Бич судьбы

Я просыпаюсь от яркого солнца, которое навязчиво требует пробуждения. Стоячий воздух и летающая пыль заставили меня подняться и приоткрыть окно. Пустив свежий воздух в комнату, я вдохнул полной грудь и сразу понял: "день будет отвратительным". Помогать отцу на ферме давно стало моими прямыми обязанностями, способом, отплатить мое существование и очередная формальность,обязанность приличного сына. Несмотря на большую загруженность работой, отец не просит меня перенапрягаться, а даже оберегает от лишних движений, которые, как он считает, могут меня разозлить и окончательно отвернуть от желания помогать. Вот так он и «подсыпает» мне работу, доза за дозой. Перед тем как встать с кровати я собираю вещи, которые кинул вчера после вечерней прогулки, кладу их в красивую кучку. Надеваю штаны из хлопка, заправляю свободную рубашку и отправляюсь в ванную. Меня часто упрекают за то, что я встаю слишком поздно и столько времени светового дня уходит на мой «лишний» отдых, но я нахожу и парочку плюсов: всегда нагретая вода в тазу для умывания и уже готовый завтрак. Я привел лицо и голову в порядок как смог, плотно позавтракал омлетом с сыром и хлебом, и решил узнать, какие дела меня сегодня жду ближайшие пару часов перед тем, как заняться своими. Пока я раздумывал, над тем, с чего начать, меня сбила с пути не слишком изящная дама-Джиа. Моя мама. Женщина, которая точно знает, чего ей хочется, но при этом более никому неизвестно. В моменты когда я заканчиваю помогать отцу на участке или возвращаюсь с рынка, она всегда найдет мне мелкую работенку, считая, что мне дают слишком много поблажек. В целом, она права. Мама много работает в каменоломне и часто приходит слишком уставшая, чтобы просто приготовить еду, поэтому готовкой часто занимаюсь тоже я. Но в выходные дни, как сегодня, она предпочитает составлять список мелких поручений для других. Я всегда против «заводской» работы. Мне, приступая к ней, хочется скорее закончить, отработав свою часть плана, съесть положенный «хлеб» и заняться делами, которые и составляют мою жизнь, а не существование. Сегодня моя родительница надавала мне обязанностей в стиле «займи чем-нибудь руки». Я с раздражением выслушал список необязательных дел и пошел на участок. Вторая половина лета только началась, а погода успела уже испортиться. Слишком сырая погода загнала большинство работников ферм по домам, а отца и вовсе сделала заржавевшим. Ломота в костях от холода сразу стала видна в движениях, складка на лбу лихо рассекает от краевой волос до носа. "Сегодня будет много работы"- с сожалением подумал я. Ведь план выполнять нужно, иначе Джиа станет нервничать и у меня появятся очередные мелкие поручения. —Ты снова забыл причесаться, Ясон, — интуитивно проведя по собственной, такой же непослушной, но уже седеющей шевелюре, сказал отец. Пожалуй, единственная вещь, делающая нас похожими. Как я и ожидал, дел много. На то, чтобы покормить кур и вычистить два амбара, понадобилось пол дня. К слову, большое хозяйство-тоже не моя заслуга, а матери, которая половину семейного бюджета тратит на покупку и кормежку скота. Если год будет неурожайным, то скот прокормит всегда. Закончив со своей частью, я вернулся к отцу, и с облегчением обнаружил, что начинается мелкий дождь. Достаточно частое явление в этих краях, но всегда продолжительное. Увидев крайнее неудовольствие на лице отца, я сразу напустил на себя огорченный вид, но был только рад. С работой на сегодня все. Перекусив овощным рагу, я объявил о намерениях отправиться в город. Мама к этому времени начала собираться в гости к знакомым семьи, живущим неподалеку. Несмотря на сырость, одета она была в простую юбку и тунику,накинув поверх плотный плащ. Посмотрев на меня своим загадочным маминым взглядом, словно понимала, что честного ответа не получит, и спрашивать зачем я в такую погоду туда отправился не стала. Обойдя семейный сад, полный цветов весьма тусклых расцветок, с удовлетворением поняв, что поливать его в ближайшую неделю не придется. Дорога выложенная к городу давно стала сильно утоптанной другими жителями окрестностей, так что прогулка была легкой, если не считать погоды. Отец решил, что если ухаживать за цветами, то только если они приносят пользу, поэтому у нас много целебных растений разных ценностей, но при этой для красоты-никаких. Наша семья живет на окраине города, в самой дремучей ее части. Еще до замужества родители продали все свое имущество и купили участок подальше от суеты. Причин они мне не объясняли, но поразмыслив над этим, я понял, что особых тайн тут нет. Меньше людей-меньше шума. С чем я не могу не согласиться. К моменту моего семнадцатилетия местность оживленней не стала. Вид на лесистый холм, редко усеянный домами и мелкими пристройками для скота навевает некоторую мрачность. Оскверняет настрой и осознание того, что мне скоро исполнится восемнадцать, а это значит, что мне нужно будет выбрать ремесло, чем я буду зарабатывать на жизнь. Как и любой другой подросток я размышлял над этим, но не пришел ни к чему в целом. Сторожевой пост представляет собой арку в три метра в высоту, прикрытую дубовой дверью,- не слишком надежная защита. И как в дополнение к этой картине, три стражника, уныло играющих в кости. — Ты откуда, сынок? — первый на меня внимание обратил полноватый на вид стражник, оторвавшись от игры в кости. Раньше я его тут не видел, видимо, новый. "Эти свиньи торчат тут целый день, при этом получают зарплату с налогов, дармоеды"- подумал я по-стариковски, эту фразу я часто слышу от мамы. Сторожевой пункт с этой стороны раньше служил выводом и ввода армии в город при военных действиях или осаде, осаждать город со стороны леса было бы плохой затеей, слишком болотистая местность. Но за ненадобностью большой проход обложили камнем и оставили мелкую арку для путешественников и местных жителей окраин. — Добрый день, меня зовут Ясон, я местный, — сказал я, стараясь не слишком морщиться от моросящего дождика. Не желая надолго отрываться от развлечений, он махнул рукой: разрешил войти, видимо. Остальные же даже не глянули в мою сторону. Вот он, Тихий Дол. Какой идиот придумал название столь шумному месту? Прекрасный в своем величии и неприступный. Ежедневно тут происходит тысячи событий, заключаются сделки, работают люди. Все это рутина, но я нахожу привлекательным факт погулять по окрестностям и наблюдать за местным людом. Эта часть города считается спальной, и в основном, здесь лавки с продовольственными и строительными товарами, дома горожан и заведения для не слишком зажиточных горожан. Украшений на домах здесь меньше, чем у купцов, но все аккуратные и фундамент из камня. Так как изначально это был форт, а не город-крепость, существует и по сей день несколько линий обороны, которые выражаются каменными стенами в несколько метров высоту и длину. На первый взгляд может показаться, что стена отделяет один слой общества от другого. Я думаю, так и есть. Сделано это было случайно или специально- большой вопрос. Прошел час, пока я дошел до входа за следующую стену. Она уже не охранялась никем, одни ворота расставленные по периметру вокруг стен. Несмотря на мерзкую погоду, толпа на рынке была только больше. Товар был не столь разнообразен, сколько полезен и надежен. Напоминает семейный сад цветов. Целебные травы, плотная ткань, шерсть, фрукты, несколько видов сыра и вино- все за среднюю цену, и ничего лишнего. Эта часть города создана для работающих людей, которым выпала возможность жить в городе только благодаря заслугам их предков, которые когда то построили этот форт. Предусмотрительно надев высокие сапоги я избежал слякоти, но мокрый плащ неприятно лип к одежде и телу. — Эй, Ясон! — Знакомый голос из толпы вывел меня из сумрака дня. Это был Туве, — мужчина лет тридцати, продавец достаточно дешевого вязкого вина. Одному богу известно, откуда он его берет, но похмелье после нектара жуткое. Несмотря на приятную внешность, репутация у него была дерьмовая, я бы даже сказал, репутация типичного придворного. Большое количество прислужников всегда крутилось вокруг него, и некоторые были слишком откровенно одеты. В городах покрупнее, где среди аристократов расцветало рабство, никто не обсуждал мужчин, при дворе которого рабы и прислуги были молодыми мужчинами. Но здесь Туве явно выделялся из толпы. Имея с ним дело, остаться незамеченным было невозможно. При моем приближении, рот Туве расцветал в красивую улыбку и глаза наполнялись неподдельным счастьем. В один момент я понял, что при приближении к нему, краснею все гуще. Накинув капюшон на голову я ускорился и подошел к его винной лавке. — Туве! — я постарался добавить в голос как можно больше радости. Притворятся мне не пришлось, он мне нравился. Хоть моим человеком он никогда не был, и я не допускаю саму мысль, чтобы оказаться с рядом с ним обнаженным, ладили мы хорошо. — Тебе как обычно? Такой молодой, а уже подсел на выпивку! Знаешь, мы могли бы как-нибудь сходить в бар поприличнее, я заплачу! — проговаривая каждое слово с легким раздражением. Туве сразу дал мне понять, что его прокатили со свиданием и я оказался на прицеле. Стараясь изобразить сожаление я сказал: — Нет, я же несовершеннолетний! Меня в бар не пустят. Удивленным или сильно расстроенным он не выглядел. Пожав плечами,мол, ничего не поделаешь, он достал закупоренную бутылку с темно-вишневый жидкостью, завернул в ткань и протянул мне: — Держи, ежевичное, очень крепкое. Куда тебе только? Свое красивое лицо только портить спиртным. На самом деле красавчиком я не был, как я считал. Обычное лицо с прямым носом, непослушные темные волосы, легкие синяки от плохого режима сна обрамляют карие глаза. Не знаю, был я типажом Туве или просто молодым, но неприличный интерес в его глазах не заставил меня съежиться. Слишком я привык к этому пройдохе. — Спасибо, сколько с меня? — спросил я с надеждой услышать один и тот же ответ. Он посмотрел на меня оценивающим взглядом, будто приценивался к теленочку и кинул: — Ты же знаешь, мне от тебя ничего не нужно, пацан (ну конечно!). Ну, разве что занеси мне в следующий раз розмарин. — По красным глазам моего друга можно было понять, что настой из розмарина ему нужен был, чтобы избавиться от похмелья. — Конечно, спасибо, дорогой. — я всегда так прощался с ним, ласковые слова, брошенные на прощанье сглаживают впечатление и не делают меня грязным попрошайкой, думаю так. Вино было завернуто в хлопковую ткань, чтобы никто косо не глядел на юношу с алкоголем, весело разгуливающем по площади. Очень предусмотрительный шаг от не очень предусмотрительного человека. Спасибо, Туве. Обретая легкость от того, что расплачиваться ни деньгами ни натурой не пришлось я направился в сады. "Начинает смеркаться", подумал я. Отлично время для прогулки.