Тень беспокойного сна

В комнате царил хаос. Диалоги смешивались в разнородный гул, периодически рассекаемый чьими-то криками. Объединяясь в небольшие группы, бойцы рассосались по углам и говорили о своём. Некоторые обсуждали свои и чужие ошибки, другие искренне радовались победе и обещали не терять хватку, а последние, самые обиженные, доказывали, что проиграли не по своей вине, а потому что противники искусно мухлевали и вообще все вокруг гандоны, а они красавчики. – Ну что, Леон, наконец-то настал тот день, когда Нита достигла того возраста, чтобы мы могли выпускать её на арену Brawl Stars. Что думаешь по этому поводу? – обратилась к юноше Пэм, после очередной схватки бережно протиравшая чуть потрепанную турель. Она оказалась в числе победивших в последнем бою, поэтому находилась в приподнятом настроении. – Да вообще чувства двоякие. Вроде она совсем уже взрослая, и я этому очень рад, но с другой стороны, я безумно переживаю за сестру. Она же никогда не выходила на сражения, только видела со стороны, когда я брал её с собой… – на выдохе ответил шатен, накидывая на лицо капюшон. Уже некоторое время его терзали смутные сомнения о том, стоит ли вообще давать своё согласие. Как-никак, именно он является законным представителем Ниты и несёт за неё полную ответственность. А ещё через чур переживает. – Я с этой девочкой знакома более, чем хорошо. Она же часто приходит к Джесси в гости. И я начала замечать, что с возрастом она всё больше и больше становится похожей на тебя. Характер один в один. - Посмеялась женщина. – Я не думаю, что за неё следует волноваться. В любом случае, ты будешь рядом. – Встав со стула, рыжеволосая закинула портфель на спину, не с первого раза выпрямившись. – Да, мне бы следовало заняться фигурой, а то становится всё тяжелее и тяжелее… – с этими словами Пэм скрылась за дверью, ведущей из комнаты подготовки к бою в коридор и оставила своего собеседника наедине с его мыслями. Проводив женщину взглядом, Литтлфут лишь вздохнул и погрузился в воспоминания. Это было шесть лет назад… – Я говорил, что девять лет - слишком рано для того, чтобы пускать детей на поле боя! – не унимался Байрон, склонившись над телом мальчика. Через мгновение к нему присоединился встревоженный Поко, усаживаясь рядом. Литтлфут лежал на песке в причудливой позе и испуганно глазел на окруживших его взрослых. – Ничего не рано, это просто он бестолочь. – Из тени появился его одногодка, закутанный в шарф. – Мы ровесники, но я ни разу не получал таких ран, тем более по глупости. – Отрезал он, гордо закидывая голову. – Эдгар, свали отсюда, нам сейчас не до твоих подвигов! – прокричала беловолосая девочка, с ужасом наблюдавшая за действиями медиков. Она внимательно следила за их руками, блуждающими по сломанной конечности Леона. – Да успокойтесь, ничего страшного в этом нет. Ну, упал, и что? – пострадавший всё норовил подняться с земли – Видите, всё со мной в поряд...! – последнее слово оборвалось протяжным шиком. Брови сдвинулись к переносице, а зубы сцепились до скрипа. – А ну цыц! – седовласый мужчина стукнул по лбу шатена средним пальцем, что заставило последнего вновь принять лежачее положение. Лекарь же многозначительно посмотрел на своего коллегу, задавая немой вопрос. – Да Леон прав, это и в правду не так серьёзно. Хотя у меня это может отнять достаточно энергии… – почесал затылок Поко. – Моя помощь нужна? – забеспокоился Байрон. – Вылечи ему ссадины, чтобы вся моя сила ушла только в его руку. – Скомандовал скелет, улыбаясь. Кивнув, мужчина тут же потянулся к своей трости, лежавшей неподалёку от места происшествия. Нацелив орудие на колени мальца, тот выстрелил пару раз, вызывая бледное зеленоватое свечение вокруг. В свою очередь Поко, удостоверившись в том, что его просьба выполнена на ура, благодарно хмыкнул и взялся за гитару. Прокрутив в голове нужные схемы для такого типа ранений, он провёл костяшками по струнам, левой рукой пробегаясь по аккордам. – Ого, не знал, что ты можешь лечить бравлеров без супера… – удивленно вскинул брови Байрон. – Почему ты не используешь это в бою? – Говорю же, это занимает слишком много сил. В сражении я просто использую другие связки, ориентированные только на нанесение урона. Если буду всё это комбинировать, то не выдержу. – Объяснил парень, совершая последний удар по натянутому нейлону. – Так, Леон, я вроде закончил. Поняв намёк, Литтлфут поднял только что вылеченную руку и пошевелил пальцами. Сжал кулак, попробовал согнуть в локте. – А я говорил, что всё нормально! – но, заметив строгий взгляд Байрона, добавил: – Спасибо большое вам, я не знаю, чем даже могу отблагодарить. – Не косячь просто больше. Это будет высшей мерой… – устало протянул скелет, поднимаясь на ноги. Он перекинул через плечо ремень от гитары и отряхнул брюки, успевшие достаточно замараться из-за сидения на песке. – Я пойду, наверное. Сегодня бои больше не намечаются, верно? – с надеждой в голосе поинтересовался мексиканец. – Да нет, вроде, - ответила Колетт. – тут остались только вы с мистером Байроном, Леон и этот… – упоминая Эдгара, она показательно скривилась, раздраженно закатывая глаза. Объект её ненависти лишь недовольно цыкнул и, скрестив руки на груди, направился к выходу с арены. Девочка протянула руку в его сторону, поняв, что слишком погорячилась, но поняла, что уже слишком поздно, когда дверь с шумом захлопнулась. За ним проследовали медики, продолжавшие о чём-то говорить и даже смеяться. Беловолосая опустила взгляд в землю и сжала кулачки. По щеке пробежалась одинокая слеза. – Ну почему он всегда такой вредный? – задала сама себе вопрос Коллет. – Пройдёт со временем. - Попытался успокоить её Леон. – Сейчас он перебесится и станет нормальным. Я уверен. Он всё же встал и подошёл к девчонке. – Почему ты так хорошо о нём отзываешься? Он же больше всего говорит гадости именно тебе… – Да а чего мне на него дуться? Ну, ляпнул, не подумав, ну и что дальше-то? На дураков внимания не обращают. – Посмеялся шатен и положил руку на плечо Колетт в попытках поддержать. Его собеседница подхватила веселье мальчика и захохотала с ним в унисон. Выплыв из прошлого, парень недовольно выдохнул и заметил, что остался совершенно один в комнате. Он совсем не хочет отпускать Ниту сюда - в место, где так легко пораниться или, что куда хуже, повторить судьбу самого Леона. Хотя благородные лекари и вылечили его перелом за пару минут, но и на них всё время полагаться нельзя, ведь подобное приносит им некоторый ущерб. Ладно тратить силы на исцеление в бою, но после, когда они сами уставшие и потрёпанные, уже кажется перебором. Осознав это, Литтлфут далее старался не приносить никому проблем и всё больше тренировался вне арены. Такими темпами, достигнув достаточного уровня, на удивление остальных хамелеон даже слишком редко оказывался пострадавшим, несмотря на то, что команда одерживала поражение. Это помогло с колоссальной скоростью получить гордое звание «Легендарный боец». Но а как же сестра? Он уже упоминал в диалоге с Пем, что опыта у неё совсем нет и это может сыграть против неё. Очевидно, что бывалые игроки будут ей поддаваться, но и перебарщивать с этим нельзя, ведь каков тогда смысл? Надо же где-то учиться? – Ладно, я просто буду её тренировать, как сам это делал! – пообещал себе парень и под воздействием резко прилившего энтузиазма ударил ладонями по коленям. Если бы рядом с ним был ещё кто-то, то точно бы заметил в карих глазах Леона яркие искорки. Вдруг за спиной парня послышался дверной скрип. Машинально обернувшись на звук, он увидел Сэнди. С раздражённой физиономией тот прислонился спиной к стене и что-то пробубнил себе под нос. – Что-то случилось? – поинтересовался Леон, обращая внимание на состояние своего знакомого. В ответ его собеседник испуганно дернулся, переводя взгляд на Литтлфута. В нём читался несоизмеримый ни с чем шок, окутавший не только тело песчаного, но и сидящего около окна шатена. Оттолкнувшись от опоры, он в два шага преодолел расстояние до стеллажа. Там чуть задержался из-за поисков, но, не желая находиться тут ещё даже несколько секунд, схватил фиолетовый блестящий мешочек и пулей вылетел в коридор. – Сэнди!... – опомнившийся хамелеон сорвался с места и последовал за бравлером, но не успел. Того и след уже простыл, а шаги слышались совсем далеко. – Что это сейчас вообще было?