Бесполезность плоти

            — Мало нам подражателя, ещё и этот член клуба «любителей садоводства» объявился.       Кей недовольно стояла в стороне, наблюдая за работой криминалиствов. Не успели они поставить твёрдую точку в деле Хоббса, как возникло новое. Детвора, живущая неподалёку от этой глуши, обнаружила девять тел разной степени разложения; все жертвы были закопаны в землю и щедро удобрены. Погружение в землю было произведено явно не с целью скрыть следы преступления. Как выразился бы Грэм — это часть его замысла. Кей рвано усмехнулась, бросая очередной взгляд на «грибную плантацию»; она многое повидала на службе, но такое видела впервые, однако даже изощренность захоронения не могла заставить Эрли увлечься всерьёз этим делом. Мысли женщины были заняты лишь подражателем, который, после звонка в дом Хоббса, больше никак не проявлял себя. И какой тогда смысл её присутствия здесь? С Кроуфордом они договаривались лишь на счёт сорокопута и, соответственно, дело подражателя, вытекающее из первого, но она никак не обязана заниматься этим «грибником».       — Он похоронил их заживо? — скучающим тоном поинтересовалась Кей, выбрасывая окурок.       — Хотел продлить им жизнь, — тут же ответила Беверли Катц, руководящая процессом, — Ненадолго. Трубки использовались для внутреннего питания после того, как их похоронили. Он что-то им вкалывал.       — Понятно… Значит, придётся ждать экспертизу.       — Жертвы не связаны? — спросил, только что подошедший, Уилл.       Кей быстро переглянулась с ним, отмечая, что на губах мужчины проявилась лёгкая улыбка, служившая приветствием; сама она лишь коротко кивнула. Недавняя мысль о том, чтобы бросить всё и вернуться в свой отдел начала казаться не такой уж уместной. Всё же неправильно будет оставить Уилла после того, как она же уговаривала его продолжить сотрудничество с Кроуфордом. Странно… Она уже и позабыла, когда её в последний раз волновали мнение и благополучие кого-либо. Так или иначе, если Эрли решит уйти, объясняться она, разумеется, не будет.       На вопрос Грэма поспешил ответить Брайан Зеллер:       — Нет. Их сдерживала только земля.       Окончательно заскучав, Эрли отошла немного в сторону. Всё-таки ей следует определиться со своим решением в ближайшие дни. Пользуясь случаем, к Кей приссоеденилась и Беверли.       — Ты как? — в полтона поинтересовалась брюнетка, оглядываясь по сторонам, дабы убедиться, что никто лишний не станет свидетелем их разговора.       Эрли дёрганно обернулась к ней. Раздражение в глазах сменилось симпатией, стоило ей увидеть перед собой знакомое лицо. Кей всегда с улыбкой вспоминала те времена, когда она только поступила на службу к Джеку и всерьёз считала, что влюблена в Катц, но то было лишь обыкновенное чувство благодарности к единственному человеку, который принял её в коллектив без предвзятого отношения. И всё же, тёплые человеческие чувства к Беверли у Кей сохранялись до сих пор.       — Как я?.. — повторила Кей, мрачно усмехнувшись, — Словно отдала последние деньги за волшебные бобы, но начинаю догадываться, что они не настоящие.       Беверли с пониманием кивнула и, выждав паузу, продолжила:       — Скучаешь по своему отделу?       У Эрли её вопрос лишь вызвал внезапный приступ смеха.       — Скучаю?.. По ублюдкам, которые продают наркоту малолеткам? Или по ещё большим засранцам, которые сидят в одном кабинете со мной?       Кей тяжело вздохнула, понимая, что Катц всё ещё ждёт внятного ответа. Очередная сигарета оказалась плотно сжата между тонких губ. Эрли запустила руку в неряшливо собранные волосы и задумчиво посмотрела на подругу.       — Я не знаю… — искренне, но без особо энтузиазма начала Кей, — Я думала, что что-то изменится в моей гребанной жизни, стоит только вернуться к Кроуфорду, но всё, будто замерло на одном месте; мысли, вещи — всё, что окружает меня. Моя жизнь… Словно прервалась.       Беверли с тревогой глядела на Эрли, не ожидая, что она так разоткровенничается; тема, в которую они так резко сорвались, была не для посторонних ушей.       Катц хотела что-то сказать подруге, но тут же передумала, вместо этого предложив:       — Давай встретимся как-нибудь. Посидим в каком-нибудь тихом баре, как раньше.       Эрли с трудом выдавила наглую ухмылку, которую от неё привыкли видеть окружающие.       — Знаешь, звучит, как охрененная идея.       — И ещё… — решила добавить Беверли, почему-то смутившись, — Никто из нас не желает тебе зла, Кей. Ни я, ни, тем более, Кроуфорд.       — Помяни чёрта… — раздражённо пробормотала Эрли, заглядывая за плечо Катц.       Подойдя к женщинам, Джек сухо поприветствовал их:       — Агент Эрли. Агент Катц, — мужчина косо взглянул на последнюю, и та поняла его без слов.       — Что ж, пойду посмотрю, как дела у ребят.       Брюнетка покинула их компанию, а Кей лишь оставалось гадать, по какой причине Кроуфорд вознамерился остаться с ней наедине. Атмосфера была не из приятных, и Эрли поняла, что этот разговор ей не понравится; Джек не успел ещё сказать и слова, но каждый его вдох настораживал Кей и заставлял её раздражаться.       — Тебе, как и Грэму, придётся пройти психиатрическое обследование, — с ходу приговорил он, — А, если потребуется, то и терапию.       Эрли замерла; брови изумленно поползли вверх. Она, действительно, не знала, как на это реагировать. Единственная реакция, которую она смогла выдать — нервный смешок.       — Ты не серьёзно, — спокойно произнесла она, продолжая наблюдать за коллегами.       — Серьёзнее некуда. Взятие Хоббса негативно отразилось не только на Уилле, но и на тебе.       — Позволь узнать — откуда такой вывод?       — Доктор Лектер… — не смотря на язвительный тон подчинённой, начал Кроуфорд, но его грубо перебили.        — … Ну конечно! Кто же ещё!       — Он рассказал мне о твоём срыве в доме Хоббса, — Джек продолжал стойко игнорировать выпады Эрли, но тон его всё возрастал, — Он считает — то, что произошло с Эббигейл Хоббс напомнило тебе о чем-то негативном из прошлого — и мы оба знаем, о чем!       — Ради Бога, Джек! Избавь меня от этого дерьма! Я просто была взволнована состоянием девочки.       — Не пойми меня неправильно, но кто угодно мог переживать за её состояние, но не ты, — Кроуфорд слегка понизил тон, намереваясь таким образом достучаться до её разума — напомнить, что он не только её начальник, но и друг, хоть и в прошлом, — Ты всегда держалась молодцом, не смотря на все свои выходки. Часами могла наблюдать то, чего другие не выдерживали и секунды… С тобой что-то произошло. Можешь обманывать кого угодно, но не меня. Я тебя знаю, Эрли.       Ни мягкий тон Джека, ни его попытки напомнить ей о дружеской связи и сыграть в заботу не растопили тот слой льда, которым Кей начала обрастать, стоило ему лишь упомянуть про обследование. Она выпрямилась, всем своим видом выражая свою уверенность, и надменно взглянула на босса.       — Я не позволю кому бы то ни было рыться в моих мозгах — это ясно?       Кроуфорд лишь удрученно дёрнул головой; этого и следовало ожидать, он прекрасно знал, что Эрли никогда по собственной воле не согласиться на подобное. Что ж, ему ничего не остаётся, как лишить её права выбора.       — Психиатрическое обследование — необходимое условие дальнейшего сотрудничества с поведенческим отделом, — вратчиво предупредил Джек.       Эрли презрительно прыснула, закатив глаза.       — Хорошо, в таком случае я возвращаюсь в свой.       Женщина уже сорвалась с места, чтобы уйти — она никому и никогда не позволяла себя шантажировать — однако голос босса вновь пригвоздил её к месту.       — Вы не поняли меня, агент Эрли. Это условие касается не только моего отдела, но и ФБР в целом.       Кей медленно обернулась, не веря собственным ушам, по которым уже тяжёлым молотом бил пульс; давление вмиг подскочило, и её обычно белое лицо раскраснелось.       — Если ты откажешься от обследования, я сообщу начальству отдела по борьбе с наркотиками о твоём нестабильном состоянии. Три года назад мне не составило труда убедить их в том, что с тобой всё в порядке, удастся и обратное.       — Что ты несёшь?.. — Эрли медленно приближалась к Кроуфорду, пока между ними не осталось меньше метра, — Я спрашиваю… Какого хрена ты творишь, Джек?!       — Не забывайся, Эрли! — в тон ей проорал Кроуфорд, недовольно озираясь — остальные сотрудники уже заинтересованно поглядывали в их сторону, — Не закапывай себя ещё больше.       — Что тебе, чёрт возьми, нужно от меня?! — однако Кей уже невозможно было остановить.       Она металась, дергала себя за разные конечности, не зная куда себя деть… Это мерзкое, унизительное, отвратительное чувство беспомощности — она ни раз испытывала его в прошлом, но была уверена, что больше в её жизни ничего подобного не повторится. Она всегда контролирует ситуацию, и только она… Ошибалась…       — Вот, об этом я и говорю, — твердо заговорил Джек, с сочувствием поглядывая на подчиненую, — Ты не контролируешь себя… Даже сейчас! Признай — тебе нужна помощь.       — Пошёл ты, Джек! — переполненая злостью на начальника, прошипела она.       Кроуфорд тут же переменился в лице, от былого сочувствия не осталось и следа.       — Доктор Лектер будет ждать тебя.       Эрли едва не завыла в голос, услышав знакомое имя. Джеку мало в одиночку наблюдать за её падением, он хочет поделиться этим и с самодовольным психотерапевтом, который с самого начала желал поиграть с её разумом.       — Ты, ведь с самого начала это планировал… Ты не просто так позвал меня присоединиться этому расследованию. Хотел заманить в ловушку, — тоном мертвеца рассуждала Эрли, — У меня только один вопрос — зачем?       Она многое ожидала от Кроуфорда, но к тому, что он организовал для неё в реальности, была не готова. Надо же… Ей больно. И почему ей казалось, что Джек не решиться на подобную подлость по отношению к ней. Она-то полагала — максимум, что он сделает, это снова выгонит её из поведенческого отдела, но мистер Кроуфорд умел удивлять. Он переиграл её, ударил по самому больному — по работе… Работа… ФБР… Всё, что было в её ничтожной жизни. Без ФБР она пуста, как бубен. Лиши Эрли возможности загонять преступников за решётку — этого мимолётного чувства власти над чужой жизнью, и её собственная потеряет всякий смысл…       — Только не неси чушь про заговор, Эрли, иначе я прямо сейчас определю тебя в палату, — бесстрастно продолжал Кроуфорд, — ФБР нужен такой специалист, как ты, но не в том состоянии, в котором ты сейчас находишься… Я хочу, чтобы ты достойно выполняла свою работу. Доктор Лектер поможет тебе, и тогда ты поймёшь — я прав.       — Чего ты ждёшь от меня?       Джек тяжело вздохнул, раздражаясь тому, что она вообще требует от него каких-либо объяснений.       — Ты продолжишь работать в поведенческом отделе, параллельно посеящая сеансы доктора Лектера.       — Ты не можешь заставить меня работать в отделе.       — Верно. Я отпущу тебя, когда освидетельствование о том, что ты целиком и полностью вменяема, окажется в твоих руках.       Одарив подчиненую долгим пронзительным взглядом и так и не дождавшись никакой реакции от неё, Кроуфорд ушёл.       Кей долго стояла на одном месте, не шевелясь, пялившись в одну точку взглядом, лишённым всяких эмоций; со стороны она напоминала бесплотного призрака, до которого только что дошло осознание, что он лишился всего. Правую руку пронзило странное жжение. Эрли расскажала онемевшие пальцы, и на землю упала истлевшая сигарета; на ладони уже вырисовывался небольшой красноватый ожог.       Женщина судорожно вздохнула, призывая саму себя собраться. Неподалёку до сих пор суетились сотрудники ФБР и полицейские; сорваться на глазах у столь большой публики худшая идея из всех возможных. Кей бегала глазами по окружающим, пытаясь за что-то зацепиться, чем-то отвлечь себя и приземлить. Взгляд зацепился за алую макушку, торчащую среди толпы, и Кей поняла — поиск окончен.       — Фредерика Лаундс… — с напускным радушием пропела Эрли, губы её тут же исказились в дьявольской ухмылке, — Какая встреча.       Журналистка вздрогнула, стоило услышать знакомый прокуренный голос.       — Агент Эрли, — Фредди тут же обернулась, выдавливая из себя улыбку не менее лживую, чем у самой Кей, — Рада Вас видеть.       — Ну конечно… — улыбка сползла с лица Кей, делая его ещё более устрашающим и безумным; казалось, ещё чуть-чуть и у неё побегут слюни, как у бешеной собаки, — Что ты тут забыла, Фредди? — журналистка открыла рот, но ей не дали возможности вставить и слова, — Можешь не отвечать. Достаточно на сегодня лживых речей — я сыта этим по горло. У тебя есть ровно пять секунд, чтобы свалить отсюда, а ты… — Кей резко повернулась к полицейскому, который допустил наличие постороннего на месте преступления, — Считай, что ты уже уволен. И поверь, увольнение — ещё не самый худший исход…       — Брось, Эрли, — увереннее подала голос Лаундс, возвращая всё внимание агента себе, — Ты перегибаешь палку.       — Ты ещё здесь?.. Если ты сейчас не утащишь свой тощий зад отсюда, этой палкой окажешься ты! У меня очень хреновое настроение и…       Однако Эрли не успела договорить, прерываемая шумом и суетой со стороны Уилла, которого за руку схватила одна из жертвы, оказавшаяся ещё живой. Кей повернулась обратно к Фредди, но той не месте уже не оказалось — определённо, к лучшему.

***

      Не забывай дышать. Отсчитывай каждый вдох. Ты контролируешь ситуацию, даже если они думают иначе.       Кей стояла перед парадной дверью доктора Лектера, всё никак не решаясь нажать на звонок. Прежде, чем войти, стоило унять свой гнев. Увы, в нынешней ситуации это было невозможно. Она горела от желания высказать ему в лицо всё, что о нем думала, но вместе с тем опасалась, что таким образом лишь обезоружит себя.       На мгновение Эрли показалось, что по ту сторону двери раздались шаги, совсем близко. Рука взлетела вверх, но к не звонку; женщине хотелось проверить своё предположение. Последовал короткий стук, который невозможно было бы услышать из глубины комнаты. Дверь распахнулась через считанные секунды. Он ждал. Был уверен, что она придёт.       — А, агент Эрли… Проходите, — его манеры, как всегда, безупречны, а выражение лица невозмутимо.       Кей вошла в дом молча, без приветствия, чтобы сразу продемонстрировать своё отношение к нему, заставить погрузиться в эту гнетущую атмосферу, в которую её саму уже затянуло с головой.       Если бы исход этой игры интересовал его хоть чуть меньше, Ганнибал не стал бы скрывать ту победную ухмылку, которую вызывала демонстративная неприязнь со стороны агента Эрли.       Они вошли в кабинет, когда психотерапевт заговорил, спокойно и сдержанно — только так и умел:       — По всей видимости, Вы крайне недовольны тем, что я осведомил Джека Кроуфорда о Вашем состоянии, предварительно не обсудив этого с Вами, — Кей замерла посреди комнаты, исподлобья взглянув на него. — В своё оправдание скажу, что от обсуждения отказались Вы сами.       — Я, кажется, советовала Вам сосредоточиться на своей работе, но Вы вновь влезли не в своё дело, намеренно.       — Суть моей работы нам обоим видится по-разному. Вам следовало первоначально обсудить это с Джеком Кроуфордом; в мои обязанности так же входит контроль Вашего состояния… И Уилла тоже.       — Хватит. Меня это больше не касается, — с глубоким отвращением прервала его женщина. — Я ухожу.       — Уходите?.. — странно протянул доктор, слегка склонив голову в бок, словно инстинктивно пытался отсраниться от какого-то раздражителя.       Эрли не понравился его взгляд, она так и не смогла разгадать, что за намерения он таил, потому решила продолжить:       — Моя психика стабильна. У Вас нет оснований сомневаться в этом… — женщина на мгновение замолчала, набирая в легкие больше воздуха, — Поступим так — Вы дадите мне освидетельствование без лишних вопросов, я вернусь в свой отдел — на этом и разойдёмся.       Ответ Ганнибала последовал не сразу. Он тянул, и Кей поняла — он делает это намеренно, чтобы вывести её из себя, доказать, в первую очередь, самой ей, что проблема есть, и от неё не скрыться, бегая по отделам ФБР.       — Боюсь… Это невозможно.       Второй приговор, вынесенный ей за один несчастный день, и вновь всё, что она смогла выдать — смех. Кей устало потерла лицо; всё происходящее чудилось ей неприятным сном, который она так уперто стремилась прогнать.       — Так… — женщина подошла к рабочему столу Ганнибала и упёрлась в него одной рукой, отбивая нервную дробь, — Мне известно, что Вы выдали освидетельствование Уиллу. По-вашему он более вменяем, чем я?       Главное — контроль эмоций. Не проявляй их, держи под замком. Они хотят видеть здорового и адекватного агента ФБР — так покажи им его.       — Данное сравнение неуместно. Мы с Уиллом проводили беседы с самого начала сотрудничества над делом Хоббса. Так или иначе, за его состояние я могу взять ответственность. За Ваше… — мужчина прошёлся по ней долги глубоким взглядом, после чего заключил: — Нет.       Кей закатила глаза. При таком раскладе она не сможет долго сдерживать себя. Руки дрожали, изнывая от желания превратить кабинет психотерапевта в руины. Ожог на руке неприятно покалывал и чесался, раздражая её больше. Она словно лежала на муравейнике, привязаная по рукам и ногам, не имея возможность ни сдвинуться с места, ни закричать.       — Давайте начистоту, — Кей необходимо было чем-то себя занять, потому в руках быстро оказался первый попавшийся лист со стола Лектера, который женщина начала неосознанно мять, — Вы не нравитесь мне, а я — Вам. Бессмысленно это отрицать. К чему беседы, которые неприятны нам обоим?       В глазах Ганнибала проявился опасный блеск; его не удовлетворили ни её тон, ни содержание краткого монолога.       — Агент Эрли, я предполагаю, что Ваш взгляд на ситуацию достаточно искажен, — на её голову, будто ведро талой воды опрокинули — таким, пробивающим до костей, показался его голос, — Мы здесь не для того, чтобы удовлетворить друг друга, как собеседники… Мы здесь, чтобы помочь Вам. О личной неприязни, которой, замечу, с моей стороны не имеется, и речи быть не может. Я не уверен в Вас — это моё заключение, как психотерапевта.       Ганнибал, что до этого стоял на одном месте, начал медленно приближаться к Кей, переодически бросая взгляд на её влажные ладони, которые продолжали мять бумагу.       — Вам придётся говорить со мной. Джек Кроуфорд не допустит Вас к работе, пока Я не буду убеждён в Вашей стабильности.       Когда Эрли начало казаться, что он будет идти до тех пор, пока её лоб не упрётся в его грудь, доктор всё же остановился.       Женщина мрачно усмехнулась, отбрасывая от себя бумажный мяч, который внезапно обнаружила в своих руках.       — Вы хорошо подготовились.       Кей тут же придалась лихорадочным размышлениям. Доктор постоянно повторяет, что всё это — лишь часть его работы, но он лжёт. Эрли кожей ощущала это притворное чувство общественного и гражданского долга, которым была пропитана вся его оболочка. Лицемер. Дело в чем-то другом?.. Но, чтобы выяснить истинную причину заинтересованности со стороны Лектера, ей придётся согласиться на эти условия? Не так ли? А почему нет? Неужели, она так сильно сомневается в себе, что не решается принять его вызов? В конце концов, это может быть интересно. Она, ведь этого хотела, когда возвращалась в отдел к Кроуфорду — новых впечатлений, ощущения, что тебя вот-вот раздавят… Но тебе всегда удаётся ускользнуть из-под стопы, оставляя противника ни с чем.       Эрли удовлетворённо улыбнулась собственным мыслями, после чего обратилась к Ганнибалу с искренним спокойствием, которое было так чуждо ей в большинстве своём:       — Что именно Вы хотите знать?       Ганнибал медленно обошёл стол, копирую её улыбку:       — Эббигейл Хоббс… Что Вы почувствовали, когда не смогли выстрелить?       Кей прикусила щеку изнутри — именно этот вопрос она и ожидала. Конечно, ведь ранее в больнице он уже пытался выведать ответ на него.       — Я не готова сейчас говорить на эту тему.       Сейчас главной задачей было — оттянуть время, успеть распознать намерения Лектера до того, как ему удастся узнать о ней хоть что-нибудь, действительно, весомое.       — Я Вас не тороплю, — мужчина тепло улыбнулся, наводя после неё порядок на своём рабочем столе, — Вы вольны говорить тогда, когда Вам станет комфортно делать это в моём обществе.       Никогда.       Ганнибал выждал паузу, словно задумался, а после добавил:       — Я сегодня же сообщу Джеку о том, что Вы согласились посещать сеансы, а взамен… — он слегка склонился к замершей Кей через стол, — Обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы освидетельствование в ближайшее время оказалось в Ваших руках… Однако многое будет зависеть и от Вас — понимаете?       Нет, это не был вопрос. Эрли физически ощущала то давление, которое он на неё оказывал. Неподготовленный человек и не распознал бы этого, но Кей были знакомы подобные приёмы, даже очень…       — Я согласна.       — Прекрасно… Я надеюсь, что Вы с ответственностью отнесётся к нашей договорённости и не забудете о ней.       — Я не забываю ни собственных слов, ни тех, что были сказаны кем-то другим… Запомню и это, будьте уверены… Доктор.       — Мы поняли друг-друга.       Действительно, поняли; вот только это касалось далеко не оговорённого соглашения, а того, что они оба пока не спешили озвучивать. Инстинкты, внутренний импульс — нечто стравило их, заперло в одной клетке. Безумно ждать, что кто-то выйдет из этой схватки победителем… А справедлива ли она была? И сколь велика разница в их силах?

***

      В один капкан обеими ногами угодила. Ей стоило напрячься с самого начала, когда она только приняла опрометчивое решение вернуться к Кроуфорду. Ловушка была такой явной, плавала на поверхности, но ностальгия по прошлому и желание разнообразить свою серую жизнь сделали своё дело. Внезапное предложение Джека, который решил спустя три года выйти на контакт, это лояльное отношение к её «выходкам», а ведь именно из-за них он в прошлом и погнал её из отдела — смешно… Разумеется, он и не думал о вероятности того, что она за это время кардинально изменилась, но, тем не менее, решил вернуть её — конечно, это ничуть не подозрительно.       И всё же… Кей не давал покоя один вопрос — зачем всё это? Какие мотивы руководили Кроуфордом, когда он устраивал ей этот аттракцион? Слишком много внимания для одного нерадивого агента. А, может, Эрли просто недооценила его тёплые чувства по отношению к ней? Джека Кроуфорда грызли муки совести за то, что он в прошлом так лёгко её отпустил, сбросив с себя ответственность? Он действительно считал, что ей нужна помощь, и хотел оказать её? Вряд ли… Кей была готова поверить во что угодно — в то, что мозгом Джека завладел инопланетяный паразит, который и вынудил его так поступить со своей подчинённой, но слова Кроуфорда о том, что он делает это, исходя из благих намерений — сказки; пусть вешает эту лапшу на уши кому-то другому, но не ей. Кей знала жизнь, знала людей… Ничего хорошего от них ждать не стоит.       Она была знакома и с добряками, которые безвозмездно помогали каждому встречному лишь потому, что могли. Благородно… Вот только ничего подобного по отношению к самим себе они никогда не получали; ими пользовались, их предавали, оскорбляли, считали ничтожествами, не способными отстаивать свои границы. Они терпели, а потом ломались… Один за одним — печальная картина, которую Кей наблюдала ни раз. Было ли ей жаль их? Нет. Каждый сам выбирает свою судьбу, и Эрли зареклась — кто-кто, а она никогда не позволит вытерать об себя ноги, никому не позволит пользоваться собой… Никогда не зарекайся.       Апатия накрыла её целиком. Даже уютная квартира перестала казаться безопасным пристанищем. Будущее тревожило её, и она не могла найти себе место, бродя из угла в угол. С ней что-то не так… И, чтобы там не надумал себе Джек, этим ультиматумом он сделал только хуже.       В голове внезапно вспыхнул образ тайника, что находился в ванне за раковиной. А может?.. Немного… Чтобы хоть на время отвлечься от этой тупиковой ситуации… Нет, слишком рискованно. Вдруг её страсть к определённого рода вещества окажется замечена кем-нибудь с поведенческого отдела. У неё не было ни единого компромата на кого-нибудь из них, который мог бы обезопасить её. К тому же, Лектеру может прийти в голову взять у неё, как минимум, анализ крови, если он решит копаться слишком глубоко в мотивах её поведения. Значит, исключено; придётся искать другие способы расслабления на это время.       Ганнибал… При мысли об этом человеке Кей окутывала настоящая животная ярость. Кей зло пихнула ногой стул, не совладав с эмоциями; предмет с грохотом рухнул на кухонную плитку. Замечательно… Теперь ей придётся несколько вечеров в неделю проводить в компании этого интриганта. Без последствий эти сеансы, конечно же, не пройдут. Он будет анализировать её, пытаться подавить, найти болезненные места, чтобы… Чтобы что?!       — Чего же Вы пытаетесь добиться, доктор Лектер?..

***

      Расследование дела «грибника» шло полным ходом, однако без полного участия Эрли. Джек Кроуфорд наверняка решит, что она назло ему действует в пол силы, но, если бы всё было так просто… Кей не могла сосредоточиться на настоящем, даже если бы хотела. Мысли постоянно отбрасывали её то в прошлое, то в предполагаемое будущее, а действительности будто и не существовало.       Криминалисты, не без содействия Уилла Грэма, выяснили, что все жертвы грибника были диабетиками. Разумеется, такая избирательность была не случайна. Преступник погружал жертв в землю, вызывая с помощью медицинских препаратов диабетическую кому у тех, чтобы впоследствии кормить грибы. Его познания в фармакологии навели Грэма на предположения, что преступник являлся врачом или фармацевтом. Так или иначе, им следовало найти его в сжатые сроки, ведь они лишили его грибной плантации, и к созданию новой он мог приступить в любой момент.       Поняв, что все попытки осмыслить происходящее и вникнуть в разговор коллег бесполезны, Эрли поспешила покинуть лабораторию. Однако, не успела она отойти и на пару метров, как её окликнул Грэм, вышедший вслед за напарницей. Кей обернулась, вопросительно взглянув на него.       — Я знаю о произошедшем.       — О чём ты?       Уилл стянул очки с переносицы, недолго размышляляя на тем, стоит ли вообще ему лезть в это дело, однако странное, в чем-то даже смешное и безумное, ощущение душевного родства с Эрли, побудило его начать говорить:       — О поступке Кроуфорда… Я был у доктора Лектера, он же и рассказал мне о том, что отказал тебе в выдаче освидетельствования.       — Ты об этом… — будничным тоном вымолвила женщина, упираясь плечом в стену, — Это неважно. Я в полном порядке, и доктор Лектер скоро сам в этом убедиться.       — Кей… — с нажимом протянул профайлер.       Эрли замолчала, даже немного удивившись его тону, а после слабо улыбнулась, смирившись с тем, что в данный момент Уилл Грэм видел её насквозь.       — Я хотела уйти, Уилл. Подобное обращение для меня неприемлемо, но сейчас это невозможно.       — Смахивает на шантаж, — с лёгким недовольством прокомментировал Грэм, копируя её позу. — Джек не имеет права принуждать тебя работать здесь.       — Нас связывает слишком многое… Права он не имеет, но ресурсы — да.       — Я как-то беседовал с доктором Лектером…       Кей внутренне напряглась; слишком много упоминаний о психотерапевте из уст Грэма сегодня прозвучало.       Однако мужчина продолжил:       — Он сказал… Забавное виденье, — Уилл тихо посмеялся, вспомнив слова Ганнибала. — Сказал, что Джек считает меня хрупкой чашкой, которую бережёт для особо важных гостей… А тебя — дорогим сервизом, который разбили, даже не успев распаковать.       Кей рассмеялась, но в этом смехе не было и доли настоящего веселья и удовольствия.       — Действительно, забавно… — с мрачной иронией пробормотала она.       — Звучит не очень, но мне кажется, что это ярко отражает отношение Джека к тебе. Как бы резок он не был, я не думаю, что он пытается использовать тебя.       — Джек пользуется всеми, — цинично прервала его Кей, — В том числе, и тобой… Я не смогла сказать тебе раньше, — Бог свидетель, как тяжело ей дались эти слова, — но… Мне жаль, что я тогда не выстрелила.       Уилл впервые так открыто посмотрел в её глаза; тяжело, но с пониманием и… Принятием.       — Ты ни в чем не виновата… Чтобы там не произошло, — Грэм тяжело сглотнул, а на его лбу выступили капельки, что, несомненно, свидетельствовало о том, что самого эмпата случившееся не отпускало. — Главное, что Хоббс… Мёртв.       — Подражатель ещё не объявлялся.       — Объявится. Эта игра ему видится слишком… Привлекательной. Он не упустит возможность разыграть ещё партию, пока мы оба здесь.       — Значит, нужно разобраться с грибником раньше, чем это случится. Я не люблю бороться на два фронта, — ободрившись произнесла Кей.       — Беверли уже начала проверять статистику и клиентую базу всех медицинских учреждений в округе.       — Хорошо, будем расчитывать на то, что ей удастся обнаружить совпадение. Это пока всё, что у нас есть.

***

      — Я рад, что Вы приняли моё приглашение, агент Кроуфорд.       Джек разместился за столом, с предвкушением наблюдая за деликатесами, приготовленными одарённым во всём доктором Лектером.       — По правде, мой визит несёт рабочий характер, — предупредил Кроуфорд, когда с сервировкой стола было покончено, и психотерапевт уселся напротив него.       — Вы хотите обсудить состояние Уилл Грэма?       — Нет… Другого сотрудника.       — Кей Эрли… — Ганнибал снисходительно улыбнулся, разливая вино по бокалам.       — Именно. Мне самому неприятно то положение, в которое я её поставил, но я был вынужден. Надеюсь, хотя бы Вы понимаете меня, доктор.       — Что ж, по крайней мере, хочу понять, но мне так же хотелось бы узнать, в чем была необходимость столь кардинальных мер воздействия на агента Эрли.       Джек задумчиво потер подбородок, уперевшись локтем в стол, после чего выдавил из себя скупую ухмылку.       — Кей уникальный сотрудник. Их тандем с Уиллом ещё не раскрыл весь свой потенциал, этого и не произойдёт, если её не вытащить из той бездны, в которую она прыгнула по собственной воле.       — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь ей, но и Вы меня поймите — эффект будет незначительный, если она так и не решит раскрыться. Мне нужно знать что-то, на что бы я мог опереться, — с намёком протянул доктор.       Недолго думая, Кроуфорд решил поддаться его ненавязчивой манипуляции.       — Вы правы, Кей, как и Уилл, старательно выстраивает границы между собой и обществом — в этом они похожи…       — Почему Вы опекаете её?..       — В прошлом Кей произошёл чудовищный инцидент. Думаю, именно он и привёл к тому, что она имеет на сегодняшний день.       Ганнибал слегка наклонился вперёд, но более ничем не выражал свою заинтересованность, которая порой граничила с одержимостью.       Джек продолжал:       — Ещё до её поступления в академию ФБР в семье Кей произошло несчастье. Её родители тогда были в отъезде, и Кей вместе с сестрой находились совершенно одни, когда в дом ворвался деловой партнёр их отца… Они считали его другом семьи… Он напал на них, сестра Кей — Карла была застрелена, а в следствии самозащиты от руки самой Кей погиб и нападавший… Именно тогда она впервые убила человека.       — Действительно, чудовищная история, — с напускным сочувствием прокомментировал Ганнибал.       — После похорон Карлы отношения Кей с родителями не заладились. Она уехала в Балтимор и начала обучаться в академии. По всей видимости, смерть сестры выявила в ней желание помогать ближнему, но… Похоже, это оказалась непосильная ноша для неё. Спустя год, после того как она поступила на службу ко мне, отец Кей скончался от сердечного приступа. Об этом она узнала только от дальних родственников, её мать не желала видеть Кей на похоронах… С тех пор всё и начало меняться.       — Здесь, действительно, есть над чем работать. Удивлён, что Вы раньше не принудили её пройти терапию…       — … Это моё упущение.       — Сейчас мне очевидно одно — агент Эрли уверена в том, что она профессионал в своём деле, в этом пытается убедить и остальных, но правда в том, что она обманывает саму себя. Ей удобна эта ложь, в ней комфортно… Как бы прискорбно и грубо это не звучало, но Кейтлин застряла в том юном возрасте, когда была убита её сестра, отсюда и неспособность здраво оценивать происходящее и контролировать собственные реакции.       Джек тяжело вздохнул, нечто подное он и опасался услышать.       — Это возможно исправить?       — Да, — спустя непродолжительную паузу ответил Ганнибал, — Я помогу избавиться агенту Эрли от того, что мешает ей полноценно раскрыться. Помогу увидеть те возможности, что её окружают.