Движение

      Уже как почти неделю Ханаби Широюки ходит в волейбольный кружок, став негласным его членом. Даже в художественном классе она не так часто появлялась, а если и показывалась, то только чтобы посоветоваться с их куратором, желая узнать те, или иные тонкости интересующей её темы. С самими волейболистами девушка весьма быстро нашла общий язык, ведь, как оказалось, большинство из них были милыми и сильными парнями, что желали лишь помочь девушке в её работе, позируя для её проекта. Сейчас был перерыв между уроками и клубной деятельностью, от чего в зале практически никого не было. Хана пришла пораньше, желая сделать для себя зарисовки зала, загоревшись одной сложной идеей, которую считала ключом к её мечте. — Хана? — удивился Осаму, увидев в пустом зале знакомую светлую макушку, что не переставала его удивлять своей настойчивостью и преданностью делу. Девушка не оборачиваясь узнала по голосу друга, поприветствовав его, продолжив срисовывать корзину для инвентаря с кучей мячей. — Ты сегодня рано. Что-то случилось? — уточнил он, порой беспокоясь за подругу, зная, что под час она слишком сильно увлекается своим занятием. — Просто решила воспользоваться тишиной и пустотой зала, ведь во время игры зал нормально не порассматриваешь. — она продолжала вдумчиво переносить увиденное на небольшой планшет в руке, уверенно водя по экрану стилусом. — Может тебе чем-нибудь помочь? — уточнил он. Хана наконец оторвалась от мячей, посмотрев в спокойные оливковые глаза, пытаясь понять, может ли она попросить Осаму о таком. — Можешь, но боюсь моя просьба покажется тебе непристойной. — она странно улыбнулась, заставляя волейболиста в непонимании сдвинуть брови. — И всё же… — он дал понять, то готов ко всему, что дозволено законом и мерками морали. — Ну что ж. — она вздохнула, подходя ближе. — Раздевайся.

***

— Удачи на тренировке… — лепетали вслед удаляющемуся волейболисту девочки, что окучивали красавца Атсуму, теша его эго. — Спасибочки. — промурлыкал он в ответ, в весёлом расположении духа направляясь в зал. В голове были мысли лишь о плодотворной тренировки, да о новой встрече с Ханой, которую он всячески пытался выловить и в классе, да та либо куда-то упорхала, словно пташка, либо и вовсе в весьма грубой манере слала куда подальше, не желая иметь никаких дел. От чего в ней до сих пор было такое грубое отношение к нему блондин не знал, но старался не задаваться сложными вопросами, будучи приверженцем: «меньше знаешь — крепче спишь». Порой это правило его ой как спасало, но в плане отношений, тем более с такой сложной особой, как Широюки, подобное лишь отдаляла парочку друг от друга. — Надеюсь, мне сегодня будут пасовать… — вздохнул улыбчивый Мию, намереваясь войти в зал, зная, что брат уже должен был быть здесь. — Хэй, Саму, давай отработаем быструю! — он вошёл в просторный зал, но тут же застыл в дверях, не веря собственным глазам. Его брат, голый по пояс, заигрывает с Ханаби, ещё и в их зале, будто не страшась, что кто-то придёт. Внутри всё вскипело, стоило в голове поселится ужасной мысли о том, что брат решил украсть у него потенциально понравившуюся девушку, вынуждая что-то придумать. Ноги сами ринулись вперёд, оставляя позади адекватность и прочее, уступая лишь зависти и едкому чувству ревности. — Ах ты гад! — прорычал Атсуму, накинувшись на брата, повалив его на пол, зажимая так, чтобы тот не смог сопротивляться. Испуганная Ханаби отшатнулась в сторону, не понимая, что происходит, в то время как разгневанный Осаму, крича на брата в ответ, пытался выбраться из пут. — Ты чё творишь, идиот?! Отпусти! — Это ты что творишь?! Они начали драться, катаясь по полу, словно перекати-поле, вынуждая Хану что-то предпринять. — Заниматься таким…! Ещё и в зале! Да ты спятил! — Это ты спятил! — рычал Осаму, пихаясь и фыркая, пытаясь скинуть настырного родственника. — Ты чё себе надумал, придурок?! — Надумал?! *бах* Он отлетел в сторону, взявшись за загудевший бок, болезненно скривившись. — Кха-ха… — фырчал уставший и вымотанный Осаму, присев на паркете, приводя дыхание в норму. — Идиот… — Ах ты сволочь… — шипел блондин, словно гусеница, отрываясь от земли. — Мальчики, хватит! — выкрикнула испугавшаяся Ханаби, подойдя ближе. — Ханаби, он тебя не обидел? — спросил озадаченный Атсуму, осматривая нетронутую художницу. — Да никого я не собирался трогать. — прорычал обиженный Осаму, ероша волосы. — Пошляк недоделанный. На это близнец лишь тихо фыркнул, сосредоточившись на девушке. — Божешь ты мой… — вздохнула Широюки, присаживаясь рядом с Атсуму на корточки, заглядывая в оливковые глаза. — Ты действительно идиот… — Я тебя защитить вообще-то хотел. — фыркнул недовольный волейболист, присаживаясь, потирая бока, в которые весьма болезненно ударил старший брат. — От кого? От Саму? — она посмотрела на притихшего друга, что разделял её точку зрения. — Атсуму… — вздохнула, покачав головой. — Я просто попросила его попозировать для меня с натурой, так как я не очень хорошо понимала, как выглядят мышцы во время тех или иных приёмов. Саму любезно согласился помочь. Вот и всё. Повисла звенящая тишина. Атсуму был озадачен, смятён и смущён одновременно, что отражалось на исказившемся лице. Это не смог пропустит Осаму, победно ухмыльнувшись, обрадовавшись тому, что смог выставить брата ещё большим идиотом, зная, что тот неравнодушен к Ханаби. — Чё-ёрт… — прижимаясь к полу, сжимая кулаки, протянул пристыженный Мию, удивляя своей реакцией девушку. — Я и правда идиот… — Рад, что ты наконец открыл глаза на правду. — хмыкнул Осаму, поднимаясь. — Ой, да заткнись, а! Пока братья вновь спорили, Ханаби стояла рядом, смотря на парочку озадаченным взглядом, впервые увидев Атсуму таким. Он казался ей заносчивым и неверным парнем, что постоянно издевается над людьми и требует к себе огромного количестве внимания, что её раздражало, но постепенно, став негласной частью волейбольного клуба, она начала замечаться за ним совсем иной тип поведения, открываясь с новой стороны. На секунду, ей даже стала интересна его персона, правда невольно проскользнувшую мысль она быстро поймала за хвост, отправив туда, откуда она явилась, не желая попадаться в этот капкан. «Ну не-ет…» — профырчала она, направившись к вещам, желая подготовить всё к предстоящей тренировке. «Я не попадусь на эту уловку, Атсуму Мию, слышишь?!»