Когда-нибудь ты поймёшь что любишь меня..

Ты проснулась от ощущения чего-то очень тяжелего на груди. Невольно вздохнув в нехватке кислорода, ты, в кромешной тьме, попыталась снять груз. Но это что-то, прижалось ближе, не давая выбраться из-под себя. — Кха… Питер? — Ты по морщилась, осознавания все то, что произошло. Ты поятнулась к ноге. Как-будто кипяток ошпарил все твое тело, почувствовав всего лишь часть ее, тебе стало не хватать кислорода еще сильнее. — Питер! Слез! Я задыхаюсь! Пожалуйста! — В панике и агрессии отталкивая парня от себя, ты все-таки смогла выбраться. Знакомый скрип кровати, отпружинил о стены, как бы говоря, что уже все потеряно. Ты снова тут, в подвале. А что будет дальше это загадка. — Питер! Что происходит! Что с моей ногой?! Какого хера?! — Ты кричала, иногда всхлипывая между словами, и била по своей голове в истерике. — Дорогая… Ты сама во всем виновата, а так у меня будет гарантия, что ты не сбежишь и мы до конца наших дней будем вместе. Ведь я люблю тебя, а ты меня… Верно, сладкая? — Юноша подполз ближе и поцеловал отрезанную ногу в ляжку. — Ты… Ты полный псих. Ты конченый мудила! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ НЕНАВИЖУ НЕНАВИЖУ! ИДИ К ЧЕРТУ ПИТЕР! я тебя ненавижу ненавижу ненавижу… Ненавижу. — слезы потихоньку, медленно прекращали течь из очей, в глазах, которые привыкли к темноте все помутнело. Было ужасно больно внутри. Такое ощущение, что стены сдавливают с такой силой, будто все органы выходят наружу. Тебя вырвало на пол и ты отключилась. Пришла в себя ты только тогда, когда тебя мыли. — Дорогая! Ты очнулась! Как ты себя чувствуешь? Хочешь есть? Пить? Рисовать, может? Или почитать? — Я хочу… — ты остановилась и взглянула на щенячьи глаза парня. — я хочу чтоб ты сдох, урод. — опустевшие глазные огни закрылись и ты стала считать секунды до его взрыва агрессии. Он не нормальный. — Ну что ты такое говоришь, дорогая… Кто же тогда будет тебя купать и кормить? Кто будет тебя целовать, обнимать, и любить кроме меня? Кроме меня никто, ведь тебя даже никто не ищет, только я, твоя единственная любовь. Единственная и неповторимая. Незабываемая. — Это точно. Но я надеюсь когда я сдохну, то не буду помнить тебя. Ебырь недоделанный. — Ты не оставляешь мне выбора, как поучить тебя. — Что? Поучить? — Парень без ответа встал и расстегнул молнию на джинсах. — Нет… Только не это. У меня травма, тебе не страшно что я умру? — А тебе не страшно что я тебя убью? — После этих слов, твоя голова погрузилась под воду, а сзади жестко вошли внутрь. Твои руки барахтались над водой, в попытке оцарапать Питера или выбраться из-под его хватки, но он крепко, одной рукой держал твое лицо, уткнутым в дно ванны, а другой придерживая талию. Только сейчас ты ощутила колющую боль в ампутированной ноге и начала еще сильнее дергать руками в попытках выбраться. А юноша в это время стонал, наслаждаясь тем, что «учит» тебя нужным манерам. Он вытаскивает твою голову и ты начинаешь глотать воздух, тебя рвет и ты плачешь. — Ты, сука! Перестань! Мне больно! Хватит! — ты понимаешь, что от криков ничего не поменяется, и лишь продолжаешь терпеть его движения сзади. — Прекрати. Питер. — ты держишься из последних сил и, падая в воду, бьешься об край ванной и теряешь сознание. И вновь. Глаза открываются. Ты видишь незнакомый потолок. Видимо вы в бегах. А точнее он. Эта тварь. — Дорогая, ты так долго спала, что я думал, не умерла ли ты. — Лучше бы я сдохла. Сколько я спала.? — парень молчит и смотрит на тебя. — Жаль что уже ничего не вернуть назад. Помнишь как у нас это было в первый раз? У тебя дома, нам помешала твоя подруга. Если бы я не был таким жадным. Если бы. Если бы я мог все вернуть назад. Мне так жаль о том, что я сделал. — касаясь твоей ноги, как бы намекая, что он переживает по этому поводу. А потом аккуратно целует тебя в губы. — Да, ты прав. Ничего не вернуть назад. И да, я все помню. Ты был моей первой настоящей любовью. Рядом с тобой я чувствовала себя защищенной. Но ты. Ты всё испортил. Ты гнусный кусок дерьма. Я тебя видеть не могу. — как только ты закончила свою речь, парень посадил тебя к себе на торс. — И зачем ты усадил меня сюда? — Просто дай насладиться этим моментом. — он обнял тебя и поцеловал в шею. Порыв слабости, отчаяния и безысходности подкатил, и ты в помутнение рассудке обняла его в ответ. — Зачем ты обняла меня? Я ужасный. — Ты прекрасный. — Проговорив это, ты навалилась на него и поцеловала. Было не трудно почувствовать стояк под его джинсами. — Не стыдно тебе? В такой-то трогательный момент, у тебя встал. — рука поползла по его торсу под джинсы, и он выдавил Тихий стон. — Какой ты ужасный. Ты мразь. — с этими словами, ты села на его член и он вошел полностью. — Это, ммм~ будет последний раз, когда ты трахаешь меня, сука. — последние слова вырвались из уст, а дальше лишь стоны. Парень схватил тебя за талию и с каждым толчком, прижимал тебя все ближе и ближе. — Ты как-будто стала уже. Я кончу внутрь. — Мне плевать, уже плевать, делай что хочешь, уебок. Каждое движение было более резким и болезненным. — Ох хорошая, мы проживем эту жизнь так прекрасно, я тебя так люблю! — мужчина кончает внутрь и сталкивает девушку под себя. — Я еще не закончил. — Мне похуй, уебок. Мужчина вновь входит, паралельно сжимая руку и шею девушки. — Что ты?! Ты меня задушишь!!! Парень ослабивает хватку и вновь кончает, уже на твой живот. — Мне нужно в туалет. Где он тут?.. — ты садишься на край кровати и чешешь свою голову. — Я тебя провожу. Пойдем. — парень пытается взять девушку под руку, но она отталкивает его от себя. — Не смей. — пошатываясь на одной ноге, проговариваешь ты. Ты уже сидишь на унитазе и делаешь свои дела, в то время пока на тебя смотрит этот извращенец. — Ты так и будешь пялить? — Я жду тебя, чтобы наказать. Наказать нас. — Нас? Тоесть я тут, блять, тоже виновата, прыгнула в руки похитителя?! Ты ужасный! — Если я, в последнее время спокоен, то это не значит, что я буду терпеть твои капризы! — Ах. Капризы блять?! — ты закончила все дела, и встала. — ДА ТЫ СУКА КАК РЕБЕНОК! ТЫ ГРЕБАНЫЙ МЛАДЕНЕЦ! Я НЕ ТВОЯ ИГРУШКА! Я НЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Парень подлетает к девушке, и дает ей громкую пощечину. От которой она улетает в ванную и бьется головой. — Ты. Урод! — девушка бросается на него, и бьет по горлу. Парень начинает кашлять, слегка его лицо принимает розовый цвет. — Такое наказание я не хотел. Мне это нравится. — юноша бросает тебя в ванную и начинает колотить руками по всему твоему телу. Берёт за волосы и начинает бить головой об ванну. — Хватит! Хватит! Питер! Мне больно! — А МНЕ НЕ БОЛЬНО СЛЫШАТЬ ЭТИ СЛОВА?! -Кажется. Я. — в глазах темнеет и ты отрубаешься. Вновь. Когда ты приходишь в сознание, ты находишься в стоячем положении, что довольно не удобно. — ты проснулась? — шепотом спрашивает он, придерживая тебя за талию. — да. — так же тихо выдавливает девушка. — это наша последняя минута. Я тебя люблю, и буду любить, дорогая. — твои глаза завязаны, непонятно, какой смысл обретают эти слова, он решил сдаться полиции? Твои руки тоже связаны. Вдруг тебя целуют, так нежно и боязливо, как будто в первый раз. Но ты стоишь всё так же, не отвечая ни на одно его слово, прикосновение или поцелуй. Парень отстраняется, и тут ты чувствуешь как тебе на шею надевают что-то непонятное. — Что это? — по ощущениям, кажется вроде кожа, либо веревка. И тут тебя слегка шатает, и ты слышишь как будто стул, под тобой, стучит ножками. До тебя дошло. - ТЫ ЧОКНУТЫЙ?! ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! - тебе завязывают рот тряпкой. - Дорогая, я уйду вместе с тобой, той же участью! Ведь я люблю тебя, ты будешь только моей. Веревку на твоей шее затягивают, и ты слышишь как он затягивает свою. - нет нет нет нет нет нет нет нет нет! Хватит играть со мной! Ты не посмеешь! - мямлишь ты сквозь тряпку. - чтобы нам не было так больно, я все предусмотрел. Слышен курок пистолета. - Пиздец. Ты чокнутый. - стянув тряпку произносишь ты Девушка дергает шеей, руками, головой, телом. Парень прижимает ее к себе в объятия, целует и нажимает на спуск.

Выстрел.

Тьма.

Страху конец, бездыханное тело девушки падает в объятия парня. Дуло пистолета наведено на юношу. Выстрел. Все кончено. Позже по новостям показали и рассказали обо всем. Люси и ТК не могли найти себе место, их пожирала вина за то, что они ничего не сделали, за то что полиция не вышла во время на его след. Ее больше нет, их больше нет