Однажды открыв дверь

Вкусный запах омлета с колбасой проникает в мое затуманенное сном сознание. Чувствую, как кто-то трется мне о руку. Чешу этому кому-то под подбородком. Слышу мурчание. Значит это Звёздочка. Слепо шарю второй рукой по покрывалу, не спеша открывать глаза. Где Туман? Но на этот вопрос мне отвечает мокрый нос, уткнувшийся мне в щеку. Улыбаюсь широко и только потом открываю глаза. Котейка смотрит прямо на меня. Сгибаю руку в локте, не забывая другой поглаживать Звездочку и чешу Туману между ушами. Тот жмурится от удовольствия. Туман никогда не мурчит. Может не умеет, а может и не желает. Неохотно поднимаюсь с постели. Знаю, что если буду долго валятся, то Звездочка заберётся мне на грудь и будет пытаться прикусить мне ухо. Это требование чтобы я встала и покормила её. Гастрита всегда кормит мама, Туман никогда не станет ничего выпрашивать, больно гордый, а вот черношерстная красавица та ещё подлиза, когда дело касается еды. Иду на кухню. Запах становится сильнее, живот сводит. Вижу стоящую ко мне спиной маму. На ней уже её рабочая одежда и фартук. Никогда не понимала, как её белая рубашка от этого не мнётся. Подхожу сзади и аккуратно, стараясь не испортить идеальные складки на одежде, прижимаюсь к ней. —Солнышко Я не вижу лица мамы, но знаю, что она улыбается. —Дай угадаю, ты встала не сама. Опять поработали твои два пушистых будильника? —Ну вообще я проснулась от вкусного запаха, но да, встать меня заставили эти меховые бестии Проговорила я, зарываясь носом в мамину рубашку и вдыхая приятный запах её парфюма. Пахло лавандой и чем-то ещё, таким сладким, мягким и веющим чем-то из прошлого. —Ну все, все, садись за стол Рассмеялась женщина, неуклюже протянув назад руку, в попытке приобнять дочь. Я наконец отпускаю маму и сажусь за стол. Потом вскакиваю, достаю из шкафчика тарелки и кружки. Кружки отправляются на стол, а тарелки я протягиваю маме. Она перекладывает туда омлет со сковородки, а я завариваю: себе-цикорий, маме-кофе. Садимся как обычно напротив друг друга и принимаемся за еду. Отправив в рот первую вилку омлета, закатываю глаза от удовольствия и чуть ли не мурчу. Мама готовит просто восхитительно. В очередной раз восхищаюсь её стряпней, наблюдая, как она улыбается мне. —Слушай, котёнок, мне нужно будет сегодня уехать, вернусь ближе к вечеру, постарайся во время моего отсутствия не спалить квартиру, я тебя умоляю. Мама посмеивается, а я хмурюсь. —Это по работе? Мама и так с утра до ночи работает, но вызывать её ещё и в выходной… —Кись, ну надо же деньги кому-то зарабатывать В её голосе я уловила хорошо скрытую тоску. В груди всколыхнулась новая волна неприязни к отцу. Подхожу к маме и наклонившись, утыкаюсь носом ей в шею, вдыхая запах яблочного шампуня по акции. Она поднимает руку и зарывается ей в мои волосы. Поцелуй в щеку, хлопок двери и вот мама ушла. Суббота. Уроки я сделала ещё вчера и абсолютно свободна. Мяуканье. Звездочка сидит у моей ноги и наклонив голову набок мяукает. Я забыла её покормить. Я удивлена. Обычно если я забываю это, он гораздо более явно показывает своё недовольство. Шипит и кусается. Странно. Иду на кухню и достаю из шкафчика пакет с кормом. Рассыпаю по мискам. Слышу где-то в маминой комнате стук от приземления массивного тело на пол. В комнату неспешной походкой входит Гастрофет. Подходит к своей миске и выжидающе склоняет голову. Мама забыла его покормить? Я знаю что этот тип не стал бы выпрашивать у меня вторую порцию. Насыпаю и ему. Пока коты завтракают, я иду в комнату, беру ноутбук, сажусь на кровать и открываю его, садясь по-турецки. Я бы почитала, но мне хочется посмотреть фильм. Или сериал. Вспоминаю, что давно хотела посмотреть дораму ,,Неукротимый. Повелитель Чен Цин’’ Завожу в поисковик ютуба и останавливаюсь, готовая нажать на сборник, вспомнив, что смотреть что либо без еды-грех. Опять прусь на кухню, достаю из холодильника питу(пита-круглая лепешка, полая внутри) колбасу, сыр и грибной соус. Разрезаю питу пополам, намазываю внутри соусом, вкладываю два кружка колбасы и сыр. Бурчу про себя по поводу того, что питу как всегда слишком тонкая и рвётся. Утаскиваю из маминой комнаты маленький деревянный поднос и положив на него питу и остывший цикорий, оставшийся от завтрака, тащусь в комнату, стараясь ничего не уронить. Кладу поднос на прикроватную тумбочку и сажусь на кровать. Приступаю к просмотру. Спустя несколько часов безделья, слышу звонок в дверь. Мама вернулась так рано? Иду в коридор. Почему то я не посмотрела в глазок и даже не спросила "кто там", что не входило в мои привычки. Открыла в дверь, готовясь произнести слова приветствия, заторможенно понимая, что у мамы были ключи и звонить бы она не стала, но слова застряли у меня в горле.