всевышний

тонкий слой крыла сломан, теперь ей точно некуда деться. она все еще пытается найти спасение, ползя на сломанных лапках. прерывистое жужжание надоедает, но издеваться над бедным насекомым веселее. первым отлетает второе крыло. дальше следуют лапки, что парень старался как можно медленнее вытянуть из маленького тела. первая, вторая, третья.. все шесть конечностей лежали перед ним, а он лишь усмехнулся, когда жужжание становилось тише. хватит. жидкость белого цвета с крайне блевотным запахом расхлетывается по коже большого пальца. эдгар смахнул трупик букашки с бетонной плитки и обтер руки о треники, наблюдая за тем как тельце падает в кучу такого же мусора. напоминает его самого. или может даже противную мамашу. или папаню алкаша, прямо как эти бомжи на первом этаже заброшки, где он сейчас отшивается. а может сестру, которая скоро станет упитаннее чем женщина, которая ее родила. нет, скорее его самого, летящего в груду грязи, проблем и родственников. кто-то сверху давит его так же, медленно доставляя мучения, отрывая части души по кусочку, а после кидает его в пучину бесконечных страданий и смерти. смешно все таки получается, что людишки в этом мире никто, своей судьбой ты никак не сможешь управлять. все уже заложено на миллион лет вперед и никто не сможет повлиять на свою жизнь, кроме всевышнего. почему же люди так эгоистичны, думают что они всем заправляют? что во вселенной они единственные разумные живые существа? ей богу, сбросьтесь с крыши кто так считает. зубы небрежно отрывают слой ногтя, прихватывая заодно и кожу, резко сдирая ее. эдгар не обращает внимания, его завоевал только нижний слой который слишком криво смотрится. язык весь в давнешнем черном лаке, парень сковыривает его этим же кривым ногтем и дальше обтачивает нормальную форму, ведя его ребром о зубы. перед глазами прекрасный видок, тучи затянули и без этого темное небо, под ногами слякоть и параша. кажется, сзади его кличат алкаши, а пока пытаются добежать, падают лицом в дерьмо. эдгар посмеялся, представляя как эти мужики не могут выбраться из говна и задыхаются там насмерть. носок ботинка с отрывающейся подошвой пинает каждый камешек по пути, пока эдгар копается в мыслях. мимолетно проносится о бесконечности вселенной, о всевышнем, о задыхающихся бомжах. кажется, время уже далеко за полночь. из домов вываливаются торчи, недалеко видны ночные алкогольные посиделки. в лицо ударяет душнота. хочется закрыть дверь и направится обратно под тусклый свет луны в подворотню к вакцинировавшимся, но уроки сами себя не сделают. папашка уже в хлам, но стадия громления дома еще не началась. с кухни несутся "благовония", но от ужина отказываться не было сил. да и глисты уже все выели, есть то хочется. с противным привкусом, совершенно не соленый, отдающий чем то тухлым суп скрасила лишь свежая краюшка хлеба. не так плохо как на прошлой неделе. в учебнике непонятный пример. может быть, эдгар бы положил хуй на учебу, как остальные в этой школе, если бы не хотел выбраться из этой канавы. если считать, что аттестат у него довольно неплохой, то он возможно даже переедет заграницу и выйдет в люди. но загвоздка в том, что этот долбаный пример не решается. к слову, алгебра была любимым предметом парня. все же, он видел что-то во всех этих формулах, задачках и бесконечных примерах. в отличие от половины школы у него была твердая четыре, которая уверенно шла к пятерке. да уж, похвастаться он мог лишь оценками. никаких дел кроме учебы и странных мыслей не было. надо у учительницы спросить завтра. он задумчиво почесал голову, с которой посыпались хлопья перхоти, и захлопнул книгу, направляясь к кровати. да уж, бог видимо создал его, чтобы лишь потешаться над ним. а ведь как это эгоистично — создавать абсолютно всем людям какие-либо судьбы. кто-то сидит на золотых туалетах, а кто-то задыхается в параше. ведь можно было бы создать людей у которых были бы одинаковые условия, а дальше развивались бы дальше. хотя тоже не справедливо. родственники неудачников будут страдать миллионы поколений от несложившейся судьбы одного человека. но как тогда добиться справедливости? и что же есть эта справедливость? может ее и вовсе нет, это придуманное понятие обиженных жизнью. да, бог жесток. дать жизнь человеку в дар или наказание другому человеку это верх жестокости. а многие винят в своих бедах своих матерей и отцов, за оболочку, в которую бог мог бы поместить злосчастную судьбу. жизнь ужасна, судьба ужасна, бог ужасен, но зачем жаловаться? кто услышит эти мольбы и крики? надо лишь принять все случившееся и плыть течением. человек — песчинка во всем окружающем его мире. в школе редко можно встретить заучку, как бы странно это не звучало. подростки пропитаны ленью, а первоклашки потеряют интерес через лет пять. эдгар отличался от них. он знал свое будущее и точно уверен, что выберется отсюда. хоть идет только девятый класс, планы у него порублены до двадцати семи лет. звучит странно, смотря на этого неформала эмаря. как будто слова совсем про другого человека, про другой мир. да, все же они задохнулись. эдгар усмехнулся, заходя в здание. сверху отличный вид на крыши домов, пасмурные облака и свежие трупы. у них в жизни это было прописано. ничего не бывает случайно. такова судьба — умереть с лицом в дерьме. может, через пару лет он будет лежать на этом же месте, может будет успешным человеком за границей. возможно, что ему прописано сдохнуть в этой канаве, а может — женится на красивой женщине и воспитать отличных детей, не кормя их тухлятиной, а деликатесами. никто не знает что будет завтра, только всевышний.