Кофе — это зло! Комурин — хороший!

      Он давно не спускался в это подземелье.       Когда-то здесь была его секретная лаборатория — специально оборудованный закуток в Научном отделе, куда не мог пробраться посторонний и где он мог спокойно изобретать очередное оружие по устрашению экзорцистов — Комуринов. Нет, конечно, первоначально они были направлены на то, чтобы помочь обитателям Ордена, сделать жизнь проще, приятнее. Просто заканчивалось все всегда каким-нибудь недоразумением, из-за которого страдал и кто-то из его подопечных, и его очередное детище. И как бы сильно он его ни защищал, от одного человека спасти никогда не мог — Линали. Её Черные сапоги расправлялись с очередной угрозой мирной жизни Ордена с такой легкостью и быстротой, что он просто не успевал что-либо сделать. А после она всегда укоризненно смотрела на него и протягивала свое любимое «Нии-сан!»       Комуи едва улыбнулся, проводя пальцами в белой перчатке по запыленной поверхности стола.       Нет, можно подумать, он это делал специально! И ошибку в программе допускал так, что Комурин выходил из строя, когда начинал пить кофе, и приводил к тому, что его изобретение чуть не уничтожало полгорода. Нет, конечно, что за ерунда! Все-таки он любил ту работу, которой занимался, любил людей, за которых нес ответственность — свою семью, которая теперь состояла для него не только из драгоценной сестренки. Поэтому и засиживался порой до самого утра в лаборатории, пытаясь изобрести что-то такое, что было бы всем в помощь. И лишь по этой причине и не по какой другой он иногда засыпал за своим столом, закопавшись носом в документы, или на любимом диванчике в кабинете — только потому, что тратил ночи на то, чтобы его семье легче жилось, чтобы Дом был действительно тем местом, куда хотелось возвращаться, местом, где ждал покой и уют, где можно было бы отдохнуть от постоянных сражений. А его изобретения должны были помогать поддерживать эту иллюзию спокойной, беззаботной жизни, избавляя экзорцистов от лишних сложностей и забот. Но получалось все всегда наоборот — что за напасть!       Казалось, это было так давно.       Руки сами по привычке потянулись к верхнему шкафчику с инструментами, стряхивая покровы времени, серой дымкой распластавшиеся повсюду. Тут же в углу были обнаружены остатки от старых моделей, а также несколько новых листов металла и целый ящик с микросхемами. Не прошло и пяти минут, как были включены все лампы, а помещение вскоре наполнилось звуками обрабатываемого металла и запахом сгорающей пыли вместе с машинным маслом. Кто-то негромко насвистывал себе под нос любимую мелодию.       — Вот и все, — Комуи хоть и несколько грустно, но довольно улыбнулся, и поднялся с колен, — я назову тебя Комурин Ли, — он немного подумал и, сняв любимый берет, нацепил его на голову своему последнему детищу.       Внезапно в коридоре раздались чьи-то приближающиеся шаги.       — Смотритель, вот Вы…где, — сдавленно закончил Ривер, удивленно смотря на Комурина. Разорвав оковы внезапно обступившей тишины, он откашлялся и продолжил хорошо поставленным тоном, — прибыли генералы. Они хотят, чтобы Вы поднялись.       — Да-да, конечно.       Комуи прошел к двери вслед за удаляющимся Ривером и лишь на пороге обернулся.       — Пока-пока, — грустно улыбнулся он и погасил свет. В комнате оставался лишь один Комурин — робот со смутными очертаниями девушки и двумя металлическими хвостиками на голове. Робот, который не умел заваривать кофе, делать уборку или лечить экзорцистов, но зато умел говорить лишь одну простую, но бесконечно важную фразу: «Нии-сан.»       Это была последняя память о Линали, которая погибла ровно год назад.