Почувствуй Нашу Любовь...

-И по итогу сегодняшнего дня побеждает команда Импровизации! Антон Шастун и Арсений Попов! Антон подскакивает с места и вскидывает в воздух кулак. —Мы победили! —Арсений делает быстрое движение в его сторону, и через секунду Антон оказывается в крепких объятиях парня. Внутри все разрывается от счастья, от того, что он чувствует его прикосновения. Ощущает его теплое сбивчивое дыхание у себя на шее, крепкие руки, прижимающие Антона все ближе. Их объятие сопровождают крики и аплодисменты зрителей "Студии союз". Антону хорошо, но какая-то часть его мозга начинает тормошить его. *Слишком долго! Слишком долго! Слишком близко... * —Арс, отпусти, — тихо шепчет Антон, пытаясь отстраниться. —Почему? — так же тихо спрашивает Арсений, слегка поворачивая к нему голову. —Потом, Арс... Арсений в последний раз хлопает Антона по спине и разрывает объятия. Лицо Антона горит, а руки подрагивают. Он смотрит на Арсения, который кидает на него быстрый обвиняющий взгляд и выбегает со сцены. Антон несколько секунд стоит как вкопанный, глядя на удаляющуюся фигуру сокомандника, окидывает глазами студию: ведущих, музыкантов, соперников, зрителей...— Что он делает? Антон подрывается вперед и бежит в сторону гримерок. Белая дверь с табличкой "Шастун А. / Попов А. " слегка приоткрыта. Антон залетает внутрь и выхватывает глазами фигуру импровизатора. Арсений стоит возле шкафа и аккуратно укладывает в рюкзак вещи. Увидев Антона, парень никак не отреагировал. —Арс... — начал Антон, протягивая к парню руку. —Иди домой, Шаст,—отрезает Попов, закидывая рюкзак на плечо. —А ты? —Мне? —засмеялся Арсений, - мне нужно уехать ненадолго. —Но мы же хотели провести выходные вместе... — протянул Антон, не понимая, что твориться с другом. Арсения, кажется, терзали какие-то мысли, парень то и дело вертел головой, почти не смотря на собеседника, барабанил пальцами по столу. —Зачем ты это сделал? — вдруг резко спросил он, поднимая голубые глаза. Антон слегка опешил от такого вопроса. —Что сделал? — с непониманием повторил он. —Это... - с раздражением произнес Арсений, махнув рукой в сторону сцены. — оттолкнув Шаста. У Антона внутри все сжалось. Неужели он это воспринял так серьезно? —Прости, Арс, — начал он осторожно, — но это действительно было дольше положенного... —Положенного? —Арсений изумленно вскинул брови. — У нас что, появились какие-то правила? Рейтинги "положенности"? — он изобразил пальцами в воздухе кавычки. —Арс, они могли понять... — попытался продолжить Антон. — Да какая к черту разница? — Арсений скинул рюкзак и сделал шаг на встречу Шастуну. — Неужели это так важно? Даже если они поймут, что изменится для нас?—Он сбавил пыл и как-то искоса посмотрел на Антона. —Ты ведь боишься, верно? Боишься, что кто-то осудит тебя, но за что тебя судить? За чувства? Антон! — Арсений вдруг замер, подошел ближе. Теперь их разделяли всего пара метров. Арсений понизил голос, словно боялся испугать парня, — а меня ты боишься? Боишься нас? Стесняешься? Стесняешься меня? Антон не знал как реагировать. В горле пересохло, руки не слушались, ноги подкашивались. Он смотрел в голубые глаза напротив, которые сейчас были будто застрелены туманом. Он любил эти глаза, любил эти губы, этот нос. —Я люблю тебя. — хрипло прошептал он. — Я тоже, Шаст, очень сильно тебя люблю. Так зачем нам другие? Просто пойми, — начал Арс с новым ожесточением, — если мы расскажем, нам будет легче. Всем будет легче. Нам не придется скрывать свои чувства, не придется терпеть. Я же вижу, как тебе сложно, когда какая-нибудь девица начинает лезть к тебе, вижу, как ты ревнуешь, когда подходят ко мне, я вижу твой взгляд, всегда, даже когда стою к тебе спиной. Парни уже наверняка знают, а Паша так вообще сводил нас с самого первого выпуска! А фэндом? Они это поняли раньше нас с тобой! Это не будет новостью, мы только снимем с себя этот груз тайн. И подтвердим все слухи в фендоме, они нас точно не осудят, сами этого хотели, хотят. —Горячие пальцы Антона оказались в ледяной руке Арсения. —Антон... Я не хочу скрывать свои чувства ни от тебя ни от кого-либо еще. Я люблю тебя. С этими словами он сделал шаг вперед, крепко сжав окольцованные пальцы. Еще секунда и их губы сплелись в жарком поцелуе. У Антона внутри будто взорвался шарик с горячей водой, тепло растеклось по венам. Он вновь ощущал легкое дыхание, холодные руки, крепко сжимающие его ладонь, приятный аромат одеколона, слегка обветренные губы. Руки Антона заскользили вверх, очерчивая стройную фигуру. Бедра, поясница, талия, твердый пресс, выпирающие из под обтягивающей рубашки, лопатки, плечи, волосы. Густые черные волосы, приятно пахнущее кофе. Антон с наслаждением запутывал пальцы в волосах Арсения и отвечал на поцелуй, сильнее прижимая парня к себе. Ближе, ближе, ближе... Их прервал хлопок двери. На пороге стояла Оксана, сжимая в руках телефон и какие-то папки. Когда ее взгляд остановился на прижавшихся друг к другу импровизаторов, ее глаза округлились, а из груди вырвался сдавленный стон. Папки полетели из ее рук, и бумаги усеяли пол, будто осенние листья в парке. Антон быстро отскочил от Арсения, слегка толкнув того в грудь. Арс снова бросил быстрый взгляд на Антона и, отработанным движением поправив волосы, опустился на корточки, чтобы помочь Оксане собрать бумаги. Антон стоял будто громом пораженный, в голове у него теснились сотни мыслей, перебивая и отталкивая друг друга. —Что же теперь будет? Что будет с ними? Она расскажет другим? Как же так? Как он мог забыть? Арсений в это время уже поднялся с колен и взгромаздил бумаги обратно на руки девушки. Та не произносила ни слова, только хлопала ресницами и переводила взгляд с одного парня на другого. Не успела она открыть рот, как Арсений взял ее под руку и вывел из гримерной, закрыв за собой дверь. Антон все еще стоял, не осознавая, что произошло. Что же теперь делать? Ждать Арса? Побыстрее свалить? Поговорить с Оксаной, попытаться ей все объяснить? Но как он это сделает? Наконец Антон освободился от транса и огляделся. Рюкзак Арсения лежал на полу, а его куртка все еще была в шкафу. Значит, Арс не уйдет, не зайдя сюда. За дверью раздавались тихие голоса. Антон подошел ближе: тихий, на пониженных тонах голос Арса, слабый и удивленный Оксаны. Антон не успел разобрать слова, как дверь снова открылась. На этот раз на пороге стоял Арсений. Заглянув в комнату, он нашел взглядом импровизатора и быстро произнес. —Шаст, иди домой, пожалуйста. Я приеду поздно... После этого он быстро скрылся в коридоре. Антон был только рад воспользоваться подаренной возможностью свалить подальше, поэтому, сдернув со стула куртку, он выскочил за дверь. Не оборачиваясь на Оксану и Арсения, которые все еще стояли возле гримерки, Антон быстрым шагом направился к выходу. *** Теплый солнечный луч мазнул по белой наволочке и остановился на полуприкрытых глазах Антона. Ощутив на лбу тепло, парень поморщился и провёл рукой по правой половине кровати. Не найдя холодное, даже в такое теплое утро, плечо Арсения, парень повернулся на бок и открыл глаза. Вторая половина кровати действительно была пуста. Простыни слегка примяты, а подушка лежала в стороне, но Арсения не было. С разочарованием Антон откинулся обратно на подушку. Неужели Арсений уже ушел, так и не попрощавшись с ним? Антон не помнил, когда его парень пришел домой, наверное слишком поздно ночью, поэтому и не стал его будить, но теперь он проснулся, а его нет. Антон нехотя поднялся и поплелся в ванную. Щетки и полотенца Арсения тоже не было на месте. Антон припоминал, что вчера вечером Арсений говорил о том, что тому надо уехать, но он не думал, что это случится так скоро. В один миг этот день превратился для Антона в скучную рутину. Потянулись однообразные часы. Из ванной на кухню, оттуда в зал, на диван, телевизор, завтрак, телевизор, телефон. Антон на некоторое время забылся, просматривая сторис Попова. Он был счастлив снова увидеть любимое лицо, хотя бы так, через экран мобильника. Потом по новой: телевизор, книга, обед, телефон... Антон был рад уже поскорее закончить этот день, поэтому с облегчением вздохнул, когда часовая стрелка перевалила за десять, а комнату наполнили серебряные лучи. Парень поплелся в спальню и завалился на кровать. Без Арсения день прошёл ужасно, и Антона грела единственная мысль о том, что завтра уже воскресенье, и Арсений вернется. Он устал. —несите следующий день! Я готов! Но и на следующий день Арсений не вернулся. Ни утром, ни днем, ни даже вечером. Антон уже начал порядком волноваться. Он не звонил парню, тот просто не брал трубки, а на сообщения не отвечал. Проведя воскресенье так же как и субботу, Антон поставил будильник на восемь утра, так как в десять надо было быть уже на площадке, и опустил голову на подушку. Но беспокойные мысли не давали спать. Пол ночи Антон провозился в кровати, так и не сумев уснуть. Потеряв надежду вообще закрыть сегодня глаза, парень пошлепал на кухню. Поставив перед собой чашку чая, который кстати в их квартире пил только Арсений, Антон плюхнулся рядом на стул и, положив голову на руки, принялся просматривать ленту в Инстаграм. Сторис от любимого не было. От тревоги и бессильных попыток уснуть, Антону захотелось покурить. Он достал с верхней полки еще нераспакованную пачку (все остальные сигареты Арсений попросил его выкинуть, но до верхней полки тот не дотягивался, вот что значит семь сантиметров разницы в росте, поэтому не знал, о "запасах" Антона) и, сорвав прозрачну плёнку с упаковки, вынул белую сигарету с серым фильтром. Антон подошел к окну, пошире открыл его и, зажав сигарету тонкими пальцами одной руки, поджег фитиль. Он наблюдал как разгорается огонек на кончике сигареты, как начинает медленно отсыпаться сгорающий табак, как маленькие хлопья подхватывает легкий порыв ветерка и уносит в темное ночное небо, но почему-то не решался поднести сигарету к губам. Тонкая струйка дыма поднялась в прохладный ноябрьский воздух, огонек у кончиков пальцев подрагивал, то вспыхивая с новой силой, то снова тлея красными искрами. "Курение убивает" раздался в голове знакомый тихий голос. Антон улыбнулся, как тогда, уставшей снисходительной улыбкой, —какой же Арсений–дурак. Любимый дурак. Эти мигающие звезды напоминали его глаза. Пальцы неприятно обожгло, Антон вздрогнул и отвел взгляд от неба. Фитиль почти догорел, и в пальцах Антона остался лишь маленький огарок. Потушив остатки сигареты о ладонь (дурацкая привычка от которой Арсений просил избавиться не меньше, чем от самого курения), Антон вернулся на кухню. Чай уже остыл (сколько же он простоял у окна?), а на экране телефона горели цифры 02:17. Чувствуя, что завтра ему придется провести не один час в кресле визажиста, закрашивая синяки под глазами, Антон поплелся в спальню. Там он уже без сил рухнул на кровать и моментально уснул. "Курение убивает"... *** Антон проспал. Вообще-то неудивительно, кто высыпается за 3 часа? Впопыхах он собирался на работу, бегая по квартире с футболкой в одной руке и кроссовком в другой. Наконец, он кое-как собравшись, упал на водительское место в машине. Арсений так не появлялся, и даже его одежды и щетки дома не было, но Антону некогда было об этом думать. Он опаздывал и сильно. Ложиться поздно ночью не лучшая идея, особенно, когда впереди ответственное мероприятие, а съемки были таковыми, поэтому сейчас Антон стоял в пробке на одном из колец, барабаня пальцами по рулю, и проклинал всех богов мира, каких только знал. Под Москвой парень ударил по газам и преодолел оставшееся расстояние за полчаса. В павильон он ворвался, когда наручные часы, подаренные Пашей, показывали десять. —Простите, я опоздал, — задыхаясь выпалил он, падая на стул в гримерке. —Не ты один, — успокоила Оксана, помогая Шастуну переодеться. — Арсений не с тобой? —Нет, — протянул Антон. По спине пробежал неприятный холодок, — А он еще не приехал? Увидев напуганный взгляд Шастуна, Оксана, кажется, пожалела о своем вопросе. —Ну, значит, он просто задерживается произнесла она будничным тоном, но увидев, как глаза Антона округлились, а брови поползли на лоб, быстро добавила, — я уверена, с ним все в порядке. —Он не звонил и не писал мне с субботы... —прошептал Антон, внутренности сковывал страх. Что с Арсом? Где он? Он никогда раньше не опаздывал... —А должен был? - пришла очередь Оксаны округлить глаза. Антон замялся. Вот черт. «Нет»... — Наверное нет, но я все равно волнуюсь, вдруг он... Ну ты понимаешь... К горлу подступала дрожь. Антону хотелось кричать. "ГДЕ АРСЕНИЙ? Почему он не звонил? Это из-за той ссоры в пятницу?" —Бедный... — монотонно повторяет Антон. —Почему Арсений ушел? -Да, бедный, ты не расслышал? И синяки под глазами. —Мы... — Почему не ответил? —Ты вообще спал? —Ага... Что? Это все из-за него, да? Но что он такого сделал? Антон фокусирует взгляд на Диме и вздрагивает, будто только сейчас его увидел. —Ты что-то хотел? По взгляду Димы видно, что он хотел бы многое, но он не успевает открыть рот. Его прерывает голос Стаса, который просит всех пройти на рабочие места. Антон стоит еще несколько секунд в ступоре, пока Паша, прошедший мимо не подталкивает его к пуфику. Антон будто в тумане падает на свое место, мельком замечая на себе пристальный взгляд Димы. Он видит Арсения который что-то быстро говорит на ухо Паши. Ведущий одобрительно кивает, потом похлопывает импровизатора по спине. Арсений кажется чем-то сильно взволнован, он нервно потирает ладони и запускает руки в волосы. Последующие несколько часов проходят для Антона смазано и неуютно. Он плохо понимал, что делал все это время. Несколько раз Паша о чем-то его спрашивал, но Антон отвечал либо односложно, либо ограничивался взмахом руки. В импровизациях он участвовал как-то нерешительно и вяло. В основном отдувались Серёжа и Дима. Антон же почти всю передачу не отводил взгляд от Арсения. Обычному человеку могло показаться, что Арсений ведет себя как обычно, может даже чуть более активно, но Антон видел, что вся эта веселость деланная. Он видел нервозность в глазах парня, его напряженные движения, шутки, которые он выдавал слишком часто и слишком резко, будто пытался этим скрыть напряжение, охватившее его. Он видел его судорожно двигающиеся пальцы, метающийся взгляд, который то и дело падал то на Пашу, то на зал, но ни разу он не посмотрел на Антона. "Почему?" Антон еле дожил до обеденного перерыва. Когда наконец прозвучал долгожданный сигнал о завершении первой половины съемок, Антон подскочил с места и рванул было к Арсению, но не тут то было. Арсений тоже подскочил и бросив быстрый взгляд на приближающегося Шастуна, рванул к выходу. —Ну уж нет! Антон бросился следом. —Арс! Стой! — закричал он, проносясь мимо белых дверей. Арсений остановился, рванул на себя одну из дверей и скрылся за ней. Антон последовал за ним. —Арс, я... - начал он, но прервался. Влетев в комнату он не ожидал того, что Арсений замрет прямо на пороге, но так и случилось. Арсений стоял у двери, выжидающе глядя на преследователя своими голубыми глазами. Волосы его слегка растрепались от бега, а к бледным щекам прилила кровь. —Что ты хотел? — неожиданно прямо спросил он. Его тон не был грубым или холодным, нет. Он был спокойным и выжидающим. Антон не ожидал этого, поэтому замялся. —Ты гнался за мной, — продолжал Арсений, — что ты хотел? —Арс, я, - снова начал Антон, — я... Ты... Ты не приехал вчера, почему? Арсений покачал головой. —У меня были дела, я тебе потом все объясню. — он вновь поднял на Антона свои теперь уже молящие глаза, - не спрашивай, Шаст, пожалуйста. Это важно для меня. Он что-то добавил шепотом, но Антон не разобрал. —Иди, — попросил Арсений, приоткрывая дверь, — пожалуйста. —Это из-за меня? — выпалил вдруг Антон. Арсений удивленно вскинул брови. —Что из-за тебя? — озадаченно повторил он. -Ты прогоняешь меня, опять. Это из-за тех объятий? На губах Арсения дрогнула легкая улыбка, но возможно Антону просто показалось. —Нет, — спокойно, почти нежно произнес он. И добавил через секунду. —ты же знаешь, я люблю тебя, уже четыре года. Ничего не изменилось. С этими словами Арсений мягко выставил Антона за дверь, щелкнул замок. Антон стоял один посреди коридора. Уже четыре года. "Я просто боялся себе признаться, что со второго года начал в тебя влюбляться", а Арсений видимо еще раньше. На сердце полегчало. Слова Арсения вновь вселили уверенность, а сияние глаз–надежду. Ничего не изменилось. *** -Мышеловки! - голос Паши звучит как-то особенно, но сейчас Антон об этом не задумывался. Сейчас главное уберечь себя и свои ноги, а в некоторых случаях и руки, от маленьких, но, сука, болезненных повреждений. Антон обвел взглядом товарищей. Арсений как всегда спокоен, но это только на первый взгляд, Антон видит, как у парня подрагивают пальцы, а колени ходят ходуном. Дима тоже не пальцем деланый, но почему-то именно ему больше всего везет на мышеловки, Антон не может припомнить выпуска, в котором Дима не отбивал себе пальцы на потеху Паши и зрителям. Сережа боится, взабрался на пуфик с ногами, конечно, кто же хочет в таком участвовать. Обычно Антон тоже как-нибудь пытается отмазаться, но не в этот раз. Сейчас другое, сейчас не так. Паша видимо почувствовал настрой Антона, потому что в следующий миг раздается его вердикт обрекающий двоих на десятиминутные мучения. —Антон Шастун и Арсений Попов! Сережа победно выкрикивает, а Антон под аплодисменты зала поднимается с места. Арсений делает вид, что так и должно быть. Вот она - идеальная маска. Арсений берет у Паши пару очков и подходит к Антону, который склонился, развязывая шнурки. —Держи, — тихо произносит он, протягивая Шастуну очки. Неожиданно он наклоняется к самому его уху и отрывисто шепчет, — все будет хорошо. Антон не успевает понять, что произошло, Арсений уже стоит на другом конце сцены, закатывая брюки. —Итак, Арсений ты–жених, Антон ты– шафер. Жених и шафер просыпаются на кануне свадьбы после дичайшего похмелья и понимают, что потеряли кольцо! Импровизация "Мышеловки", поехали! Звучит отбивка. Последнее что видит Антон перед тем как надевает очки, яркий свет прожекторов и улыбающегося Арсения. После этого все вокруг погружается в темноту. *** —Я нашел его! - кричит Арсений. Он где-то недалеко. Щелчок, крик боли. Внутри у Антона все сжимается, хотя он даже не видит, что Арсений отбил. —А нет... Это бутылка... —Совсем рядом. Антон не любит играть в мышеловки. Особенно не любит играть в них вместе с Арсением. Каждый раз, когда они оказывались здесь вместе, они переставали думать о игре или своей безопасности. Они думали лишь друг о друге. Как бы побыстрее найти друг друга среди этой темноты и боли, а на остальное пофиг. И это часто заканчивалось плачевно. Антон помнил, как однажды, когда они вместе играли в мышеловки, Арсению ударило по пальцу так, что из под ногтя пошла кровь. Антон тогда даже не дожидаясь сигнала сорвал очки, стон Арсения пробрал его до костей. Или когда они были в "Шокерах" и Антон вогнал себе в руку стекло. Да, крови было много... Щелчок. Вскрик. —Арсений?—Антон попытался нащупать друга в темноте. —Вот он, локоть!— Антон вцепился в холодную руку Арсения, как утопающий в спасательный круг. —Что мы такое бухали вчера, что так накрыло? —Слушай, может ну его, это кольцо? - с надеждой предложил Антон, стараясь не выпускать руку Арса. Пофиг, как это выглядит со стороны. Он ему нужен. Точно! — подхватил Арсений. — я невесте сейчас позвоню, и скажу, что потерял кольцо! Антон почувствовал, как пальцы Арсения постепенно выскальзывают из его руки. Стой, Арс! Оставь! -Пип-пип-пип... Но вдруг зазвучала музыка. Антон замер. Он даже не заметил, как полностью отпустил Арсения. —Что это? Откуда? Это была не просто музыка, не отбивка шоу, нет... —Энауди... — одними губами пораженно прошептал Антон. Это была музыка из его любимого кинофильма "1+1". Но как? Почему? —Энауди гений, говорю тебе, Арс! —Почему? —А ты не слышишь? От его музыки мне становиться хорошо... Я слышу... Тревогу... Грусть... Радость... Близость... От этой музыки мне хочется танцевать или сидеть завороженным и не дышать. Я никогда такого не чувствовал, как сейчас. Мне хочется любить тебя... —Тогда он действительно гений... —Антон, - спокойный ровный голос. Нежные прохладные руки. Вновь яркий свет прожекторов. Но на этот раз в студии тихо. Тишину прерывают лишь звуки пианино, выведенные умелой рукой. Антон стоит посреди сцены с обнаженными ногами и взъерошенными волосами. Перед ним замер Арсений. Он улыбаться, а глаза его светятся счастьем, таким, каким Антон не видел раньше. —Что происходит, Арс? — тихо спрашивает Антон, будто боясь, что это чья-то шутка. —Помнишь, я сказал, что ничего между нами не изменилось? —Арсений протянул руку и взял руку Антона в свою, - так вот, я соврал. Кое-что изменилось. — Арсений не выглядел взволнованным, он был спокоен и нежен, — Мы стали лучше, стали взрослее. Мы прошли через многое: через труд и упорство, через съемки и концерты, через туры и интервью, через шокеры и мышеловки, - он слегка улыбнулся. В зале раздались тихие смешки, — мы изменились. И теперь... Арсений медленно опустился на одно колено. Свободной рукой он извлек из кармана брюк маленькую коробочку. Бледными слегка подрагивающими пальцами он открыл ее. Внутри, на небольшой подстилке лежало серебряное кольцо с гравировкой "АА". —Антон Шастун, — чуть громче произнес Арсений. — может пора тебе надеть кольцо и на безымянный палец? Улыбки озарили студию. Паша, Дима, Сережа, Оксана, Стас за мониторами, сотни зрителей, все устремили свои взгляды на эту пару. Улыбки сияли на их лицах. —Ты выйдешь за меня? —Это сон? Или явь? Антон смотрел в любимые глаза и видел в них отражение себя, видел их, видел воспоминания. —Ты мне понравился сразу! —Не поеду никуда с тобой! — Меняй! Поехали, ладно! – вскрикунл Паша со своего места. *** Нас таких как ты здесь два! *** Запомните эту ситуацию, от начала и до конца! *** Я не хочу тебя отпускать. *** Дорогая, ты вся в меня, мы так похожи, выходи за меня?! *** Можешь меня жечь, можешь меня бить... я все равно тебя буду любить! *** Почувствуйте нашу любовь! *** Ангел, я пошутил. А уменя целая империя! *** Я перестал волноваться. *** Я подарю тебе Луну... *** Друг мой родной... *** Очень хорошо быть с тобой. Дебильная семья, дебильная семья. Это ты, это я! Около меня стоит парень, который мне симпатичен. Господин ведущий, я попробую сделать выбор... АЙ, зачем такой горячий начальник?! С Шастуном получается романтик... Зачем ты повел нас гулять в дождь? Любовь это... он. Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю. —Я согласен.