strike!

      — Поцелуй меня! — Аллен резко оперся ладонями о стол, требовательно смотря на сидящего напротив него рыжего экзорциста.       От неожиданности Лави поперхнулся и закашлялся так, что на глаза выступили слезы.       «Ха-ха, по-моему, зря я сбежал из больничного крыла раньше времени. Наверное, у меня все-таки сотрясение. Иначе с чего бы мне казалось, что ко мне в библиотеку пришел Аллен и говорит…»       — Поцелуй меня! — все так же настойчиво повторил блондин, не сводя взгляда с младшего Историка.       «Так, значит, все-таки не мерещится. Аллен хочет, чтобы я его поцеловал? Почему? Нет, он же не мог?.. Как? Нет-нет-нет, он не мог узнать о том, что он мне нравится. Я же никогда не позволял себе лишнего. Да и все в Ордене знают, что я интересуюсь девушками. Я даже специально последние пару недель ходил на миссии только с Линали, чтобы отвадить какие-либо возможные подозрения. Нет, он не мог догадаться. Да, точно. Не мог. Но тогда почему он все ещё так выжидающе смотрит на меня?»       — Аллен, прости, мне, кажется, Панда в детстве на ухо наступил. Может, я ослышался. Чего ты хочешь? — как можно более спокойным тоном пытался произнести Лави, чтобы только не показать, в какое волнение привела его эта фраза.       Аллен вздохнул и, выдвинув стул, сел напротив.       — Я попросил, чтобы ты меня поцеловал.       «Так, проще не становится.»       — А почему я?       — Ну, ты — мой друг. Думал, выручишь.       «Друг? Выручишь? А, моя голова! Да, что же здесь, в конце концов, происходит?!»       — В каком плане «выручу»? — если до последнего момента он пытался не смотреть в глаза мальчика, то теперь уже с нескрываемым удивлением и непониманием откровенно таращился на него.       — Ну, понимаешь, — Аллен закинул ногу на ногу и, ритмично покачивая ею в воздухе, уставился куда-то в пол, — Линали тут недавно в столовой свой журнал забыла, ну, а мне делать нечего было, пока обед готовился, вот я и полистал. И там была какая-то женская статья, ну, — он задумался, словно подбирая слова, — что, в общем, девушки любят, когда молодые люди уже умеют целоваться. А мне уже 15 лет, а я ни разу ни с кем не целовался! Представляешь! А вдруг мне кто-нибудь понравится, и я решу пойти на свидание? Вот я и подумал, что ты, как самый опытный в такого рода делах, сможешь мне помочь. Ты же сможешь? — Аллен поднял на него глаза, наконец, оторвавшись от всестороннего изучения собственной обуви, и обаятельно улыбнулся.       Лави же сидел, как в воду опущенный, не зная, что сказать. Его охватило какое-то смешанное ощущение облегчения от того, что Аллен все-таки ничего не знает, и разочарования, что он задумывается о свиданиях с девушками, сменившееся грустью от осознания того, что сам он беспомощен в этой ситуации и вряд ли в его силах будет что-то изменить.       — Знаешь, Аллен, это довольно странная просьба, — он смущенно потеребил волосы, — боюсь, я не смогу тебе помочь.       — А, наверное, ты прав, — Аллен медленно поднялся и задвинул стул.       «Да, так будет лучше. А то мало ли, чем это может обернуться. К тому же я не хочу терять его хорошее отношение».       — Тогда я лучше к кому-нибудь другому обращусь, — юноша направился к выходу, махнув на прощание рукой.       — Действительно, это хорошая мысль… ЧТО?! — Лави подскочил на месте как ошпаренный.       «Попросит кого-нибудь другого? Кого? Линали? Вряд ли, раз дело и так завязано на девушках. Тогда кого? Юу? Да тот прирежет его быстрее, чем Аллен сумеет закончить предложение! А если нет? Если согласится? А! Черт, я не могу позволить такому случиться.»       — Аллен, стой! — рыжий рванул за ним, чуть не перекувырнувшись через стол, и едва успел остановить того в дверях. — Я передумал! Я помогу тебе!       — Правда? — лицо Аллена озарилось счастливой улыбкой, — я знал, что на тебя все-таки можно положиться.       — Да-да, — невнятно бормоча под нос, Лави подошел к юному совратителю, отодвинул того от двери, выглянул наружу, убеждаясь, что в коридоре никого нет и никто не мог подслушать их разговор. Затем закрыл дверь на ключ — не хватало только, чтобы их увидели во время… во время… урока.       Аллен все это время стоял рядом, следя за суетливыми движениями парня и даже не подумав сделать шаг в сторону, поэтому, когда Лави развернулся, почти нос к носу (если такое, конечно, было возможно при соотношении их роста) столкнулся с ним.       — А, извини, — взгляд старшего экзорциста ненароком скользнул по приоткрытым губам мальчика, но, чувствуя, как краска начала медленно подступать к лицу, он поспешил ретироваться в глубь комнаты.       «Спокойно, спокойно, — книжник расхаживал взад-вперед вдоль стола, пытаясь привести себя в чувство, — если не я, то кто-то другой. Поэтому пусть буду лучше я».       Он набрал в легкие побольше воздуха, постарался принять наиболее спокойный вид, какой только мог быть в данной ситуации, и направился к Аллену, который все это время стоял около книжной полки, с интересом изучая разноцветные корешки.       «Всего один поцелуй. Всего. Это не страшно.»       — Кхм-кхм, — он откашлялся, привлекая внимание блондина, но, как только увидел эти доверчивые серые глаза, вся его решительность улетучилась в миг.       «Так, держать себя в руках, держать себя в руках.»       — Аллен, значит, смотри. Предположим, что я девушка, — он поймал на себе взгляд, который явно оценивал его сверху вниз, — ну да, очень высокая девушка. Так, тогда ты — девушка. Нет, тоже как-то не очень. Ааа, ладно, бог с ним, — он снова потрепал волосы на затылке, — просто закрой глаза.       Не сказав ни слова против, Аллен сделал, как его просили.       Лави казалось, что его сердце сейчас выскочит из груди — так бешено оно стучало. Он опускался все ниже к мальчику, а сам чувствовал, как краснеют уже даже кончики ушей. Наконец, он не выдержал, зажмурился, резко наклонился, чмокнул Аллена в губы, и практически молнией отскочил к окну. Ему казалось, что ещё немного, и из его ушей повалит пар.       — Эй, я ничего не понял, — донесся позади растерянный голос.       — Что? — практически на грани сердечного приступа рыжий повернулся к нему.       — Ну, это было так быстро, — Аллен почесал нос, — я, правда, не понял.       Вслед за этими словами последовал тяжелый вздох, но уже со стороны его «учителя».       — Хорошо, будь по-твоему. Закрывай глаза, — Лави снова подошел к мальчику и приподнял пальцами его за подбородок.       Нет, он не хотел умирать молодым. Поэтому, чтобы избежать дальнейшего нервного расстройства и различного рода приступов, решил расправиться со всем сейчас же.       Нервно сглотнув, он наклонился и поцеловал. Не так бегло как в первый раз, а мягко, нежно и глубоко — так, чтобы Аллен на всю жизнь запомнил свой первый поцелуй. Нет, даже не так. Чтобы самому на всю жизнь запомнить тот первый и, скорее всего, единственный поцелуй с юным экзорцистом.       Внезапно он почувствовал, как чьи-то руки крепко обвивают его за шею, притягивая все ближе и заставляя тем самым землю уходить из-под ног. И тут он понял, что Аллен отвечает на его поцелуй и что это уже давно перестало быть «показательным представлением».       — Аллен, ты… — он попытался на секунду оторваться.       — Тсс, потом. К тому же ты закрыл дверь. Грех не воспользоваться, — прошептал Аллен в раскрытые губы, утягивая ничего не понимающего Лави за собой в сторону стола.       * * *       Да, конечно, более глупой причины Аллен не мог придумать.       Но что делать, если самый главный ловелас Ордена (ну, после Кросса, конечно) на поверку оказался скромным и нерешительным и все никак не мог найти в себе силы, чтобы сделать первый шаг, боясь возможного отказа.       А тому просто надоело ждать. Вот и пришлось брать инициативу в свои руки.       Главное, что все прошло как по маслу. А то и, правда, пришлось бы к Канде идти. И кто знает, чем бы это все обернулось тогда.