смертельное искусство

Со смерти Мартина прошло около двух недель. Джошуа практически на следующий день забыл о потере. Хван в этот раз проснулся ранним утром. Попивая свой кофе, он наблюдал за тем, как ленивое солнышко медленно, но уверено выходило из горизонта. На улице почти никого не было, видимо, все ещё сладко спали в своих кроватях. Феликс и сам забыл Мартина, как страшный кошмар, который иногда приходил ночью. Ли из-за этого иногда с подушкой шёл к Хенджину и ложился рядом с ним. Ему было удобно засыпать, да и кошмаров не было. Но… Время уже пришло, ведь у каждой жизни своя смерть и мгновение. Феликс мирно спал на кровати и даже не заметил, как тот встал на ноги, так что продолжил ловить хоть какие-то сны. Но потом и сам проснулся от солнечных лучей, которые падали на его закрытые глаза. Ликс встал на ноги и потянулся. Всё же он думал, что он опять проведёт в этом мире ещё день, хотя завершение было уже отправлено помощнику и придёт в силу, как только он умрёт. Секретарь удивлялся, почему так рано господин Ли оставил его и передал галерею ему. Даже пытался узнать, почему, но этого сделать не получилось. Тем временем Феликс пошёл в ванную и умылся. Он ещё был сонный. Придя на кухню, Ли взял чашку и налил себе воды. Спустя пару минут Джошуа уже во всю трудился в своей мастерской. Он услышал, как его жертва проснулась, но долгий период времени не трогал его, как понял, что… Время пришло. — Феликс, можешь подойти? — крикнул Джошуа, откинувшись спинку стула. — А, да. Сейчас, дай выпить воды и приду, — Феликс ещё налил себе воды и опустошил полностью чашку. После своих слов Хенджин встал возле двери и дождался, пока Ли войдёт в мастерскую. Когда мышь была в мышеловке, Джин закрыл дверь на ключ, так как не мог предугадать реакцию жертвы. Каждый реагирует по-разному: у кого-то начинается паническая атака, у кого-то по щекам сразу текут слёзы, а кто-то просто за это мгновение успевает смириться с происходящим и принимает подобную учесть как нечто обычное и совершенно естественное. Джошуа медленно подходил к Феликсу. Когда жертве уже было некуда идти, скульптор приподнял его подбородок, заставляя уткнуться взглядом прямо в его невероятной голубизны глаза, от которых так и нельзя было оторвать взгляд. — Мне жаль, но…. — Джошуа сделал выжидающую паузу, не спуская глаз с жертвы. — Время пришло. — Я… Понял это, — прошептал тихо и хотел опустить глаза вниз, но ему не дали это сделать, как так поцеловали в губы. Скульптор долго наблюдал за реакцией, но всячески пытался не показывать своих эмоций, которые он считал своей слабостью и уязвимой точкой. На удивление даже для самого Хенджина, скульптор внезапно накрыл губы Ли своими. Поцелуй был недолгим и даже мимолётным, но было в нём нечто… Особенное и душевное. Объяснить свои действия сейчас скульптор не мог. Он сделал лишь то, что велела сделать ему душа на последок. Соприкосновение было лёгким и приятным. Это было последнее желание двух одиноких и слегка меланхоличных душ, которые встретились, но уже им приходится расстаться. Так как время для обоих подошло. Опустив взгляд, только посмотрел на него вновь. Через пару минут вещи лежали на полу, а сам парень стоял перед ним и слегка смотрел в сторону. Джоуша хоть и видел его раздетым, но все же это последний раз, когда они друг друга видят. Посмотрев на него, он не стал больше отводить взгляд и слегка дотронулся до щеки того и до начало сказал: " Надеюсь у тебя сестрой будет все хорошо». Только сказал он ему и потом молча стоял. Хоть ему и было вначале больно, но он терпел и даже пару раз прослезился, но потом все же все. Он умер. После соприкосновения губами, Джошуа взялся за дело и раздел жертву. Ликс стоял без одежды под хищным взглядом скульптора, который в наглую разглядывал тело со всех сторон, несмотря на то, что оно для него не в новинку. Жизнь явно не обделила эту жертву прекрасным телом и лицом. Несмотря на худобу, изгибы тела были очень эстетичными и как раз подходили под стандарты искусства. Спустя пол дня работа была готова. Хенджин стоял перед плодом своего труда и долгое время не мог отвести взгляд. Теперь перед его глазами был не человек, который казалось бы только что дышал и жил, а уже забальзамированная статуя. А ведь сейчас у него могла бы быть совершенно другая жизнь, но из-за тяжёлых обстоятельств пришлось создать в себе монстра и его образ, которому следовало соответствовать. Делать из людей скульптуры, как минимум эгоистично и бесчеловечно. Однако Джошуа Хван был из тех, кто ради близких ему людей пойдет по головам, а на данный период времени самый близкий его человек — это сестра, Кайла Хван, которая непременно, по мнению брата, должна была выжить. Человек — опасное существо и всегда им было. Даже животные не убивают себе подобных ради выгоды, а Хенджин как раз-таки занимался этим. От размышлений скульптора прервал звонок. Это был доктор Ким, который сегодня должен был провести операцию. — Доброе утро, Джошуа, сегодня у Кайлы операция. Мы её проведём в течение двух часов. Деньги можешь перечислить позже, но твоя сестра хочет увидеться с тобой перед операцией. Можешь заглянуть? — также холодно, как и всегда, произнёс Сынмин. — Да… — коротко и ясно проговорил Джошуа, но даже короткие фразы несут в себе порой больше смысла, чем целые мемуары. — Я скоро буду. Взяв каменного Феликса с собой, Джошуа вышел из квартиры. Сейчас он потеряет эту свою работу, как и все предыдущие. Около больницы Хенджин ждал своего покупателя, чтобы не терять много времени на дорогу. Сейчас важна каждая секунда. Владелец каменного Феликса слегка припозднился, но, несмотря на это, всё же забрал работу и ушел, оставив большую сумму денег. Хенджин, получив деньги, сразу же побежал на нужный этаж, чтобы увидеться с сестрой. В этот момент из-за двери вышел бледный и в какой-то степени даже расстроенный ситуацией доктор Ким. Порой людям даже не нужны слова, молчание может сказать гораздо больше, чем мы можем себе представить. По спине внезапно прошёлся холодок, сердце начало стучать гораздо быстрее, будто оно собиралось выпрыгнуть из груди. Хенджин за одно мгновение оказался у своей сестры. Не успел он даже сказать хоть что-то, как кардио запищало, показывая остановку сердца. — Нет, нет, нет, нет, — проговорил Хенджин, смотря на этот прибор, просто не веря своим глазам. Джошуа упал на колени, его глаза были полны страха и отчаяния. Он никак не мог оторвать своих глаз от Кайлы. Столько мучений, столько жизней убито, а в итоге Хван так и не смогла выжить… — ЭТОГО ВСЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — Хенджин кричал во весь голос, уже больше не в силах всё держать в себе. — ЭТО Я ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ. Я! Я И НИКТО ДРУГОЙ! — голос срывался и казалось бы вот-вот пропадет на совсем, но это не останавливало скульптора. С каждой секундой его крик становился громче и громче, абсолютно не зная границ. По глазам можно было прочитать ярость и недовольство. Сейчас Хенджин даже не знал, что делать. — Это бумеранг, убийца, — послышался чей-то мутный и пугающий голос. Он был тихим, но буквально резал уши и наводил панику. Их было очень много и все из них были больно знакомыми. — Когда-то все мы все кричали о помощи, но ты, бесчеловечная мразь, сделал задуманное… — Признай, Джошуа, ты монстр и всё это заслуженно… — Неуж-то ты, и вправду, думал, что у тебя всё получиться? Хах, наивный. — Какой ты жалкий… — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! — Ты — никто! –ТЫ — НИКТО!!! Все призраки моментально закричали, этим добив Джошуа. Тот выбежал из палаты, просто убегая прочь, но везде он слышал одно и то же. Рядом с одной дверью были специальные приборы для операций. Самым ярким и выделяющимся для человека был операционный нож. Он прямо манил скульптора, будто бы гипнотизировал. Под этим влиянием Хенджин взял его в дрожащие руки. Глаза его бежали из стороны в сторону, как бы наблюдая за тем, что рядом нет лишних глаз. В голове резко прошлись те самые голоса, и внезапно этот острый до невозможности нож уже прошёлся по телу парня. Он сделал это несколько раз, чтобы окончательно добить себя. Не выдержав, Джошуа упал. Неизведанные голоса его жертв продолжали мучать, но внезапно перед глазами встал силуэт. Это был Феликс. Кричать, злиться, убегать сил уже не было, поэтому Хенджин смотрел на свою последнюю жертву с пустотой в глазах. Рай или ад, или ещё призрак, души человеческой, точнее, душа останется пока на время, а тело уже умерло. Так и случилось с Феликсом. Ли понял, что он стал духом, которому осталось жить пару часов. Феликс отправился за Хваном. Почему бы и нет? Ему интересно, что с его телом станет. Когда заметил покупателя, то сразу понял, что статуи скоро не будет. Так как покупателем является враг отца по торговле, который ненавидит всю его семью. Ли понимал, что его тела скоро не будет, но все же проследил за ним. От своего тела он увидел осколки. Феликс все же переместился к Хенджину, ведь помнил его образ. Ликс сразу заметил глубокие порезы и пустые, безжизненные глаза Хвана. Он подошёл к нему и сел перед его глазами, а потом осторожно провел по щеке. — Не слушай эти голоса, сосредоточься только на моем, — спокойно сказал Феликс, а потом закрыл уши Хвана, ловя на себе взгляд, вновь дотронулся до щек. Его слабые прикосновение было еле-еле почувствовать, но это возможно. Так что, посмотрев на него, он слегка вздохнул. Почему сейчас ему этого человека успокаивать? Он и сам не знает, но только обратил на красную нить, которая, по китайской ленегде, связывает человека. — Могу тебе сказать, что обещание, которое я дал твоей сестре, не сбылось. Но она мне это простила…. Но я не могу поверить, что ты с собой такое сделал, придурок, — Ликс посмотрел на нож. — Но все же… Теперь дороги назад нет, так что прости. Сейчас возле тебя голоса, которые только и ждут возможности тебя полностью убить. Орентируйся на мой голос, Хван Джошуа. Слушай его… Твоя рана сильно кровоточит, через некоторое время ты и сам умрёшь. Могу тебе сказать одно, спасибо тебе за проведённое время и ты мне нравился, сильно, можно сказать. В некоторых моментах мнение менялось, но оно не изменялось. Ты мне нравишься, Джошуа. — Ты врешь, — с некой хрипотцой ответил Джошуа, его глаза уже постепенно закрывались. — Меня невозможно полюбить. Заметив в этих уже пустых глазах удивление, Феликс слегка улыбнулся, а потом осторожно, но нежно дотронулся до сухих губ Хенджина. Это был нежный и долгий поцелуй, пока тело парня полностью не растворилось, оставив за собой лёгкие звёздочки...... Джошуа начал задыхаться в собственной крови. Дальше всё было смутным: доктора бегали вокруг него, кричали о чем-то, таскали его по всей больнице куда-то, но с каждой секундой Хенджин покидал этот мир всё больше и больше.