Ты - мой свет

      Первое супружеские утро Сенджуро встретил ближе к обеду. Когда он распахнул дверь на улицу, в глаза юноши ударили лучи дневного солнца — пришлось поторопиться и прикрыть немного назад. Сегодня он хорошо выспался, не мудрено, сейчас уже время обеда. Прежде он вставал гораздо раньше, но вчера так вымотался — вся эта беготня со свадьбой… Так что вчера он уснул как младенец.       В доме было тихо, отец, видимо, еще у Мацумото-сана — они хорошо поладили, Сенджуро был этому рад: хорошо, что отец нашел единомышленника, и бутыль с сакэ отошла на второй план. К слову о тишине: — Мацум…       Он осекся, ощущение кольца на пальце напомнило вчерашний день и то, что с сего дня в этом доме появился новый человек — женщина, самая настоящая!       Рин наверное еще спит… Вчерашний день стал изматывающим не только для юноши, и Сенджуро решил, что стоит приготовить что-нибудь поесть. Ведь его обязанность теперь присматривать за ней.       Было так ново ощущение звучания ее имени на языке… Размышляя над своим новым статусом женатого человека, парень сменил одежду на привычно-домашнюю, а волосы собрал в высокий хвост. Выйдя из комнаты, он остановился напротив спальни жены, не решаясь постучать — он прислушивался: было тихо, значит, она еще спала. Лучше не буду тревожить, пускай спит.       За эти годы одно правило стало привычным: если отец напивается по самое не могу, то его вообще будить смертельно опасно, а злая женщина, по словам старого друга, вообще хуже демонов! Ученик брата — Танджиро-сан — сам женат уже как пару лет, уж он то хорошо знает, какой этот демон в юбке — твоя жена.       Наспех, Ренгоку умылся и ушёл на кухню. Дома и правда было по-особенному тихо, ведь он тут один с Рин. Это осознание… Смутило? Прежде, он никогда не был близок с женщиной в принципе, а теперь он женат, и от этого не покидало ощущение неловкости и растерянности — как себя дальше с ней вести? Что говорить?!       Опять вопросы… Может, всё же стоило сходить в тот квартал? Нет! Нет! Ни в коем разе!       Уже со вчерашнего риса Сенджуро лепил онигири, самые что ни на есть простые — часть приданного он получит только сегодня, так что в плане провизии были не густо: рис и маринованный дайкон, немного зелёного чая.       Ловкость рук, и аккуратные рисовые треугольники оказывались на столе, рядом поднимался пар от двух чашек и чайника со свежим настоем, на тарелочке кусочками нарезан дайкон. Возможно, для его жены это покажется слишком скромным? Она наверняка привыкла к большому выбору блюд. На все ушло полчаса, стол накрыт к трапезе, и Ренгоку снял белый передник с косынкой и ей же вытер пот со лба — стало жарко.       Только Сенджуро подумал что пора бы пойти позвать Рин, как словно по силе мысли она сама нарисовалась в проходе: вся сонная и вялая, как маринованная слива. Уныло, жена прошла к столу и плюхнулась на подушку напротив мужа.       Её взгляд был опять угрюмый, и бедный Ренгоку уже боялся думать, где накосячил, но девушка только зевнула, устало смотря ему в глаза, и облокотилась на левую руку. — Доброе утро, Рин. Вид у тебя такой бледный, плохо спалось?       У него еле получалось выдержать её взгляд — было в этих серых глазах что-то будто-бы тяжёлое и завораживающее, одновременно пугающее. Это он заметил ещё при первой встрече.       Девушка, еще минуту поглядывая на супруга, вдруг уткнулась лицом в стол и начала невнятно ворчать себе под нос. — Всё хорошо, не волнуйся… Мне тоже всегда плохо спится на новом месте. — Благодарю за беспокойство.       Нежная рука притянула к девушке чашу в чаем, и Рин сделала первый глоток, онигири тоже не остались в стороне. Весёлая ночка была, однако! Такой чертовщины еще не было прежде… По мере убывания чая, Рин понемногу просыпалась, а рисовые колобки уплетались очень быстро!       Сенджуро неловко отвёл глаза — кажется, его ожидания были напрасны, и девушка не привереда в еде! Не спеша, он сам приступил к трапезе. Их первый супружеские завтрак прошёл очень даже неплохо: — Сенджуро, слушай, а ты прежде… Ну… Это…       Бедняга не знала, как правильней спросить — её сон был очень-очень странным и таким реальным! — На поездах часто ездишь? Может, в столкновениях был?       Сейчас супруги сидели на крыльце, в тени веток глицинии и пытались поговорить. Точнее, говорила Рин с большим напором, а бедный её супруг и слова вставить не успевал, отчего начал нервничать и оттого терялся.       Его жена такая активная в беседе! Нет, было радостно, что теперь есть с кем поговорить в этом доме, прежде он всегда был в кругу собственного одиночества! — Я редко куда выхожу из дома, если честно…       Сенджуро смутился, ведь было очень волнительно говорить наедине с ней! Дырка в полу рядом будто бы была интересная — пальцем, Ренгоку начал ее ковырять: — На поезде не ездил ни разу. Как-то случая не нашлось.       Сенджуро сохранял относительное спокойствие, не считая смущения — от вопроса о поезде его словно водой окатило! Нет, после кончины Кеджуро для самого юноши одно напоминание о железной дороге — возвращение в тот ужасный день! Руки невольно накрыла дрожь, и Сенджуро попытался перевести тему в другую сторону. — Может, давай я тебе поместье покажу? Пока отец не вернулся, времени полно… Если нет, то настаивать не буду, но ведь это и твой дом, теперь будет проблемой если ты случайно потеряешься.       Супруг сдвинул брови, смотря на Рин, и только успел увернуться от чашки, в которой ещё недавно плескался чай: — Всмысле потеряюсь?! — она вдруг разозлилась — Хочешь сказать, я мелкая, как букашка?!       Похоже, этого говорить тоже не стоило… Какая эмоционально активная у него оказалась жена!