Тридцатое декабря.

30 декабря. Самый холодный декабрьский день в этом году, из-за чего на улочках тихого района почти не было людей, либо же они торопились в свои тёплые квартиры. Уже стемнело, под светом фонарей видно, как большими белыми хлопьями на землю стремительно спускаются снег, подхваченный холодным ветром. Чонгук торопясь бежит по тротуару, осторожно придерживая дно розовой коробочки с тортом своими большими ладонями. Пальцы покраснели, кончики больно покалывает, но Чон совсем не торопиться согреть руки в перчатках, что беспечно были забыты в слечь с температурой из-за своей распахнутой куртки, забытого тёплого шарфа и лёгкой белой кофты кофты на голое тело, но даже это не останавливает его, чтобы вызвать такси. Ему осталось совсем немного и он сам преодолеет это путь. Чонгук стремительно бежит по каменной дорожке, смотря только вперед, отмеряя расстояние до следующего поворота, от которого останется всего ничего до места встречи с Тэхёном. Чон не замечает, как ему навстречу вылетает маленькая девочка лет четырёх, и как на зло преграждает ему путь. Только в полуметрах до столкновения Чонгук замечает рядом розовое пятнышко и случайно сталкивается с ребёнком. Девчушка не плачет, с тихим “Ой” шмякается пятой точкой на тонкий сырой слой снега, марая в нём свой комбинезон. Мать девочки сразу же подлетает к ней, поднимая и отряхивая, за одно отсчитывая за то, что опять преградила путь чужому человеку. Глава семейства, молодой парень, стоит чуть позади, внимательно смотрит на Чонгука, из-за чего тому стало ещё хуже. Ему стыдно за свою оплошность. – Простите, пожалуйста! Я просто тороплюсь – Чонгук несколько раз кланяется родителям девочки, те держат за ручки своего ребенка, говоря, что всё впорядке, отпуская активно извиняющегося и запыхавшегося парня. Всего один рывок и Чонгук будет на повороте и до места встречи как рукой подать, всего один рывок и он сможет поздравить Тэхёна с днём рождения, прямо как они оба представляют. Правда ли все пройдет именно так? Нет. Есть одна деталь, в виде признания со стороны Чонгука в любви, хотя у него по плану начать с симпатии, так сказать, издалека. Он давно готовится к этому дню: долго проверял, сопоставлял факты, уверяя себя, что эта правда не будет лишней для их дружбы. Он точно знает, что нравиться Тэ. Он точно в этом уверен и него нет права на ошибку. Чон Чонгук до сих пор проматывает в голове последнюю их с Кимом встречу, что была за пару дней до дня рождения парня. В тот день Чонгук лежал с Тэхёном на диване в небольшой комнатке, прикрывшись большим пледом из-за слабого отопления в холодную зимнюю пору. Вокруг была темнота, лишь свет от экрана телевизора, помогал ребятам найти на небольшом столике рядом чипсы или попкорн, которые были куплены для хорошего просмотра нового фильма. – Чонгууук, мне очень-очень грустно, – Голова Тэхёна опустилась на плечо Чонгука, а часть пледа младшего была нагло забрана Кимом, который решил укутаться, как гусеница, – Я бы очень хотел отметить с тобой свой день рождение. – И что же тебе мешает это сделать? – Чонгук отобрал обратно свою часть покрывала, Тэхён со смехом пытался ещё раз забрать его у младшего, но тот успел крепко ухватиться за край и остановить старшего. – Эх. Родители хотят приехать и отметить этот день в семейном кругу. А-ля, это же очень важный праздник и раз в пять лет можно отметить с родственникам. – Парализовал слова взрослых Ким. Тэхён с объятиями кинулся на Чона, крепко прижимая его к себе, выбивая воздух из легких и заставляя младшего покраснеть от такой близости. – Я же тааак хотел провести с тобой этот день, а то в прошлом году не получилось из-за карантина. Чонгуку показалось забавным поведение Тэхёна в этот момент, парень обнимал его сбоку, обжигая своим дыханием кожу шеи и изображал рыдания своими хриплым голосом. В поддержку друга Чонгук поспешил похлопать того по спине, из-за чего тот ещё сильнее завыл, говоря о том, какой Чон хороший, а его родственники опять расстроили его. Резко Тэхён отпустил Чонгука, поднимаясь на руках вверх, нависая таким способом над Чонгуком. С красным и чем-то обрадованным лоцом он смотрел на Чона сверху вниз. – У меня есть идея! – Про слогам проговорил Тэхён загадочным голосом, Чонгук вопросительно посмотрел на него, попутно изучая лицо сверху. Ему так хотелось продлить этот момент, лицо старшего казалось ему в этот момент до невозможности милым и сексуальным, особенно с этими стоящими несколькими прядями на макушке, спавшей на глаза мятой чёлкой. – Давай встретимся тридцатого вечером, в семь часов? Я уверен, что смогу сбежать от них. Тэхён ожидающе посмотрел на Чонгука, внимательно вглядываясь в его блестящие глаза. Чонгук не знал куда ему деться от такого давящего на него взгляда, метаясь глазами туда-сюда по комнате или по белой домашней футболке друга, на которой была забавная для него надпись “Дамский угодник”. – Ну давай. А что мы будем делать? – Короче, мы встречаемся на перекрестке, ну у пешеходного перехода у напротив моего дома. Я оплачиваю ужин в ресторанчике “Домашние закуски от Наоби”, а ты приносишь тортик из моей любимой кондитерской. Вот так и посидим пару часиков… – Это бы намёк на подарок? Хаха, Тэхён, да ты у нас прямой как рельсы. – рассмеялся Чонгук, Тэхён подхватил его смех и упал на диван, из-за чего тот издал неприятный скрип. Он уложил свою голову на грудь Чонгука, широко улыбнувшись своей фирменной квадратной улыбкой и наблюдая за происходящим на телевизоре, даже если они достаточно пропустили, чтобы понять смысла происходящего. В этот момент Чонгук понял, что лучшего момента уже не будет, он представлял всё до мельчайших деталей, не обращая внимания на то, что в любой момент все их планы могут сорваться. Разве что-то может помешать двум мечтающим людям, которые уже спланировали свой день? Чонгук остановился у пешеходного перехода, сразу же подметив стоявшего под фонарём друга, который с улыбкой на лице уже наблюдал за ним. Тэхён стоял на противоположной стороне в одиночестве. Парень переминался с ноги на ногу, держал руки в карманах коричневого пальто, в попытках согреться. Его черные волосы побелели из-за падающего на них снега. – Тэхён, – громко произнёс имя друга Чонгук, сразу же вытянув правую руку вверх в знак приветствия, Тэхён не стал доставать руки из карманов, только со смехом кивая своему другу. Старая женщина сбоку с прищуром наблюдала за Чоном, тихо цокая и отрицательно мотая головой, когда парень решил громко приветствовать Тэхёна. – Вот же молодёжь пошла, досиделись в своих телефонах до такой степени, что уже у семидесятилетней бабки зрение лучше чем у них! Совсем уже столбы от людей отличить не могут, – ворчала себе под нос женщина. Чонгук с этого лишь тихо посмеялся себе под нос и быстро отмахнулся, списав это на какой-то старушечий бред. Когда светофор показал зелёный свет, Чонгук заторопился переходить дорогу. Ким Тэхён стоял под фонарным светом, внимательно наблюдая за тем, как Чонгук обогнал всех переходящих людей, подбежал к нему и начал совать холодную коробку в руки. – Тэхён, прости, что сейчас мои слова могут тебя шокировать и вообще я говори тебе этого с того ни с сего, но я слишком долго ждал этого момента и уже не могу сдерживаться! – Торраторил Чонгук, держа руки в карманах и смотря прямо на погрусневшее лицо Тэхёна, которое совсем не вызывало у него никаких вопросов. – Подожди… Тэхён был прерван Чонгуком, который тараторившего о своем, не обращая на попытки друга его остановить. Чонгук смотрит прямо в глаза Тэхёна, карие глаза сейчас казались ему личным мирком или вселенной. Ким смотрел на Чона не моргая своими грустными глазами. – Мы с тобой уже знакомы три года и я понял, что ты очень важен для меня. Очень-очень-очень важен, так вот … – В этот раз Чонгук был прерван пронзительным криком Тэхёна, который заставил его испуганно пошатнуться и отступить назад. – Ты чего? – Прекрати! – Тэхён продолжал повторять одно и тоже слово, вновь и вновь выкрикивая его в лицо испуганного младшего. Когда он продолжил, его голос стал намного тише и спокойнее, – Я умер год назад, Чонгук… Тэхён кивнул в сторону дороги, когда Чонгук повернул туда голову, перед глазами снова резко появились те кадры, которые он так хотел забыть: лежащий на асфальте в своей крови Тэхён, белая газель, на капоте которой была кровь Кима, куча людей собиравшаяся вызвать скорую и Чонгук с той же розовой коробкой, которая медленно падала вниз,чтобы разбиться, пока Чон наблюдает за происходящим со стороны, замерев как статуя на противоположной стороне у светофора, со слезами на глазах. Чонгук до сих пор помнит, как простоял там до самой ночи,на том же месте, смотря на лужу крови, оставшуюся от Тэхёна, которому прямо у того пешеходного перехода констатировали смерть. – Почему я опять должен это испытать? – Чонгук оседает на колени, смотря на разбившуюся от неудачного падения коробку на месте, откуда недавно для него исчез Тэхён. Кима там нет, возможно и не было вовсе. Чонгук сорвался на рыдания, на улице никого, кто бы остановит его. Он снова может выплакать все слёзы, снова пожалеть о том, что не признался раньше, он снова через несколько дней пойдёт к Тэхёну, молить о любви его фотографии за стеклом, коробке с прахом в маленькой ячейке. Чонгук опять всё забудет через месяц и на следующий год вернётся на это место с теми же чувствами. – Я сошёл с ума…