I will always choose you/Я всегда буду выбирать тебя

-Может, теперь ты подумаешь над своим поведением, - раздался звук ключа. -Нет! Нееет, - я подбежала к двери своей комнаты и, спустившись по ней вниз, стукнула кулаком об пол, - за что ты так? Я Джессика Морган. Не спрашивайте, как я докатилась до такой жизни. А выхода из моей комнаты лишил меня мой отец. Вообще-то это мой типичный день, так что ничего необычного. Я до сих пор сижу у двери и своим гневным взглядом сверлю её. Меня уже не первый год запирают в комнате из-за моего поведения. Однажды после лишения свободы я вскрыла вены прямо здесь, когда я тоже сидела под дверью и ждала её открытия, и кстати чуть не умерла. Но это сейчас не самое важное. Моим родителям абсолютно насрать на меня. Они вообще не хотели моего рождения. Насколько я знаю, в молодости им чертовски нравилось удовлетворять друг друга, вот и родилась я. Куча раз они планировали аборт, но у моей стервы мамы появился материнский инстинкт, от чего она захотела моего появления на свет. Ну а всё остальное: бессонные ночи из-за криков младенца, резание зубов, болезни - остановило маму продолжать любить меня. Детство у меня было не из лучших. У меня нет ни сестёр, ни братьев. Мне некому было плакать в плечо, и никто меня не успокаивал, когда мне это было так чертовски нужно. Я просто ребёнок, которому нужна была забота и материнские руки, когда плохо, но ничего из этого у меня не было. Я выросла не доверяющей никому и боялась каждого, кто смотрел в мою сторону. Я часто ношу закрытую одежду, не показываю свои руки, чтобы меня не считали психованной, и никогда никому не верю. Я и не хотела вскрывать вены, но мне пришлось. Я подумала, что, может, тогда мои родители заметят меня? Как же я была глупа. Увидев кровь вокруг и меня без сознания, они даже не шелохнулись вызвать скорую. Видимо, не так уж я им нужна. Я до сих пор на этом свете, потому что хочу доказать, что как бы тяжело не было, всегда есть выход. -Всегда есть выход, - я загадочно посмотрела в окно и резко встала. Засунув в портфель свою одежду, я открыла самую нижнюю тумбочку и достала стопку денег. Я всегда знала, куда и что прятать, потому что знала места, в которые родители точно не полезут. Я подошла к окну и посмотрела вниз. Я живу на втором этаже, так что спрыгнуть будет нормально. Скинув сумку вниз и крепко держась за подоконник, я вылезла из окна и спустила ноги. Меня это пугало совсем немного, потому что раньше, когда я уходила из дома, я сбегала через дверь, что сейчас кажется очень глупым. -Пора переходить на новый уровень, Джесс, - я спрыгнула в кусты. Выйдя из кустов, я почувствовала себя бомжом, потому что на моём лице были царапины и, кажется, у меня был ушиб руки. Так нелепо упасть только я могла. Я поплелась в сторону тропинки и вытащила телефон. -Зои? -Джесс? Ты видела время? – послышался голос из телефона. Я посмотрела на экран блокировки и увидела 7 утра. -Слушай, прости. Мне срочно нужно у кого-то переночевать. -Да, конечно, приходи, - подруга положила трубку телефона. Это не первый раз, когда после побега я ночую у неё. Поэтому каждый раз, когда я ей звоню с такой просьбой, она уже не спрашивает меня, что случилось. Я уже не ела дня два и, посмотрев на ближайшую кафешку, я быстро понесла свои ноги туда. Зайдя внутрь, меня охватил приятный запах выпечки и свежего кофе. Я подошла к девушке с веснушками и попросила пасту. Уже сидя за одним столиком и смотря на улицу и противное солнце, которое меня так убивало, я дождалась своей порции. -Ваша паста, - промолвила девушка с веснушками, - с тобой всё в порядке? – она посмотрела на мои царапины на лице. -Да, всё хорошо. Просто упала, - я улыбнулась и начала уплетать спагетти. Я доела и направилась к дому Зои. Мне было ужасно плохо морально. Родители меня никогда не били, но часто запирая в комнате, доводили до попыток суицида. Ещё кое-чего я вам не рассказала. Это самая больная тема для меня, поэтому не уверенна, что кому-нибудь это скажу. Даже Зои, лучшая подруга моего детства, не слышала эту историю, которая произошла со мной 3 года тому назад. Тогда моя мама ещё не так сильно злоупотребляла алкоголем, она уехала в магазин на другом конце города, так что часа 4 её не было точно. Пока папа был в командировке, она изменяла ему с каким-то стариком. Я обещала ей молчать за то, что она будет давать мне денег хотя бы на содержания себя, потому что в нашем холодильнике никогда не было еды. Мы с возлюбленным мамы смотрели телевизор и вместе готовили ужин. Тогда у нас было, казалось бы, прекрасное время препровождения, и я не знала ничего лучше вечера готовки. Но тогда всё поменялось, и я заснула под какой-то фильм в зале, прижавшись к этому старику спиной. Не до конца заснув, я почувствовала, как он погладил мою спину и начал вырисовывать на ней разные узоры. После этого я крепко заснула, но спустя где-то минут 10, я резко распахнула свои глаза от странного чувства. Альберт пытался меня изнасиловать. Он разорвал майку на мне, пока я спала, и спустил руку в мои штаны. Я, конечно, пыталась вырваться и даже закричала, на что мужчина закрыл своей рукой мой рот и грубо развернул меня на живот, притягивая к себе. Альберт говорил, как ему нравится моя идеальная фигура модели, и что он бы всё отдал за такую «красавицу». Он водил по моей талии своими мерзкими руками и стонал от моих попыток вырваться. Когда же я поняла, что меня ждёт, и что я не могу никуда уйти, я расслабилась и дала ему войти в меня пальцами. Кроме его пальцев ничего больше я не чувствовала, потому что многие суют туда не только их. Мужчина хотел довести до оргазма не себя, а меня. Он заставлял меня вдавливаться в подушку и сжимать простынь с неимоверной силой, краснея от боли. Девственности я не лишилась, но, когда мама уже вошла в квартиру, мужчина прикрыл мне рот пальцем и сказал, что, если я скажу об этом своей маме, он прикончит нас обеих. Я не понимаю, что на уме у таких психопатов, но в тот вечер я молчала и улыбалась, лишь отворачиваясь и подтирая тушь. А ночью этот старик принялся удовлетворять маму. Из соседней комнаты я слышала кое-что плохое и молилась богу, чтобы я смогла поскорее заснуть. Я не верующая, но тогда пришлось поверить. -Господи, что с тобой случилось, подруга? – меня обняла Зои. -Упала, когда выбиралась из окна своей комнаты, - ответила я. -Хорошо, что ты живёшь на втором этаже, потому что, я думаю, жила бы ты на 10, всё равно бы сиганула подальше от родителей, - говорила мулатка, вспоминая мою попытку вскрыть вены, чтобы привлечь внимание родителей. Я делилась с ней всем, что у меня было, но про этого старика я до сих пор молчала. Меня сразу кидает в дрожь, когда я вспоминаю тот вечер. -Что планируешь делать? – Зои налила мне стакан воды, потому что чувствовала, что он мне нужен. -Даже не знаю, - сказала я в растерянности. -Эй, послушай, - мулатка подошла ко мне и дотронулась до плеча, - я понимаю, как тебе нелегко в жизни, но ты всегда можешь положиться на меня. Ты можешь переехать ко мне, и я могу устроить тебя к себе на работу. Стоять в кафе не так уж и сложно. -Боже, Зои, мне так стыдно. -Да что ты? Всё хорошо, - девушка обняла меня сзади и пошла на кухню. Зои – моя лучшая подруга, как я уже говорила ранее. Мы дружим с младшей школы и с тех пор не расстаёмся друг с другом. Единственное, что нас каждый раз разлучает – это ежегодный уезд мулатки. Всё лето с 15 лет она ездит в оздоровительную больницу в Рим, и всё лето я умираю от одиночества. -Будешь чай? – спросила Уокер. -Нет, спасибо, - ответила я и улыбнулась. -А, по-моему, тебе нужно согреться.