Лекарство от одиночества

Это угнетающие, тёмное и липкое чувство пустоты. Как же это раздражало. Оно засасывало всё глубже и глубже, словно зыбучие пески, и забирало все силы и желание жить, отчего некоторые, а то есть большинство, просто уходили из этой чёртовой жизни, чтобы поскорее закончить это. Как же это чувство бесило. Вставать по утрам с этим было просто отвратительно, и задаёшь себе вопрос: «А зачем я проснулся? Есть ли мне смысл просыпаться? Есть ли тот, ради кого я должен просыпаться каждое утро?». Ответ очевиден. Пик глянул на часы. 2:07. Ночь. Бессонница и куча заполняющих голову ненужных мыслей и воспоминаний всего, что плохое ему говорили. Глаза. Их нужно закрыть. Просто закрыть. Лучше всего навсегда, но это не выйдет просто так сделать. Вот было бы здорово уметь отключать сердце самостоятельно. Раз и ты засыпаешь навсегда. И никогда больше не проснёшься. — Аргх…к чёрту!   Парень поднялся с кровати и подошёл к окну. На улице тихо и пусто. Прекрасно, но желания выходить из дома нет. Тёмноволосый задёрнул плотные, почти чёрные шторы и пошёл на кухню, где включил свет и поставил чайник. Тихо. Только чайник шумит. Клоны спят. Пиковый король вздыхает и берёт заварной чайничек. Что же. Сейчас стоит выпить этот успокаивающим чай. Данте, что заваривал его, знает как это лучше сделать, чтобы после пары глотков можно было расслабиться и немного забыться. Чуть-чуть, чтобы загрузить голову. Лучше и не вредно, в отличие от алкоголя и, ох, даже не думай! , наркоты. Ага, щас. Не хватало ещё загреметь в тюрьму. Лучше чай. Душистый чай. Заварка, кипяток и пол чайной ложки сахара. Не нужно много. А то не почувствуешь этот тонкий вкус. На самом деле, восьмой плевать хотел на это. Просто сладкий чай не любит. Но и без сахара тоже так себе. Поэтому так лучше всего. Слегка подул и сделал глоток. Замечательно. Восьмой достал печенье и сел за стол, постепенно разгоняя мысли. То, что нужно. Пустая голова. Завтра, нет уже сегодня, надо выпить. Бутылку водки. Слишком. Пару стаканов коньяка и хватит, чтобы Куромаку не кричал на утро. И так голова чугунная. — Друг мой, почему же ты не спишь в столь поздний час?   На кухню зашёл Данте, шлёпая босыми ногами по паркету. — Бессонница. А ты? — Воды выпить вышел.   Красноволосый сонно потёр глаз и полез за стакан, мельком смотря на заварник. — Неужели тебе приглянулся мой чай? — Я никогда не говорил, что мне не нравится. Он успокаивает и немного отвлекает. — Всё ли хорошо? Может, что случилось и нужен совет? Пик замер на пару мгновений. Заметил? Как? Слишком тихий? Глупо, всегда такой. Тогда что? Резаться или ещё что король пики не начинал. Что тогда? Как это заметили? — Всё хорошо. — Хорошо, поверю тебе на слово. Но если что — я готов выслушать.   Ага, да. Вряд ли кому-то интересно, что же на душе лидера карточной восьмёрки. — Приму к сведению твои слова.   Третий улыбнулся и, выпив воды, удалился к себе в комнату. Хороший парень. И тихий. Но не стоит портить ему настроение или ещё чего хуже. Вздох. Ложка, которую задевают локтём, со звоном падает на пол. Аж в ушах звенит. Тишина. Никто не проснулся от столь громкого звука. Или не очень? Может, Пику просто кажется от напряжения? Всё может быть. — Я же не усну теперь. Пиздец завтра будет. Не умеют эти придурки тихо себя вести. Допили чай, вымыл кружку и вернулся в комнату, вновь укладываясь на кровать. Остыла и не так здорово теперь. — Минус вставать с кровати… Холодно теперь Укутался в одеяло, как в рулет, и вновь попытался уснуть. Как ни странно, наконец это удалось, и Пик смог наслодиться моментом тишины и покоя, пока заноза Вару не встал и не стал пытаться поднять весь дом ранним утром.