Начинаем всё сначала или урок, как изменить свою судьбу

      Елена нервно накручивала прядь волос на палец — Огнева проходила распределение в свой класс. Многие, кто заходил позже, вышли к ней и сдали зачёт. Женщина была одета в белое платье с низким рукавом, корсетом и одной юбкой. Светлые волосы заплетены в колосок. Пожалуй, такая одежда была наного удобней пышных платьев с огромным количеством юбок.       Дверь открылась и из-за неё выпала Василиса. Рыжие волосы, собранные в два неизменных хвостика, растрепались, синие глаза блестели от счастья, а футболка немного помялась. Елена приподняла брови в удивление.       — Двенадцатый круг! — девочка вскочила на ноги и широко улыбнулась.        Потом, немного поспорив со смотрителем тайноса, чисто для приличия, Елена села в кресло, аккуратно подобрав подол. Она подвинула у себе лист и взяла в руки ручку.        — Три главных закона о Времени.        — Ээ… Все равны перед Временем, люди, духи, феи, люты… В мире все подчинено Времени. Время — это сила, уравновешивающая добро и зло, хранитель гармонии и порядка… Временем можно управлять, но нельзя повелевать…       — Достаточно. Каков первый принцип часодейства? — Мортинова поставила галочку около первого вопроса и приподняла уголки губ.       — Желание, воля, действие! — Хоть вопросы были лёгкими, Василиса занервничала. Не смотря на хорошее расположение этой женщины — спрашивать будут по полной строгости и она это понимала, мало ли, ошибётся и её не примут? Огнева начала мять руками края футболки.       —Каково другое толкование фразы?       — Время работает на нас…       — Неплохо… Хоть что-то ты знаешь. Эфер «Дезеоринт», дай определение и как действует. — Ну не могла же она не попытаться завалить её? На все вопросы ответила правильно, но именно около этого вопроса стоял крестик. Её личная разработка!       — Я…не знаю. — Василиса накручивала на палец прядку волос и смотрела в пол, оставив одежду в покое.       — Что ж, жаль. Значит…       — Значит, это и есть Василиса Огнева. — Сама Василиса обернулась, удивлённо взирая на вошедшего. Это был мудрый старец с очень длинной бородой.       — Астариус! — Елена вскочила с кресла, подол белого платья поднялся вслед за ней. — Я Рада вас видеть… Хотя, не ожидала, что Вы придёте.

»…В этот момент. Вот же… В каком я виде… О Эфларус!»

      — Извините, если помешал, — благожелательно произнес Астариус, с интересом рассматривая Елену. — Я специально спустился, чтобы познакомиться со своей новой ученицей.       — Даа? Как…неожиданно… — Мортинова изо всех сил пыталась совладать с голосом, но последнее слово было сказано с раздражением.

«Невовремя»

      — Если вы еще заняты, — продолжил часодей, — то я могу подождать в коридоре.       — Ну что вы, мы уже закончили. Так ведь? — Елена повернулась к Василисе, скрывая порозовевшие щёки. Девочка быстро закивала.       — Прекрасно, прекрасно… — покивал Астариус. — Позвольте полюбопытствовать, на какой круг у девочки?       Директор Светлых часов сжала руки в замок перед собой и запрокинула голову. Желание прибить старика только усиливалось. А в том, что Астариус сейчас усмехался, она была уверена.       — Знаете, м-м-м… Я приму Огневу в школу, ради её отца…- Мортинова перекинула косу с плеча за спину и обречённо сказала: — В общем, двенадцатый круг.       Сердце у Василисы ушло в пятки, а потом подпрыгнуло к горлу: её приняли в лучшую школу, да ещё и на высший круг! На лице девочки расползлась широкая улыбка.       — Ну что ж, в этом есть смысл. — Благожелательное выражение не сходило с лица Астариуса. — Девочка будет упорно трудиться, ведь нагрузка будет больше. Она будет брать уроки ещё и у меня.       Астариус улыбнулся Василисе, не заметив, как женщина передразнила его, девочка улыбнулась в ответ.       — Гм… — кашлянула Елена, возвращая внимание к своей персоне. — Если вы позволите дать вам совет, многоуважаемый Астариус… — Часовщица сделала многозначительную паузу. — Я думаю, Огневой рано брать уроки у вас… она слишком слаба в часодействе. Как вы знаете, несмотря на высшую степень, эта девочка почти ничего не умеет.       «Если девчонка попадёт к нему, то я даже не знаю что случиться, но контролировать её будет сложнее.»       — Спасибо за совет, госпожа Мортинова. — Часодей легко поклонился. — И все же… я рискну.       Елена лишь развела руками: мол, я предупредила. Она встала из-за стола и подошла к Василисе. В ее руках оказался значок в виде золотой цифры «12»       — Носи знак своего круга с честью, моя дорогая, — произнесла она и нацепила значок на синий галстук Василисы.       — Спасибо, госпожа Мортинова, — поблагодарила новая ученица часовой школы и тихо добавила: — Я Вам очень признательна.       — Ну а сейчас я бы хотел забрать вас, маленькая госпожа, чтобы немного развлечь беседой. Вы не возражаете, уважаемая директор?       Елена отрицательно покачала головой, не забыв при этом наградить Астариуса еще одним «горячим» взглядом.       — До свиданья, госпожа Мортинова.       — Хорошего дня, господин Астариус, — последовал холодный ответ.       — До свидания! — Попрощалась Василиса и они ушли.       Мортинова с тяжёлым вдохом села обратно в кресло, поправив поправив платья, взяла ручку и продолжила заполнять бланки, подписывать договоры и т.д.       — Наконец-то! — Елена присела на кровать, сил не было. Распустив волосы, женщина потрясла головой. С такой нагрузкой, строить планы в мировых масштабах не возможно. — Точно.       Она глянула в зеркало: Всё было прекрасно, Нортон был прав, простота её молодит.

«Опять он! И как его из мыслей выкинуть?»

      Шаг в зеркало и она уже в другой комнате.       — Вижу тебе понравилась комната? — Елена выгнула бровь. Огнева, сидящая на подвесном кресле, вздрогнула.       — Ой, госпожа Мортинова!       — Просто Елена. — Женщина приподняла уголки губ. Она не разрешала обычно детям называть себя по имени. Но это ради планов.       — Хорошо… Да, мне здесь очень нравится. Так красиво! — Огнёва отложила книгу и подошла к Мортиновой.       Комната и вправду была хороша. Двухспальная кровать с полупрозрачным балдахоном, на против окна письменный стол, а чуть правее шкаф с одеждой, дверцами повёрнутый в сторону кровати. На против стола, книжные полки, по середине стены камин, на против него висят два кресла. По середине комнаты большой белый кавёр. Сама комната выполнена в салатовых, бежевых и белых оттенках. Пол и стол из светлого дерева. Кресло около стола, покрыто обивкой оливкового цвета. А свет из больших стрельчатых окон, можно перекрыть белыми шторами.       — Что читала? — Елена ещё раз обвела взглядом комнату.       — Хронология для начинающих. — Девочка покраснела. Она не понимала ещё этот мир. Пока что не успела освоиться.       Образовалось неловкое молчание. Они разглядывали друг друга. Елена подумала, что девочнка и не такая уж и ужасная, просто нужно было проявить себя как наставника.       — Я о тебе, почти ничего не знаю, — Госпожа Мортинова начала издалека. — Расскажешь как жила на Остале?

***

      Елена устало опустилась на кровать. Разговор, вернее даже выслушивание монолога, был долгим, но познавательным. Девчонка рассказала рычаги давления но вот использовать их не хотелось.       Женщина потёрла переносицу и скинув туфли, легла на спину, кладя руки под голову. Сущие безобращие и не следование этикету! Этикет… А этикет — первый шаг к богатству. И это тётя говорила каждый раз, когда раздавала ей подзатыльники. Дядя почти не участвовал в её воспитании.       Ей завидовали чёрной завистью. Как же! Богатая наследница с семьёй. Так себе семья, а деньги бы она променяла на живых родителей. С чего вообще она об этом вспомнила? Что-то в этой жизни часто начинает такое вспоминать.       Елена встала с кровати. Взмахом часовой стрелы разгладила платье. Ещё один взмах и подлетела ночная рубашка. Женщина села на стул, начав распутывать волосы. Думать о давно почивших родственниках не хотелось.       — Где же расчёска-то… — Её голос был хриплым. Нортон наверняка предложил бы ей воды. Опять он… — А вот.       Елена Мортинова, Госпожа Мортинова, Директор СветлоЧаса, Член Радосвета, правая рука Астрагора, доверенное лицо Астариуса, друг Нортона Огнева, враг Белой Королевы, Елена. Но никак не Лена. Нет, она даже Нортону не позволяла так себя называть. Слишком неприятно.       — Так всё, спать! — Повесив платье, она босиком дошла по холодному полу до кровати. Тряхнув головой, женщина забралась на подоконник. За окном была красная луна. Появилось предчуствие. Очень даже плохое. Может Огнёвой снова чёрный ключ достанется?       Посидев ещё несколько минут, Елена легла спать. Острое ощущение чего-то плохого заставило её быстрее заснуть. Горло схватили чьи-то длинные и скользкие пальцы, пытаясь остановить. Дышать стало невозможно и она вызвала крылья. Взмах и они рассыпались на осколки. Громкий шум, чем-то похожий на грозу. Её накрыла ледяная волна, сбивая с ног. Двигаться стало невозможно и тело пронзило острой болью, запахло кровью и разлогавшимся трупом, а к ней снова потянулась рука.       Елена резко села на кровати, нос заложило. Она попыталась встать с кровати, но не почувствовала ног. В груди похолодело и руки свело судорогой. Сделав парочку глубоких вдохов, женщина взяла себя в руки.

«Стрела…»

      А кому писать-то? Нортон проигнорирует, а остальные… Мортинова сделала глубокий вдох и попыталась взять себя в руки.       Все мечтают о высшей степени и о даре, завидуют… А Елена каждый день надеется на то, что её «дар» исчезнет. Что ж, видеть чужую ауру, как мать, она не может, но вот увидеть скрытые пути, артефакты и т.д. это да, это к ней! Видеть часовщинку, вот как это называют. Но вот… видеть тёмные сущности тоже получается, вернее их след. Часовщики тоже следят. А если видишь ты, то видят и тебя. Нужно научиться контролировать. Один раз у неё не получилось. Один…раз…       Нет. Нет. Нет! Как буд-то на плечах чьи-то руки. Такие скользкие и холодные… Зачем она включила лампу?       Слёзы полились из глаз, она размазывала их по лицу своими маленькими ладошками. Там…в углу комнаты тьма сгустилась. Маленькая Лена прижала ноги к себе и спрятала лицо в руках. Стало тихо, в коридоре послышался стук каблуков. Нет. Цокание когтей. Как у кошки, но у них её не было.       Часовщица снова забралась под одеяло и закрыла глаза. Не включать свет. Он загоняет тьму в углы, сгущая её, делая материальнее.