Я обещаю

Я осознала себя в возрасте 10 лет как единственную дочь влиятельного купца Этого времени Кубамиши Мицуноя, его наследницу Кубамиши Мирао. Я росла в достатке и любви, ни в чем не нуждалась и все мои прихоти выполнялись по первому же требованию. Отец делал все, что бы компенсировать отсутствие матери в моей жизни, что умерла при родах. Именно в 10 я поняла, что жизнь не так проста как я думала, а мир не вертится вокруг меня. Будучи обиженной на отца за его отсутствие, я сбежала из дома в город. Как же глупо. Там, будучи ребенком я не знала что делать и куда идти. Все было чужое и неизвестное. Там же, с наступлением ночи, я наблюдала худшие стороны людей. Проституция, попрошайничество, насилие, жестокость, голод. Я скиталась по городу будучи ненайденной людьми моего отца 7 дней. Прибившись к беспризорникам я видела их жизнь, ощущала их горечь и стремление выжить. Не жить, а именно выжить. Эти 7 дней ада я одновременно проклинала и благодарила. Ведь, видя как ведут себя избалованные, жестокие и горделивые золотые детишки поняла, что могла стать такой же. Могла смотреть так на этих бедных детей, над которыми издевалась сама судьба и презрительно кривить рот при их виде и мне становилось тошно от этих мыслей. Когда меня нашли и вернули домой я обняла отца и громко заплакала. Я поняла как ему тяжело со мной. Я пообещала себе, что стану лучше, сильней, богаче, что бы меня миновала та жизнь и что бы попытаться помочь тем, кому смогу. Беспризорники мне помогли и показали как выжить, как лицедеить, что бы заработать лишнюю монетку или как понять какого человек достатка и характера что бы урвать его кошелек и не быть пойманным и с приличными деньгами. Я росла, училась, взяла на себя мамин благотворительный фонд. Помогала сиротам, строила по мере сил сиротские приюты. И ошибалась. Меня обманывали, пытались угрожать, похищать, травить или убить. Но я выжила и усвоила урок. Нельзя быть слишком доброй, иначе тобой воспользуются. Тогда я начала растить сеть информаторов из благодарных мне беспризорников. Находить таланты и брать мне на службу. В 25 я переняла все состояние отца, что умер от болезни. В 27 я стала одной из влиятельнейших персон подпольного мира. Но все это не изменило моей решимости помочь детям с тяжёлой судьбой. В обычном мире я была известна как добрый человек, что открывает приюты бездомным детям, учит их и даёт работу. Но я не всем могу помочь и это меня печалит. ….. Сегодня я пришла в квартал красных фонарей старенького городка. Ужас, здесь процветает не просто проституция, а худшее из ее проявлений, практически рабство. Посреди толпы послышался крик. Представшая картина была чуть ли не сюрреалистичной. Мальчик выбивает долг с мужчины. Кто он такой, очень силен для своего возраста. Но сразу видно что недаедает, так откуда эти сила и навыки. Внешность у него необычная, для многих ужасная. Бедное дитя, сколько боли он пережил, что у него такой взгляд и характер. -Узнай, кто это. – говорю своему подчинённому и ухожу отсюда. Мальчика зовут Гютаро, у него есть младшая сестра Уме, мать умерла. Работает выбивалой долгов в местом квартале красных фонарей. Сестра же подрабатывает в заведении помощницей ойран. Недавно хотел взять ее забредший сюда самурай, но лишился глаза за свои посягательства. Отброс, девочке только 13, как он смеет. Таких надо кастрировать ещё в утробе. Губы непроизвольно кривятся от всего узнанного. Им тут не место. Заберу, они могут пригодиться. Мальчик тем более силен, что же из него получиться если будет нормально питаться и учиться бою? А девочку возьму служанкой, если в ней не будет таланта к чему-либо. Только подходя к заведению услышала что девочку хотят наказать за то, что лишила самурая глаза. Я сорвалась со всех ног и поворачивая за угол почуяла запах гари. Девочке подожгли волосы. Мои люди знают меня, потому действовали оперативно быстро потушив девочке волосы и скрутив самурая с бабкой. - Бедное дитя.- она красива, очень. Не место такой как она здесь. Сама судьба свела нас, потому я помогу им. – все закончилось, все хорошо, теперь ты в безопасности. – подхожу и сажусь на корточки, глажу ее по полёным волосам, чуть приобнимая. Она не верит, по глазам вижу, но слезы текут не по ее воле. Будучи развязанной она неуверенно отошла от меня растирая рукавом кимоно мокрые глаза. Вот и ее брат. Он опоздал. Какой прыткий, сразу встал перед сестрой в защитной стойке. Мои люди даже не успели среагировать на этот финт. - Хорошо что ты пришел, Гютаро. У меня к тебе есть предложение, выслушает? - С чего бы мне тебя слушать. Кимоно хорошее, дорогое, лицо чистое, явно не знаешь голода и холода, так что забыла в такой дыре явно знатная особа. – злой и чуть завистливый взгляд, но я вижу страх. Не за себя, за сестру. -Как ты и сказал, делать мне здесь нечего. Но я сюда попала. Что это как не судьба. На площади я видела тебя. И, сказать честно, твои навыки меня удивили. Поэтому я хочу забрать тебя отсюда. Хочу что бы ты стал моим человеком, что будет служить мне верой и правдой. – он не примет моих слов о сочувствии и желании помочь. Не поймет. Он никогда не видел добра, потому мои слова о выгоде Гютаро будут больше понятны. Он долго не решался что ответить. Спрашивал обо мне, о своей сестре, о ее жизни. Он очень волновался о Уме, его не интересовало его будущее, если сестра будет счастлива. Наконец он согласился. Завтра мы уедем отсюда в их новый дом. Я подошла к чуть напрягшемуся Гютаро и Умэ. Не отдавая себе отчёта я просто их обняла. Они застыли как камни и не реагировали. - С рассветом мы уедем отсюда в ваш новый дом, я обещаю что вам не придется волноваться о будущем, вы будете сыты и одеты, но главное, вы будете друг у друга. – Умэ заплакала и вцепилась одной рукой в Гютаро, а другой в хаори на моей груди. Она улыбается и плачет. Все позади, милая, за черной полосой всегда идет белая. Улыбка сама по себе появляется на лице. Какой искренний ребенок. Все будет хорошо, я обещаю Гютаро, Умэ.