lucky february;

— Отстойно, — Сону фыркает в сторону Чонвона, что с глупой улыбкой читал послания на предназначенных ему валентинках. — Что не так? Что-то болит? — интересуется, но даже не посмотрит. От чего становится ещё досадней. — Нет. Чонвон-а, поговори со мной уже! Ты с головой в этих валентинках, знаешь ли, зрелище не очень. — А ты не завидуй, — Рики неожиданно плюхается рядом с Сону на стул, чем очень пугает его, — разносить эти послания трудно, я так запыхался. — Кто завидует? Я? — Ну а кто ещё? У меня мой запас валентинок в шкафчике валяется, поэтому… — Рики не успевает договорить, как ловит легкий удар кулачком от Чонвона в плечо. После замолкает, понимая, что продолжать не стоит. Конечно, Сону завидует. Завидует тому, что его друзья популярные и им не сосчитать тех валентинок, что им прислали. Ему вспоминается, как в младших классах, они делали их, писали всякие глупости и потом дарили друг другу. Но время уже прошло, они стали намного старше и пускай для забавы это ещё можно было делать, но что-то все же остановило их где-то ещё на седьмом году обучения. Азарт пропал? Всё возможно. Но если бы они продолжили, то на парте Сону лежало бы две валентинки, пусть и от его друзей. Он грустно выдыхает, стараясь не смотреть на довольных Чонвона и Рики, обсуждающих, кто кому и что подарил. Но внезапно прозвеневший звонок рушит идиллию, поэтому друзья расходятся за свои парты, договорившись поговорить на следующем перерыве. А мысли Сону заполнены совсем не начавшимся уроком по истории. Мысли Сону заполнены лишь тем, что это четырнадцатое февраля он снова проведёт в одиночку, зарывшись в пушистое одеяло дома и поедая мятный шоколад, что подарит ему не человек, до беспамятства влюблённый в него, а он сам себе. На фоне своих друзей, у которых шкафчики лопаются от количества сладостей и валентинок, он чувствует себя приведением, что никто не замечает. Хотя он разговаривал на эту тему с Чонвоном и тот пытался его уверить, что Сону самый милый и у него много тайных поклонников. Конечно, самооценку ему тогда Ян поднял, но поклонников от этого не прибавилось. Поэтому томно вздыхая Сону лишь утыкается в свою тетрадь, карандашом рисуя какие-то сердечки. Стоп, сердечки? Наверное мозг шутит с ним плохие шутки. Стирая ластиком чуть кривые сердечки, он рисует звездочки и цветочки, за что потом снова получит замечание от учителя, проверяющего их тетради, но сейчас его это мало волнует. *** Выходя из кабинета после звонка проветриться, Сону идёт с Чонвоном к автоматам с напитками. Мимо них несутся девочки, держащие в руках валентинки и приготовленные сладости. Кто-то такой же смелый, как они. А есть те, кто отсылает анонимные послания, которые в этом году разносит Рики. — О, смотри, наш купидон летит, — Сону, напрягая своё подпорченное зрение, подмечает в их сторону несущегося Нишимуру и кидает деньги в автомат, — что нового? Кого в этот раз в туалете увидел? — Своё отражение, представь себе. — Надеюсь, ты не испугался, — Чонвон прикладывает ладошку ко рту, изображая искренний шок, а затем они громко смеются, замечая как недовольно цокает Рики. — Очень смешно, но мои шутки вы не переплюнете, — вздыхает, а затем небрежно добавляет, — у меня кое-что есть для Сону, — друзья смотрят на него с непонимающими лицами. До Чонвона доходит в первую очередь, поэтому он спрашивает: — Это то, о чем я думаю? — шепчет тихо в неверии. — Верно, — Рики же выносит левую руку, что находилась все это время у него за спиной и взгляду его друзей представляется аккуратно вырезанное темно-бордовое сердце. Сону чуть ли свой напиток не роняет и молча берет в руки кусок бумаги и смотрит на одноклассников с неверием. Наверное его сейчас жестко разыграли и это все одна большая шутка. Но глядя на то, как чуть ли не скачет от радости Чонвон и лыбится почти что до ушей Рики, он понимает: ему действительно подарили валентинку. Не его друзья. Кто-то другой. И широкой улыбки и чуть красных щёчек ему не скрыть. Что сказать, он до безумия рад сам за себя. Открывая аккуратно вырезанное послание, его берет дикая гордость за того, кто его делал. Конечно, его немного смущает цвет, в котором выполнена валентинка. Вспоминает, что у Чонвона и Рики они в основном были ярко или бледно розовыми, было пару красных, даже вроде было несколько желтых, но не тёмно-бордовых. Что его ещё сильнее удивляет, так это каллиграфический почерк, которым аккуратно выведено поздравление с днём всех влюблённых и подпись о встрече после уроков в одном из кабинетов школы. — Что-то мне это не нравится, — счастливая улыбка и блестящие глаза Сону меняется на напряженные, а бровки чуть сдвигаются к переносице. — Что там такое? — беспокойно спрашивает Чонвон и хватает валентинку из чужих рук, в то время как адресат, после прочтения, трясущимися ладонями открывал бутылку с персиковой газировкой, — с праздником всех влюблённых Ким Сону. После уроков будь в три часа в кабинете биологии на третьем этаже… — бормочет Чонвон а затем щурится, наблюдая за друзьями. Сону от нервов выпил половину своей газировки и теперь крутил ее в руках. Нишимура смотрел то на одного, то на другого друга в попытке переварить все и не находит больше выхода, для разрядки обстановки, как пошутить: — У нашего малыша действительно есть поклонник? Дети так быстро растут, знаете ли. — Рики! — Чонвон того привычным жестом пихает в плечо, — Сону, если ты не хочешь, то не ходи и не мучайся! Он лишь кивает своей светлой макушкой, пытаясь унять дрожь в коленках. Но после уроков, поднимаясь на третий этаж и проклиная свои слабые ноги, Сону успокаивал себя, что все будет хорошо и что он не облажается. Хотя в голове у него пролетали мысли, что это могла быть какая-нибудь шайка хулиганов, но они сразу улетучивались, как он вспоминал, что недоброжелателей у него нет, да и максимальные конфликты в его жизни, это споры с Рики о том, кто из них пойдёт в этот раз покупать напитки на всех троих. Еле дотопав до предпоследнего этажа, Сону готов упасть от усталости или просто сесть на лестнице до полного восстановления сил. Но ноги сами несут его к кабинету биологии, что уже был перед ним. Неловко переминаясь и оглядываясь по сторонам пустого коридора, он решает зачем-то постучаться. А то, мало ли. Но не услышав хотя бы малого звука, Сону открывает дверь и видит перед собой пустой кабинет. Томно вздохнув, проходит вглубь и кидает сумку на одну из парт. Успокаивает себя мыслью о том, что он просто напросто рано пришёл. До встречи ещё три минуты, поэтому присаживаясь за одну из парт он снова достаёт темно-бордовое сердце и перечитывает, дабы убедиться, не ошибся ли он. Но нет, каллиграфический почерк гласит о трёх часах дня и все что ему остаётся так это ждать. Он даже не знает кого он ждёт. Пару раз он ловит себя на том, что слышит приближающиеся шаги и быстро садится ровно и даже поправляет прическу. Но это оказывается либо кто-то из учителей, либо школьники, спешащие домой. Снова заслышав на этот раз быстрые спешащие шаги, Сону не дёргается и пытается даже угадать, кто и куда идёт. Но чуть ли он не подскакивает, когда дверь в кабинет внезапно открывается, а в помещение кто-то на скоростях влетает. — Я опоздал, извини… — начинает тараторить прибывший, как их взгляды с Сону встречаются, — привет, Сону? — Привет, Джей… — валентинка из дрогнувших пальчиков летит на пол, но блондин быстро ее поднимает и прижимает к себе, — я не думал, что получил именно от тебя валентинку. — От меня? Это я получил валентинку от тебя, ты же меня пригласил, — Джей нахмурившись, подходит ближе и аккуратно вытягивает из слабой хватки пальцев валентинку, сравнивая со своей. Сону подпрыгивает со стула и смотрит вместе с ним, подмечая, что валентинки, на удивление идентичны. Правда вот имена адресатов все же разные. — Что за шутки? — Сону хмурит тонкие бровки, пытаясь провести краткий анализ произошедшего. Джей уже хотел что-то добавить, как оба разворачиваются в сторону звуков щёлкающего замка и поспешно удаляющихся шагов. Оба же подбегают к двери и обнаруживают, что та закрыта. Сону чертыхается, ведь он прекрасно знает, чьи это проделки и то что две темные макушки сегодня точно получат чем-нибудь тяжёлым. Ну или хотя бы их съест совесть. Что очень вряд ли. — И что нам делать? — шепчет Сону, прикладывая ладошки к щечкам. Конечно, он, стыдно даже себе признаться, когда-то думал о такой ситуации, даже может быть и мечтал. Но что бы это случилось на самом деле. Чуть ли не топает ногой, проклиная тот день, когда вообще своим друзьям сказал, что ему кто-то нравится. — Не беспокойся, Сону. Я сейчас позвоню одному из старост и нас вытащат. Я думаю, что он ещё в школе, — Джей достаёт телефон и принимается звонить. Ждёт ответа, но походу на другом конце провода отвечать ему не собираются. И это либо старосты в школах теперь такие занятые, либо кто-то просто плохой товарищ. Не отступаясь юноша продолжает названивать другим старостам по школе, но отвечает ему лишь последняя, на которую надежды почти не оставалось. — Сонхун? Неужели ты трубку взял, завтра, наверное, метеорит упадёт, — бурчит Джей, крутя ручку двери, — слушай мы тут застряли в кабинете, ты бы не мог подняться сюда и открыть нас? Это же 315 кабинет? — тихонько спрашивает почти у уха Сону, от чего тот дёргается, но утвердительно кивает, — мы в 315 кабинете. — молчит, выслушивая, а затем томно вздыхает, — черт, Сонхун, почему я об этом узнаю только сейчас? Ты когда-нибудь в школе задерживаешься вообще? Ладно, но чтобы без опозданий, а то я тебя знаю и давай поскорее. — Ну что? — спрашивает Сону заламывая пальцы в волнении, глядя на Джея, что уже отключился от звонка. — Сонхун приедет только через полтора часа, — тот снимает очки и немного жмурится с непривычки, — надеюсь, что кто-нибудь из оставшихся людей в школе будет проходить мимо и нас освободят раньше. — Я бы позвонил тем негодяям, которые нас здесь заперли, но мой баланс вчера достиг нуля. Да и вряд ли они сейчас трубку возьмут, — поникает Сону, как ловит непонимающий взгляд Джея, выражающий вопрос: «Ты знаешь, кто это был?», — не говорю, что я точно знаю, кто это, но возможно это были мои друзья. Извини, если это так, я правда ничего не знал, — машет нервно руками, а после тихо добавляет, — я думал, что действительно получил от кого-то валентинку впервые за несколько лет. После оба сидят молча, обдумывая случившееся. Джей что-то делает попутно в телефоне, возможно пишет другим старостам с просьбой о помощи. А Сону сидит за партой, сверля её взглядом. Он пытается вспомнить, когда все началось и каким образом он пришёл к тому, что сидит неподалёку от предмета своего воздыхания в одном помещении, да ещё и при таких обстоятельствах. Если вспоминать когда все началось, то это нужно перемещаться в последний год средней школы, тогда, когда смотря на старшеклассников из первого класса, захватывало дух. Потому что они взрослые, свободные и крутые. Так и хочется с ними познакомится и быть на одной волне. И в том году на своём выпуске Сону по чистой случайности путает своего старшего брата с каким-то старшеклассником. Он боялся, но ожидал каких-нибудь недовольств в свою сторону и стоял в немом удивлении, когда парень развернулся и даже не хмурился. Лишь по-доброму улыбался. Возможно он тогда его отвлёк от разговора с одноклассниками. После минуты неловких извинений этот старшеклассник помог найти Сону его брата и даже на прощание сказал, что был бы рад видеть его в старшей школе. Стоит ли говорить, что это стало одной из глобальных причин почему он остался в своей старой школе? На удивление Чонвона и Рики, буквально уговаривающих его не менять школу на протяжении всего года, Сону потом просто написал в общий чат, что остаётся с ними. А причину в виде старшеклассника они узнали только когда снова начался новый учебный год. А Сону понял, что очень влип. Потому что мысли узнать этого милого парня в очках как можно ближе и хотя бы подружится, стали ежедневно навещать его светлую головушку, заставляя думать о нем чуть ли не 24/7. Позже от своих знакомых он точно знал, что предмета его воздыхания звать Пак Чонсон, но все его гласно зовут Джеем, он является одним из лучших учеников, так ещё и староста одного из уже вторых классов старшей школы. А ещё по личным наблюдениям у Сону сложился даже какой-то психологический портрет, который был чуть ли не до краев дополнен положительными качествами. Ну это ли не парень мечты? Они даже общались время от времени, встречаясь на совмещённых уроках физкультуры или же на мероприятиях, что создавало некую иллюзию, будто они уже друзья и это заставляло чувства расти только ввысь. И несколько месяцев вынашивая свои чувства в сердечке, Сону с нетерпением ждал четырнадцатого февраля, дабы написать заветную валентинку Джею и возможно получить ответ. Конечно он не та девочка с милыми хвостиками низкого роста, что учится на отлично и изумительно готовит, но тоже очень хорош собой. Кто спорит? Правильно, факт того, что за несколько лет, он так и не получил ни одной валентинки и ему никто не признался в любви. Даже когда он гулял с друзьями, знакомиться к нему подходили в самую последнюю очередь. Если вообще подходили. Именно это заставило его думать, что такого человека как Джей он попросту недостоин, поэтому идея писать валентинку отпала сама собой. Даже анонимную. Теперь он уже не ждал того самого праздника с замиранием сердца. А завидев в руках Рики темно-бордовую валентинку, мысли сразу всплывали о том самом добродушном старосте, что безвозвратно украл сердечко Сону и вряд ли собирался отдавать. А Сону и не хотел принимать его обратно. — Ты действительно получил свою первую валентинку? Я думал, что у тебя отбоя от них нет, — мысли и хронологическую ленту, крутящихся в голове прерывает Джей, что без очков выглядит ещё более привлекательней. Он присаживается перед партой Сону, заглядывая в глаза, а тот тушуется и свой взгляд отводит. — Значит неправильно думал, — усмехается блондин, неловко откидываясь на спинку стула. Взгляд теперь направлен на ту самую валентинку, что все ещё была в тоненьких пальчиках, — я так обрадовался, но… Слишком рано обрадовался, кажется. Джей молчит, но кивает. — Сколько у тебя валентинок? Уверен, не мало, — спрашивает Сону, уже не так стесняясь под взглядом тёмных глаз. Когда они ещё поговорят вот так наедине? Нужно хватать любые шансы руками и ногами. Поэтому он цепляется как может. — Я их не считал. Они лежат у меня в шкафчике, — отвечает его собеседник, крутя в руках, ту самую бумажку, из-за которой они тут застряли, — слушай, я так подумал. Если это все же были твои друзья… — Сону задерживает дыхание, потому что он не глупый и понимает, какой вопрос ему сейчас зададут. А это тебе не переписка, где можно подождать и придумать ответ. Действовать и думать нужно быстро, чего совсем не получается в данной ситуации. Это заставляет паниковать, — то у них, наверное, была причина нас тут запереть, разве нет? Теперь Сону сидит и хлопает ресницами под внимательным взором глаз напротив. Ладошки вспотели, щеки и ушки стремительно краснеют, а в голове такой бардак, что ответ ну вот никак не лезет. — Откуда мне знать? — цепляется за первую попавшуюся мысль и отвечает вопросом на вопрос. Хотя логично, запер ведь он их не сам, соответственно обладать информацией не может. А Джей лишь обоюдно кивает, в знак понимания того, задал некорректный вопрос. Следующие пол часа проходят в молчании, что очень давит на Сону. Ему до безумия хочется ещё о чем-нибудь поговорить, да вот подходящих тем не находит, а когда хочет уже было открыть рот, так здравые мысли сразу улетучиваются. Поэтому он в складывает руки на парте и прикладывает к ним голову. Может быть вздремнёт и скоротает время. Но вопрос, который долетел до его ушей, заставил снова начать нервничать. — А ты кому-нибудь валентинку писал? — Джей укладывает голову в подобии того, как это сделал Сону и теперь их лица находились буквально в сантиметрах двадцати друг от друга. Сону тихо выдыхает и старается почти не двигаться. Они так близко, что аж в самых кончиках пальцев начинает немного покалывать. — Нет, не писал. Я хотел. Очень хотел. Но потом передумал. — Почему? — У нас допрос? — Сону хмурится, сужая глаза. Появляется внезапное чувство, что Джей все знает, но просто решил помучить несчастного парня. — Мне интересно? — ответ звучит в странной интонации, будто задали вопрос. Кажется его собеседник сам не знает, почему расспрашивает об этом. — Ну раз так, — Сону коротко вздыхает, заглядывая в темные глаза напротив и продолжает, — изначально, где-то в ноябре ещё появилась идея написать валентинку. Очень хотелось изложить все, что я думаю об этом человеке и что чувствую к нему. Хотя, кажется, такого маленького сердечка мне не хватило бы, — усмехается, бросая взор на валентинку, лежащую между ними, — а потом понял, что того человека, для которого бы предназначалось мое признание я не достоин. Как то так. — Стой, стой, стой. Как ты понял это? — теперь хмурится Джей в явном недовольстве со слов собеседника. — Поразмышлял вообще о жизни и понял, что за всю свою жизнь не получил ни одной валентинки, у меня нет поклонников как у моих друзей и даже в любви мне никто не признался. В общем в этом плане я как белая ворона. А человек, который мне нравится… — Сону замолкает, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы Джей не догадался, что речь сейчас идёт именно о нем, — он полная противоположность. В плане: он разносторонний, у него много друзей, он популярный, скажем так. И валентинок у него целая куча, — глупо смеётся, осознавая ситуацию, — он очень добрый и умный и… Чего ты смеёшься? — по ухмылке Джея Сону понимает, что понесло его немножко не в то русло и что сейчас он расскажет столько всего, сколько юноша напротив него сам о себе не знает. Щеки с ушами краснеют ещё сильнее, поэтому блондин зарывается в свои руки, дабы его красного лица не видели сейчас, — в общем, ты понял! Ну и сравнивать нас, это как небо и землю сравнить. Ему нужен кто-нибудь лучше меня. А последние слова даются довольно тяжело, потому что как бы Сону не хотел себя утешить, они являются правдой. По крайней мере, он так думает. — Сону, мне кажется, ты не прав. — В каком смысле? — В прямом, глупыш, — в голове крутятся шестеренки с жестким треском, осознавая сказанное, — нет идеальных людей, Сону. И не за каждым твоим знакомым бегает толпа девчонок и он популярен по всей округе, уж поверь. — Да что ты? — вредничает тот, морща носик в своей привычной манере, — ты просто не знаешь о ком я. — Так скажи, кто это. — Разбежался! — хихикает Сону. — И что ты мне предлагаешь? Разложить карты таро на столе и гадать, кто же этот счастливчик? — Джей поддерживает смех своего собеседника и теперь они смеются в унисон. Сону улавливает слово «счастливчик» и ставит этот момент на повтор. Счастливчик. Джей действительно думает, что тому человеку повезло? Точнее, ему самому. — Счастливчик? — переборов волнение, задаёт вопрос. — Конечно счастливчик. Кто был бы не рад иметь отношения с таким милашкой как ты, согласись? — именно на этом моменте Сону, проморгавшись после шока замечает, что Джей сейчас ближе к нему чем был. Их лица буквально в нескольких сантиметрах. И это пугает. — Не соглашусь, — почти шепчет блондин. Сердце разгоняется до скорости света и ему кажется, что оно вот вот выпрыгнет из груди и взлетит в космос. Пытается удержать, да вот не получается. Слишком оно у него юркое. Слишком полное чувств. — Значит ты хочешь сказать, что человек, которого ты любишь полный неудачник? — Нет, я бы так про тебя не сказал! — восклицает Сону. И только спустя секунд десять, наблюдая за ползущими вверх губами Джея, он понимает, что облажался. Так глупо и неуместно. Невнимательность сыграла с ним злую шутку не только на сложных контрольных в конце триместров. Хныкая, он быстро отворачивается и прячет голову в домике из своих рук. Думается ему, что его лицо сейчас станет похожим на спелую клубнику, а из ушей пойдёт пар. Но этого не происходит. Он чувствует лишь то, как его гладят по голове. Медленно и нежно, успокаивая. — Это был нечестный ход, — бурчит тот. Но не спешит отстранится от тепла ладоней, что в данный момент грели его макушку, — давай мы сделаем вид, что этого не было, окей? А то ты и так занят и у тебя много дел, а безответно влюблённая обуза в виде меня тебе ни к чему. — А почему ты решил, что твои чувства безответные? — Джей наклоняется к покрасневшему ушку и говорит так тихо, почти переходя на шепот и получая на это действие реакцию в виде вздрогнувшего от неожиданности юноши, снова улыбается, как довольный кот, — пока я тебя слушал, понял, что ты столько поспешных выводов для себя сделал. А по поводу своих чувств даже не поговорил со мной. Сону, так ведь нельзя. — А как я должен был к тебе подойти? Умный такой, слушай. Да я бы со стыда умер. Мы когда с тобой просто стоим и непринужденно разговариваем на совмещённых уроках физкультуры, то непринужденно разговариваешь только ты, а я готов от повышенного серотонина марафон бежать. А разговаривать о подобном у меня бы не хватило моих нервов. Да и меня бы самого не хватило, — пыхтит Сону выбираясь из своего «домика» и просверливая Джея взглядом. Волосы его чуть взъерошены, что делают его похожим на нахохлившегося воробушка. Забавляющая картина, — что бы ты понимал, мне очень тяжело взаимодействовать с тобой, потому что от повышенного стука сердца из-за волнения, я думаю, что икать начну и до конца жизни остановится не смогу, — тараторит буквально на одном дыхании, на удивление, даже не запинаясь. — Выговорился? — а в ответ на свою словесную тираду получает лишь один вопрос и все то же довольное выражение лица. — Да ты издеваешься что ли… — блондин не успевает начать новый словесный порыв, потому что его лицо оказывается в ладонях Джея, а губы его оказываются накрытыми чужими. Сону немного теряется, но не придумывает ничего, как прикрыть глаза и следовать тому как его поведут. Он не был готов, чтобы его первый поцелуй забрали так внезапно. Но воришку, что забрал не только его первый поцелуй, а ещё и сердце без остатка зовут Джей. И ему это простительно. Сону, сам не замечая того, тянется к юноше через парту, хватая за воротник белой рубашки. Левая рука Джея по хозяйски располагается на мягкой щечке, чуть поглаживая, а правой он подбирается к светлому затылку дабы углубить поцелуй. А Сону от таких действий аж голову кружит. Старается ластиться ближе, хотя парта между ними неприятно мешает. Хочется, чтобы момент длился вечно. Но оба отстраняются друг от друга с небольшой отдышкой, очень нехотя. Сону буквально повис на белом воротнике, который уже помялся от зажима пальцев, смотрит на Джея и хочет снова приблизится, да вот только тот отстраняется немного назад, будто дразня. — Не думал, что ты такой жадный и ненасытный на поцелуи, — усмехается Джей, все ещё придерживая рукой маленькое личико. — Сам в шоке, — Сону бросает фразу небрежно, во рвении повредничать, да вот желание почувствовать давление чужих губ на своих снова выше, поэтому он снова с большим рвением тянется и сам становится инициатором их поцелуя. Уже второго. Ну и точно не последнего. *** — Почему-то мне кажется, что по нашим головушкам сегодня не прилетит чугунная сковородка, — довольно ухмыляется Ники, наблюдая с Чонвоном в стороне за их другом, который никак не мог разойтись со своим возлюбленным в разные кабинеты. Так и стоят посреди коридора и о чем-то переговариваются, даря друг другу смущенные улыбки. — Может сковородка не прилетит, но по затылкам мы точно получим, — Ян потирает свой, предвкушая легкое жжение в задней части головы. — Мы свели нашего малыша Сону с его принцем на белом коне, поэтому я думаю, он нам должен быть благодарен. Сону действительно потом поблагодарит Чонвона и Рики, перед этим немного недовольно поругав. Он больше не считает себя самым одиноким неудачником. Совсем наоборот. Пока у него есть такой чудесный человек в жизни как Джей, который является ярким и теплым солнышком среди серых тучек, он будет чувствовать себя самым счастливым. И месяц февраль теперь для него точно самый счастливый. Особенно четырнадцатое число.