Blood, sweat and tears

      Когда всё наконец-то встало на свои места, и процесс по возобновлению старых группировок на бывших ареалах их обитания был окончен, братья семьи Чон решили организовать "небольшой" приём в честь укрепления их власти в этом городе. Заодно это был отличный повод познакомить новых членов семьи с тем, кто и направил их всех сюда, кто занимал самое высокое звание в их криминальном мире — с верховным.       Приём был организован в огромном ресторане прямо в самом центре Пусана, и помимо сеульской мафии здесь также были представители якудза и триады прибывших из Токио, Гонконга, Макао и Тайбэя. Так же кроме мафии здесь были и политики, и местные верхушки правоохранительных органов, хотя нужно отметить, что всех их объединяло одно — власть, так что границы различия между всеми этими людьми просто не существовало. В общем, компания собралась отличная, чему Тэхён и Чимин изначально были не слишком уж и рады. Не сказать, что они никогда не бывали на светских вечеринках, но вот люди, которые их там окружали, совершенно отличались по роду своей деятельности от сегодняшних гостей.       — Чимини, не дёргайся ты так, — разминая шею своего омеги, сказал Чонгук, когда они все стояли чуть поодаль от входа в ожидании главного гостя. — Ты прекрасно выглядишь, тебе не стоит ни о чём беспокоиться.       — Господи, я никогда ещё так не переживал, — в очередной раз поправляя свои волосы, в миллионный раз повторил ему в ответ Чимин. — Я всё ещё не могу уйти?       — Нет, конечно. Чимин, я тебе уже говорил, он отличается от того киношного образа в твоем представлении, так что прекрати об этом переживать. О, а вот и он. Отец!       В зал вошел высокий статный мужчина средних лет, его походка была такая же уверенная, как и у Чонгука, так что в нём с лёгкостью можно было узнать его отца. Мужчина приближался к своей семье в сопровождении нескольких крупных на вид альф, и чем ближе он подходил, тем сильнее росла паника Чимина. Тэхён же наоборот был спокоен, как удав, по крайней мере его внешний вид не говорил об обратном.       — Отец, с приездом, — Чонгук подошел, чтобы обнять своего отца, и мужчина тут же озарился лучезарной улыбкой, которая смягчала его жёсткие черты. — Хочу представить тебе кое-кого..       — Чимин, — старший альфа протянул свою руку навстречу маленькому миловидному омеге. — Какое очарование!       — Пока не узнаешь его характер, — хихикнул Джин и тут же поймал на себе суровый взгляд Чимина, который пожимал тёплую ладонь верховного. — Но он именно то, что нужно нашему Чонгуки, — добавил старший омега, подмигивая младшему.       — Замечательно, — добродушно ответил мужчина, и от его улыбки у Чимина буквально отлегло от сердца: он действительно не был таким уж страшным, даже наоборот. — Надеюсь, ты будешь приглядывать за этим оболтусом, малыш, — на последних словах отца Чонгук закатил глаза, но по-доброму, продолжая улыбаться, глядя на своего обескураженного малыша. — А ты у нас, получается, Тэхёни?       Отец протянул руку второму омеге, чтобы поприветствовать и его. Он был так же очарован им, как и Чимином. Чонгук хорошо знал своего отца, и он был уверен в нём, как и в себе, что эти двое смогут покорить его сердце с самых первых минут их знакомства. Ну, может быть, причина была ещё и в том, что он все уши отцу прожужжал про этих двоих, и они уже заочно были знакомы.       — Моим мальчишкам действительно очень повезло, — так же, как и Чимину, старший Чон улыбнулся и Тэ. — Я рад познакомиться с вами обоими.       — Это взаимно, господин Чон, — поклонился Тэхён старшему, как только тот отпустил его руку.       — Господин? — искренне удивился мужчина. — Никаких господинов, можете так же звать меня отцом, мы ведь теперь одна семья, не так ли? Ладно, пойдёмте присядем, мне не терпится узнать вас двоих получше.       Мужчина галантно указал рукой в сторону столика, за которым их ждали различные блюда. Все гости уже давно прибыли, за исключением одного, с которым Намджун всё ещё не хотел встречаться, и только ради Джина он пошел на этот волевой шаг. И тем не менее, как говорится, семеро одного не ждут, так что гости расселись за свои столы, и банкетная часть вечера началась. Отец сидел в самом центре стола, а по бокам от него сидели его дети — так он мог видеть их всех. Пока официант наливал вино по бокалам, Чимин вглядывался в лицо отца Чонгука, немного прищурив свои глаза, как будто бы пытаясь в нём что-то разглядеть.       — Чимин? Тебя мои усы так привлекли? — поинтересовался мужчина у сидящего немного поодаль от него светловолосого омеги.       — Нет, — спокойно ответил Чимин, продолжая вглядываться в мужчину и не обращая своего внимания больше ни на что вокруг. — Я просто.. кажется, я не вижу сходства между вами с Чонгуком.       — Он действительно бесцеремонный, — усмехнулся старший, вспоминая о рассказах сына о своём омеге по телефону.       — Ох, простите!       — Не извиняйся, всё в порядке, мне это нравится.       — А вот теперь сходство очевидное, — совершенно точно подметил Чимин, ведь его бесцеремонность это именно то, что привлекло в нём Чонгука в день их первой случайной встречи в кофейне.       За столом царило полнейшее добродушие, все хихикали над прямолинейностью Чимина, и никто не чувствовал себя лишним. Со стороны они действительно выглядели, как настоящая семья. Хотя отныне так оно и было. Между ними не возникло неловкости или напряжения, они смогли быстро найти общий язык, и даже в юморе отцу Чонгука было не занимать.       — На самом деле, мы действительно внешне ни капли с ним не похожи, — всё же ответил старший на любопытство Чимина. — Всё потому, что он подкидыш.       — Отец! — тут же насупился Чонгук и поёрзал на стуле, а Чимина наоборот это очень повеселило, как собственно и всех сидящих за этим столом. — Как ты можешь так говорить обо мне? Я тебя засужу.       — Я буду всё отрицать, — старший Чон сделал очень важный вид и отхлебнул глоток вина из своего бокала. — Ну, ладно, просто он больше похож на моего покойного мужа и.. и ты всё ещё меня разглядываешь, Чимин. Что-то ещё не так?       — Да нет, всё так. Просто вы очень молодо выглядите для своих лет.       — Надеюсь, это не претензия?       — Ни в коем случае, считайте это комплиментом.       — Чёрт возьми, мне нравится этот малыш!.. Думаю, мы поладим.       Оказалось, всё было не так страшно, как изначально представлял себе Чимин. Этот приём не стал для него чем-то отягощающим, он даже на удивление как-то слишком быстро влился во всю эту мафиозную тусовку, а отец Чонгука так и вовсе оказался приятным мужчиной с замечательным, для человека его статуса, чувством юмора. Вся семья Чонгука была потрясающей, даже сразу так и не скажешь, что все эти люди неоднократно пачкали свои руки в крови, — вот где и правда киношный образ кардинально отличался от действительности. Находиться среди всех этих людей Чимину было очень комфортно, он как будто бы нашел своё место, свой дом и свою родную душу в лице Чон Чонгука. Этот альфа, чью метку он носил на своём плече, вызывал в Чимине непередаваемые эмоции. К нему всегда хотелось прикасаться, смотреть на него, слышать его мелодичный голос, чувствовать его запах рядом с собой, а Чонгуку безумно нравилось одаривать этим всем своего омегу. Они не отходили друг от друга весь вечер, как два склеившихся пельмешка, которые тут и там ловили на себе завистливые взгляды всех присутствующих.       Что касается беременности Тэхёна, тут Юнги пожелал сообщить об этом отцу отдельно от разговоров за ужином — остальные всё равно были в курсе, да и Тэхёну будет не так неловко говорить об этом наедине. Он всё ещё стеснялся своего положения, хотя несомненно был рад будущему отцовству. Дождавшись момента, когда старший Чон останется один, они вместе отправились на открытую террасу, куда мужчина вышел проветрить свои мозги и заодно выкурить сигаретку. Как только старший услышал радостные новости, он тут же отбросил бычок в сторону и по-отцовски обнял своих детей. Не смотря на то, что Юнги был для него приёмным ребенком, он всегда относился к ним с таким же теплом, как и к своему кровному сыну. Они все были его семьёй, а теперь один из них скоро станет отцом, и это не могло его не тронуть.       В середине вечера Джина наконец-то оповестили о прибытии последнего гостя и его давнего друга Хидето Такараи. Намджун напрягся буквально сразу, как только услышал это имя, но он помнил о просьбе Джина и постарался взять себя в руки, и даже выдавил из себя вымученную улыбку. Хидето был небольшого роста, так что Джун смотрел на него свысока и мысленно злорадствовал над этим смазливым карликом, который был слишком уж любезен с его омегой.       Всё время, пока они выпивали и общались, как бы Джун ни старался, он не мог выкинуть из головы той информации, что этот япошка целовал, обнимал и... вот врезать бы ему хорошенько!.. Вот тогда Джуну точно полегчало бы.       — Никто не знает его лучше меня, — в очередном споре сердито выпалил Намджун, намекая на своё явное превосходство в жизни Джина. Разговор с бывшим Джина у него никак не клеился, хотя тот и пытался быть добродушным, но этого всё равно было мало.       — Правда? — решил уточнить Хидето, так ли это было на самом деле, как заявил ревнивый альфа. — И какие же цветы нравятся Джину?       — Цветы? — удивился Намджун. Он никогда не замечал за омегой особой страсти к этим пахучим букетикам. — Хён, ты что, любишь цветы?       — О да, он любит, — усмехнулся Хидето: в этом раунде он победил своего оппонента. — Хён любит розы, красные, на длинной ножке.       — Я никогда не видел у нас дома красных роз на длинной ножке!       — Джуни, успокойся, — Джину было ужасно стыдно за поведение своего альфы, ведь он описывал Намджуна как умного, образованного и воспитанного человека. Но его ревность была выше всего этого.       — Видимо, ты нечасто бывал в его комнате, — сказал Хидето и элегантно отпил шампанское из своего бокала. Ему нравилось дразнить этого здоровяка. На самом деле и сам Намджун ему тоже нравился, просто ревность бежала впереди него, и это было очень видно. Так же видно, как и его любовь к Джину, которого тот всё крепче прижимал к себе с каждым новым спором.       — Ну ладно! — фыркнул от злости Намджун и громко выпалил на эмоциях: — Зато у меня член больше твоего, и Джину он точно нравится больше красных роз! — и это был неоспоримый аргумент.       — ЭЙ!!! — Джин не выдержал этого позора и вырвался из объятий Намджуна. — Да что ты такое несёшь?! Может быть хватит?? Я тебя совсем не узнаю!       Намджун понимал, что не должен был вести себя так, не должен был говорит всё это, он понимал, как по-детски сейчас выглядел со стороны, но чёрт.. он никак не мог обуздать это раздирающее его изнутри чувство ревности. Он не понимал, почему так сильно злился на этого коротышку, но видеть его точно больше не хотел. Ему срочно нужно было уйти как можно дальше от них обоих, чтобы это не переросло в ещё большую беду. Возможно, ревность плюс алкоголь были не самым лучшим сочетанием.       — Прости за него, — извинился Джин перед Хидето, как только Джун скрылся из их поля зрения. — Обычно он не такой. Он правда очень хороший.. просто..       — Джин-а, он очень хороший, — улыбнулся Хидето своему бывшему парню, а ныне хорошему другу, и положил руку на его плечо, пока этого не видел его ревнивый мачо. — Он просто слишком сильно тебя любит, вот и ревнует.       — Я поговорю с ним, — Джин не знал, куда деться от стыдобы.       — Позволь, я сам это сделаю?       — Ты уверен? Я даже не знаю, что можно сейчас от него ожидать, я впервые вижу его таким. Думаешь, что это хорошая идея?       — Уверен.       Хидето улыбнулся Джину и направился в ту сторону, куда двинулся Намджун, и долго искать его не пришлось. Намджун вышел на террасу, откуда только что вошли в зал отец с Тэ и Юнги, и теперь здесь стало совершенно пусто — как раз то, что ему было нужно. Но радоваться ему пришлось недолго, потому что за спиной он услышал, как приближались чьи-то шаги.       — Зачем пришел? — Намджун сразу по запаху распознал того, кто рисковал сейчас собственным здоровьем.       — Пришел померяться членами, — усмехнулся Хидето, и Намджун медленно обернулся, чтобы посмотреть в глаза такому самоуверенному альфе. Его уверенность в себе была точно выше его роста. — Послушай, я с первой секунды понял, что не нравлюсь тебе, и ты не горишь желанием со мной общаться, но, может, ты бы хоть немного попробовал меня узнать получше? Вдруг я не только мудак, который спал с твоим хёном? И не надо смотреть на меня так, как будто бы ты планируешь вырвать мне глотку прямо сейчас..       — И что же мне делать? — Намджун всё ещё был в ярости от этого наглого японца.       — Просто послушай, что я тебе скажу, а после я обещаю, что покину эту вечеринку, — Хидето выглядел очень серьёзным. Он больше не пытался подтрунивать над разъяренным зверем. Наверное, не нужно было делать этого с самого начала. — Для начала, это нормально — не знать, какие цветы нравятся Джину. Ты ведь всю жизнь знал его только как брата, а у нас с ним была немного другая ситуация.. поэтому я и знаю об этом. Но даже с этими знаниями я и близко не мог приблизится к тому, где сейчас ты. Понимаешь? Даже когда мы с ним были вместе, я чувствовал, что его мысли были рядом с другим альфой, но я не знал, кто был этот мужчина. Он не делился со мной своими переживаниями, и я могу себе только представить, каково ему было все эти годы любить своего брата.       — Мы не кровные.. — решил уточнить Джун.       — Да, я знаю, — кивнул Хидето и, на свой страх и риск, подошел ближе к альфе. — Намджун-щи, я вижу, как сильно ты любишь Джина, и как сильно он любит тебя. Сегодня я наконец-то впервые увидел этот блеск в его глазах, которого не было, когда он был рядом со мной. Спасибо тебе за то, что делаешь его счастливым — чего не удалось в своё время сделать мне. Не могу даже передать, насколько мне приятно было наблюдать за тем, как он смотрит на тебя влюбленными глазами. Ты за своей ревностью даже этого не замечаешь. Как он любовался тобой, когда ты отходил за напитками, как покраснели его щёчки, когда он вспомнил очевидно что-то очень приятное.. и я ставлю сотку на то, что эти воспоминания были не о наших с ним отношениях. А сейчас ты взял всё это и перечеркнул, заставил краснеть его не от прекрасных воспоминаний, а от стыда.       Намджун слушал его внимательно, и его злость понемногу угасала, сменяясь стыдом. Нет, ревновать он, конечно же, не перестал, но, возможно, этот Хидето действительно был прав в том, что он не был просто бывшим мудаком его омеги. Возможно, стоит действительно к нему присмотреться и наладить отношения, ради Джина, который сейчас оказался в неудобном положении из-за поведения своего альфы.       — Я сказал то, что хотел, — Хидето поставил бокал на борт перила. — А теперь сдержу своё обещание, попрощаюсь с Джином и покину вечеринку. Надеюсь, что ты подумаешь немного о том, чтобы дать мне ещё один шанс, как другу твоего любимого. Я бы не хотел прекращать с ним общения. Уверен, что и он тоже. Доброй ночи, Намджун-щи.       — Эй, — окликнул Джун Хидето: произносить его имя вслух он ещё был не готов. Возможно, как-нибудь потом.. — Спасибо. Мне нужно было это услышать.       На этом они и распрощались. Джун дал немного времени Хидето, чтобы он попрощался с Джином, а после отправился на поиски своего омеги, которого безумно хотелось прижать к себе. Обойдя весь зал, Намджун так его и не нашел. Он стал переживать о том, что тот в гордом одиночестве отправился домой, и выскочил к центральному входу посмотреть на месте ли его машина. Но это уже было неважно: Джин сидел на бетонных ступенях с пустым бокалом в руке. Он выглядел ужасно расстроенным, и Джун точно знал причину его печали.       — Хён, — альфа сел рядом со своим омегой, накинув на него свой пиджак, потому что на улице было уже слишком холодно, а Джин был одет только лишь в тонкую белоснежную блузу. — Мне очень стыдно за то, что опозорил тебя перед твоим другом, и мне жаль, что я не оправдал твоих ожиданий..       — Джуни, — Джин отставил пустой бокал в сторону и повернулся к Намджуну, заглядывая в его пристыженные глаза. На самом деле ему не нужны были его извинения или оправдания, он всё прекрасно понимал, а ещё он уже всё услышал от Хидето. Поэтому всё, что ему сейчас было необходимо: — Обними меня, мне холодно.       Намджун нежно улыбнулся хёну и прижал к своему горячему телу. Джин не злился на него больше, и это, наверняка, также была заслуга маленького японца, так что он просто ещё раз мысленно его поблагодарил и поцеловал своего омегу в макушку.