Золотая лилия и морская соль

      — Это последний, капитан!       Боцман махнул группе матросов, что затаскивали на палубу вымоченные в морской воде ящики и тюки с различной утварью, которые Бэй Доу все утро собственноручно вылавливала на месте крушения парящего дворца. Мужчины кряхтели и вытирали с обожжённых солнцем лбов пот, осторожно складируя вещи для последующей транспортировки в город. Осторожно — потому что капитан строго-настрого приказала обращаться с каждой вещью как с хрупким младенцем, иначе всей команде светил нагоняй.       — Дай-ка посмотреть, — Бэй Доу похлопала боцмана по широкому плечу, обходя со спины и двигаясь вдоль сложенного рядами улова.       Окончив осмотр, она удовлетворенно рявкнула, уперев руки в боки и разворачиваясь к своей команде, широко улыбнулась. Мужчины заулыбались в ответ, хлопая друг друга по натруженным спинам и отряхивая мозолистые ладони. Работа окончена, сегодня все они, наконец-то, вернутся на сушу к своим семьям. Праздник «морских фонарей» был в самом разгаре. Ли Юэ манил своими огнями, праздничной суетой, а теплый соленый ветерок доносил призрачные запахи домашней еды, о которой мечтал каждый на корабле после затяжного плавания.       — Вы все отлично поработали! Объявляю начало отпуска для всей команды! Вам осталось доставить эти вещи в Нефритовый дворец, а затем можете быть свободны, и счастливого вам праздника, — капитан ловко взобралась к штурвалу. — Курс на Ли Юэ!       Под дружное улюлюканье и пиратские песни Алькор двинулся в направлении порта. Капитан Бэй Доу стояла за штурвалом, щурясь от полуденного солнца. С ее обветренных губ не сходила довольная улыбка предвкушения долгожданной встречи. Она точно знала, что во дворце Нин Гуан ее ждет вино, обязательная партия в шахматы и, конечно же, сама Нин. Прекрасная, наводящая томный морок одним своим властным видом, сводящая с ума любого мужчину, но благосклонная лишь к ней одной. Последняя мысль заставила храброе сердце капитана взволнованно затрепетать, совсем как у юной девчонки, спешащей на первое свидание. Закусив нижнюю губу и сжав крепче штурвал, Бэй глубоко вздохнула. Все ее мысли были взяты в плен величественной и статной королевой, что давно обрекла исход игры шахматной партии свободолюбивого сердца пиратки.       «Главное не прыгнуть на нее с самого порога, испортив изысканный наряд морской водой, как в прошлый раз».       — Бросить якоря!       Отдав команду, Бэй крутанула штурвал, плавно ведя борт корабля к причалу. Спустя какое-то время судно остановило свой тяжелый ход, и на причал спустили трап. Команда сходила на берег небольшими группками, а капитан покидала корабль последней, как того требовал устав, попутно отдавая последние распоряжения ответственным за груз.

***

      — Госпожа вас ожидает, — одна из служанок уважительно склонила голову, делая шаг в сторону, пропуская Бэй на золотую винтовую лестницу.       — Ох, я же просила не вести себя со мной так церемониально! — рассмеявшись, Бэй коснулась щеки девчушки, заставляя ее оторвать взгляд от пола. Та выглядела смущенной, но подчинилась, переводя кроткий взгляд на шумную гостью. Обменявшись с ней улыбками, капитан зашагала вверх по лестнице.       Наконец-то добравшись до кабинета, от изысканного убранства которого буквально рябило в глазах, Бэй застала Нин стоявшей у стеллажа с коллекцией сокровищ. Это были те самые вещи, которые Бэй ежедневно вылавливала из морской пучины, но теперь аккуратно расставленные по своим местам. Нин Гуан не обернулась, пребывая в какой-то отстраненной задумчивости, смотря на украшенную лазурными узорами вазу. Бэй мягко ступила на ковер, прокравшись за спину Нин, всматриваясь поверх ее оголенного плеча в ряды диковин. Она мало что понимала в этой роскоши, но вазу, которая так увлекла девушку, узнала. Это был подарок от флота Южного Креста, который она лично преподнесла Нин на их с ней первый совместный праздник «морских фонарей».              «В вазе стоит цветок… хм, красивая глазурная лилия, символ трансформации памяти земли в приятный цветочный аромат».       Потянув носом у шеи Нин, она ощутила тот самый аромат, которым и благоухала та самая лилия.       — Привет, госпожа… — тягучим шепотом прервала она звенящую тишину кабинета.       Воля Небес вздрогнула, выдернутая из собственных мыслей, но, узнав хрипловатый голос Бэй Доу и почувствовав крепкие руки девушки на своей талии, тут же расслабилась, прикрывая глаза.       — Здравствуй, капитан.       В полумраке комнаты, окна которой были занавешены плотными шторами, а светильники стояли погашенными, первое, что уловила Нин Гуан краем глаза — блеск влажных губ Бэй.       «Облизывала губы… В волнении или в предвкушении?»       — Должна сказать, вы с командой проделали потрясающую работу. — начала правительница группировки Цисин издалека. — Передай своим людям мою благодарность. К тому же, полагаю, все рассчитывают и на материальное вознаграждение, и я не смею отказываться от своих слов — каждый получит плату за свои труды.       — Обязательно передам и словами, и тугими кошельками, — заискивающе подмигнув, она усмехнулась. — Нам же не нужен бунт на корабле, правда? Хах.       Бэй прижалась к ее спине теснее, едва ли не мурча вслух от такого приятного ощущения мягкости и тепла в своих объятиях. Натруженные работой мышцы и огрубевшая от морской соли кожа требовали уютной ласки. Слегка зарывшись кончиком носа в каскад белокурых волос, капитан на мгновение смежила веки, убаюканная и счастливая.       — Все утро плескалась в воде, да разгоняла от твоих сокровищ разбойников. Ужасно соскучилась по доброму вину… и особенно по тебе. Так что мою награду ты знаешь.       Развернув девушку к себе лицом, Бэй с минуту просто любовалась ей в полумраке лишенного каких-либо звуков кабинета, бережно обнимая за тонкую талию.       «До чего же Нин прекрасна! Я отдала бы любые сверкающие драгоценные камни и сундуки с морой за нее. Вот кто действительно достоин называться сокровищем».       — А ты всё-таки наглая. — хмыкнула Нин Гуан, стараясь угомонить своё сердце, ёкнувшее от резкого разворота сильными руками девушки. С полуулыбкой она нежно пригладила растрёпанные тёмные волосы пиратки, пропахшие табаком и морем.       — Ох, простите за дерзость, моя госпожа. Не велите казнить!       На лице не отразилось ни тени раскаяния. Напротив, в тёмных глазах заплясали азартные искорки, как у ластящейся к хозяйской руке кошки. Лёгкое касание руки Нин заставило сердце капитана Бэй Доу вновь ускорить свой ход.       — Можно тебя поцеловать? — своим горячечным дыханием опалила её губы Бэй, при этом не смея перейти тонкую грань в пару сантиметров.       Она подняла опьяненный взгляд от чужих губ, теперь смотря в глаза напротив одновременно умоляюще и решительно.       — Даже не знаю. Можно? — с ухмылкой протянула Воля Небес, игриво проводя накладными коготками под подбородком Бэй.       Пиратка действительно напоминала ей кошку — непослушную, своевольную, временами нахальную, но, несмотря на это, всегда возвращающуюся домой, к своей даме сердца.       Качнувшись навстречу к чуть приоткрытым губам напротив, Бэй сделала глубокий вдох, словно готовясь нырнуть под воду, таящую в себе жизнь и смерть. Поцелуй изначально не предполагал оттенков нежности, став грубым и властным, стоило Нин лишь пустить пиратку в свое интимное пространство. Губы девушек столкнулись, как шипящая пеной страсти волна с невозмутимой скалой. Ладони Бэй томно шарили по спине девушки, ее талии, покатым плечам, притиснув вплотную к своей вздымающейся груди.       Казалось бы, Нин Гуан уже не в том возрасте, чтобы трепетать от поцелуев и прикосновений, но каждый раз, каждый чертов раз в ее груди что-то умирало и возрождалось, стоило вновь почувствовать пьянящий вкус губ Бэй Доу. Прикосновения посылали дрожь по всему телу, мысли, обычно перебивающие одна другую, вмиг исчезали, а мир вокруг словно замедлялся.       — Я тоже по тебе скучала. — прошептала Нин, переводя дыхание, стоило капитану отстраниться на мгновение. Они стояли, прижавшись друг к другу лбами, и сжимали друг друга в объятиях, стараясь через касания передать все то, что кипело внутри.       — Нин, ты моя главная драгоценность, и я так бесконечно рада, что отыскала тебя. — улыбнувшись, Бэй мягко коснулась губами ее щеки, шеи. — У меня никогда не было причин оставлять где-то якорь. Знать, что меня ждут и не хотят потерять. Меня ничто не связывало с этим миром. Моя борьба была не ради чего-то личного, а скорее вопреки. Теперь же я готова отдать жизнь не просто ради Ли Юэ, а за тебя и за нас.       Отстранившись, капитан взглянула в прекрасные глаза напротив. Бесконечно глубокие и теплые, цвета кор ляписа, сквозь который пробивался солнечный свет. Смотря на девушку с обожанием и преданностью, Бэй млела от чувства любви. Той самой любви, которую по-настоящему не испытывала ни к кому другому в своей жизни.       — Уже не терпится наблюдать сегодняшние фейерверки рядом с тобой, дорогая…       — Они начнутся лишь через пару часов. У нас ещё есть время для нас двоих. — Нин Гуан улыбнулась, аккуратно снимая со своих пальцев накладные коготки. — Предлагаю переместиться в более удобное место.       День постепенно угасал. Краски теряли свой кричащий утренний восторг, уступая место томным переливам и отблескам вечерних огней. До официальной части праздника “Ночных фонарей“ оставалось пара-тройка часов, и народ Ли Юэ отдыхал. Люди прогуливались по празднично украшенным улочкам далеко внизу, под парящим в стремительно темнеющем небе дворцом, в одной из комнат которого искрилась страстью и шептала жаркими поцелуями любовь.       Сердца двоих, как порох, взрываются в обоюдной радости цветных огней и сгорают, оставляя после себя долгий трепет любви.