И пусть Галактика горит огнем. Книга 1: Падение Драконов

«Чего они добивались? Кто-нибудь может сказать, чего они вообще добивались?» (лорд Джейсон Маллистер вскоре после рейда Железнорожденных на Сигард, 283 ПЗЭ). «На войне всегда есть какой-то нерушимый закон. Вот один из них. Если есть самый глупый поступок десятилетия — Железнорожденные обязательно его совершат» (неизвестный участник войны, 290 ПЗЭ). *** Они называли его Чтецом. Как будто это было оскорблением и поводом для насмешек. Как мало у них разума. Они презирали знание и упивались своей колоссальной глупостью. Он знал, что те, кто не извлекает уроков из прошлого, обречены повторять их снова и снова. И никто не был лучшим повторителем, чем Лорд-жнец, провозгласивший себя королем Железных секторов. Лорд Родрик видел толпу воинов, собравшихся у входа в цитадель Пайка под темным небом. Ночное небо всегда было темным — звездные скопления, где вращались их миры, были отрезаны от основного рукава Вестероса, поэтому Железнорожденные не привыкли видеть над головой других звезд. Они знали, что вокруг лишь Пустота, в которой живет их бог. В толпе у стен крепости не было никакого подобия порядка. Одни носили тяжелые доспехи серии Mk XV, другие — трофейные элементы боевой брони, третьи — простые корабельные скафандры, четвертые — синие флотские мундиры, пятые и вовсе были в гражданском. В любом из сегментумов люди сами построились бы в четкие шеренги и колонны. Но только не здесь. Толпа в тени древней крепости, помнившей еще первых поселенцев, чьи корабли-ковчеги занесло в это забытое скопление, представляла собой неуправляемую массу, что еще больше подчеркивалось ее разнобойными криками. Но никакой стражи порядка, способной урезонить их, здесь, разумеется, не было. Он не сомневался, как много лавок будет сегодня разграблено, как много домов разрушено и как много девушек станет женщинами. «Смотри, Квеллон», — думал он. — «Смотри, как долго продержался твой Новый путь после твоей кончины». Глядя на то, что сейчас творилось, Родрик думал о том, что чувствовал бы его отец, выдавший в свое время дочь за сына Квеллона. Сам он был уверен, что это была одна из самых страшных ошибок, совершенных домом Харлоу. Крики усилились, когда самопровозглашенный король и лорд Пайка вышел на балкон, возвышавшийся над восторженной толпой. Капитаны, офицеры и простые налетчики приветствовали своего вождя со всей яростью и гордостью, скопившейся в их темных сердцах. — БЕЙ-ЛОН! БЕЙ-ЛОН! БЕЙ-ЛОН! — НАСТАЛО ВРЕМЯ ВОЗВРАЩЕНИЯ СТАРОГО ПУТИ! — закричал шурин Родрика так громко, что заглушил даже рев толпы внизу. — ЕДИНСТВЕННАЯ ЦЕНА, КОТОРЫЙ ЖЕЛЕЗНОРОЖДЕННЫЙ МОЖЕТ ЗАПЛАТИТЬ НАЗЕМНИКУ — ЭТО ЖЕЛЕЗНАЯ ЦЕНА! — БЕЙ-ЛОН! БЕЙ-ЛОН! — ДРАКОН ОСЛАБ! ТАК ВОЗЬМЕМ ЖЕ ОРУЖИЕ И НАУЧИМ ЕГО БОЯТЬСЯ ПУСТОТНОГО БОГА! — НАШ БОГ ЕСТЬ ПУСТОТА! — взревела в ответ толпа налетчиков. — ТО, ЧТО МЕРТВО… — начал сын Квеллона. — …УМЕРЕТЬ НЕ МОЖЕТ, НО ВОССТАНЕТ ВНОВЬ, СИЛЬНЕЕ И КРЕПЧЕ! — проревела в ответ толпа. «Нет», — подумал Харлоу. — «Если тебя выбросит в вакуум, ты умрешь. Если тебе отрубят голову и нагадят на труп, ты умрешь. Но попробуй теперь убедить эту орду кретинов в том, что…» Бейлон и не пытался никого убедить. Он вскинул над головой оружие и закричал во весь голос еще одно слово: — ВОЙНААААА!!! Ответ толпы был таким мощным, что Родрику показалось, что еще немного — и этот крик расколет планету на части. Особенно с учетом того, что они в раже топали ногами. Смерть Квеллона стала началом нового раунда большой игры. Игры престолов. В которой есть два выхода — победа или смерть. Даже если вспомнить Войну Узурпатора, когда против них воевали сразу четыре сегментума, Таргариены сумели сохранить какую-то часть силы и единства, которых оказалось достаточно для того, что можно назвать победой. Но она оказалась очень хрупкой. И Железному Трону позарез нужно было что-то, что могло бы сплотить их вассалов. Что могло бы убедить их в том, что единое государство всегда лучше, чем восемь или девять, грызущихся между собой. И Бейлон Грейджой готов был вручить Рейгару это «что-то» на блюдечке. Родрику оставалось только молиться Семерым, чтобы они подарили им свою милость. Потому что Пустотный Бог пощады не дает. КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ