Успокоительное для короля

Рабочие дни — самое изнурительное время за всю неделю. Каждый день демоны, бесы, суккубы, инкубы и другие адские создания спешат на своё место заработка. И каждое существо думает только об одном… Выходной — такой же день, как и остальные, но отличавшийся только одной особенностью. Никто не спешит в то место, где теряются силы и пропадает вся жизнь. Каждый проводит его по своему: кто-то с семьёй собирается в место, где можно отдохнуть от всей городской суеты, а кто-то наоборот остаётся в городе и идёт по разным заведениям. Кто-то сидит дома смотря какой-нибудь новый фильм, а кто-то просто ходит гулять, развлекая себя громкой музыкой в ушах, углубляясь в свои мысли, а не в слова песни. А кто-то просто может посидеть на крыше, попивая вишневое вино и совсем этого не стесняясь. Это ад, кого тут можно стесняться: бомжа, который сейчас сидит и наблюдает за всей картиной или ребёнка, который очутился здесь из ниоткуда? Но сидящим всё равно на то, что на них смотрят. Снимают скрытой камерой, чтобы потом распечатать во всех газетах ада и показать по главным новостям 666. Самое главное, что они наслаждаются этим моментом, вот так вот просто сидеть в тишине, смотря как темнеет красная, подобна крови, пентаграмма. Алкоголь в бокалах слегка колышется от небольшого порыва ветра, унося с собой запах вишни. Тишину прерывает лишь тихое дыхание, рёв машин, и слишком громкое мигание фонарей, которые никак не могут включиться. Но тишину разрушает и еще один зачинщик этих посиделок: — Ну как? — Спрашивает Физз, поворачивая голову к собеседнику, вопросительным взглядом показывая весь интерес ответа. — Что как? — Таким же вопросительным взглядом, смотря на виновника разрушившего тишину, отвечает вопросом на вопрос Асмодей. — Вино. Как? Нравится? — Закатив глаза так, что они совершили полный оборот, снова уставившись на демона ответил бесёнок. — Ну да. Не плохое. Бес удовлетворенно хмыкнул и снова вернулся к уже потемневшей пентаграмме. Тяжело обманывать человека, который тебя любит, ведь Асмодей даже не притронулся к вину. Он не любитель таких напитков, что для Физза кажется очень странным. Асмодей — олицетворяет грех. Грех похоти, но не пьет вино? Для любого жителя преисподней это самая первая странность. Даже для самого Оззи это странно, но он ничего не может с собой поделать. Самое главное улыбаться и врать. Врать. И ещё раз врать. Но, что поделать? — Как же быстро день прошёл. — Снова разрушает тишину Физз. — Блять, завтра снова работа. И, почему у нас только один выходной? — Возмущается чертенок складывая руки на груди. — Ох, я даже не знаю. — Посмеевается король глядя на возмущеного беса. — Просто в субботу у нас много клиентов, особенно по вечерам, душечка. Поэтому мы и работаем. — Эх… — томно вздыхает бес, делая небольшой глоток из полуопустевшего бокала. И снова тишина. Она даже начинает давить на уши, хочется начать разговор, но вот только о чём? «Физзи прав, завтра снова работа, снова изнурительные дни, снова стресс и куча обязанностей, лежащих на плечах обоих. И даже сейчас, когда ты сидишь и думаешь о разном. Это разное — очень печальные мысли перерастающие в стресс и грусть. Нужно снять его. Вот только как?» Решение приходит очень быстро, в лице Физза: — Ты какой-то грустный, если ты из-за завтрашнего дня, то, хорош, всё будет нормально.- Проговорил бес приближаясь к лицу короля. — «Я надеюсь» — Пронеслась мысль в голове беса, от которой он, тут же отмахнулся. Приподняв голову короля, Физз тянется к лицу его любимого демона, по крайней мере он так думал и пытался не отходить от этой мысли никогда. Их губы сомкнулись в нежном, трепетном поцелуе. В этот момент весь остальной мир для них перестал существовать, а время начало замедляться. Их языки сплетались в бешеном и страстном танце. Губы Физза приняли привкус вишни. «Наверное это из-за вина.» — Промелькнула мысль в голове короля, который был одурманен вишневым с легкой горчинкой вкусом. Физз зарылся руками в темную, густую гриву, слегка сжимая в кулаке, от чего Оззи немного запрокинул голову и крепче прижал беса к себе. Только погрузившись в состояние неземного счастья и сладкой эйфории, воздуха предательски стало не хватать. Неохотно разорвав поцелую оба демона, переводя дыхание, смотрели друг другу в глаза. Подмечая насколько они красивы. — Может пойдём туда, где не будет любопытных глаз? А то, я не хочу попасть на первую страницу всех газет ада, в обнаженном виде. — Предложение Физза звучит очень привлекательно и Асмодей сразу соглашается, бросая бесу несколько колких фраз. Спускаясь по очередной лестнице, чертёнок рассматривал разные картины, которые видел большую часть своей жизни. Вот на одной из них нарисована демонесса, в облегающем платье с небольшим цветком, наверное это роза. Да, эти цветы нечасто встретишь в аду, только богачи могут позволить себе такую роскошь. На следующей виден статный мужчина в шляпе «Дерби». Откуда Физз знает такие фразы? Даже сам бес не догадывается. Чертёнок отрывается от своего важного дела, когда замечает знакомую дверь. Она высокая, для того, чтобы король мог пройти не согнув спину, дерево окрашенное в темный оттенок синего, легко гармонирует с переливающимся от ярких ламп, золотым цветом. Внутри комната была такого же темного оттенка, как и дверь в неё. Большая кровать была увешена золотыми занавесками, спадающими на пол. Теплое одеяло, к которому Физз так привык, аккуратно прикрывал плед, чтобы уборщики не запачкали своими грязными руками. С обеих сторон кровати, стояли черные, словно смоль, тумбочки с большими золотыми лампами. Чуть дальше двери, был расположен шкаф покрытый звездным небом. В углу за дверью стояла гитара, на ней имелось большое количество пыли. Асмодей вроде говорил, что, когда-то играл на ней. Также, в комнате имелся туалетный столик, украшенный в темно синий оттенок с золотым отливом, большим зеркалом и таким же количеством ящичков. Огромный балкон, на котором любил быть бесенок, впускал несколько тусклых лучей пентаграммы, принявшей оттенок вина, которое они с Оззи недавно пили. Длинные шторы, достают до самого пола, окрашены в темный цвет звездного неба. Всё помещение освещала лишь одна лампа, весевшая по середине комнаты. Осмотрев всю комнату, бес плюхнулся на кресло, стоящее перед туалетным столиком, смотря, как Асмодей тихим шагом направляется к постели. «Как кошка, честное слово» — Мелькает мысль в голове чертёнка. Кровать жалобно скрипит под тяжелым телом короля, пока тот элегантно на неё ложится. Не теряя времени Физз прыгает к демону на живот, расстёгивает пуговицы пиджака, да так, что они чуть не слетают от давления силы на них. Тот летит на пол, а бес одной рукой залезает под рубашку демона, оглаживая привставшую шерсть. Секунда и король лежит в одних штанах, которые остались на нём ненадолго. Чертёнок прислоняется губами к шее демона, покрытой малым количеством волос, целует, оставляя засосы, которые отпечатываются фиолетовым пятном на шее и памяти демона. Ведь завтра увидя себя в зеркале, король будет вспоминать эту ночь. Ночь, когда ему было хорошо, но это будет только завтра. А сейчас, можно лишь слабо постанывать от поцелуев, которые затуманивают сознание. А ведь это только начало. Бес начинает нежно покусывать кожу, слегка оттягивая её. И снова стон со стороны демона. Это хорошо, а значит бес справляется со своей задачей — возбудить Оззи. Хотя это уже и не понадобится, ведь Асмодей уже возбуждён. Возбуждён от прекрасных глаз бесенка, его губ, которые скривились в ухмылке, его рук, ног, пусть даже они и не его совсем, да, это безжизненные протезы, помогающие Физзу жить. Но даже эта часть беса возбуждает до кончиков пальцев. А его тело? Такой стройности позавидует любая шлюха в этом гнилом месте. Да, именно гнилом, по-другому его назвать нельзя. Нежные пальцы, поглаживающие грудь Асмодея, отстраняются, на что демон выныривает из своих пошлых мыслей, озадаченно смотря на беса. — Подожди-ка секунду. — Бес спрыгивает с груди греха подходя к темному шкафу, открывая его. Достав всё, что нужно, бес подходит к лежащему демону. Кажется он даже не шелохнулся. Неужели настолько углубился в свои мысли? — Верёвка? Что это с тобой сегодня, куколка? — Усмехается Оззи продолжая свою речь — Ты же раньше, даже прикоснуться ко мне боялся… — Но его грубым образом перебивают. — Тише папочка, ты же хочешь, чтобы твой бесёнок сделал тебе хорошо? — Лицо Асмодея застыло в лишь одной эмоции — удивление. Это просто удивительно, что может сделать с тобой несколько бокалов вина. И снова, Асмодей ушел в свои мысли, этим вечером он слишком часто это делает, за всю жизнь, он столько не думал. Из-за этого он не уследил, как на его запястье, над головой, завязывается крепкий узел. Рефлекторно, демон начинает выдергивать руки из крепкой хватки веревок. На что, бес издает издевательский смешок. Охохо, как же ему нравится видеть Оззи, который обычно издевается так над ним, в таком состоянии. Садистская натура начинает проявлять себя. И только демон хочет что-то сказать, возразить, но на его лице появляется кляп. Заглушающей речи греха, превращая её в неразборчивое мычание и тихие хрипы. Физз спускается ниже, удобно устраиваясь между ног Оззи. Оттягивает резинку штанов, аккуратно, растягивая момент. Снятие штанов получилось слишком быстрым, чем представлял чертёнок. Но это не мешает его плану на эту ночь. Так же быстро на пол летит и нижнее бельё демона. Бес наклоняется к половому органу короля, проходясь по нему языком, от чего тот слегка вздрагивает. Признаться для Асмодея это было неожиданно. Бес берёт орган в руку, начиная проводить то вверх, то вниз. Медленно, слишком медленно. Демон начинает вертеться пытаясь показать, что он хочет большего, но бес вошёл в садистскую роль слишком хорошо. Немного взяв член в рот, он начал слегка облизывать головку. Сверху беса, послышалось мычание, становясь всё громче и громче, когда бес начал вбирать его всё глубже и глубже. Ускоряя темп, Оззи начинает подаваться бёдрами вперёд. Вперёд к приятным ощущениям. Стоны начинают сводить голову беса с ума, и тот ускоряется еще сильнее. Асмодей от кайфа непроизвольно, начинает закатывать глаза. Мычание приобретает хриплый нотки. А член демона подёргивается, предупреждая, что тот вскоре кончит. «Еще немного» — проносится мысль в голове греха. Видя, что король на пике, бес решает не выходить из образа садиста, отстраняясь. Смотря на лицо наполненное полным гневом и желанием закопать беса прямо под этой кроватью, Физз усмехается. Оттягивает кляп и получает слова, которые приличные демоны не говорят, но Асмодей не имеет права быть приличным, поэтому несколько не смущается, такое говорить: — Ты блять, что ахуел? Я-я-я-я же почти, почти. — Голос демона дрожит. А бесу это нравится: — Что? Что, почти? Я тебя не понимаю. — Сделав самое невинное лицо, произносит Физз, ухмылка не сходит с его лица. — Я почти кончил! Хватит вести себя, как последняя мразь! Дай мне просто кончить, перестань мучить меня. — Уставший взгляд демона уходит вниз, а в Физзе просыпается сочувствие, зачем он довёл его до такого состояния? Хотя смотреть, как великий демон молит тебя о том, чтобы ты помог ему, удовлетворить желание очень лестно. — Так и быть — Произносит бес, снова прислоняясь к члену. Снова, всовывая его в себя, начинает двигаться сразу в быстром темпе. Асмодей приглушённо стонет. Сил быть громче, просто нет. Ещё чуть-чуть и он отключится, как сломавшийся робот. Ещё немного и Оззи кончает, вскрикивая, выгибаясь в спине и тут же падая на мягкую постель. Бес послушно глотает вязкую жидкость, смотря в лицо Асмодея, который переводя дыхание…улыбается? Нет, Физзу не показалось это улыбка, такая мягкая. Чертёнок ещё ни разу ее не видел. Но тут же осекается, потряхивая головой, чтобы убрать не нужные мысли, ведь дело еще не закончено. Король удовлетворён, но бес, то ещё нет. Внизу живота начинает появляться ком, сворачивающийся в тугой узел. Стояк начинает вдавливаться во внутреннюю часть бедра Асмодея, напоминая, что он тоже существует. Оззи скидывает голову, о чём то мыча. Физз не теряя времени, уже переворачивает демона на живот, встав на четвереньки для удобства. Тянется к стоящей рядом тумбочке, открывая ящик и доставая смазку, главный объект в их пошлых играх. Нанеся тонкую струйку смазки себе на член, бес спокойно размазал её по всей длине. Брызнув немного на отверстие Оззи, демон почувствовал холод от растекающийся жидкости. Физз приставил орган к аналу короля, начиная потихоньку входить. Стон и снова стон. Как же он ласкал слух и самолюбие чертенка. Войдя до конца, бес стремительно движется вперед, толкаясь в первый раз. Член уже в проходе надвигается к внутренним стенкам. Стенки сжимают орган Физза, от чего тот тихо постанывает. «Как Физзи только попадает по таким чувствительным точкам?» — задает сам себе король похоти. Бес сменяет медленные толчки на более быстрые. Бедра демонов бьются друг об друга, создавая звук шлепков. Интересно, слышит ли их кто-нибудь? Асмодей начинает подмахивать бедрами в такт движениям чертёнка. Никто из них не останавливается ни на секунду. Слишком хорошо. Стоны Оззи сводят с ума и без того проблемную голову Физза. Пиковой точки оба достигают вместе, кончая, слегка подрагивая, бес режет ножом веревки. Помогая демону упасть на широкую постель. Бесенок подбирается под мягкую руку греха, которая согревает лучше одеяла. — Ну как? — Тихо, почти шепотом спрашивает Физз. — Прекрасно, Физзи, прекрасно. — Сонным голосом, произносит король. — В ванну пойдешь? — Но ответа не следует, лишь тихое сопение в подушку. Бес поднимается, прикрывая демона пуховым одеялом. Выходит на балкон, смотря на спящий город. Круг похоти поистине прекрасен ночью. Разноцветные вывески, ещё горят, показывая всем своим шармом, красоту заведения. Пентаграмма приняла цвет фиолетовой сливы, только созревшей, ждущей, когда же наконец её сорвут. В некоторых домах всё ещё горит свет, интерес, что происходит внутри за плотно занавешенными шторами, ломает изнутри. Машин почти нет, как и демонов спешащих куда-то. И это только сегодня, только сейчас, завтра снова пойдет всё по кругу. Постояв еще несколько минут, Физз заметил прохладу и тут же отправился в нагретую Оззи, постель. Сон пришел неожиданно и бес провалился к своему демону, в царство Морфея. Утро обожгло глаза своими лучами. «Кому в голову пришла идея, открыть шторы? Руки бы ему оторвать.» — Подумал бес, начиная ворочаться, ища в комнате знакомую фигуру. — Чего он ни свет, ни заря подскочил? — Возмущался чертёнок заглядывая в очередную дверь. Асмодей же, в это время сидел на кухне и ждал, когда доварится кофе. — Вот ты где! — Воскликнул Физз, разглядев демона за столом. — Доброе утро, куколка. — улыбаясь, произнес Оззи. — Доброе, папочка. В комнату резко открылась дверь, перебивая всю романтичность ситуации. На кухню зашла высокая девушка с пышными вьющимися волосами и большим размером груди. На ней было не большое обтягивающие платье. Длинные туфли на каблуках, дополняли весь образ. В руках она держала серую газету, а по ее выражению лица было понятно, что случилось что-то поистине плохое. Развернув газету она повернула её первую страницу, к лицам демонов. На первой полосе, красовались два слившихся друг с другом в страстном поцелуе-демона. Асмодей и Физз. Округлые глаза напоминали колеса велосипеда, а с уст сорвались лишь два слова: — Вот чёрт…