три времени.

— ..а позже тело начинает разлагаться и в конце-концов становится сырьём или почвой для новой жизни. — договорил Альбедо и закрыл книгу, снимая очки с круглой оправой. Искусственный свет настольной лампы, казалось, не давал рассмотреть его лица, но если получше сфокусировать взгляд, то настоящий белый цвет луны из окна открывал вид на его прекрасно-нежные черты. Светлые волосы у лица были забраны в небрежный пучок, а серо-голубые глаза блестели. Он был чудесен. — Выходит.. если похоронить без гроба, то вместо трупа могут вырасти цветы? — Итер, всё ещё лёжа рядом на белоснежной простыни, перебирал собственную косу, даже не пытаясь отогнать, в некотором роде мрачные, мысли. — Если ты закопаешь тело не на общем кладбище, то очень даже. — отвечает Альбедо и рассматривает человека рядом. — Хочу стать ветряной астрой. — шёпотом заключает путешественник и прикрывает глаза, опуская руки и полностью расслабляя тело. — Астрой?.. — переспрашивает парень, и Итер распознаёт капли беспокойства в его голосе и напрягается, резко распахнув глаза. — Неужели ты действительно хочешь..? Юноша быстро садится и «берёт в руки» лицо Альбедо. — Нет-нет.. Мистер Альбедо, я совсем не это имел ввиду! Что вы? Я хотел сказать, в будущем. Алхимик мягко улыбается и касается холодными пальцами тыльной стороны ладони Итера. Почему они всегда как ледяные? — Сначала умру я, а потом ты. Договорились? — теплота во взгляде возводится в куб.— И обращайся ко мне на ты, пожалуйста. А то я чувствую себя старым. — он тихо хихикает, всё ещё прижимая руку Итера к своей щеке. Она невероятно тёплая. — Это жестоко, ми- Альбедо. Я не смогу лицезреть твою смерть. — пауза, обдумывание и формулировка следуещего вопроса, — Но всё же.. какие цветы посадить на «твоём месте»? — юноша мрачнеет. Он боится представить, что когда-нибудь найдёт своего учёного в траве без дыхания и блеска небесных глаз. Такого просто не может быть. Солёные капли выступают на нижних веках. — Будь добр, высади сесилию. — Альбедо замечает совсем «молодые» слёзы и тянется свободной рукой, чтоб смахнуть их, но её перехватывают. — Сесилию? Она подходит вам. — из-за лёгкого восхищения, Итер забывает о просьбе и вновь поддаётся привычке. — Для тебя, Итер. — поправляет парень, ловко освобождая руку от цепкой хватки другого, в итоге переплетая их пальцы в замке. Кожа юноши столь нежна и согревающе-приятна, что тепло протекает в кончики пальцев учёного, начиная мягко покалывать. — Мне очень нравятся её лепестки.. Тишина накрывает их обоих, давая время для размышлений после всего сказанного. — Мне нравятся ветряные астры, но.. — он медлит, запинаясь. — Я не хочу умирать. — резким шёпотом выдаёт Итер, опуская взгляд. — Мы не умрём, Итер. — Альбедо обещает, захватывая того в крепкие объятия. И это действительно может стать правдой, ведь алхимия, кажется, не имеет границ ровно также, как их нежность. — Мы вечны. — Ты холодный. — коротко говорит путешественник, меняя позу так, чтобы слышать его сердце. Оно бьётся так размеренно. — А ты тёплый. — Альбедо поддаётся, поглаживая мягкие пшеничные волосы на макушке.