Драбл.

— Твоя очередь — говорила Оливия указывая на дверь пальцем. — Я укладывала их вчера. — Ну может… — пытался уговорить жену Эйдан — Ты их сегодня уложишь, а я затра отведу их в садик? — Нет, давай ты их уложишь… — блондинка подошла к мужу и положила руки ему на грудь — А я пока схожу в душ? — спускаясь по его груди и закусывая губу говорила Галагер. Она знала что он не сможет устоять. — Хорошо — томно вздохнув сказал Галагер и схватил жену за жопу крепко сжимая её. — У тебя 30 минут — сказал он целуя Оливию в губы и уходя к двум спиногрызам требующим сказку на ночь. Оливия в это время бежит в ванну. Она бысто моется и идёт в комнату. Она достаёт новое красное кружевное бельё. Трусики бикини, а лифчик — два небольших треугольнички еле прикрывающие соски. Она надевает белую рубашку и джинсовые шортики. Волосы для удобства собирает в высокий хвост и делает яркий макияж. Эйдан уложив детей идёт в комнату. Он уже видит как прижимает её к кровати, хватает за горло, как она пытается сдерживать стоны, и от этого он чувствует нереальное возбуждение. Галагер заходит в комнату. Никого. *Наверно до сих пор в душе* проносится у него в голове. Эйдан закрыват дверь на ключ, садится в кресло напротив двери в ванну и ждёт. Внезапно по всей комнате разнеслась негромкая ритмичная мелодия, а сердце актёра застучало чаще. В такт музыке. И тут приоткрылась дверь ванной, пропуская хрупкую фигурку его возлюбленной. Галагер во все глаза уставился на Оливию. От вида того, что на ней было надето, у Эйдана перехватило дыхание: коротенькие джинсовые шортики едва прикрывали то, что им положено прикрывать, белая рубашка, явно мужская… его, полы которой были закручены под грудью, обнажая плоский, упругий живот. Длинные рукава были закатаны по локоть, оголяя тонкие руки, на обнаженных ногах — босоножки на невероятно высокой платформе с громоздким каблуком, обхватывающие узкими ремешками изящные лодыжки. Эйдан тяжело сглотнул, лицо Оливии пока оставалось в тени. Девушка призывно качнула бедрами в такт мелодии, тонкие руки эротично погладили лебединую шею, плечи, плоский животик, бедра. Она присела, широко разведя коленки, заставляя парня непроизвольно податься вперед всем телом, стремясь оказаться поближе, но Оливия тут же грациозно поднялась, как кошка, выгибая спинку. Чувственные движения сменяли друг друга, а Эйдан, не мигая, смотрела за разворачивающимся представлением, девушка будто дышала этим соблазнительным танцем, будто сливалась с музыкой… Эйдан тяжело сглотнул, напоминая себе, что все-таки дышать нужно, хотя ему совершенно не хотелось отвлекаться от этого эротичного танца даже на жизненно необходимый кислород. Оливия сделала несколько шагов в сторону мужа. Теперь Галагер мог с легкостью рассмотреть её лицо. Взгляд ее флиртующих глаз, обрамленных длиннющими ресницами, пробирал до глубины души, ее губы призывно блестели в полумраке. Уже хотелось запечатлеть на них поцелуй. Яркий, кричащий макияж сделал из его невинной, нежной возлюбленной соблазнительницу, знающую вкус жизни и любви. Это было так необычно. Хорошо. Возбуждающе. А девушка подошла совсем близко. Оливия кружила вокруг, ненароком задевая его своими ладонями, поглаживая напряженные плечи, крепкую грудь, скрытую тканью. Всего в нескольких сантиметрах от его лица мелькали то ее нежный животик, то стройная ножка, то упругая попка. Эйдан попытался дотронуться до прекрасного тела, желая прекратить эту пытку, но девушка каждый раз ускользала от его пальцев, чтобы вновь дразнить. Когда его терпение и возбуждение достигли предела, Оливия ловко потянула за завязки на рубашке и начала расстегивать пуговки: одна, вторая, третья… В распахнувшихся полах мелькнула соблазнительная, прикрытая лишь двумя не большими кружевными треугольниками грудь. Эйдан готов был рычать от напряжения. Резкий разворот, и девушка, стоя спиной к голодному взгляду мужа, соблазнительно стянула с плеч мешавшую рассмотреть все самое интересное ткань рубашки. Бросив призывный взгляд через плечо, она вновь развернулась лицом чувственно прошлась кончиком языка по губам, провела тыльной стороной кисти по лицу, ведя вниз, очертила плечики, провела ладонями по вздымающейся от напряжения груди, по тонюсенькой талии… Пальцы подцепили пояс шортиков и размеренно потянули их вниз к лодыжкам. Переступив с ноги на ногу и оставшись только в кружевном белье, Оливия направилась к любимому мужчине. Но опять не дала до себя дотронуться, кружа вокруг него, заставляя рычать от обуревающего возбуждения. Наконец, девушка, широко расставив ножки, забралась к Эйдану на колени. Обняв его за плечи, провела кончиком языка по его уху, опаляя кожу жарким дыханием, и прошептала: — Как тебе? — Ты невероятна — прошептал Эйдан наконец кладя руки на упругую жопу жены. — Если тебя сейчас же не трахну, я умру… Губы Эйдна стали использовать шею жены спускаясь ниже. Оливия остановила его. — Давай перейдем на кровать? — предложила она. Эйдан мигом поднял её на руки и встал. Оливия обвила ногами его торс и почуствовала насколько сильно смогла его возбудить. Эйдан кинул, даже нет… он швырнул Оливию на кровать как какую-то ненужную вещь. Он снял с неё обувь и облизал нежные ступни беря пальцы в рот. Быстро сняв с себя футболку он швырнул её куда-то в глубь комнаты и навис на девушкой. Он отодвинул треугольник и прилип к стоящему колом от возбуждения соску. Оливия глухо простонала выгиваясь в спине. Он кусал, лизал, сосал Эйдан был словно ребёнок, казалось ни что на свете не может его оторвать от груди горячо любимой жены. Оливия ухватилась за волосы мужа, она хотела большего. Эйдан тоже уже горел от нетерпения и желания. Резко, без предупреждения, он толкнулся внутрь. Оливия сдала его плечи от неожиданности и откинула голову назад. Он не думал останавливаться. Резкие и частые толчки сопровождались глухими стонами. Пара пыталась их сдерживать, ведь в соседней комнате спят дети, но у них плохо получалось. Оливия хотела взять доминирование на себя, и у неё это получилось. Она легко уложила Эйдан на спину. Девушка устроившись поудобней начала прыгать, а её небольшая грудь подскакивала за ней. Эйдану от такой картины снесло крышу. Ему казалось, что за всё 5 лет их брака он не видел ничего прекрасней. Парень почуствовал что его возлюбленая вот-вот кончит, он тоже был уже на грани, но ему хотелось продлить этот момент, и он снова принял доминирование. Он остановился. Секунд пять он не двигался. Оливия начала моляще стонать и бвигать бёдрами. И вот. Эйдан снова, с бешаной скоростью начал вдалбливать жену в кровать. Он схватил её за горло, слегка душа, так что её лицо стало красным от нехватки кислорода, и она крепко сжала его плечи, царапая кожу своими ногтями. Оливии хотелось кричать. Такой яркий оргазм она не получала ещё никогда. Её ноги дрожали, позвоночник готов был поломаться на две части, а разум был затуманен. Она не помнила как Эйдан кончил, как лег рядом и крепко прижал её, Оливию, к себе. Она прибывала в безмятежном блаженстве, в перемешку с состоянием тихой радости. Эйфория… Вроде так это называется?