Сон, который не даст проснуться

Стэнфорд с громким вздохом откидывается на спинку стула, его одолевает усталость и злость. Форд издаёт что-то нечленораздельное, отдалённо похожее на ругань. Он таращит глаза в потолок, затем плотно зажмуривается. Левая рука учёного, словно потеряв связь с хозяином, нервно водит карандашом по бумаге, пачкая и разрывая её. Она задевает соседние листы, наверное, даже с полезной информацией, переходит на стол. Карандаш ломается. Рука не замечает этого, продолжая царапать стол незамысловатыми узорами. Стэнфорд широко распахивает глаза, вновь склоняется над столом. Пару секунд он сидит так, после бросает несчастный карандаш об стену и в одно движение скидывает всё со стола. Учёный встаёт, но, ощутив резкую слабость и головокружение, садится уже на пол. Его трясёт, во рту как будто ощущается вкус рвоты, из глаз текут слезы, боль отдаёт по всему телу. В голове проскальзывает мысль, что это ломка. Стэнфорд складывается пополам, от этой адской боли хочется кричать, слёзы душат, дрожь усиливается. Он хватается за горло, пытаясь то ли снять с себя что-то невидимое, то ли сильнее себя придушить. Дышать становится почти невозможно, комната накаляется, собственное тело кажется невыносимо тяжелым и нелепым, глаза перестают видеть. – Ты, наконец, решил сделать перестановку? – этот звонкий нечеловеческий голос сложно не узнать. Стэнфорд реагирует моментально. Едва различив в темноте комнаты жёлтый силуэт, он маниакально трёт глаза. – Билл? – из глаз вновь начинают лить слёзы, демон не придаёт этому особого внимания. – И тебе привет, умник, – усмехается демон, щёлкая пальцами. Билл принимает человеческий облик, после чего осматривается, довольно подмечая изменения в интерьере и самом смертном. Сайфер закатывает глаза, с наслаждением вдыхая пыль и грязь, витающие в воздухе. Глаза неторопливо двигаются по стенам, останавливаясь на Стэнфорде. Билл шумно выдыхает, вид человека кажется ему до неприличия манящим. – Успел соскучиться по мне? До Стэнфорда не сразу доходит, что ему задали вопрос. Он теряется, пытаясь предположить, какого ответа от него ждут. – Так ты рад мне? – Билл чуть наклоняет голову набок, устав ждать хоть какой-то реакции. – Конечно, рад! – Стэнфорд резко зажимает рот рукой, испугавшись собственного крика, а Билл только и ждал чего-то подобного. По комнате раздаётся стук каблуков, человека резко хватают за подбородок, заставляя смотреть на себя. – Я тоже скучал, Форди, – Сайфер улыбается почти по-человечески, может быть даже нежно. Он окидывает взглядом испорченные бумаги. – Неужели, мой милый гений не может выдавить из себя ничего стоящего? – демон произносит это несерьёзно, коверкая голос, словно шутит. Однако Форд всё же краснеет и отводит взгляд. Билл опускается перед человеком на одно колено. – Разумеется, может, – эту фразу Билл произносит вполне серьёзно, будто понял, что шутка была неудачной. – Только ни одно великое дело не может быть совершенно в одиночку. Для этого тебе и нужен я, – демон по-прежнему улыбается, замолкая примерно на полминуты. Он берёт лицо Форда в ладони, от чего последний задерживает дыхание, поражённый столь непривычной нежностью. Билл даже не надел перчатки, что тоже весьма необычно. Сайфер притягивает лицо человека ближе, смотрит в глаза. – Или уже не нужен? – Нужен, само собой! – Стэнфорд стыдливо опускает голову, коря себя за излишнюю эмоциональность и несдержанность. Сайфер медленно убирает руки с лица Форда, после чего осторожно прижимает его к себе. Учёный снова начинает дрожать, чувствуя, как накатывает очередной приступ истерики. – Не сдерживайся, – шепчет ласковый голос. И Стэнфорд не сдерживается, эти чёртовы слёзы, кажется, и не прекращались вовсе. Билл сильнее прижимается к Стэнфорду, уже не скрывая хищный оскал, на который сейчас всё равно никто не обратит внимания. – Тише-тише, я же здесь, с тобой. Всё хорошо. В этих неудобных и наверняка нелепых с виду позах они сидят около семи минут. Форд немного успокаивается и только тогда замечает, что в комнате он совершенно один.

*****

Стэнфорд восхищается демоном. Он же столь умён, столь красив, необычен, недосягаем. Невозможно выделить в нем что-то одно, он всегда и во всём идеален. Его черты, его манеры совсем не поддаются какому-либо описанию. Лишние слова и обожание недостойных лишь портят его божественный образ. Форд одержим им. Он неумело рисует его в черновиках, на стенах, на полу, пишет про него стихи и очерки, спускает все деньги на ковры и прочие безделушки на заказ, конечно, с изображением своего единственного Бога. Он хочет видеть его повсюду: на окнах, на стенах, в зеркале. Его, а не жалкие изображения, которые не могут быть и вполовину столь прекрасны. Пайнс сходит с ума, в бешенстве разрывая всё, чем пытается восполнить ту бездонную пустоту, появившуюся из-за постоянного отсутствия демона. Он рыдает и бьётся в постоянных истериках. Страдания и тоска по демону заглушают всё: воспоминания о семье, голод, здравый смысл. Больше всего он боится однажды осознать, что Билл лишь галлюцинация его больного сознания. Что всё это лишь виденья и сны печального и бесконечно одинокого психа. Подобные мысли доводят до панических атак и самобичевания. Форд постоянно думает о Билле, пытается заговорить с ним, когда его и рядом нет, напивается, делает самокрутки. Лишь бы хоть на мгновение увидеть очертания своего дорогого демона. Билл же в свою очередь делает вид, что ни о чем не догадывается. Маска недалёкого паренька, который в упор не видит очевидного, мало ему идёт.

*****

Стэнфорд прислоняется к холодной ванной плитке и устало опускает нож, едва его не выронив. Форда уже трясёт от боли, а долгожданное облегчение всё не приходит. Видимо, никакая физическая боль не сможет заглушить то, что он сейчас чувствует. Но учёный упорно не сдаётся, продолжая вырезать на руках кривые и уродливые треугольники, пусть уже и не с той силой, как самые первые. Форд уже давно ничего не видит, потому случайно задевает ножом сползающий рукав одежды, ладонь, пальцы. Тогда к нему в голову и приходит весьма пугающая мысль – отрезать себе лишние пальцы. Он сглатывает ком в горле и вытирает глаза мокрым и в некоторых местах порванным рукавом, смотрит на свои дрожащие окровавленные руки. Форд несколько раз моргает. Медленный вдох. Выдох. Стэнфорд берёт нож поудобнее, сжимает его так, чтобы тот случайно не выпал. Замахивается, но нож останавливают. Билл подставляет свою ладонь под лезвие. Форд испуганно дёргается, порезав левую руку демона. Нож всё же выскальзывает, но Сайфер успевает его поймать. Форд хотел было что-то сказать, однако Сайфер прикладывает палец к его губам, намекая чтобы тот молчал. Стэнфорд немного краснеет, на что демон снисходительно улыбается и кладёт несчастное лезвие рядом с собой. Демон мягко прижимает Стэнфорда к себе одной рукой, той, что не повреждена. Форд кладёт голову на грудь демона, его прижимают сильнее. Учёный начинает осматривать Сайфера, тот стоит перед ним на коленях, левая рука переброшена через ванну, кровь с неё стекает в воду и смешивается с кровью учёного, левая перчатка безнадёжно испорчена, бортик ванной, наверное, неприятно врезается в живот демона, жёлтая рубашка и волосы уже мокрые. Билл берёт руку Форда в свою окровавленную, притягивает её к себе и целует. – У тебя восхитительные руки, – нежно шепчет Сайфер. – Да и весь ты просто замечателен. Стэнфорд поворачивается корпусом к демону и обнимает того за шею. Билл зарывается пальцами в мокрые волосы человека, не отпуская его руки. – Тебе очень больно? – всё-таки спрашивает Стэнфорд, не отводя взгляд от левой руки демона. Вопрос его был проигнорирован.

*****

– Форди, милый, неужели я так редко признаюсь тебе в своём восхищении? – Билл осторожно берёт лицо человека в руки, притягивает ближе. Демон расплывается в тёплой улыбке. – Ты так прекрасен. Сайфер прижимается к Форду и коротко целует, затем ещё раз, ещё и ещё... Он покрывает невесомыми поцелуями всё лицо человека. Пайнс застывает в немом шоке. Билл отводит Форда к стене, быстро снимает и кидает на пол свои перчатки, не разрывая поцелуй. Тонкие руки проскальзывают под одежду учёного. Сайфер нежно ласкает губы Стэнфорда, чуть прикусывает нижнюю, из-за чего тот вздыхает. Демон проникает в рот Пайнса, проводит языком по верхнему ряду зубов, прижимается ещё сильнее. Форд прикрывает глаза, стараясь ответить, однако сделать это не даёт непонятное чувство тревоги. Весь поцелуй демон вытягивает сам, делая это с явным интересом. Прикосновения Сайфера не кажутся Стэнфорду приятными. Холодные руки, кажущиеся такими хрупкими на первый взгляд, с нечеловеческой силой сжимают тело учёного до боли, а острые ногти царапают кожу под одеждой, оставляя полосы и кровоподтёки. По подбородку Форда уже стекает слюна, от которой почему-то становится безумно мерзко. Стэнфорд всё же находит в себе силы отстранится от демона, испытывая за эту дерзость жгучее чувство стыда. Учёный отводит взгляд, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Он пытается привести в порядок дыхание, но с каждым вздохом становится только хуже. Некомфортно. Страшно. – Не понравилось? – издевательски шепчет Сайфер, склонившись над ухом человека. Форд как всегда медлит с ответом. – Ты слишком великолепен, – выдыхает Стэнфорд, сам не понимая, что на него нашло. – Хочешь быть сверху? – игриво спрашивает Билл, после чего переходит на томный шёпот. – К слову, мне прелюдии не нужны. Стэнфорд краснеет и непроизвольно сглатывает, предложение демона кажется шуткой. – Попробуем? – Сайфер вновь припадает к губам человека, запуская одну руку в его волосы. Теперь-то Форд отвечает, однако тревога никуда не делась.

*****

– Форд, а мы... Мы правда победили? – неуверенно произносит Стэнли, почему-то уставившись на собственные руки. Он всё ещё пытается восстановить память. Альбом Мэйбл, конечно, здорово помог, однако этого слишком мало. – Правда, – раздражённо отрезает Стэнфорд. – Победили... – Стэнли почти физически чувствует, как всё его тело наполняется гордостью. Эта гордость разливается по телу подобно горячей воде, удивительно приятное чувство. – Победили, – его голос уже звучит увереннее, хоть и ненамного. Он неожиданно вскидывает голову, слишком резко, ему бы могло защемить шею. – Мы победили, Форд! – Стэн переводит взгляд на брата, пугающе улыбаясь. – Победили, понимаешь? – Понимаю, – невнятно бормочет учёный, не зная как побыстрее закончить столь неприятный разговор. – Вот же идиот треугольный, – не унимается Ли. – И эта бестолочь ещё называется демоном, – он бессовестно смеётся. У Форда же в это время невольно сжимаются кулаки. Ярость накатывает быстро и даже неожиданно. Форд болезненно кусает язык, чтобы не наговорить лишнего. – Демон тоже мне! – Заткнись ты уже! – Стэнфорд резко поворачивается к брату с твёрдым намерением уж если не разорвать его, то хотя бы как следует врезать. Учёный замахивается, но, встретившись с растерянным взглядом брата, приходит в себя и в ужасе отпрыгивает назад, ударившись затылком о стену. В голове он слышит до боли знакомый голос: «Так и не научился контролировать себя, Шестопал?». Стэнфорд хватается за голову, зажимая уши и оттягивая волосы. Его очки слетают и падают на пол. Учёный плотно зажмуривается, голова начинает страшно болеть. Стук сердца отдаёт в виски. – Замолчите вы оба! – отчаянно кричит Форд. Стэнли и правда замолкает и как бы невзначай оборачивается, надеясь увидеть того кого имеет в виду Стэнфорд. Конечно, он никого не увидел.

*****

Уже который день Стэнфорда мучает бессонница. Он наконец-то вернулся домой, смог помириться с братом, вновь обрёл семью. Дети уже уехали. Через пару дней они со Стэнли должны отправиться в то самое путешествие под парусом, о котором так мечтали в детстве. А что-то всё равно не так, сердцу неспокойно. Не могло всё закончится именно так. Слишком просто, слишком хорошо. Стэнфорд долго ворочается, что-то шепчет себе под нос, о многом думает, мучая себя бессмысленными воспоминаниями. Ближе к рассвету учёного всё же одолевает сон. Сон начинается достаточно странно. Стэнфорд не может пошевелиться, хотя его не держат ни цепи, ни верёвки, ни что-либо ещё. Он как будто парализован. Форд пытается оглядеться, вокруг нет ничего кроме всепоглощающей темноты. Это место отдалённо напоминает космос, в котором одновременно погасли все звёзды. Вскоре учёного ослепляет бледно-жёлтое сияние, от чего он рефлекторно закрывает глаза. Перед ним появляется Сайфер, в своём человеческом обличье. – Ну здравствуй, умник, – его голос звучит уже совсем по-человечески. Пайнс открывает глаза. – Да как ты меня снова нашёл? – в этих словах Билл улавливает некое отчаяние. – Да брось, я не поверю, что ты не ждал нашей встречи, – демон вальяжно подходит к Стэнфорду, нежно касается щеки человека правой рукой, убирая второй волосы с его лица. Всё как несколько лет назад. – Мы же победили тебя?.. – произнеся это, Форд вспоминает недавний инцидент с братом, сердце начинает неприятно болеть. Сайфер заливается смехом. – А ты действительно в это поверил? – Билл чуть щурит глаза, подходит ближе. Стэнфорд уже может чувствовать его дыхание. – Не думал, что я мог поддаться? Форд молчит, конечно, он думал об этом, но вряд ли признается. Билл обаятельно улыбается, прямо как тридцать лет назад. – Люблю тебя, – демон резко прижимает Пайнса к себе, ощущая, как бешено бьётся живое человеческое сердце. Приятно. Стэнфорд пытается что-то ответить, однако все его слова Билл пропускает мимо ушей, продолжая нести какой-то любовный бред. Возможно, он нетрезв. Форду на удивление становится спокойней, всё это так привычно. – Ты меня просто использовал, а теперь клянёшься в любви? – Пайнсу хотелось бы звучать серьёзно, но его слова скорее подойдут обиженному подростку. – Как и ты меня, дорогой, – Сайфер кладёт руку на скулу человека, приближается максимально близко к губам, переходит на шёпот. – Тебе нравилось как я красиво говорил. Нравилось как я хвалил тебя и успокаивал. Ты любишь мой талант и мою внешность, – Билл на секунду замолкает и начинает смотреть в глаза человека. – Но меня ты никогда не любил, – демон усмехается. – Признай же, мы стоим друг друга. Стэнфорд молчит, обдумывает всё, что только что услышал. Он снова и снова прокручивает воспоминания, связанные с Биллом. Нет, демон не может быть прав. – Ладно, извини, – Билл говорит сухо, ни намёка на искренность. Он отстраняется. – Думаю, тебе уже пора просыпаться. До встречи. – Встречи? – Стэнфорд произносит это с непонятной радостью, но сразу себя одёргивает. Не должен же он растаять и всё забыть после одного разговора. – А ты думал, что я попрощаться пришёл? – Билл вновь приближается к Пайнсу и, наконец-то, целует. Кажется он хотел сделать это уже много раз до, но словно не решался. Неожиданно для них обоих Форд отвечает, всё-таки не сдержался. Стэнфорд притягивает демона за рубашку, даже не заметив, что руки начали его слушаться. Поцелуй выходит смазанным. – Я всегда буду рядом, Форди. Стэнфорд падает с кровати, от чего мгновенно просыпается. В голове продолжает звучать последняя фраза демона: «Я всегда буду рядом». Форд привык сомневаться в собственной вменяемости, но в реальность этого сна отчего-то хочется верить. – Билл? – сначала вполголоса, затем громче, чуть погодя ещё громче. Стэнфорд закрывает глаза, долго ждёт ответа, однако его не следует. Окончательно убедившись, что в комнате никого нет, он наконец позволяет себе расплакаться.