Иллюзия разума

Ты просыпаешься на холодной скамейке где-то в центре города. Руки оледенели, одежда покрыта тонким слоем снега, с каждым выдохом ты видишь, как из тебя выходит воздух в виде густого пара. А затем ты вдыхаешь кислород. Выдыхаешь углекислый газ. Опять вдыхаешь. И так большую часть жизни. Видимо я заснул, присев на скамейку, в ожидании, когда она придет. И вот она пришла и разбудила меня своим мягким голосом. Привет, как дела, хорошо выглядишь. Я убеждаю её, что не спал, а лишь закрыл глаза. Она не верит и смеется. Да, я не выспался, поздно лег, рано встал, лишь чтобы увидеться с ней. - Куда идем? – спрашиваю я. Тогда я не знал, что ей, как и мне, было все равно куда идти. Идти, сидеть, стоять, к моему дому, к её, в пригород, в центр или к скамейке напротив – не имеет значения. Главное слышать и видеть её. - Не знаю, - пожала плечами она. – Как хочешь. - Мне, в общем-то, тоже не важно, - я улыбаюсь и не понимаю почему. – Ну, пошли туда. Не знаю, куда мы шли. Мимо плыли люди, дома, машины и прочие динамические и статические декорации города, но если я куда и смотрел, то лишь на неё или на дорогу перед собой. Не знаю, как мы переходили трассу, по-моему, я даже не смотрел по сторонам. Не знаю, о чем конкретно мы говорили. О ней, обо мне, о жизни в целом. Это был наш первый разговор вживую, первая встреча, но мне кажется, что когда я отправил ей первое сообщение, то сразу что-то почувствовал. Не знаю как она, я никогда это не спрашивал, но уже не имеет значения. Не знал я тогда и то, что сразу понравился ей, а потом наша взаимная симпатия лишь возрастала. Нет, такое бывает не только в кино, а ведь еще несколько дней назад я в подобное не верил, как люди не верят в бога. Мне было приятно слушать её необычный голос, смотреть в её голубые глаза, на её милую улыбку, от которой на щеках появлялись ямочки. Не возникало даже каких-то грязных мыслей, лишь желание общаться с ней, видеть её – вот и всё, так мало мне нужно было тогда. Снег таял. Таяли здания, таял я сам. Всё расплывалось... Ты просыпаешься в теплой постели, у себя дома, с полным спокойствием на душе. Рядом с тобой лежит дорогой тебе человек. Я медленно провел рукой по её шелковистой коже, по талии, а затем выше. Она улыбается, хоть я этого и не вижу, поскольку она лежит спиной ко мне, но затем слегка поворачивает голову в мою сторону, и я убеждаюсь, что она и правда улыбается. Моя рука скользит по её плечу и дальше, отодвигаю волосы в сторону и нежно покрываю поцелуями шею. - Мне такой сон приснился, - говорю я, - не поверишь просто. - Что же такого необычного? - Наша первая встреча. Тогда, зимой, помнишь? Конечно, она помнит. Словно это было вчера. Но это было примерно десять лет назад. Одиннадцать если точно. И за эти одиннадцать лет я чувствовал себя самым счастливым человеком, ибо у меня было всё. Я был богат. Но у меня было не много денег. Моё богатство – это не мои вещи, не мои деньги, это моя жизнь и она. И, наконец, я понял, что пора делать предложение. Вы подумаете, что я торможу? Может быть. Но зачем эти формальности, кольца, свадьба, смена фамилии, печати в паспорте? Если искренне любишь – люби, и эти чувства могут быть крепче чего угодно в мире, а зачем это поднимать на официальный уровень? Всё это время нам и так жилось хорошо, но всё-таки пора что-то менять. Всё растворялось, вместе с мечтами и замершими в воздухе мыслями. Растворялся и я сам... и она со мной... Ты просыпаешься в твердом кресле. Оно ни холодное, ни теплое. Легкие прорезал кашель, боль от которого отдавалась в затылке и в ослабевших мышцах. Каждый вздох дается тяжко. Ты вдыхаешь немного кислорода. Выдыхаешь углекислый газ. Вдыхаешь еще меньше. Задерживаешься безвкусный воздух в легких. Выдыхаешь снова, но уже вместе с кашлем. Глаза плохо видят то, что показывает телевизор, уши плохо слышать, а тело ослабло окончательно. Рядом никого нет. Одиночество. Тебе около восьмидесяти шести лет. Я хватался за образы, за её тело, за растворившийся и таявший перед глазами сон. Сон внутри сна, или как это называется? Мне было 18, когда я познакомился с ней, но через десять лет она уже не помнила меня. Я не сказал ей о чувствах, и она ушла из моей жизни навсегда. Это был лишь сон... Там была она. Я снова увидел её, словно наша первая встреча была вчера. Я всегда думал, что времени еще полно, я молод и впереди у меня целая жизнь. Какая ошибка. А что теперь? Я стар. Я один. Нет детей, нет внуков, друзей не осталось. Я пришел в эту жизнь ни с чем и ухожу точно так же – не оставив после себя ничего и никого. Вспоминались образы, стертые лица, люди которых я любил и которые никогда уже об этом не узнают, места, где я гулял, где я влюблялся, где хранится моя история, которую никто не прочитает и не вспомнит. Было столько возможностей, планы на будущее, люди, которых я вписывал в это будущее, имена, которыми так и небыли названы дети... но всё упущено. Еще один вздох... и мечты растворяются, память увядает, а тело больше не ощущает ничего. На следующий день были похороны. Священник что-то тихо бубнил... но никто кроме могильщика, покуривающего сигарету, его не слушал. Никто не пришел на похороны, потому что приходить было некому. А где-то в соседнем ряду лежит она. Тебе около десяти и каждый твой день тянется как год, времени полно, хватит на то, чтобы рано или поздно осуществить любую мечту... Тебе около тридцати и время становится короче, может, жизнь не так длинна, как кажется... Тебе восемьдесят и вся жизнь кажется короче этой строчки. Ты уже не просыпаешься.