пожалуйста, будь моим смыслом

легкой поступью люмин продвигается вглубь леса чинджу, сжимая в руках письмо, пропитанное лёгким ароматом дорогого инадзумского парфюма. «дорогая люмин, было так здорово встретить тебя. с того самого дня, как мы посетили фестиваль, мысль моя ни на секунду не теряла твой образ. эфемерный сон, возникший в моем чистом девичьем сердце, породил тоску, которая с каждым днём казалась судьбой худшей, нежели смерть. я безмерно благодарна за новый мир, который ты показала мне, за покой, что открыла ты моей душе. в знак своего глубокого признания, я мечтаю пригласить тебя на ещё одну неформальную встречу. прошу, давай увидимся завтра в лесу чинджу, неподалеку от заброшенного храма сразу после заката. с любовью, твоя верная подруга аяка» именно таким было послание, которое накануне утром получила люмин. по всему телу пробегала орда мурашек, когда путешественница вдумчиво вчитывалась в каждое слово, написанное аккуратным почерком. — аяка? привет. — здравствуй. спасибо, что пришла, я очень ценю это, — аяка вежливо кивает головой, улыбается. а сердце люмин уже, кажется, в десятый раз делает сальто. — ты… хотела о чём-то поговорить? — путешественница по-щенячьи наклоняет голову вбок, всем своим видом не говорит, кричит, что готова слушать. аяка отводит полный смущения взгляд куда-то в сторону, и люмин замирает. аяка дрожащими руками поправляет челку, и люмин опирается на стоящее позади дерево, боясь не устоять на ногах. когда аяка улыбается, о боже мой, когда аяка улыбается, люмин кладет руку на грудь, ведь кажется, что вот-вот кончится весь воздух в легких. когда аяка, решившись, тянется за руками люмин, нежно касается их, в путешественнице фейерверками взрываются мириады звёзд. девушка разворачивает руки ладонями вверх и почему-то пару секунд смотрит на них. взгляд такой печальный. — люмин, — голос подруги мигом разгоняет ураган мыслей, приводит в чувство, ставит на место. — мне так жаль, если то, что я сейчас скажу, поставит тебя в неловкое положение. аяка медленно поднимает небесно-голубые глаза, долго смотрит на люмин и несколько раз шумно выдыхает. в ответ на эти действия люмин лишь прикрывает глаза и улыбается. она понимает, что аяке всегда нужно время, чтобы собраться, прийти в себя, подобрать нужные слова. и люмин всегда готова его дать, независимо от ситуации. — люмин, ты мне очень нравишься. я тебя очень люблю, — улыбается, наклонив голову, смотрит с надеждой. вот и всё, все мысли, чувства, как на ладони, вся судьба теперь в руках путешественницы. надо бы что-то ответить, да только все слова сбежали, губы задрожали, а голос предательски осип. разве только… люмин, прикрыв глаза и сдерживая счастливую улыбку, тянется к щеке аяки. поцелуй. самый легкий, самый чистый и самый любящий поцелуй. всё лицо аяки тут же накрыл румянец. поцелуй, за которым следуют объятия. а аяка плачет. плачет почти неслышно, тихонько всхлипывая. плачет, потому что теперь знает, теперь уж уверена — любят.