Сладкая жизнь Ричарда Окделла

В королевском дворце в Олларии мода изменчива. И бывает она не только на наряды, цветы и украшения. Вот недавно появилась мода на… сладости. С тех самых пор, как новый королевский кондитер мэтр Лединье стал готовить необычайно вкусные конфеты. Они были прозрачными, золотисто-желтыми, как янтарь и очень приятными на вкус. Ее Величество сразу оценила новое лакомство, а вместе с ней – и все придворные дамы. Мэтр Лединье стал весьма популярен в Олларии. Свой рецепт он держал в строжайшей тайне, а желающих полакомиться конфетами было много. Тогда ему пришлось нанять помощников, один из которых внес свою лепту, добавив в лакомство варенье, отчего конфеты стали не только желтыми, но темно-красными и даже лиловыми. Ангелика Придд первая удостоилась попробовать лакомство фамильного цвета, которое было изготовлено по заказу ее супруга. - Чудесно! Теперь молодые люди дарили своим возлюбленным букеты «леденцов» - так стали называть эти сладости по имени придворного кондитера. - Засахаренные фрукты и шадские сладости не в моде, - сказала как-то герцогиня Колиньяр баронессе Заль. – Теперь надо есть только леденцы. А тут настал День Святого Фабиана. И после этого праздника Первый маршал стал появляться во дворце только со своим оруженосцем. Ричард Окделл, Повелитель Скал любил сладкое. Даже очень любил. И даже ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ любил! Почти так же, как своего эра в те редкие минуты, когда тот не отпускал ехидных замечаний по поводу Дикона. И теперь молоденький светловолосый и сероглазый сластена во все глаза пялился не столько на придворных дам, сколько на такие красивые и явно вкусные украшения из чего-то сладкого и прозрачного. Дамы тоже во все глаза смотрела на оруженосца Ворона. Навстречу шла светловолосая девушка, держа в руке золотистую конфету. - Герцог Окделл, позвольте представить вам Анну-Ренату Колиньяр, помнится, вы с ее братом вместе учились. Алва куда-то исчез, а Ричард и сестра Эстебана стояли посреди коридора. - Очень приятно, герцог, - Анна-Рената протянула ему лакомство, - Угощайтесь. Пусть леденец немного заглушит прежние обиды на моего брата. Он, насколько я знаю, не всегда удачно шутил. Вообще-то Эстебан хороший, просто характер у него плохой. - Весьма благодарен, герцогиня Колиньяр, - пробормотал Ричард, принимая из рук девушки сласть. Анна-Рената рассмеялась. - Вы ошиблись. Герцогиня Колиньяр – это моя матушка. Ну, все, меня ждут. Если вы будете часто бывать во дворце, мы еще встретимся. Она ушла, а Дик так и стоял с конфетой в руке. - Вы любите сладкое, молодой человек? Тогда это – вам. Дженнифер Рокслей сунула ему целых два леденца и ушла, оставив после себя аромат духов. Окделл пошел искать своего эра и наткнулся на кардинала Сильвестра. - С добрым утром, - Квентин Дорак ободряюще улыбнулся юноше. - С добрым утром, ваше высокопреосвященоство, - Ричард слегка наклонил голову в знак уважения. Кардинал погладил растрепанные светлые волосы и дал Дику очередной леденец – на этот раз алый. - Я люблю шадди, но вот это, – он кивнул на конфету, - никоим образом не сочетается с благородным напитком. - Благодарю вас, ваше высокопреосвященство. - Не за что, юноша. Поиски Рокэ не увенчались успехом. Но тут он встретил генерала Рокслея и его оруженосца. - Приветствую вас, господин герцог. Рад встрече. - И я рад видеть вас в добром здравии, граф Васспард. - Вы собираете леденцы? Весьма оригинально. Тогда позвольте предложить вам экземпляр в вашу коллекцию. И в руках Повелителя скал оказался еще один леденец – как положено, лиловый. Поблагодарив бывшего однокорытника, Дик пошел искать уже не эра, а место, где можно было бы съесть все эти сладости без помех. - Сессиль, - обратилась одна из придворных дам к своей камеристке, - принеси мне брошь. Только побыстрее. Девушка пошла в темный коридор, но вскоре вернулась, перепуганная. - Госпожа, я боюсь, там кто-то громко хрустит в темноте. - Неужели ты думаешь, что Закатные твари пробрались во дворец и уже закусывают кем-то? Может, генералом Манриком? А то что-то его нигде не видно. Дикон доел последний леденец, и тут откуда-то из потайной дверцы вынырнул Рокэ. - Юноша, что вы тут делаете? - Вас жду, монсеньор. - Хорошо, что не Леворукого. Впрочем, нам здесь определенно делать нечего. - «Как это нечего»? – подумал Дик, - «а вдруг еще кто-нибудь леденцом угостит? Хотя, пожалуй, на сегодня хватит. Что-то не хочется больше». Ночью Алва шел в свою спальню. Проходя мимо комнаты оруженосца, он услышал стон. - Что с ним? Или я был вечером так пьян, что упустил, как этот вепрь на дуэль удрал? Вроде нет. Тогда что случилось? И не раздумывая дальше, открыл дверь. Ричард лежал на кровати и стонал, держась за щеку. - Монсеньор, зуб болит. Хуже любой раны. - Это все потому, что кто-то слишком любит сладкое. Вставайте, юноша, поедем к лекарю. - Ой. А это больно? - Не знаю. Во всяком случае, лучше, чем терпеть до утра. Все равно и сам не уснете, и мне не дадите. Лекаря, который специализируется на зубных болезнях, звали мэтр Данте. Когда-то в Лаик Дик слышал, что тот, кто прошел кабинет мэтра Данте, знает, что такое Закат. К нему-то и отправились Рокэ Алва и Ричард Окделл. В приемной уже сидел Марсель Валме, держась за подвязанную челюсть. - Дружище, что с вами? - посочувствовал Рокэ Марселю. - Упал ш лештнишы, - невнятно ответил виконт, - Шпоткнулшя об Эвшо. - А-а-а, понятно, - сказал Ворон, хотя ничего не понял. – А у меня оруженосец. - Яшно. Шладким объелшя? - Именно, - Алва начинал понимать собеседника. Тут в приемную выглянул мэтр Данте, схватил перепуганного Дикона и утащил в лечебный кабинет. Рокэ побледнел и стал нервно прохаживаться туда-сюда по приемной. Марсель что-то шепелявил о «прелешной баронешше». - Помолчите, виконт, - попросил Рокэ, - во-первых, вам вредно говорить, во-вторых, я все рано ни кошки не пойму. - Волнуешшя, - подтвердил Валме. Вскоре дверь вновь открылась. - Чей юноша? - Мой! – взлетел Ворон. - Забирайте. Рокэ осторожно шел по коридору, бережно неся на руках Ричарда. Оруженосец был в сознании и мог бы идти сам, но ведь ехать на монсеньоре так приятно. Он прижался больной щекой к теплому плечу своего эра и не открывал глаз. С помощью слуг-кэналлийцев Рокэ посадил Дика впереди себя на Моро и они отправились в особняк. - Дикон, хотите что-нибудь сладенького? - Благодарю, эрэа, что-то не хочется. Дженнифер Рокслей закрылась веером, не в силах сдержать досады.