troublemaker

у дженни вся жизнь — серая и скучная, в которой каждое действие и мысль уже наперёд известны. и пак чеён во всю эту рутину, уже ставшую привычной, никак не вписывается. хотя явно хочет. таскается по пятам, словно тень на стене, и вечно говорит что-то: о себе, своей жизни и о том, что происходит вокруг. иногда вопросы задаёт, но в ответ каждый раз одно и то же — едкая тишина. дженни не раздражается — просто игнорирует, пока чеён никак не сдаётся. но и не напирает, боится спугнуть. у пак чеён в школе — поклонников много, и на каждого из них она смотрит с безразличием и презрением. в то же время на дженни — так, словно она богиня сошедшая с небес. пак чеён громкая. строчит кому-то километровые смски и в голос смеётся над отправляемыми ей мемами, мешая при этом всем и каждому заниматься. дженни громко вздыхает и книгу захлопывает, намериваясь пойти домой. здесь тишины не дождёшься, а дома только кошки, которые никогда не напрягают. дома хорошо и можно наконец спрятаться от вездесущей пак чеён, так и не узнавшей чужой адрес. дома дженни съедает совесть, потому что, наверное, нехорошо так с людьми поступать. да и чеён не плохая — просто дженни в новых подругах не заинтересована. (не то чтобы у неё были старые). но в школе всё начинается сначала. пак чеён врывается в чужую жизнь резко, окрашивая её в яркие цвета, и уходить совсем не планирует. это даже подкупает — правда, совсем немного. — привет, — в очередной раз пробует начать диалог чеён. хотя знает какой ответ в итоге получит. — не хочешь прогуляться после уроков? — а ты? — а? это странно. дженни не изменилась за один вечер — не могла. она выглядит точно так же, как и вчера, но чеён удивляется и делает шаг назад. — неужели голос мой ни разу не слышала? чеён отрицательно головой качает, но врёт — слышала. издалека и буквально урывками, но всё же. — так что насчёт прогулки? — напирает дженни, в голове держа великую мысль: лучшая защита — это нападение. чеён глупо хлопает ресницами, и дженни понимает, что впервые за всё время их одностороннего общения она в замешательстве. не знает что сказать, только взглядом бегает сверху вниз по всему, что есть в пределах её зрительных возможностей. — чего так неожиданно? я не была готова к твоему ответу. — что и требовалось доказать: сдаёшься, стоит только проявить ответный интерес. ладно, пока, я опаздываю. — нет, подожди! — чеён ладонь на плечо кладёт и она у неё удивительно горячая. она не удерживает, скорее, просит остановиться. и ким подчиняется. будь они в аниме — вокруг бы давно уже разлетелись лепестки сакуры, а на фоне заиграла нежная мелодия. тогда бы дженни даже прониклась. но они не персонажи романтического сюжета, а потому единственное, что витает вокруг — чувство напряжения. дженни клянётся самой себе, что может его потрогать. — моё предложение всё ещё в силе. но если ты не хочешь или не уверена в том, что хочешь, то тебе необязательно соглашаться. — тогда зачем зовёшь? все хотят получить положительный ответ на подобные вопросы. дженни не понимает. она смотрит на пак чеён — эту глупую новенькую, которая нервно губы кусает и не может в глаза посмотреть. — я просто… привыкла, наверное, к тому, что тебе вроде как неинтересно. — ага, неинтересно, — легко соглашается дженни. — но раз уж ты меня всё равно разговорила, то придётся дать тебе билет в один конец и возможность позвать меня на свидание. ну, в будущем. чеён улыбается — как и всегда — легко и беззаботно, и в голове дженни появляется мысль, что пак явно олицетворяет весну. вся такая же цветущая, неловкая и способная довести до ручки, но всё же по своему привлекательная. — но это всё равно нелогично. почему только сейчас? — мне просто надоело слушать твою пустую болтовню. я подумала, что если соглашусь, то ты отстанешь. — я никогда не сдаюсь, — самодовольно отвечает пак и скрещивает руки на груди. — никто передо мной не может устоять. дженни думает, что со спокойной жизнью можно прощаться окончательно. теперь количество пак чеён в её жизни увеличится втрое.