Полюби меня и в следующей жизни

Кейске все продолжал отходить от смерти Казуторы. Прошло уже около двух месяцев, но он каждый день все больше потухал и худел. Из-за химиотерапии пришлось сбрить свои волосы. Чифую даже не удивился почему Баджи так просто согласился на это. С каждой неделей результаты анализов становились все хуже, а опухоль прогрессировала. Врач сказал, что Кейске осталось около 3 месяцев. Печально. Но кареглазый не плакал и, ему было трудно смотреть на страдания Чифую. Каждый день его глаза были красными, он перестал высыпаться, как бы не хотел это скрыть. Ему было жаль. — Чифую — негромко проговорил Кейске и положил свою руку на голову парня, которая находилась на его коленях. Блондин промолчал и Баджи продолжил — Когда я умру — брюнет почувствовал как Матсуно задрожал — пожалуйста брось курить. И корми кота как следует — Все таки узнал, что я его завел — грустно молвил Блондин — я не часто курю, не переживай — От тебя табаком за километр несет — больно усмехнулся Кейске перед тем, как судорога свела его руку — Я позову врача — спокойно произносил Чифую. Такое происходило постоянно, он привык, как бы печально это ни было. Вставая с койки он направился на поиски врача. Пока Матсуно шел он прокручивал весь их разговор в палате, он даже не думал что брюнет узнает о его привычке, но спокойность в его голосе, лице, даже в обычных движениях пугали. Пугала его бесчувственность ко всему и ко всем. Чифую медленно терял Баджи и слишком быстро, чтобы осознанно подготовиться к потере лучшего человека в своем маленьком мире. Найдя врача Чифую нервно позвал его за собой, а после направился в палату, мужчина просто поставил капельницу, даже не спросил о самочувствии Кейске. Врач был слишком спокоен, будто ставит капельницу уже мертвому телу. Раздражение сошло на нет, когда его позвали. — Матсуно Чифую, не могли бы Вы выйти на минуту и поговорить со мной? — дождавшись короткого кивка, мужчина скрылся за дверью и прежде чем начать разговор, когда блондин вышел закрыл дверь и начал — Вы же понимаете, что ему придется быть тут все 3 месяца? И если будут какие-то осложнения, то мы хотя-бы сможем оказать должную помощь. Если Вы согласны, то можете подписать бумаги и привезти ему вещи — его голос был таким раздражительно спокойгым, будто он робот. Голос был монотонным, а лицо не показывало никаких эмоций, бесчувственность парила в воздухе вместе с запахом антисептиков и других лекарств. — Я все понимаю и подпишу их — стараясю без единой эмоции ответить, Матсуно закусил губу, чтобы его голос не дрогнул от нахлынувшего отчаяния и опустил голову, направляясь за мужчиной. Дойдя до кабинета они оба зашли, а все дальше было как в тумане. Чифую подписывал бумаги, сдерживал слезы, выходя из помещения и слышал как дождь бьет по окнам, ухудшая настроение еще больше. Надежд на спасение не было, оставалось только существовать и сделать последние воспоминания Кейске самыми счасливыми в его жизни.