Попытаться все исправить

                  30 Октября 1996 год.              Тишина, голова ужасно болит, все тело ноет. Гермиона медленно открыла глаза, боясь яркого света. Слегка прищурившись, она попыталась подняться, но ее поразила резкая боль в голове. Девушка схватилась одной рукой за голову, а другой оперлась об борт кровати. Осмотревшись, она увидела стоявшие в ряд больничные койки в белоснежных простынях, стоял лекарственный запах, в воздухе витали умиротворение и покой, несложно было догадаться, что находится она в больничном крыле. После обследования комнаты, девушка опомнилась, обшарив себя поняла, что палочки ее нет. В сознании быстро стали мелькать последние события. Как друзья вломились в ее комнату и помешали ее концентрации над заклинанием, как она летела и как рассеяла крышу Хогвартса и все, больше ничего не помнит. Как она тут оказалась и получилось ли у неё, ответов она не нашла. Из раздумий ее вывел звук открывающих дверей и торопливые шаги. Гермиона быстро легла обратно и закрыла глаза, притворившись, что ещё спит. — Она приходила в себя? — спросил в своей привычно спокойной манере Дамблдор. — Ещё нет — быстро ответила мадам Помфри — Но Альбус, кто эта юная леди? Они оба посмотрели на девушку и под гнетом взглядов, Гермиона, поморщившись, сдалась, открывая глаза. — А вот мисс… — Профессор посмотрел с вопросом на девушку — Нам и расскажет. — Грейнджер, сэр — она приподнялась на кровати — Гермиона Грейнджер. Мадам Помфри посмотрела на директора в надежде на продолжение. Дамблдор ранее не встречал такого имени, но почесав бороду он все же ответил: — Очень приятно, мисс Гермиона Грейнджер — добродушно ответил Дамблдор. — Я Аль… — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор — перебивая профессора с улыбкой произнесла девушка — Директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. — Все верно — хитро улыбнулся Дамблдор, а мисс Помфри стояла с открытым ртом. — Я так полагаю, что нам стоит с вами поговорить с глазу на глаз? — на что Гермиона кивнула и посмотрела в сторону целительницы. Помфри наконец таки прикрыла рот и начала семенить рядом с кроватью, собирая склянки с зельями. Бубня на ходу рекомендации, вскоре скрылась из палаты. Гермиона показала жестом на стул, что бы директор присаживался. Он не стал сопротивляться и присел, понимая, что девушке неудобно смотреть на него снизу вверх, так как разговор по всей видимости будет долгим: — Рассказывай дитя мое, что тебя привело в Хогвартс? — решил первым начать диалог Альбус. — На самом деле я никуда и не уходила от сюда! Я была тут постоянно — увидев в глазах директора не понимания, она продолжила — Вам что-нибудь известно о заклятии Motus oblitus? — Знаком с таким. — он опустил глаза в пол, подумал с минуту, а затем проницательным взглядом спросил — Но что же заставило вас воспользоваться им? — Любовь — не думая ответила она — Все очень просто, только она толкает нас на такие отчаянные поступки, вернее когда ее забирают — произнесла Гермиона чуть тише последние слова. — Любовь значит, ох уж эта любовь — мечтательно рассуждал Альбус. — Всё и все, кого любим мы, есть наша мука, чего стоит один этот вечный страх потери любимого, но что конкретно вас тревожит, что произошло? — Не знаю, могу ли я вам говорить какие-либо подробности — стушевалась она — Я не до конца изучила правила этого заклинания. — стыдливо ответила Гермиона, так как это подрывало ее авторитет. — Ох милая — Дамблдор добродушно улыбнулся и положил свою руку поверх руки Гермионы — Если бы знал, что от сказанного тобой, пострадает волшебный мир или что важнее ты, я бы не посмел и спрашивать тебя. Посмотрев на руку Директора, девушка немного подумав, сдалась. Ведь это же Дамблдор, он не причинит вреда: — Я здесь из-за Драко Малфоя — Гермиона свободной рукой прикрыла глаза, боясь осуждения со стороны директора. — Хм… Хороший юноша, своеобразный конечно — он потряс руку в поддерживающем жесте и засмеялся — Но тот ещё засранец. — Оооо дааа — не сдерживая смеха подтвердила Гермиона. Посмеявшись, наступило неловкое молчание. Директор решил его разбавить: — Война была? — осторожно спросил Дамблдор, боясь задеть чувства девушки. — Да, жестокая война. — с трудом говорила девушка. — Брат шел против брата, предательство, боль, разочарование. — Кто? — лишь одно слово произнес. — Гарри — Гермиона ответила на выдохе. И опять тишина. Она недолго продлилась, но каждый успел подумать о своём. — Ладно — произнес Директор, оперевшись руками об коленки, чтобы встать не отрывая от Гермионы взгляда. — Отдохни, приводи себя в порядок и я жду тебя на ужин в большом зале, а после ужина решим, что будем делать. — Спасибо профессор Дамблдор — произнесла Гермиона, на что директор кивнул головой и направился к выходу. — Профессор?! — окликнула девушка Альбуса, на что он обернулся. — Я рада вас видеть. — с комом в горле произнесла девушка. Дамболдор улыбнулся и продолжил свой путь. К вечеру Гермиона стояла на выходе из больничного крыла и выслушивала Мадам Помфри со своими рекомендациями. Заверив, что все поняла и будет их придерживаться, она направилась в большой зал. Преодолев путь, она остановилась перед дверьми. Сердце стало биться как бешеное, ладошки вспотели, вдох: — Я справлюсь — на выдохе открыла дверь и направилась к учительскому столу. Дамблдор увидев девушку, встал со своего места и направился к ней на встречу приговаривая: — Мы уже вас заждались, мисс Грейнджер — директор подошел к Гермионе — Прошу присесть с нами — Альбус придерживая за спину девушку направлял к учительскому столу. В зале стоял гул, все яро обсуждали ее падение и появление. Гермиона не смотрела по сторонам, а просто проследовала за директором, игнорируя учеников. Усевшись за стол, Дамблдор принялся представлять девушку ученикам: — Попрошу минуточку внимания! — все затихли и перевели внимания на директора. — Хотел бы вам представить ученицу по обмену из Русской школы волшебства Колдовстворец… — от слов Дамблдора у Гермионы расширились глаза — Гермиона Грейнджер, прошу любить и жаловать — произнеся эти слова он направил рукой на девушку. Гермиона перевела взгляд с директора на учеников. Весь взор был направлен на нее. Она прошлась взглядом по всем и увидела те самые до боли любимые глаза. Он смотрел на нее с любопытством и с явным интересом. На что Грейнджер нервно хихикнула: — Мне конец…