accident

***

      На следующий день снова начался дождь. Ремус любил дождь. А после свидания с Сириусом (да-да, вы не поверите, но после мучительно долгих рассуждений в присутствии постороннего лица, он все же решил, что это было свидание), дождливая погода навевала тёплые воспоминания.       Сегодня Рем не работал в кофейне, но днём у него были две пары с трёх, после которых Сириус пообещал его забрать. Вся история с Сириусом всё ещё казалась Ремусу чем-то нереальным, но если и так — возвращаться из воздушных замков совсем не хотелось. Он точно убедился в этом, когда увидел Сириуса на парковке кампуса в своей кожаной куртке, с растрёпанными волосами, стоящим возле байка и листающим что-то в телефоне. Он подумал, что мог бы влюбиться в этого человека.       Ремус искренне широко улыбнулся, когда Сириус заметил (и, конечно, тоже улыбнулся во все тридцать два), что тот подходит. — Универ для мажоров. — Сириус кивнул в сторону здания.       Ремус усмехнулся. — Кое-как удалось поступить на бюджет, чуть с ума не сошёл. — На кого учишься? — он взъерошил рукой волосы. — Мы не говорили об этом в прошлый раз. — Да, я учусь на культуролога. Только не смотри на меня так.       Сириус тихо засмеялся. — Нет-нет, я… Тебе просто.. очень подходит. Не знаю, что было бы лучше. — А ты? На кого учишься? — Я не учусь на данный момент. Я.. купил справку о хроническом заболевании, для всех в универе у меня жуткое обострение бронхиальной астмы. И мне дали академический отпуск. — Купил справку? Это, наверное, очень дорого. И ты ещё осуждаешь меня за то, что я учусь в универе для мажоров. — нужно быть слепым или тупым чтобы не понять, что Сириус при деньгах. — Да.. но не то чтобы это сильно ударило по моему бюджету. — Сириус занервничал, и Рем пожалел, что затронул эту тему. — Я проучился два года на инженера, но это явно не мое. Сложно, скучно, а всеми знаниями, чтобы подлатать этого красавца, — он похлопал по сидению байка. — я и так обладаю. — он опустил голову и заговорил тише. — Моя семья хотела чтобы я был адвокатом — покрывать все их темные делишки, но мне всегда нравилось фотографировать. — О.. правда? У меня это никогда не получалось. Лили говорит, что у меня руки трясутся, как у деда, когда я пытаюсь фоткать. — Ну, для деда ты слишком симпатичный. — у Ремуса вспыхнули щеки, а Сириус лукаво улыбнулся. — Поехали. — он забрался на байк и передал Рему шлем.       Ремус всеми силами пытался не показывать свой страх перед не внушающей никакого доверия железной махиной, правда, пытался, и, возможно, у него получилось бы, если бы не руки, чересчур крепко сжимающие талию Сириуса. Ремус почти взаправду испугался, что задушит его, но ничего не мог с собой поделать.       Через каких-то пятнадцать минут сумасшедшего вождения Сириуса они остановились у большого здания в стиле барокко; с колоннами, большими окнами, множеством мелких элементов. Ремус удивленно уставился сначала на здание, потом на Сириуса. Не выдержав долго его взгляд, Блэк взъерошил волосы и опустил глаза. — Ну так, идём? — Музей? Как ты.. — Рем не мог перестать улыбаться. — У тебя дома была куча книг об искусстве, архитектуре, и ещё куче всего, так что я подумал, что тебе должно понравится. — он закинул на плечо рюкзак и не дождавшись ответа, повёл вовнутрь. — Что ещё ты успел заметить у меня дома? Как ты вообще смог такое заметить в похмелье?       Сириус усмехнулся. — Кучу растений и всяких оберегов. — Это ты ещё у моих родителей не был.

***

      Музей был огромным. Бесчисленное количество залов, коридоров, непонятных комнат, блестящих паркетов и мраморных изваяний сводили с ума. Ремус находился в состоянии легкой эйфории и иногда сам не замечал как начинал рассказывать про тот или иной экспонат. Сириус не перебивал и слушал, кажется.. увлечённо? Иногда добавлял что-то своё, какой-нибудь странный, но интересный факт, или забавно возбуждался, когда знал историю, рассказанную Ремусом.       Они шли по коридору с фресками на потолке, когда Рем услышал странный щелчок позади себя, а когда обернулся — увидел Сириуса с пленочной камерой, направленной на него. — Что ты делаешь? — Рем смущённо улыбнулся и почувствовал, как загорелись кончики ушей. — Нет, нет, перестань! — он попытался прикрыть лицо волосами или руками при следующей попытке Сириуса сделать фото. — Да ладно тебе, всего пару кадров! Ты просто.. так вписываешься сюда, что я не смог сдержаться. — он спрятал камеру за спину, когда Ремус попытался ее забрать. — Я верну тебе снимки, успокойся.       Люпин вздохнул и закрыл лицо руками, а Сириус притянул его к себе. — Иди сюда. — он снова достал камеру. — Да бога ради.. — Ремус попытался отвернуться. — Ну уж нет, давай, я хочу себе фотки с тобой. — Ремус все-таки улыбнулся в камеру, и даже не через силу, просто потому, что не мог заставить себя не улыбаться когда Блэк рядом. — Музей закрывается, нам пора. — Я делаю снимки, когда вижу что-то красивое. Я бы снимал тебя каждую секунду, но боюсь, что ты меня загрызешь. Я буду делать это иногда, ладно? — сказал Сириус, когда они выходили из музея, на что Ремус покраснел и тихо ответил «ладно», отчего Сириус, кажется, повеселел. Настроение поднялось и Люпина. Хотя он не был уверен, что могло быть ещё лучше.       Сириус довез его до дома. Повисло странное молчание когда пришло время прощаться. Никому из них этого не хотелось, поэтому Ремус был счастлив, когда Сириус предложил сходить в кино, и не раздумывая согласился.

***

      На ночной сеанс желающих было мало, поэтому выбор мест представлялся огромный. Ремус предоставил эту задачу Сириусу (потому что у самого всегда были жуткие проблемы, когда дело доходило до выбора чего-либо).       Ремус ждал его у гардероба. Сириус появился с двумя билетами, большим ведёрком попкорна, двумя банками газировки и широченной улыбкой на лице.       Свет уже был выключен, когда они зашли. В зале было мало народу, поэтому они могли выбрать практически любое место в зале, но Сириус и так купил хорошие места, так что они устроились где-то посередине зала.       Когда фильм начался, Ремус понял, что даже не знает названия фильма. Но это не особо ему мешало — он не был особо разборчив в сфере кино. Он был не против пересмотреть «Джентельмены предпочитают блондинок» или «Красотку» — главное поменьше крови, бойнь и войн. Этот фильм, кажется, был комедией или мелодрамой. Ремус не знал почему Сириус выбрал этот фильм, но их, кажется, обоих устраивало.       Под конец фильма Ремус поймал себя на мысли, что уже какое-то время не следит за сюжетом, а наблюдает за Сириусом; как экран вспышками освещает его четкий профиль, как он сводит брови на некоторых моментах, как выдаёт острые комментарии себе под нос.. Сириус провернулся к нему чтобы что-то сказать, но не успел — Ремус накрыл его сладкие от попкорна губы своими, и тот тут же ответил на поцелуй, подавшись вперёд. В кинозале включился свет и Блэк отстранился, укладывая голову на плечо Ремуса. — Переночуешь у меня? — тихо спросил Сириус.       Ремус согласился.       Поездка на байке холодной ночью слегка растормошила мысли Ремуса, и он понял, что блять едет к Сириусу домой, притом в трезвом состоянии. Но сколько бы он ни искал — никакого дискомфорта или страха в себе не нашёл. Ему было хорошо с ним, тут не нужно было много думать. Он чувствовал себя дома рядом с ним. Он подумал, что если бы Сириус в их первую встречу в кофейне предложил бы ему уехать куда-нибудь? наверняка он бы согласился.       Они слишком устали чтобы договариваться о том, кто где спит и как. Через пару минут после того как они вошли в квартиру, Сириус уже лежал под одеялом на плече Ремуса. — Мы ведь встретились совершенно случайно. — прошептал Ремус. — Ну, знаешь, случайности не случайны, так многие считают. — сонно ответил Сириус. — А ты как считаешь? — Считаю, что планы — это скучно. Со случайностями интереснее. Я люблю спонтанность. Я встретил тебя, потому что зашёл тогда в кофейню, а зашёл я туда потому, что у меня сломался байк и мне нужно было скоротать время. Это бесконечная цепочка с моей стороны, такая же есть и с твоей, но какое дело до того, что было в начале? Важно то, что эти цепочки пересеклись. — О боже. — Ты сам это начал. — усмехнулся Сириус. — Ты сам это начал, написав свой номер на гребанном стаканчике.