Kamemonogatari:Gaiden

Строгий черный костюм немного жал в плечах — видимо, за полгода с момента покупки Донателло еще немного вытянулся. Он нервно одернул пиджак, стараясь меньше смотреть в зеркало на стене лифта, который нес его на верхние этажи здания. Надевать костюм было неловко — это был подарок Эйприл. И Дон бы предпочел никогда больше не вытаскивать его из чехла, но другого костюма для собеседований у него не было. Тут в кармане пиджака завозился смартфон. «Удачи, Ди! Я в тебя верю!» Такое коротенькое сообщение от Майки, но Донателло улыбнулся, ощущая, как волнение немного отступает. Сегодня был важный день не только для него, но и для Майки — финальный день съемок его шоу. А потом они вместе поедят пиццу у Антонио, поедут домой и… Лифт остановился, не добравшись до тридцать пятого этажа на пару цифр. Створки распахнулись, и в кабину вошел высокий мужчина в белом лабораторном халате. Рыжие волосы торчали во все стороны, на носу громоздились очки в роговой оправе. «Чаплин?» — Донателло напрягся, и тут ученый оторвался наконец от своего планшета. — О, Донателло-кун? — Чаплин широко улыбнулся. — Давненько не виделись! Какими судьбами здесь? — Собеседование, — сухо ответил Дон, проигнорировав приветствие. Он был наслышан, что именно Чаплин курировал проект наноботов в последние месяцы жизни Шреддера. И приказывал пытать Лео, видя в нем лишь объект для экспериментов. — А вы что тут делаете? — Мистер Бишоп пригласил меня в свою команду, — Чаплин вздохнул. — Я бы остался в клане Аси, но там теперь новые порядки, ученых совсем не ценят. А Бишоп позволяет мне и дальше работать над наноботами. Ты тоже из-за этого здесь? — Бишоп давно меня приглашал, — пробормотал Донни. — Вот решил попробовать свои силы. Хотя что-то уже не хочется. — Да брось, — Чаплин хлопнул его по плечу. — Мы отлично сработаемся! Забудем старые обиды! — Вообще-то у меня еще несколько предложений, — соврал Донни. — Будет из чего выбрать. — Ну, как знаешь, но TCRI — лучшая компания в сфере биоинженерии в мире. А вот и наш этаж. Чаплин первым вышел в коридор и направился к защищенной герметичной двери. Донни же с тяжелым сердцем пошел в другую сторону. Нашел дверь с табличкой «переговорная» и толкнул её. До назначенного времени оставалось три минуты, поэтому внутри ожидаемо никого не было. Новый приступ волнения не дал Донни присесть, поэтому он подошел к панорамному окну, рассматривая потрясающий вид на Гинзу — деловой район Токио. Несколько секунд вглядывался в окно и только потом понял, что перед ним экран с невероятным разрешением. Делать окна на этаже, где расположена лаборатория, не стал бы никто. Поэтому экран, транслирующий ситуацию на улице в прямом эфире, был весьма изящным решением. Здание TCRI и впрямь потрясало воображение. И вряд ли это заслуга только наноботов. Подобная разработка была слишком опасной и наверняка держалась в строгом секрете. Но у компании Бишопа были и другие не менее впечатляющие проекты, ради которых Донни не задумываясь бы начал работать тут. Если бы не одно «но». Хотя теперь уже два «но». «Ладно, не думай об этом. Думай о вечере с Майки». Лео и Раф уехали в Нагасаки — навестить Сплинтера. Хотя Лео сказал, что собирается рассказать ему о них с Рафом. Донни оставалось лишь подивиться его смелости. Нет, он сам не собирался скрывать отношения с Майки. Но открыться отцу… Автоматические двери разъехались в стороны, и на пороге возник Бакстер Стокман в инвалидном кресле. Темные умные глаза впились в Донателло, словно собираясь прожечь в нем дыру. Несколько секунд в комнате висела неловкая тишина, а потом Стокман проворчал: — Будь моя воля, ты бы вылетел отсюда как пробка, экземпляр. Но Бишоп отчего-то желает видеть тебя в лаборатории не как объект для исследований, но как ученого. — И вам добрый день, доктор Стокман, — Донателло решил придерживаться тактики вежливого нейтралитета. Удивительно, но после всего, что довелось пережить ему и его братьям по вине Стокмана и его хозяина, Донни все еще немного, но уважал ученого. — Не думай, что подхалимаж сработает со мной, — высокомерно процедил Бакстер и раскрыл лежащее на столе личное дело. — Я посмотрел твой послужной список. Биолаборатория при Сиракузском университете — для кого-то это сразу же зачисление в штат, но не для меня. Посредственности мне тут совсем не нужны. Так что я могу взять тебя лишь как добровольца на испытания. — Нет уж, — Донни помрачнел. — Я хочу работать, а не быть вашей подопытной крысой. — Странно, что ты вообще сюда пришел, — Стокман усмехнулся. — Ты ведь считаешь меня врагом, как и этого выскочку Чаплина. После всего, через что вы прошли благодаря Шреддеру, я удивлен видеть тебя тут. Хотя есть у меня одна идея, почему это так. — И какая же? — Жажда познания, — Бакстер переплел бионические пальцы протезов в замок. — Наноботы это что-то с чем-то, на их изучение не хватит всей жизни. А с учетом твоих ограниченных возможностей, даже двух. Но ты все равно хочешь узнать о них больше, не так ли? «Дело в деньгах», — хотел было ляпнуть Донни. Потому что ему и правда нужно было поддерживать семью. Занятия Лео с учениками едва покрывали их расходы, Майки получал лишь часть гонораров, а Раф теперь собирался заняться просто подработками. Совесть не позволяла Дону сидеть сложа руки. Тем более, что нужно было занять себя хоть чем-то. Однако сказать такое Стокману — гарантированно вылететь из этой комнаты. А значит, нужно сыграть роль такого же повернутого на экспериментах фанатика. — Вы правы, — Донни поднялся со стула и вновь повернулся лицом к окну. — С тех самых пор как узнал о наноботах, я хотел изучать их. Хотел понять, как их можно использовать во благо. Но боялся признаться в этом самому себе и своим братьям. Меня они не поймут, это точно. Донни чуть опустил голову, надеясь, что Бакстер поведется на эту откровенную ложь. Главное не показывать ему лицо. — Молодым ученым вроде тебя, — Стокман снова зашелестел бумагами, — сложно отринуть сомнительный концепт суждений, называемых моралью. Видимо, у тебя в прошлом были весьма тепличные условия, раз ты переживаешь о мнении других относительно своих решений. Но так и быть, я беру тебя на испытательный срок. — Правда? — Донни резко обернулся, почти позабыв том, что блефовал. — Спасибо! Я вас не подведу! Донни слегка поклонился, на что Бакстер лишь махнул рукой. — Да-да, избавь меня от этого японского этикета. Жду тебя завтра в 9:00, опоздаешь хоть на минуту, будешь работать бесплатно весь испытательный период. — Не волнуйтесь, сэр, — Донни слегка улыбнулся. — Тренировки у сенсея научили меня пунктуальности. Стокман хмыкнул что-то неопределенное, а потом проворчал: — Ну вот, еще один криворукий помощник на мою голову. Спасибо хоть не рыжий. «Видимо он все еще бодается с Чаплином», — мелькнуло в голове у Донни, но тут автоматические двери вновь открылись. Искусственный свет скользнул по рыжим волосам и белому халату. Голубые глаза удивленно распахнулись. — Ах да, забыл вам сказать, — Стокман, кажется, развеселился. — Вместе с вами в лаборатории будет работать наша стажерка — мисс Эйприл О’Нилл. Но, полагаю, вас представлять не нужно?

***

— Отличная работа, Майки! Айда с нами праздновать?! Режиссер Мондо вместе с командой явно хотел напиться, ведь повод особенный: окончание съемок второго сезона сериала Ренетт. Однако у Майки были свои планы. — Простите, ребята, — он извиняюще развел руками. — Сегодня никак. — Что, девушка? — выкрикнул кто-то, раздался беззлобный смех. Майки смущенно рассмеялся в ответ и, махнув рукой коллегам, поспешил к своему трейлеру. Финальный день съемок прошел на удивление быстро, куда быстрее, чем он думал. «Я даже успею перехватить Дон-ни у здания TCRI. Потом мы пойдем к Антонио, а потом…» Микеланджело так погрузился в мысли о вечере с Донни, что совсем не смотрел под ноги. Тут перед глазами мелькнуло что-то темное, и он ощутим ударился носом о препятствие. Во всяком случае, он так думал. Но потом отскочил в сторону, прижимая ладонь к лицу, и понял, что налетел вовсе не на внезапную стену посреди улицы. Даже вне площадки плечистая фигура в черном костюме смотрелась внушительной. — Ой, Кей Би-сан! — Майки виновато улыбнулся. — Простите, я совсем не смотрел, куда иду. Вы в порядке? Черный рейнджер хранил молчание, Майки вообще не помнил, чтобы слышал его голос. По словам менеджера, это был приглашенный актер из Америки, и он вообще не говорил по-японски. В сериале его переозвучит профессиональный сейю. Сквозь черные склеры на шлеме невозможно было понять, с каким выражением иностранец смотрит на Майки, но вот он шагнул к нему. Тот едва не попятился — широкая ладонь с длинными пальцами опустилась ему на голову, слегка растрепав осветленные волосы. Микеланджело зажмурился, словно довольный кот. Несмотря на пугающую внешность и общую загадочность этот парень, похоже, не был злодеем по-настоящему. — Спасибо за работу, Кей Би! Вы крутой! — выпалил он, надеясь, что американец поймет его. И, похоже, это было так — он чуть заметно кивнул и скрылся за дверью своего трейлера — соседнего с Майки. На краткий миг Майки даже пожалел, что не пойдет на гулянку с коллегами — возможно, там загадочный рейнджер будет более открытым. Однако вечер с Донни был куда важнее. «Сделаю ему сюрприз», — подумал он, натягивая привычную оранжевую толстовку прямо поверх костюма. Схватил стоящий у стены скейт и, спрятав нижнюю половину лица за черной маской, выскочил из трейлера. Шумная толпа собиралась идти в бар. Охрана просила зевак разойтись. Микеланджело в лучших традициях ниндзя прокрался мимо, а потом помчал в сторону Гинзы, до которой было всего пара кварталов. На календаре был последний день зимы, и воздух в Токио уже прогрелся по-весеннему теплым солнцем. Осветленные волосы слегка растрепались, когда он резко затормозил перед зданием конторы Бишопа. Уже вытащил телефон, чтобы написать брату, но тут заметил его в небольшом ресторанчике прямо напротив офиса TCRI. Донателло сидел за столиком, перед ним дымилась чашка с кофе. А напротив сидела Эйприл.

***

Неловкое молчание за столиком ужасно тяготило. Четверть часа назад она со слезами на глазах просила его об этом разговоре, хотя единственным желанием Донателло было уйти и больше не видеть ни ее, ни Стокмана. Ни Кейси, который приехал пару минут назад и тоже бестолково молчал, сидя рядом с ней. Его ладонь лежала слишком близко к ее дрожащим от волнения пальцам. Раньше это бы взбесило его и вывело из равновесия на добрых полдня. Сейчас это вызывало лишь усталость и желание уйти. — Ну, — он подпер голову рукой. — Кофе почти остыл. Подозреваю, что ты позвала меня сюда вовсе не для этого. — Донни, — Эйприл поджала губы. — Я… даже не знаю, с чего мне начать. — Начни с начала, — подсказал он. — И побыстрее, у меня встреча через полчаса. — Эй, не торопи ее, — вмешался Кейси. — Это не так-то просто. — Неужели для тебя, Джонс, есть что-то сложное в этом вопросе? — Донни скрестил руки на груди. — Ведь легче легкого было приехать в Штаты, пока мы боролись со Шреддером и сблизиться с Эйприл, так? А потом у тебя еще хватило наглости смотреть мне в лицо… — Ты первый ее бросил! — выпалил Кейси, покраснев от гнева. — Я вернулся к семье! — в тон ему ответил Донни. — Хватит! — Эйприл стукнула по столу ладонью. — Кейси, помолчи, будь так добр, я сейчас говорю. Ты выскажешься после. Она сухо всхлипнула и взглянула прямо на Донателло. Он тут же захотел отвернуться. За грудиной неприятно заныло. Донни был уверен, что у него больше нет чувств к ней. Одна только боль и обида, которая сегодня снова дала о себе знать. В день, который он так хотел провести с Майки. Оставалось надеяться, что этот неловкий разговор закончится быстро, и он пойдет есть пиццу и слушать болтовню брата о его сериале. — Доннни, — Эйприл нервно сцепила пальцы в замок. — Я ужасно виновата перед тобой. Не знаю, возможно ли это, но я все равно прошу твоего прощения. Эйприл опустила голову в типичной японской манере. Донни отпил из чашки кофе, чтобы хоть как-то отвлечься. Прощение? Она точно его не получит. Благодаря Майки ему стало уже все равно. Однако быть добрым самаритянином ему точно не хотелось. — Эй, может, отреагируешь? — сварливо поинтересовался Кейси. — Девушка перед тобой готова на колени встать. — И что ты хочешь услышать? — Донни гневно стукнул чашкой о блюдце. — Что я вас благословляю? Что не держу зла? Я оборвал с тобой все связи, заблокировал твой номер. Разве этого не достаточно, чтобы понять? Я не хочу знать о том, что послужило причиной. Не хочу даже вспоминать. Я вернулся домой, только начал приходить в себя, а вы… Он задохнулся и опустил голову. Злость и обида душили его. Ковырять эти раны было ужасно больно, и он не хотел этого делать. — А я говорил, что ничего не выйдет, — глухо пробормотал Кейси. — Пойдем, Эйп. Не надо ему ничего объяснять. — Нет, нам нужно поговорить, — упрямо ответила она. — Все эти месяцы… мне тоже было тяжело. — А мне будто бы легко, — Кейси вздохнул. — Я не собираюсь ничего объяснять тому, кто не готов слушать. Выходи, как будешь готова, я пока перекурю. — У меня еще работа, — холодно ответила Эйприл. — Поезжай без меня. Джонс фыркнул и выбрался из-за столика. Когда его кожаная куртка скрылась из виду, Донни усмехнулся. — Кажется, у вас с ним не все гладко? — Можешь позлорадствовать, я не против, — вид у Эйприл был самый несчастный. Голубые глаза опухли и покраснели. — Не хочу, — Донни вздохнул. — Знаешь, если ты сошлась с ним, то, наверное, он надежный парень. Не самый умный или чуткий, но… — Господи, какой сюр, — Эйприл прикрыла глаза. — Мой бывший пытается доказать мне, что мой нынешний не так уж и плох? — Эйприл, — Донателло вздохнул. — Мне сложно простить тебя, это правда, но я не желаю тебе плохого. Я тебя любил, почти что боготворил, и хочу, чтобы ты была счастлива с ним или с кем-то еще. — Донни… — губы Эйприл задрожали, и она протянула ладонь. От прикосновения ее пальцев Донни словно подбросило. Несколько секунд он был в ступоре, а потом убрал руку со стола и отвел взгляд. Эйприл тоже смутилась и отвернулась к окну. Донни уже думал проверить телефон: наверняка Майки завалил его вопросами про собеседование. Однако прежде, чем он успел оформить эту мысль, Эйприл произнесла: — Это там Майки? Донателло прошиб холодный пот — он перевел взгляд в окно. Майки замер посреди тротуара. Голубые глаза были широко распахнуты. Вот он резко мотнул головой и встал на скейтборд. — Черт возьми! — выругался Донни и вскочил на ноги. Однако, когда он выбежал из кафе, брата и след простыл. Словно его любимая доска была снабжена реактивным двигателем. — Донни! — бледная и испуганная Эйприл схватила его за локоть. — Ты на проезжей части! — Плевать, я должен найти Микеланджело, должен все ему объяснить, должен… — Донни прижал смартфон к уху, но спустя пару секунд раздался короткий гудок — Майки сбросил.

***

Слезы застилали глаза, когда он на всех парах мчался обратно к парку, где все еще стояли трейлеры и декорации с прошедших съемок. За это время Донни позвонил раз двадцать, но Майки сбрасывал, а потом и вовсе отключил телефон. Разговаривать не хотелось. Увиденного было достаточно. Доска с треском ударилась о подножку трейлера. Майки рванул дверь на себя, задыхаясь от слез, опустился прямо на пол авто. Закрыл лицо ладонями — перед глазами до сих пор стояла сцена в кафе: смущенный Донни, держащий Эйприл за руку. Как давно они снова сошлись? Теперь он снова уедет в Нью-Йорк? Неужели все это было лишь игрой и… Микеланджело мотнул головой, всхлипнул, с трудом подавляя отчаянные рыдания. Хотя потом он стиснул зубы и тихонько заплакал, поняв, что ему не перед кем держать лицо. — П-почему… Дон-ни… Боль, непонимание и злость заполнили его до краев, грозясь обернуться очередной панической атакой, но тут позади раздался какой-то шорох. Майки замер словно испуганный зверек, а потом из темноты трейлера показался высокий худой силуэт. — Кей Би? — Майки стало невыносимо стыдно, и он вскочил на ноги. — Простите, я, видимо, перепутал трейлер, я сейчас же… Внезапно актер поднял ладони и сдержанно похлопал. Как и в тот раз Майки не мог увидеть его лицо, но тут он произнес на чистейшем японском: — Отличная актерская игра, Микеланджело. Скрипучий низкий голос. Майки заледенел — в голове словно что-то щелкнуло. «Кей Би. Актер из Америки» — К-крис…? — Долго же до тебя доходит, — Крис Брэдфорд сипло рассмеялся. — Хотя что с тебя взять, ты ведь тот еще тупица. А теперь, как выяснилось, еще и плакса. Микеланджело поспешно встал в стойку, рука метнулась к нунчакам, но Рахзар был быстрее. В мгновение ока он сгреб его за шею. — Пусти! — Нет уж, раз пришлось раскрыть свою личность раньше времени, то ты от меня не сбежишь, — Брэдфорд хохотнул. — Поспи-ка, малец. Силы тебе понадобятся. В следующий миг он сдавил металлические пальцы — Майки задохнулся, а потом потерял сознание.

***

Эйприл сидела в своем рабочем кресле, пока ее программа-взломщик пыталась хакнуть базу записей полицейского управления Токио. Она была рада, что всю сложную работу делал алгоритм, пытаться в хакерство вручную, когда рядом Донни, было бы крайне сложно. — Да… спасибо, Кавазу-сан, я понял. Конечно, я сообщу вам… нет-нет, мы справимся. Все будет в порядке, обещаю. Вот он закончил разговор и устало прижал ладонь к лицу. Эйприл неловко сцепила пальцы в замок. Она чудом уговорила его вернуться в здание TCRI и вести поиски отсюда. Пытаться отыскать Майки в центре Токио, просто объезжая все районы, — гиблое дело. Хотя Кейси, надо отдать ему должное, вызвался объехать все места, где мог быть Майки: аркадный зал, школа, Акихабара. Однако его нигде не было. Мобильник тоже молчал — был выключен уже более двух часов. Поэтому отследить его по обычной шпионской программе было невозможно. — Как там дела? Эйприл вздрогнула — голос Донателло был глухим и безэмоциональным. Когда он обернулся, его лицо показалось ей каким-то осунувшимся. — Тридцать пять процентов, — произнесла она. — У Токийской полиции хорошая защита. — Медленно, — Донни сел за ближайший компьютер. — Должен быть способ быстрее и эффективнее. На несколько секунд он замолчал, а потом резко схватился за телефон. — Бесполезно, Донни, если он отключил телефон… — Нельзя полагаться только на технологии, сенсей всегда говорил, что они лишь инструмент в умелых руках, как катана или кусаригама, поэтому я обращусь к… Караи? … Прости, что так внезапно, но мне нужна твоя помощь. Несколько минут Донни объяснял ситуацию, а потом, поблагодарив приемную сестру, завершил звонок. За это время прогресс взлома поднялся лишь на пару процентов. Но Эйприл почти не обращала внимания на монитор, не сводя глаз с Донни. За два месяца разлуки, хотя для нее они тянулись как года, он словно бы еще вытянулся и стал более взрослым. Самым высоким человеком на ее памяти был Чаплин, и Донателло словно бы уже догнал его. Правда сейчас тревога его совсем не красила. — Я попросил помощи у Караи и ее людей, — сообщил он. — Они прочешут улицы в центре, поспрашивают народ. Но если бы он был там, то уже попался на фото фанатов. — А я и забыла, что он теперь айдол, — Эйприл слегка улыбнулась. — Как его карьера? Донателло вздохнул, но ответил: — Бьет ключом, чего я тоже опасаюсь. Он мог попасться в лапы каких-нибудь сумасшедших сталкеров или того хуже. — Но он ведь ниндзя клана Хамато, — Эйприл попыталась успокоить его. — С обычными людьми он точно справится. — С обычными, да, — пробормотал Донни, а потом резко вскинулся: — Каков процент взлома базы камер? — Сорок один процент. — Проклятье, — Донни прикрыл глаза. — Какие районы? — Тиёда и все, что восточнее, — Эйприл открыла архив. — Но тут более десяти миллионов камер. Я могла бы попытаться влезть в сервис распознавания лиц, но это займет всю ночь. — Нет, давай проверим в радиусе места, где отключился его смартфон, это недалеко от парка Хибия. Эйприл послушно запустила нужный сектор, включив перемотку. Донни обошел ее кресло и встал за спинкой, положив ладонь на подлокотник. Эйприл слегка вздрогнула и покраснела. — Вот, примерное время, — он склонился почти к экрану. — Останови. Миг спустя на экране отобразился нечеткий силуэт на скейте. Микеланджело заехал в ворота парка. — Следующая камера, — требовательно произнес Донни. Чувствуя себя секретаршей у придирчивого босса, Эйприл кликнула нужную камеру. Майки подъехал к трейлеру и заскочил внутрь. Даже на плохой записи было заметно, как он расстроен. Донни опустил голову, пряча лицо в тени челки. Первым порывом было коснуться его руки, чтобы немного поддержать, но Эйприл понимала, что сейчас не лучшее время. Тут на записи снова началось движение. — Смотри! — Эйприл все же дернула его за рукав. Черный автомобиль с тонированными стеклами подъехал в тот самый миг, когда дверь трейлера отворилась. Высокий, выше чем Донни и Чаплин, человек в черном одеянии вышел к авто. На плече у него болтался светловолосый силуэт в оранжевой толстовке. — Кто это? Неужели и правда фанат-сталкер? — Эйприл покачала головой. — Приблизь-ка, — Донни нахмурился, всматриваясь в экран, и тут его лицо превратилось в бледную маску. Ладони сжались в кулаки. — Это не фанат, — прохрипел он, прожигая взглядом монитор. — Это Крис Брэдфорд. В следующий миг Донателло произнес то, что на памяти Эйприл не делал никогда: — Я урою этого ублюдка.

***

Первое, что понял Майки после пробуждения, — он не связан. А еще почему-то лежит на земле и ему чертовски холодно. Голова гудела, шея отвратительно ныла, но он все же смог открыть глаза. Изо рта вырвался легкий клуб пара. Ежась от холода, Микеланджело сел на земле, укрытой темной жухлой листвой. Окружение было затянуто зябким туманом, но он смог рассмотреть темнеющие стволы деревьев. Каким-то неведомым образом Майки оказался в лесу. Одетый в одну лишь форму солнечного рейнджера. Он совершенно не помнил, как оказался в такой ситуации, но рядом с ним лежали его нунчаки — это придавало уверенности. Однако не успел он закрепить их на поясе, как среди деревьев зажглись красные огоньки. В давящей тишине и тумане это казалось каким-то сном. Но тут враги подобрались ближе, и он узнал черную форму и красный символ в виде трехпалой лапы. — Футботы, значит, — пробормотал Майки и встал в стойку. — Нападайте, так хотя бы разомнусь и согреюсь. Бесшумные и безэмоциональные они атаковали незамедлительно. Короткие клинки вспороли воздух, но он подпрыгнул на добрых три метра, а потом раскрутил цепь камы. Тяжелый грузик обвился вокруг ветки соседнего дерева, и Майки, словно дитя джунглей, принялся летать между разлапистыми соснами, отбрасывая жестянки прочь. После постановочных боев было слегка непривычно, но потом он вошел во вкус. Лезвие камы легко сносило ботам головы, и вот последний из них рухнул на землю грудой металлолома. — Так-то лучше, — Майки спрыгнул вниз и потянулся. — Спасибо за тренировку, парни. Однако тут инстинкты взорвались красными сигналами — сверху опустилась черная тень, разорвав клочья тумана. Металлические пальцы больно сдавили нижнюю половину шеи, и Майки оказался припечатан лицом к жесткому стволу дерева. — Соскучился, малец? — просипел Рахзар ему на ухо. — Неплохо раскидал этот мусор, к слову. — Отвали, — Микеланджело дернулся, пытаясь вырваться из захвата. — Хм, кто ж так разговаривает со своим семпаем, мы ведь с тобой партнеры по площадке, забыл? — Уже нет, и вообще, — Майки попытался вывернуть голову, чтобы посмотреть на уродливое лицо Брэдфорда, — играешь ты пососно. — Да, а как же «ты крутой» в твоем исполнении пару часов назад? Или стоило тебе узнать, кто под маской, как все изменилось? — Заткнись, — Майки снова попытался сбросить хватку. — Зачем тебе вообще это было нужно? Фанат «токусацу»? — Американская версия и правда имеет культовый статус, — здоровая рука Рахзара больно дернула его за волосы, вынуждая задрать голову. — Но целью был ты, Кавабанга. Подобраться к тебе не как враг, усыпить бдительность, а потом… Металлический коготь провел по нежной кожи горла, оставляя легкий порез. Майки даже не дрогнул, на что Рахзар рассмеялся. — Хватит стоить из себя крутого, пацан. Я видел, как ты рыдал в моем трейлере. Этот вид тебе подходит куда как больше. Что же так тебя расстроило? Подружка кинула? Микеланджело внезапно вспомнил то, что было до обморока, и поджал губы. — Видимо, так и есть, — продолжал глумиться Рахзар. — Хотя я не удивлен, у такого неудачника просто не может быть хорошо в этом плане. — Я, может, и неудачник, но хотя бы не урод, — выпалил Майки, задетый за живое. Рахзар зарычал, больно вдавив его лицо в кору дерева. — С каким наслаждением я бы вырвал тебе язык, мелкий ублюдок, но тогда ты не сможешь кричать, когда я отдам тебя Хану. Он почти восстановился после стычки с твоими старшими братьями и горит желанием отомстить. По спине побежали мурашки, и Майки дернулся изо всех сил, но был лишь сильнее прижат к дереву костлявым телом врага. — Эй, не ерзай, а то я подумаю, что ты меня соблазняешь, — Брэдфорд хрипло рассмеялся. — Хотя в таком наряде даже делать ничего не надо. Ты хоть понимаешь, как выглядишь? — Да завались ты уже, — прошипел Майки, но тут острые когти полоснули его по спине, распарывая материал. Кожа мгновенно покрылась мурашками. Холодный металл перчаток скользнул по пояснице. — А со спины даже не понять, — голос Рахзара дрожал, — что ты парень. А еще я тут слышал кое-что занятное, что двое из ваших братьев типа из этих. Говномесов. Правда, что ли? Майки напряженно замолчал, и Брэдфорд расхохотался. — Так значит Хан не соврал! Вот так номер! Гребаные извращенцы… — Да?! На себя посмотрите! Поехавшие садисты, вот вы кто! — выпалил Майки, ощущая, как в глазах закипают слезы. — Мы клан ниндзя, — невозмутимо ответил Брэдфорд. — Жестокость для нас в порядке вещей. Но мы точно не занимаемся всякой извращенной херней со своими братьями… В этот миг его пальцы скользнули под распоротый спандекс. — Эй! Кто-то тут еще извращенец?! — вскинулся Майки, на что Рахзар лишь рассмеялся. — Вам гребаным извращугам не привыкать же. Металл обжег чувствительную кожу, и в следующий миг Майки вывернулся из захвата. В мгновение ока взбежал по отвесному стволу, спрятавшись от врага на узловатой ветке. Сердце стучало как сумасшедшее, но вовсе не от натуги. Мерзко, стыдно, отвратительно! Так его мог касаться только Донни, но никак не чертов Рахзар! — Ба, какие мы нежные, — Брэдфорд оскалился. — Ну не хочешь по-хорошему, я приду после пары дней у Хана. Тогда раздвинуть ноги будет для тебя лучшим вариантом, а пока идем-ка со мной. — Только через мой труп! — заорал Майки и раскрутил кусаригаму. Однако Брэдфорт прыгнул на удивление легко и быстро. Миг спустя он уже был на ветке. Смертоносные когти мелькнули в миллиметре от лица Майки. — Удивлен?! Не только у тебя теперь есть допинг! — хвастливо выдал Рахзар, и Майки едва не застонал. Покалечить или убить его теперь было куда сложнее. Спасаясь от его когтей он спрыгнул вниз и, мягко спружинив о землю, соединил ладони в форму — «ми» — печать змеи. — Ахаха, ну и что это за детский сад?! — Рахзар вновь захохотал. — Печать ниндзюцу?! Повзрослей, Микеланджело! В следующий миг он сиганул с ветки прямо на замершего Майки. Время застыло, стало тягучим, словно желе. Майки вдохнул — в голове тут же зазвучал голос Донни: «Наноботы — это не бессмертие, да, нам сложно нанести смертельные раны, но есть кое-что, что ни один допинг не сможет восстановить». Лезвие камы тускло сверкнуло, отражая перекошенную рожу Криса Брэдфорда. Цепь захлестнулась вокруг тощей шеи.

***

Панцеробус мчался по лесной дороге на пределе возможностей. Кейси выжимал из старого мотора максимум, казалось, что еще немного, и радиатор закипит. Однако Донни было все равно. Благодаря Караи и ее связям, они поняли, куда Рахзар увез Майки, — в лес Инокасира, что рядом с особняком Шреддера. Не глухое, но не самое популярное место. Особенно ночью. — Вон! — Эйприл указала на поляну, окруженную деревьями. — Тепловые сигнатуры! Панцеробус лихо занесло на раскисшей дороге, но Донни не стал дожидаться остановки — выскочил наружу прямо на ходу и рванул к кромке деревьев. Его очки с ночным видением и правда засекли два тепловых объекта, но когда он выскочил из пелены тумана, одна из фигур побледнела. Нервно сглотнув, Донни поднял визор. — Майки? Невысокая фигура его брата замерла посреди поляны. Желтый костюм рейнджера был порван на спине и пропитан кровью. — Май…ки… — Донни похолодел, но тут брат встряхнул кусаригаму — кровавые пятна упали на влажную землю, а потом он чуть приподнял то, что все это время держал в правой руке. С глухим стуком голова Криса Брэдфорда прокатилась по влажной земле.

***

Стрелка старинных часов громко тикала, отсчитывая секунды, которые тянулись невероятно долго. Донателло сидел за кухонным столом, скрестив руки на груди, напротив сидел Кейси Джонс, напряженно потягивая пиво. Банка, стоящая перед Донни, была нетронутой. С битвы в лесу Инокасира прошло три дня. И все эти три дня Майки не выходил из комнаты. Отказывался есть и не говорил. Словом, это было похоже на то, что было с ним год назад после буллинга в школе. Но если тогда Донни быстро и изящно решил проблему, то теперь все было куда сложнее. Именно поэтому поговорить с Майки вызвалась Эйприл. Правда, Донни не рассчитывал на успех. — Думаешь, она справится? — внезапно спросил Кейси, словно прочитал его мысли. — Скорее всего, нет, — вздохнул Донни. — Майки впервые столкнулся с таким и… — Да я не про Брэдфорда, — махнул рукой Кейси. — Почему-то мне кажется, что Майки замкнулся не только потому, что убил этого монстра. Но он ведь видел вас с Эйп в кофейне? Донни мрачно кивнул. Он почти забыл, с чего всего началось. — Ты крайне важен для Майки, — произнес Кейси. — Может, у него братский комплекс, но Эйприл рассказывала, что когда он был под этой вашей сывороткой, то пытался убить ее, потому что она «причиняет Донни боль». Как в воду глядел ведь. Донателло вздохнул. Снова разговор свернул к этой измене. Сейчас ему уже было совершенно все равно на это. Все его мысли занимал Майки и его благополучие. И когда он уже хотел сказать об этом Джонсу, тот произнес: — Прости меня, Дон. Я повел себя, как последний мудак. Донни удивленно поднял брови — Джонс гипнотизировал взглядом банку. — Но это было непреднамеренно, чувак, правда. В то лето я рассорился с матерью и решил навестить родственников отца. Тетка и ее дети живут в Бостоне. Позависал у них недельку, а потом решил скататься до Нью-Йорка, навестить вас. Я думал, что ты уже вернулся. А когда встретился с Эйприл, то захотел разбить тебе лицо. Это было как раз после выпускного. Чувак, она не пошла на бал. Донни опустил голову. Стыд и вина навалились на него словно нападающий в матче по американскому футболу. — Словом, она была на грани депрессии, и я пробыл там почти месяц, пытаясь расшевелить ее. Она не верила, что ты вернешься к ней. Пару раз мы сходили выпить с ее подругой и сестрой, и в один вечер… Донателло резко встал из-за стола и отошел к окну. Ему меньше всего хотелось слушать это, но, кажется, Джонс решил вывалить все как на духу. — Мы переспали, — его голос подсел. — Но на утро она вышвырнула меня из квартиры. Она так плакала, я думал, что она сойдет с ума. Дон, эта девчонка любила тебя больше всех на свете. И, скорее всего, до сих пор любит. — Зачем ты говоришь это? — устало произнес Донни. — Хочешь, чтобы я вернулся к ней. Чтобы забыл обо всем? А что же ты? Ты ведь любишь ее не меньше? — Люблю, — Джонс допил пиво. — Но она меня не так. Чувак, знал бы ты, как я тебе завидую. И дело не только в мозгах. Просто ее чувства к тебе намного сильнее, чем ко мне. Она едва выносит меня после всего, что случилось. Три дня назад она впервые набрала меня сама с той злополучной ночи. Но я чувствую, как она меня презирает. И могу только догадываться, как она презирает сама себя. Именно поэтому я остаюсь с ней, пусть она и не хочет меня видеть. Я просто не могу оставить ее в этом состоянии, Дон. — И ты хочешь, — Донателло обернулся, — чтобы мы снова сошлись? Чтобы Эйприл не осталась одна в этой эмоциональной яме? — Ну, типа, — Джонс усмехнулся. — Видишь, ты все правильно сказал, а я, как обычно, нихрена не смог. — Я не могу, — вздохнул Донателло. — Не только потому, что больше не люблю ее, но и потому что у меня есть… обязательства. — Что, новая девчонка? — в осоловелых глазах Джонса мелькнуло что-то вроде презрения. — Да, я слышал, что ты сразу же побежал к какой-то горячей чике с твоей работы. Что настолько… кха! Кулак Донателло с силой врезался в скулу Кейси, отчего тот отшатнулся и едва не упал. — Не твое собачье дело, Джонс, — выплюнул Донни. — С кем и что я делаю. Отныне мы с Эйприл просто коллеги. Я готов присматривать за ней, но только как друг. На большее не рассчитывай. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а потом Кейси хрипло хохотнул и потер щеку. — А у тебя оказывается есть яйца, Дон. Давно надо было это показать. — Обращайся, если захочешь еще, — буркнул Дон и вытащил из морозилки пакет со льдом. — Приложи. Джонс поймал компресс, и в этот миг в кухню вошла Эйприл. Судя по опухшим глазам и ярким веснушкам, она снова плакала. — Что у вас тут случилось? — подозрительно спросила она. — Я перебухал пива и упал со стула прямо рожей, — тут же соврал Джонс. — Думаю, что вряд ли смогу добросить тебя до квартиры. Вызовешь себе такси, Эйп? — Хорошо, — она вздохнула, а потом бросила на Донни печальный взгляд. — Мы с Майки поговорили. Он зовет тебя. — Правда? — сердце Донни тут же сбилось с привычного ритма. — Спасибо, Эйприл. Правда, спасибо. — Это самое малое, что я могу для вас сделать, — она всхлипнула, обхватив себя руками. — Ну, я, пожалуй, пойду. Удачи вам. — Хорошо, — Донни тут же отметил местоимение во множественном числе. — Увидимся на работе. Надеюсь, что Стокман не вышвырнул меня за прогулы в первую же неделю. — Уверена, что нет, — Эйприл улыбнулась и направилась к двери. — Спасибо, Дон, — бросил Кейси и вышел следом. Едва за ними закрылась дверь, Донни бросился к комнате Майки. Внутри все было как обычно — пачки от снеков и сока на полу, груда одеял вместо постели в неверном свете телеэкрана. На котором снова рекорды и в топе «Святой Анчоус». Сам же Микеланджело сидел на постели, притянув колени к груди. В тусклом свете телевизора его глаза казались пустыми. Донателло осторожно присел рядом, а потом протянул руку, касаясь взлохмаченных волос. Майки вздрогнул, словно пугливый кот, а потом прижался к его плечу, пряча лицо. Тонкая фланель тут же пропиталась слезами. — Майки, — Донни прижал дрожащего брата к груди. — Прости меня. — За что? — невнятно пробубнил тот, крепко обнимая в ответ. — За то, что ты видел тогда меня с Эйприл и неправильно понял. На самом деле… — Да, она сказала, — Майки всхлипнул. — Я уже не злюсь. Он затих, а потом поднял на Донни все тот же потухший, болезненный взгляд. Судя по темным теням под глазами, за эти три дня он спал едва ли больше пары часов. — Майки, тебе надо поесть и поспать. — Я не могу, — он мотнул головой. — Я… снова вижу его. — Рахзара? — Донни едва не скрипнул зубами. — Да, вдруг он, — Микеланджело вздрогнул всем телом, — вернется? Ведь наноботы… — Не волнуйся, — Донателло вновь коснулся его волос. — Ты сделал все чисто. Он точно не вернется. С этим даже наноботы не справятся. И никто, обещаю, никто больше тебя не обидит. Я об этом позабочусь. — Спасибо, Донни, — прошептал Майки и слабо улыбнулся, когда брат осторожно поцеловал его в висок. Липкий страх, что не давал ему покоя все эти три дня, немного отступил. — Я люблю тебя. — И я тебя, — Донателло коснулся его бледной щеки. — Больше всего на свете.