, найти все равно не удастся… Но шестьдесят одних только линкоров, сгоревших в системе Трезубец, вы просто так не вернете. Вам хотя бы двадцать нужно иметь для удержания всего сегментума Ривер. Если вы запустите ваши верфи на полную мощь… Тогда года через два-три, возможно, сможете подумать и о наступлении. Это если новых потерь за это время не будет. А до этого времени наше, как вы выразились, жалкое восстание еще поживет. Шокированный Лорен снова не смог сдержать чувств. Конечно, Болтон мог и солгать насчет таких грандиозных потерь. Но… Данные о потерях в битве в Трезубце были настолько засекреченными, что даже с его положением и связями он не добился ничего, кроме общих и очень расплывчатых фраз. Неужели там и в самом деле произошла катастрофа подобных масштабов и теперь Императорская Разведывательная Служба так яро пытается это скрыть? Нет, нет, такого быть не может, проклятый северянин лжет, чтобы запугать его! Вот только зачем ему это делать? Лорен и так был у него в плену. И даже если его и в самом деле обменяют, подбрасывать через него дезинформацию не было смысла. Все равно его уже никто слушать не станет. — Надеюсь, вы много за меня запросили? — горько поинтересовался львиный адмирал. — А то! — усмехнулась Эльвира. — И самое главное, трофеи и выкуп за них по нашим законам не подлежат налогообложению. Так что вся прибыль достанется нам. Лорен заскрипел зубами от злости, глядя в довольное лицо северянки. — Когда-нибудь… Очень скоро… Вы все за это поплатитесь. Флот дома Ланнистеров сокрушит ваши варварские армады, а ваши миры будут служить нам в качестве мишеней! Пусть я и умру, но мои братья по оружию отомстят! — Это вряд ли, — равнодушно бросил лорд Болтон. Он сказал это так тихо, что Лорену пришлось напрячь слух. — Ваши братья по оружию сидят в соседних камерах с вами. А те, кто выжил и на свободе… Думаю, скоро им будет не до нас.