Армавирский наркобарон.

- Сколько лет, сколько зим! - послышался такой до жути знакомый голос за спиной. Жожо тут же повернулся. Включился свет, озаряя грубое лицо когда-то доброго друга и главаря. Владимир Братишкин - сколько всего испытывал Серёжа при одном упоминании этого имени. Такая невинная радость, душевное тепло, любовь и душащая злоба, боль, ненависть. Братишкин с ухмылкой взглянул на подопечного Серёжи и переводя взгляд на второго, заговорил: - Ну чего вы застыли? Что, совесть наконец проснулась? Или коленки подогнулись от страха? Ты ведь знаешь, что своих сдавать у нас не принято, значит бояться вам нечего. Издёвка сочилась из последних слов и Серёжа, стараясь сохранить лицо непроницаемым, хоть это и давалась ему с трудом, ведь злость на человека, которого он предал так и наровила вылезти и скорчить такую рожу, что бы братишкин больше даже не пытался задеть его гордость, сжал челюсти, и уже собрал волю в кулак, что бы обороняться, но Александр, видя как Жожо плохо, в попытке защитить своего босса, решил отгородить его от агрессивно настроенного Володи, но гордость не позволяла Серёге показаться слабым перед врагом и он уверенно отодвинул подопечного и произнёс, как будто в его душе совсем не было страха и бури разнообразных эмоций: - Чего нам тут бояться? Мы спокойно прошли сюда и твои дружки даже на секунду нас не остановили, а ты даже за деньгами банды следить нормально не умеешь, вот и проебал три ляма, если б не я, то другой бы заметил, как "надёжно" они спрятаны. - Да что ты несёшь, неблагодарный кретин?! Я из тебя воспитал человека, одел, накормил, а ты так по хамски мне отплатил?! - Вова со всей злостью взял брюнета за горло, сжимая сильнее. Тот схватился за чужую руку, пытаясь освободиться, но сурового лица не менял. - Ты заплатишь мне за всё. Слышишь меня?! Подопечный Жожо наставил дуло на Братишкина. Сергей шикнул на него, но Александр лишь крепче сжал ствол. - Отпустите его, сейчас же! - Не гавкай там! - Владимир злостно гаркнул на мужчину и прострелил ему колено. Саша застонал от боли и упал на пол. Серёжа был в ахуе, он испуганно посмотрел на своего помощника, на Вову, а потом со всей силы ударил по яйцам Братишкина. Тот выронил пистолет и отлетел в сторону. - Еблан... - Вова, Вова, Вова.. - подняв оружие, проговорил Пешков. - Кажется нашу вражду можно закончить лишь одним способом.