Начинаем всё сначала или урок, как изменить свою судьбу

      Уже стемнело и Орден Непростых пошёл в библиотеку. Ох, она помнила что Огнёва тоже там, что делать? «Надеюсь что она не забудет про заколку.»       — Переход. Эфлара, замок Черновод. — Это был голос Нортона. — Разрыв времени: двадцать две минуты сорок секунд.        Директор Светлых часов стояла ближе всех к Василисе. Сердце начало стучаться быстрее. «Если её поймают, то весь план провалится!»       Настенные часы дернулись всем корпусом: закряхтел натужно механизм, мелко задрожали стрелки на циферблате.       — Огонь! — негромко произнес Нортон-старший и тут же получил от одного из людей огарок в медном подсвечнике. Елена вздрогнула от его голоса, слишком нервная стала.       Фитиль вспыхнул желтым язычком огня. Нортон-старший поднес пламя к часам и некоторое время держал у основания большой стрелки. Мортинова быстро начала писать на листке записку.        Стрелка вздрогнула и понеслась по циферблату с неистовой скоростью. Одновременно с этим корпус часов начал вертеться вокруг своей оси; повинуясь быстрым поворотам, край циферблатного диска проходил сквозь стену, легко врезаясь в нее, словно раскаленный нож в масло. Елена кинула записку Васильку и пошла в образовавшийся проход за нашими. В записке было «Иди за нами, но тихо, они не должны знать. Запоминай всё.»        «Скучала по этим собраниям». От промелькнувшей мысли она улыбнулась, но лишь на мгновение. Они вышли в небольшой круглый зал с куполообразным потолком, как в театре или цирке, ярко освещенный чашами с живым огнем. Эти чаши болтались на цепях, подвешенные за огромные железные крюки.В центре залы находился помост, на котором стояло каменное кресло-трон гигантских размеров. Подле, выстроившись полукругом, располагались небольшие скамеечки со спинками. На которых сидел весь орден.       — Астрагор! Я призываю тебя, древний Дух! — прозвучал громкий голос, гулким эхом прокатившись по залу. — Прошу твоего совета, Астрагор… — На это женщина закатила глаза.       Гигантское кресло тут же озарилось яркой огненной вспышкой, спинка и подлокотники вспыхнули множеством искр, даже в глазах зарябило. Сразу же, неизвестно откуда и каким образом, повалило нечто густое и желеобразное, обволакивая гигантский трон, словно огромный осьминог длинными вязкими щупальцами, и нестерпимый алый свет камня оделся в матово-серое. Мортинова плотно сжала губы и напряглась.       — Приветствую тебя, разгадавший мое числовое имя, — прошелестел вдруг низкий голос, и голос этот шел из самой глубины овитого «щупальцами» трона. — Что желаешь ты знать?       — Я не отрекался от своих обещаний, — бесстрастно произнес Дух. — Надеюсь, и ты помнишь о своих.       — Да, помню.       На алом камне вспыхнули сотни искорок и тут же погасли, словно дрожь пробежала по телу «осьминога».       — Время Алого Цветка близится.       — Значит, волшебный цветок действительно расцветает раз в тысячу лет… — Нортон-старший сделал шаг к трону. «Вот же… Я и забыла что так скучно сидеть на этих собраниях»       — И выполняет одно желание?       — Не просто желание, — ответил Дух, — а волю, высказанную семерыми ключниками.       — Но что это за воля? — продолжил Нортон-старший. — Можно ли использовать ее для того, чтобы сотворить новый мир? Мир для избранных? Третью планету, еще один разрыв… Свой мир — лучший из трех. Новый мир вместо двух старых…       Люди в темных плащах опять зашептались, но на этот раз более радостно, возбужденно. Елена единственная, кому было не интересно.       Ответ прозвучал не сразу.       — Знаешь ли ты, что такое Алый Цветок, о, разгадавший мое числовое имя? — равнодушно спросил Дух. — Он — сердце планеты, живой пульсирующий мост, соединяющий два мира: Эфлару и Осталу. Ты хочешь погубить их таким желанием? Алый Цветок не сумеет сотворить новую Землю, но изменить ваш мир сможет.       — Срок Эфлары истекает, — продолжил отец Василисы, — и, если люди не вмешаются, вскоре она исчезнет. Та Земля, что зовется Осталой, должна поглотить ее: Временной Разрыв стремительно сокращается.        — Стремительно.? — Она сказала это одними губами, но Астрагор кажется услышал, поэтому кивнул.       — Это верно, — наконец ответил Дух. — Но Алый Цветок убережет от беды. Не проси меня сказать, как он это сделает. Тебе ли не знать, сердце планеты вне времени и его законов, и я не властен над ним. Добудь сердце Алого Цветка, Нортон, и мы изменим мир… Вместе. Но помни, — добавил Дух, — о нашем договоре. Ты должен приступить к первой его части, чтобы задуманное свершилось.       Нортон-старший низко поклонился. К горлу Елены подступил смех, она чудом его сдерживала.       — Почему же к сердцу планеты должны идти только юные? — вновь спросил он. «Извини?» Её брови стремительно взлетели в верх, а голова повернулась в сторону мужчины. — Не лучше ли доверить дело опытным часовщикам?       — Алый Цветок сам юн и чист, потому что рождается заново раз в тысячу земных вращений. И доверится лишь юным душам. Отдайте Ключи от Расколотого Замка семерым достойным и пятерым их помощникам — ровно двенадцать должны встать на Часовой Круг.       — Тринадцатого июня, — произнес Нортон, — запустят Часовой Круг… Но в нашем распоряжении лишь три Ключа!       — Семь… Семь Ключей в игре. — Дух помолчал и вдруг торжественно продекламировал: — Серебряный, Бронзовый и Золотой будут соперничать между собой. Железный откроет цветения тайну, Расколотый Замок укажет Хрустальный. Рубиновый Ключ все секреты расскажет, а Черный — путь к самому сердцу укажет…       — Кто владеет остальными Ключами? — спросил Нортон-старший.       — Белая Королева обещает, что к назначенному времени еще три ключника встанут в Круг.       — А Черный? — жадно спросил Нортон-старший. «Жадина! Вот перебьёшься!» — Черный Ключ тоже в игре?       — Как добра не бывает без зла, так и белого не может быть без черного, — несколько туманно ответил Дух. И добавил: — Все Ключи будут в игре, Часовой Круг завертится вовремя. Черная Королева не бездействует и тоже готовит своего ключника. Фиолетовые фигуры, сидевшие до этого неподвижно, неожиданно зашевелились, кое-кто даже вскочил с места; по залу прошел изумленный, тревожный, даже рассерженный шепот. «Опять таки этот цирк, мы ведь не на собрании РадоСвета!       Нортон низко поклонился. И где-то послышался чих. По спине пробежал холод.       — Благодарствую за истину, Астрагор, — тихо сказал он. Его голос гулким эхом пролетел по залу завертелся вихрем в куполообразном потолке, многократно усилился. Фиолетовые фигуры вновь обратились в молчаливые статуи.       А Дух неожиданно повторил:       — Найдите семь Ключей от сокровищницы. Серебряный, Бронзовый и Золотой будут соперничать между собой. Железный откроет цветения тайну, Расколотый Замок укажет Хрустальный. Рубиновый Ключ все секреты расскажет, а Черный — путь к самому сердцу укажет… — «Он уже знает что в зале…?» Мысли были пересечены на корне, если Астрагор умеет читать мысли?       Фиолетовые фигуры вновь заволновались, раздались восклицания, громкие реплики, Мортинова прислушалась, что-то сейчас будет, и Нортону-старшему пришлось поднять руку, чтобы восстановить спокойствие.       — Кое-что еще, Астрагор… — Нортон промедлил. — Рубиновый Ключ.       — Один из твоих детей будет владеть им. Я видел это сам. — «Гадательное зеркало?! Ну ты и… Змей! Честно, смотря на всё после прожитого, стало стыдно, я ведь тоже себя так глупо вела.»       Все начали аплодировать. «Чего хоро… А, точно! Они же не знают. Марк… Что-то его сегодня почти не было видно, он куда-то с Василисой и своей компанией ушёл.»       — Елена, я прошу вас присутствовать с нашим Золотым ключником на посвящении Норта и… остальных моих детей. — «Какая неожиданность, не дождёшься! Ладно, так уж и быть.»       — Спасибо, Нортон, — Елена склонила голову. — Почту за честь.       — Все мы знаем, что слова Астрагора нельзя подвергать сомнению, — обратился отец Василисы к собравшимся в зале. — Мы убеждались, и не раз, — Астрагор всегда говорит правду. — «Как ты ошибся.» — Поэтому Эфларе действительно грозит гибель.       Все покорно склонили головы.       Нортон-старший ступил на возвышение. Гигантское кресло казалось простой каменной грудой. Огнев подошел и уселся в него, облокотившись на поручни. Черное копье с алым острием он продолжал сжимать в правой руке. Этакий король.       — Старая Эфлара действительно погибнет… Но наш мир изменится, и изменится к лучшему. - Мортинова несогласно качнула головой.       Зал снова взорвался аплодисментами, но отец Василисы поднял руку, и они тут же стихли.       — Перейдем к делам не менее важным… — резко произнес он. — Какие новости из Астрограда?       — В РадоСвете много верных людей, Нортон, — подала голос Елена. — Они готовы встать за тобой, лишь только ты появишься в Лазоре. А вот мастера…       — Что мастера? — холодно переспросил Нортон-старший. Директор Светлых часов скривилась, он перебил её.— Опять Лазарев?       — Да, Константин Лазарев. Он не первый раз восстанавливает ремесленников против тебя, и многие прислушиваются к нему. Он говорит, что ты приведешь мир к концу…       — Для ремесленника любое повышение налогов — конец света, — презрительно отозвался Нортон-старший. «Перестань меня перебивать!» — Что знают они о Поглощении? Неучи… Я сам займусь Лазаревым. Но для этого я должен опять оказаться в РадоСвете.       — Наш человек сообщил, что все в норме, — произнесла Мортинова. — Все прошло, как задумано. Астариус должен будет провести повторное голосование. Бывший член РадоСвета имеет право попытаться вновь войти в состав правления.       — Хорошо, — довольно кивнул Нортон-старший. — День-два, и я буду заседать в Лазоре. Но кое-кого там уже не будет.       Последние слова прозвучали зловеще. «Да, но Лазорев вернётся, всё-таки Ро… Астариус главный.»       — Позвольте, господин… — Елена резко повернула голову, даже шея заболела.       От толпы отделился человек. Он приблизился к Огневу и так же, как предыдущие ораторы, скинул с головы капюшон. Человек склонился в низком поклоне, и в свете пламенных чаш блеснула его лысина.       — Приветствую, Мандигор, — обратился к нему Нортон-старший. — Я рад, что ты смог обмануть совет и посетить наше маленькое собрание… Что тревожит тебя?       — Мы наслышаны, господин, — начал Мандигор после еще одного низкого поклона «Что бы я не делала, почти ничего не изменилось! Диалоги вроде бы те же…» Елена кинула взгляд на Василису, та прислушивалась к разговорам. «Надеюсь что девчонка не сделает что-нибудь не очень то хорошее. Если всё сорвётся, то кто станет временем?»       — Моим наследником будет Норт, мой старший сын. — Нортон-старший вдруг резко встал и шагнул к Мандигору — тот даже попятился от неожиданности. — Я пойду на любые меры, лишь бы не допустить того, о чем ты хотел спросить, Мандигор.       Не прошла и минута, Елена быстро сориентировалась.       — Ты думаешь, что она сможет часовать? — тихо спросила Мортинова. — Но как же так? — продолжила она громче. — Она ведь всю жизнь прожила на Остале, там много техники, она вредит часодейству!       — Чепуха, — устало возразил Нортон-старший. — На Остале действуют законы эферов наравне с физическими. Правда, люди пользуются часами только для измерения времени, поэтому не ведают о часодействе. Остальцы доверяют лишь техническому прогрессу. А это означает, что они не скоро еще полетят к звездам или найдут дорогу в другие миры. Эфларцы же выбрали лучшее — предпочли часодейство. Нам осталось всего лишь сохранить наш мир… и сделать его лучше. - "Остальцы найдут, не завтра, так потом... Они уже к звёздам летали кстати."       — Но если твоя дочь… — начала Елена, надеясь что спектакль удастся. — Если она получит часовую степень, и ты дашь ей имя…       — Я помню о давнем обещании, госпожа Мортинова. — В голосе Нортона-старшего громыхнуло знакомое железо, губы женщины сжались в тонкую линию. — И я вновь повторяю: моя дочь не получит от меня часодейного имени.       — Но как же тогда Ключ, ведь он нам нужен! — «Тебе»       — Завтра, — нетерпеливо произнес Нортон-старший. — Завтра все прояснится, Елена.       Женщина молча отступила от каменного трона.       — Астариус уже знает об этой вашей дочери, — подал голос Мандигор, особенно выделяя слово «этой», брови в презрени поднялись в верх, — Как видно, и у него есть верные люди… среди нас.       Мандигор оглянулся, обводя присутствующих подозрительным взглядом.       — Это был Кэртис, — внезапно произнесла Елена. Она полуобернулась, и слабо подняла уголки губ, плохо помнилось, что было после этих слов.       По залу прокатилось ошеломленное разноголосое эхо, послышались гневные возгласы:       — В камень предателя! — Лицо у блондинки побелело.       — Смерть ему! — Пришлось сглотнуть подступивший ком.

***

      — В камень предательницу!       — Смерть ей! — Звучали голоса на весь зал. Король времени поднял руку, призывая замолчать.       — Она будет превращена в русалку.

***

      — Его статуя уже украшает подземелье Черновода! — хрипло выкрикнула Елена и сжала подол платья.       — Не будем уделять этому вопросу столько внимания: предателя уже нет среди нас. Астариус? Он слишком стар, чтобы нам мешать. Я думаю, — тут Нортон-старший усмехнулся, — он скоро отойдет от великих дел. Но вернемся к нашим заботам… Елена, все готово?       Елена кивнула и подняла руки, сложив их лодочкой. Внезапно вокруг нее замерцала легкая, полупрозрачная дымка, и она… исчезла! Просто растворилась в воздухе. "Где этот? А,вот!" Она сделала три глубоких вдоха и переместилась обратно.       Вновь показалась серебристая дымка, являя остальным стройную, высокую фигуру женщины. В руке она держала какие-то странные блестящие приборы или механизмы, издалека нельзя было разглядеть, что именно.       — Можно начинать.       И вдруг Нортон Огнев резко встал и, не говоря ни слова, поднял вверх правую руку. «О, нет!» Какую-то секунду он постоял в такой позе, а затем медленно, словно раскручивал невидимое лассо, начал водить ею в воздухе. Послышался неприятный, режущий слух свист. Он нарастал и нарастал, становясь все невыносимее. Елена зажала уши руками.       И вдруг свист прекратился — отец опустил руку. Часовщица глянула в даль. Василиса тряхнула головой, пытаясь унять звон в ушах.       — В подземелье есть посторонний… — устало произнес Нортон-старший. — Все часовые защитные нити грубо нарушены. Где-то рядом прячется… Найдите его!!! — вдруг рявкнул он. У Елены сердце ушло в пятки, она услышала звук удаляющегося бега, это послужило сигналом. Мортинова с помощью часодейства сделала из туфлей удобные ботинки и побежала за всеми. «Заколка!» Она стала пробираться через толпу и вскоре выбралась вперёд. «Для фигуры ни только диета нужна!»       Женщина выбежала к Василисе и подобрала заколку, сразу же вернув владелице. Потом резко толкнула ту в стену, девочка прошла сквозь неё, а проход остался закрыт. Елена изобразила раздражённость на лице. Сразу же прибежали остальные. «Как хорошо, что здесь уже начались его владения, нельзя же без разрешения хозяина часовать.» Все вышли из прохода и стали ждать, она заметила как Нортон помчался к Василисе в комнату, а сама пошла к себе, сославшись на головную боль.        - 1:0, в мою пользу....Нортон! - Зловещая улыбка появилась на лице блондинки, не хватало зловещего смеха.