Случайные встречи

Этот вздох был... Арсений хватает Шаста за руку. Так не может больше продолжаться. Он больше не может терпеть. ─ Давай поговорим, ─ тяжело дыша, просит мужчина. ─ Ну, давай, ─ ёрничает парень, но руку не выдергивает. И Арсений рад этому. Для него это надежда. Пусть мнимая и небольшая, но надежда. ─ Я понимаю, тебе неприятно. Ты не привык к этим шуткам, ещё и Паша вечно. Но я правда не хотел, чтобы так вышло. Я не шутил тогда на сцене. ─ А чего ты хотел, Попов? ─ Антон резко сокращает между ними расстояние. Теперь между ними даже жук не пролетит, чуть-чуть вперёд, и они носами столкнутся. Арс теряется от такой близости. и от вопроса тоже. ─ Я.. Хотел только тебя. Все мои мысли были заняты тобой. Я влюбился и, кажется, разучился думать. Да что там думать. Дышать не помню как. ─ Я напомню, ─ отвечает Антон, сжигая последние сантиметры между ними и целуя парня. ─ Дыши, ─ шепчет он, отрываясь от Арса. И Арс вздыхает так, словно весь мир рухнул. А мир его точно рухнул, в бездну счастья, непонимания и отчаинья. Он плакать готов. ─ Это значит? ─ Что мы теперь вместе. Так на теле появилась первая татуировка ─ Ну вот ты и проиграл, ─ усмехается Антон кидая карты на стол перед Поповым. ─ Ну, и чего ты хочешь? ─ мужчина с ухмылкой откидывается на стул. Попова сложно расстроить, он вообще за любой кипиш. По этому Антон уже знает, что попросит. ─ Помнишь, ты говорил на эфире, что после Сереженых эфиров, все подписчики осуждают твою несуществующую татуировку? ─ Помню. ─ Хочу, чтобы ты её сделал. Они идут в тату салон через неделю. Антону приходится обзвонить больше ста тату салонов, потому что Арсу вечно что-то не нравится. То мастер, то эскизы, то работы в итоге, то отзывы, то помещение. И вообще придирок не чётное количество. В итоге они находят подходящий салон благодаря Эду. Этот парень с ног до головы в татуировках. А вот эскиз остаётся для Арса сюрпризом, Антон берет его выбор на себя. Арсений начинает нервничать только в салоне, когда включают машинку. Из уверенного и надменного мужчины, он превращается в пугливого котёнка и просит Антона посидеть с ним. Все два часа Антон не отпускает руку Попова. Друзья же в беде не бросают. Любимые тем более. Тату-мастер шутит, что такое вполне нормально и в его кресле плакали даже брутальные мужики. Он совершенно не осуждает поведение Арса, за что Антон очень благодарен. Когда они выходят из тату-салона, Арс впервые спрашивает Антона. ─ Так какой там эскиз? Что ты мне набил на поясницу, ─ место для тату Шаст выбрал на месте копчика. ─ Через неделю, как повязку можно будет снять, узнаешь. Через неделю Арсений восхищенно глядит на маленького, чёрного лисенка у себя на пояснице. И понимает что обожает Антона до одури. Первая его в жизни татуировка такая о которой он мечтал. Хитрый лис У Арсения миллиард идей в голове и вечный мотор в одном месте, чтобы их исполнить. Хотя самый главный свой план он приводит в действие уже давно. Иногда надо быть терпеливым и не мчать вперёд провоза. Арсению тяжело не мчать. Ему нужно побыстрее. Но он понимает, что Антона торопить нельзя. Вот совсем. За ним надо ухаживать, стирать незримые стены, шутить, и медленно, медленно приучать. К прикосновениям, к цветам, к шуткам, к взглядам. К любой нежности от надо приучать. Антон колеблется, и Арс знает это, но он не толкает, не настаивает. Он кладёт приманку и ждёт когда парень сам к ней подойдёт. Ждёт, когда Шаст привыкнет, к ночным звонкам, к поддержке, к теплу объятий, к вере в него, к поддержке. И к скрытности. Арсений ненавидит скрывать свои чувства, ненавидит прятать всего себя. По этому надо двигаться медленно. Надо ждать. А ему хочется быстрее, но он не может действовать в открытую. Это убивает. Не только его. К сожалению чувства не спрятать. Глаза выдают его. Антон знает. Зрители знают. Друзья знают. Ира тоже знает. По этому давит на Антона. Цепляется за него, устраивает истерики и скандалы, пытается удержать парня рядом, а каждый его поход с друзьями превращается в испытание. Её сгрызает ревность. Ведь любовь не спрячешь. Антон не умеет прятать. Ни чувства, ни отношения. Он как робот говорит всем вокруг, что у него есть девушка у них всё хорошо. Заученный текст, для каждого журналиста. Для всех вокруг, кроме Арса. Антон не умеет прятаться. Он честен с собой и другими, но до него слишком долго доходит. Когда же он все понимает, то просто идёт к Арсу. Говорит всем вокруг, что он с Ирой, но Ире говорит правду. Девушка не должна из-за него страдать. Но она страдает. Уходит, но не отпускает. А Антон ничего не делает. Он просто любит, не её, но любит. И дарит эту любовь каждую ночь Арсу. Зрители всё знают, подписчики всё знают, друзья всё знают и родные всё знают, но просто друзья продолжают всё отрицать смотря друг на друга так, как друзья друг на друга не смотрят. Арсений ещё тот хитрый лис. Он своего дождался. Мир умер Мир умер. В одно мгновение его не стало. Не стало Шаста и мир Арсения полетел в тартарары. Люди что-то говорили, плакали на похоронах, а Арсений не верил. Он чувствовал как земля под его ногами медленно, но верно рушится. Его мира не стало. Всё потеряло смысл. Зачем идти на работу? Зачем вставать по утрам? Зачем есть и жить дальше? Зачем? Он не мог найти ответа, ведь ответом был Антон. А Антона больше нет. Никто не ворчит по утрам прижимая ближе. Никто не готовит завтрак на двоих. Не делает комплиментов. Не смеётся над его шутками. Арсений больше не шутит. Мир рушится. Арсений больше не выступает. Мир рушится. Арсений больше не смеётся. Мир рушится. Попов глотает слезы вместе с алкоголем и говорит в пустоту. Говорит с тем кого больше нет в живых. Его мир умер. Мир цел. Все однажды продолжают жить дальше. И ему советуют. А он не может. Ему негде жить дальше. Нет мира, нет цели. Редкое Питерское солнце не радует. Снег, дождь, жёлтые листья, друзья что уходят вдаль. Мир умер, а Арсений остался. Он стоит на мосту, понимая, что дальше так продолжатся не может. Он умер, а мир жив. Пусть живёт дальше. Без двух парней на А, без шуток по вечерам, без большой и светлой любви. Пусть мир живёт, без двух мёртвых людей. Так будет правильнее. Так решает Арс делая шаг в пустоту. Свет внутри Выступая на сцене он светился ярче всех прожекторов. Антон сидел в зале восхищенно наблюдая за балетной постановкой, на коленях его был букет цветов. Он пришёл сюда не ради Арсения, а ради Иры, но увидев того на сцене окончательно забыл о цели своего прибывания. С завороженным взглядом он наблюдал как мужчина порхает по сцене, изгибается и выражает движениями столько эмоций, что Антон чувствует как сердце колотится быстрее. Ещё никогда он не испытывал таких чувств. Ещё никогда не влюблялся с первого взгляда. Букет он относит Арсению в гримёрку. Парень удивлён его приходом. ─ Спасибо, не думал, что на первом же выступление покорю чье-то сердце, ─ мужчина перед Антоном слегка краснеет. ─ Ты выступал впервые? ─ Шаст искренне удивлён, ─ а так сиял, что и не поверить. Арсений кидает на него пронзительный взгляд голубых глаз и Антон спешит оправдаться. ─ Нет, я не про блёстки и прожектора, ─ говорит он замечая блёстки на веках Арса, ─ я про внутренний свет. Ты так сиял, так двигался, я впервые ощутил, что понимаю всё без слов. Арсений прячет улыбку в цветах. ─ Спасибо, ─ снова шепчет он. И на этом повисает неловкое молчание. ─ А можно я ещё приду на твои выступления? ─ Я был бы рад. С тех пор Антон не пропускает ни одного. Потом решается позвать Арса в кафе. А однажды набирается сил, что бы сказать о своих чувствах. И получает положительный ответ. Аббревиатура. Антон больше всего на свете ненавидел загадки Арса. Он вечно подкидывал парню разные аббревиатуры. Большая их часть, так или иначе была о любви, признание и снова любви. Но сам Антон никогда ничего подобного не делал. Ему просто не хотелось. Ровно до того дня когда Арсению отказали в роли в театре. Арс к ней неделями готовился, заучил весь текст пьесы, до поздней ночи репетировал. А режиссёр резко поменял его на другого актёра, который долго не соглашался. В тот день, Попов был похож на ураган. Кусался и язвил на каждое слово, а дотронуться до него казалось вообще невероятным делом. Но Антон сдаваться не хотел и взяв кучу клейких стикеров пошёл к Арсу. Первый листок гласил "ЯХСТП". Арсений минут пять вглядывался в буквы, а потом скомкав бумажку ответил. ─ А я нет, ─ и кинул её на пол. Антон продолжил. "ТМН" гласила новая бумажка. ─ Ага, конечно, верю, ─ вновь комкая слова Антона съязвил Арсений и уткнулся в телефон. За пару часов весь пол был в бумажках. "ЛТЯ" написал Антон на последней бумажке. Мужчина наконец-то её не смял, он покрутил её, а потом бережно сложил и убрал под чехол телефона. ─ Антон, даже при том, что ты, её задом наперёд написал, я всё равно понял. Арсений наконец-то улыбается и позволяет себя обнять. Как не пиши слова "Я тебя люблю", а эти двое всегда прочтут верно. Фетровая шляпа Почему все думали, что фетровая шляпа подходит только женщинам? Арсений вот любил примерять шляпы в гримерке, а Антон каждый раз удивлялся, что всё то ему к лицу. Но одна из шляп была у него самой любимой. ─ Ну и что, что она женская? Материал мне её нравится, вот и ношу, ─ отмахивался он от коллег. Антон запомнил это и накупил себе побольше фетра, что бы сделать Арсу несколько мужских шляп. ─ Арс! ─ парень окликнул мужчину спешащего с репетиции. ─ О, Антон! Что такое? ─ остановился Арс поправляя чёлку. ─ Вот, ─ трясущимися руками Антон протянул коробку со шляпой. А вдруг Арсу не понравится? А вдруг не поймёт? Но Попов чуть ли не запищал от восторга открыв подарок. Тут же примерил радуясь как ребёнок. От этого на сердце Шастун стало так хорошо и спокойно, что он тоже заулыбался. ─ Ты сам сделал? ─ спросил мужчина немного успокоившись. ─ Ага, чтоб коллеги перестали тебя задевать, ─ ответил парень смущённо. ─ Да у тебя золотые руки Антон, спасибо, ─ Попов в один шаг сократил расстояние между ними и чмокнул Шаста в щеку, оставляя на ней лёгкий след от грима и помады. Антон в таком шоке был, что не смог ничего ответить. А через пару дней Арсений поймал того в коридоре и попросил о помощи. Мол, придумал дизайн футболок, но воплотить в жизнь не знает как. Так эти двое и начали работу над общим брендом. Терновый венец Терновый венец на его запястье почти исцвел. Тату само рассказывало историю его владельца. Отметало глупые вопросы "Откуда ты? ", "через что прошёл? ", "Служил ли? ", "А жизнь знаешь? ". Знает и не по наслышке. Арсений родился в трущобах и шёл к мечте босыми ногами по терновнику. Он пролил столько крови, своей и чужой, что стоя на сцене уже не чувствовал тепла. Лишь холод рук, призраков, что не зримо ходят по пятам. Ему в пору сойти с ума. Но возможно он уже, а никто не заметил. Люди к нему относятся с осторожностью. Словно он статуя из древнего Рима и разрушится из-за любого прикосновения. Или хуже, динамит, который взорвётся из-за любого слова. Но он не такой. Он обычный человек, который ещё может шутить, смеяться, играть. И всё же людям, что выросли в любви и достатке не комфортно рядом с ним. Это чувствуется. Он чувствует. Привык. Но есть и тот кто никогда к нему по-особенному не относился. И от того его отношение очень особенное. Шастун улыбается ему искренне. Смеётся без нервов, чистым смехом. Обнимает без отвращения. Шастун заменяет собой весь мир. Друзей, семью и возлюбленную. Арсений с ним другой, настоящий. Без боли и сожаления, без призраков. Он благодарен Антону, что тот бескорыстно его любит и старается дарить любовь в ответ. Ведь только рядом с ним он забывает о тату на запястье. О своём терновом венце. Грустный тост Он поднимает новый бокал и произносит самый грустный тост. Ему можно. Это ведь он должен был сидеть рядом с невестой. А она его кинула. Многие глядят с осуждением, но Антону плевать. Он сказал всё, что хотел. Друзья уводят его из зала. Но только Арс садится с ним в такси. Арс. Не встреть его Антон и может быть Ира не ушла от него. Он бы был нормальным. Как и хотели его родители. Как и хотел мир. От этих мыслей парня тошнит. Арс помогает добраться до кровати. Раздевает, приносит тазик. Черт, Антон не может на него, злится. Друг ни в чем не виноват. Это он еблан. Он в него влюбился. А Ира просто не слепая и уважающая себя девушка. ─ Прости Арс, ─ шепчет Антон прежде чем забыться во сне. Арсений вздыхает, убирается, стелит себе на диване и лежит на нем до самого утра без сна. Сон в последнее время для него непозволительная роскошь. Кошмары мучают так, что проще вообще не спать. Но утром его все же будет Антон. Мужчина и сам не заметил как задремал. ─ Ты как? ─ спрашивает Антон пока они пьют кофе на кухне. ─ Лучше тебя явно, ─ язвит Арс. Антон ежится от этого как от холода и Попов чувствует себя виноватым, ─ прости. ─ Проехали, ─ бросает Антон смотря в окно, сил смотреть на мужчину у него нет, ─ Если ты хочешь домой поезжай, я не маленький ребёнок, позабочусь о себе. ─ Почему? ─ только и спрашивает Арсений. Но Шаст молчит. ─ Почему ты даже мне не доверяешь? ─ этот вопрос как пощечина бьёт Шаста. Он злится. Толи на себя, толи на глупого Арса который в упор его чувств не видит. И наверное хорошо. ─ Антон, ─ начинает он, но парень перебивает. ─ Что Антон? Что! ? Почему я вообще должен с кем-то делится всем этим дерьмом? Это моя жизнь. Моя, ─ он сдувается как шарик и крик переходит в плач, ─ моя. Это я всё испортил. ─ Почему ты так думаешь? ─ Арсений в мгновение ока оказывается рядом. Обнимает так нежно, что Антон не выдерживает. ─ Потому что влюбился в тебя. Арс замирает. Он не верит, что его чувства взаимны. Не верит. Но отвечает на солёный поцелуй Антона. Зеленые холмы Тихий ветерок нежно касался щёк Арсения. Он с удовольствием подставлял лицо солнцу. Лето радовало хорошей погодой. Они с Антоном вырвали себе неделю отпуска. Парень шёл за ним недовольно бормоча. Да Антон не был поклонником активного отдыха, тому приятнее было сидеть на берегу моря, или в гостиничном номере. Потому Арс вдвойне ценил такие моменты, когда Шаст принимал его предложения и отправлялся в новое путешествие. В этот раз Арсений решил покорить горы. Уж больно сильно они манили своей зеленью. Он даже тропинку выбрал для туристов, что бы Антону было проще. Но Шаст привыкший больше к дивану, даже на это возмущался тяжело дыша. ─ Горы, горы, вот уперлись тебе твои горы, ─ бормотал он сгибаясь пополам. ─ Давай, Антон, ещё чуть-чуть и там такая красота будет, ─ воодушевленно произнёс мужчина. ─ Если я шею себе по пути не сверну, ─ съязвил парень, но двинулся следом. Они сделали привал у ключа, напились ледяной воды и пошли дальше. Арсений не мог сдержать восторга. Он фотографировал всё подряд, себя, природу, цветы, снова себя, Антона. Сам же Шастун радости не разделял, но был впечатлён. На вершине его ждал самый невероятный пейзаж его жизни. Бескрайнее небо переливалось пастельными цветами. От нежно-голубого, до тёплого бежевого цвета, там где солнце потихоньку обнимало горы. Лёгким одеялом легли облака у вершин которые ещё можно было покорить. Внизу раскинулись леса и степи, а курортный городок казал не более чем маленьким кусочком цивилизации. От такого вида захватывало дух. И Антон был благодарен Арсу, что тот его сюда притащил. Ведь сам Арс был таким вот видом в его жизни. Он раскрашивал мир, превращал его во что-то невероятное и Антону казалось, что это навсегда. Чаша солнечного света Тёплые слова, мягкий плед, мигающие огни гирлянды. Атмосфера была самой тёплой. Чашка какао в руках приятно грела. По телевизору шёл очередной новогодний фильм. Арс мягко потянулся на диване. Чего-то не хватало. В темноте за окном кружил снег. Арсений пару минут смотрел на это, пытаясь, осознать, что же не так. Вроде бы и елка стоит и подарки лежат, друзья все поздравлены, а телефон выброшен подальше на безвучке. Но чего-то солнечного недоставало. Точнее кого-то. Такого длинного несуразного, ярко улыбающегося с зелёными глазами. В мире Арса не хватало Антона. Мужчина тяжело вздохнул. Тепла вдруг стало мало. Нашёл телефон и открыл инстаграм. Зашёл в их диалог, где всего пять часов назад они поздравили друг друга с наступающим новым годом. Да Арсу Антона не хватало. Он не думая написал ему снова. Чтобы просто узнать как тот. Всё ли хорошо у драгоценного друга. В ответ пришло странное сообщение. "Открой дверь и сам посмотри". Арсений бегом кинулся открывать. На пороге был он. Заснеженный, с улыбкой, розовыми щеками, в дутой чёрной куртке. ─ Привет, ─ прошептал Антон. ─ Привет, ─ ответил Арсений обнимая его и утягивая в квартиру. Теперь всё было хорошо. Теперь у Арса в руках была его чаша солнечного света.