Сорванный поцелуй.

Часть шестая.

Сердце не соврёт.

«Когда вы достигнете конца вашей жизни, единственное, что будет иметь какое-то значение, — это та любовь, которую вы отдали и получили. В своем путешествии в следующий мир, единственное, что вы можете взять с собой, — это любовь. Единственная ценная вещь, которую вы оставите в этом мире, — это любовь. Больше ничего. Я знал людей, которые легко переносили много трудностей в своей жизни и были счастливы, но еще не встречал человека, который мог бы перенести жизнь без любви. Вот почему любовь — это величайший дар в жизни. Она придает жизни смысл. Именно благодаря ей стоит жить».

Эмир вынужденно оставил Аду, понимая, что стал третьим лишним. По дороге домой он размышлял о прожитых отношениях с журналисткой. Ему было мучительно сложно слушать о чувствах, близости любимой женщины с другим. Нелёгкая задача — делать вид, что ты равнодушен к новым отношениям человека, которого до сих пор любишь. — Как же легко ты меня забыла, Ада, что ты нашла в нем, чем он оказался лучше меня? Чем привлёк тебя? Где был этот человек, когда тебе было плохо? Кто поддерживал тебя в трудные моменты? Почему ты так просто меня забыла? Парень, какой же ты идиот! Какой же ты идиот! — проговаривая накопившееся, ударяя о руль автомобиля, резко затормозил. — Может не всё потеряно, давай, прийди в себя! Чего ты расклеился, она вернётся к тебе, он временный, но ты будешь ждать! Он временный!!! Очнись! Я не я, если не верну эту девушку! — давая себе надежду, повторял он. *** Бора проснулся рано утром, когда лучи солнца только начинали прорываться через тонкие белые шторы. Пока журналистка, лёжа на животе своей части кровати, крепко спала, Догурсоз не упускал возможности полюбоваться ей в такой спокойной обстановке, голодным взглядом пожирая её обнажённое тело. Моменты жаркого секса в душе заполнили его сознание. Оголенная спина, растрепанные пряди раскинутые на подушке и немного на спине, простынь, прикрывающая лишь рельефные ягодицы девушки. Картина доставляла Догурсозу непередаваемые ощущения. Убрав аккуратно на бок прядь волос, парень освободил пространство на спине для утреннего блаженства. — Что может быть слаще завтрака в виде любимой женщины, запаха, который пробуждал лучшего крепкого кофе и в то же время опьянял, лучше любимого виски, - думал про себя он. Догурсоз не мог долго наслаждаться ей глазами, ему хотелось как можно скорее почувствовать на вкус любимую и он легонько припал губами на шею девушки, оставляя нежные поцелуи. — Как же вкусно, ммм… - думал про себя он, вдыхая аромат тела, волос журналистки. Девушка, почувствовав ласки парня, начала пробуждаться, но не стала сразу открывать глаза, сделав вид, что спит. Догурсоз опустился с шеи на спину, прилипая лёгкими поцелуя к каждому миллиметру тела, к каждой родинке девушки. Ада не смогла сдержать улыбку нахлынувшим чувствам. — Ты такая красивая, — прошептал он ей на ушко, заметив, что она проснулась. Она повернулась к нему, не переставая улыбаться. Догурсоз потянувшись к ней затяжно поцеловал её. — Ммм, доброе утро, пока я сплю, ты зря время не теряешь. — Я навёрстываю упущенное, — нависает над ней, уперевшись на свои локти. — Тогда тебе придётся каждое утро меня так будить! — Мне подходит, - сказав, опустился к её шее, целуя и слегка покусывая кожу девушки. — Ай, Бора, - сладостно стонет от его прикосновений. Догурсоз вновь возвращается к губам, страстно целуя. — Если бы у меня спросили, что бы я хотела сделать перед смертью, я однозначно сказала - поцеловать тебя. Я растворяюсь в твоих поцелуях, кажется, будто теряю землю из под его. Мне так хорошо, что я готова умереть на твоих губах, Бора. Понимание фразы «бабочки в животе» приходит рядом с тобой, при твоих прикосновениях. Они смотрели друг другу в глаза. Желание быть вместе. Наслаждаться друг другом. Целоваться. Было взаимным. — Я всю жизнь буду прикасаться к твоим губам, только не оставляй меня. — Если даже Ада оставит, сердце не оставит никогда Бору. Я придала огромное значение тебе. Любовь можно стереть из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история. Догурсоз вновь возвращается к устам любимой, смачно целуя. — Я не могу остановиться, леди, - после он опускается ниже, языком лаская грудь журналистки. — Я не хочу, чтобы ты останавливался, - томно выдавила, закрыв глаза, поддавшись эмоциям. — Ммм, - промычала она, почувствовав как Бора засасывал её грудь активнее. Выстроив дорожку от груди до живота, Бора припал к её пупку, защекотав девушку. — Как же я хочу тебя, - вымолвил он, вернувшись к её губам. — Я хочу больше. Посмотрев на расслабленное лицо любимой, Бора решил спуститься ниже. Ада, понимая его намерения по взгляду, позволила и сильно закусив губу, попыталась расслабиться. — Всё будет хорошо, расслабься, — повторяла она себе. Догурсоз пристроился между ног журналистки и опустившись к её лону сначала поцеловал внутреннюю часть бёдер, от чего она выгнулась дугой и вновь сильно закусила губу. Ада открыла глаза, чтобы посмотреть на это зрелище. Бора, смотря на реакцию девушки, медленно коснулся языком её клитора, но ей померещился Эмир, заставив закричать и отстраниться от парня. — Нет! Нееет! Проклятье!!! - заслонив руками лицо, выкрикивала она. — Леди, тише-тише, - аккуратно попытался подойти к ней, чтобы успокоить. — Не подходи, Эмир, не подходиии, я не хочу, не подходи! Догурсоз сильно удивился услышав имя Эмира. Он задумался о том, что мужчина мог домогаться к любимой и прикипел. — Какого черта? - гневно про себя спросил он. — Контролируй свои эмоции, Бора! Девушке плохо. — Леди, леди, открой глаза, посмотри на меня, это я, Бора - повторял он, пытаясь дотронутся до Ады. — Я не хочу, пожалуйста, я устала, уходи!!! - отстраняясь, повторяла она. — Леди, это я, Бора, открой глаза. Убрав ладони с глаз, девушка медленно открылась, понимая, что перед ней Догурсоз. — Бора, - бросившись в его объятия, крепко прижалась к нему. — Всё хорошо, я рядом, - целуя в макушку, успокаивал её. — Я принесу воды. — Нет, не уходи, мне нужен только ты. Мне нужен только ты, мне нужен только ты, пожалуйста. Посмотрев девушке в глаза, Догурсоз решился спросить. — Он сделал… он сделал что-то тебе? — Нет, правда, нет. — Тогда почему ты выкрикивала его имя? «Я очень жалею, что не смогла тебе рассказать об этом, а сейчас мне страшно… страшно от осознания того, что мои эмоции будут недосказаны. Эмир тот самый человек, который научил меня любить секс. Он никогда не делал что-то против моей воли. Знаю, ты подумаешь, зачем эта ненормальная рассказывает такие подробности, но я хочу быть полностью откровенна с тобой. Хотя бы сейчас. Какими бы жаркими не были наши ночи с ним, ни один не сравнится с временем, проведённым с тобой. Я никогда не хотела проснувшись утром, после секса с ним, увидеть лицо Эмира. Дрянь? Может быть. Я пользовалась им? Не совсем, но он был спасательным кругом в моей жизни, пытаясь вылечить меня от травм, которые преподнесла судьба. Эмир был слишком заботлив и я ошибочно восприняла свою благодарность к нему за любовь. Он единственный, кто неоднократно пробовал ласкать меня, но всё безуспешно, у нас не получалось. И вот, однажды, я его бросила, но не по этой причине. Я считала Демирхана очень чистым, недостойным такого плохого человека, как я. И лишь отгородила парня от бед, которые преследовали меня на моём жизненном пути». — Бора, прошу, не дави на меня, мне тяжело, - стянув простынь на себя, ринулась в ванную. — Проклятье! - ударив по тумбе, выкрикнул он. Накинув на себя одежду, Догурсоз вышел на веранду и сев за пианино, начал нервно играть произведение Евгения Гринко - Jane Maryam. Мысленно он переместился в детские годы. Мама, запах алкоголя и он. Отца не было рядом. Никого не было рядом. Лишь пустота. Тогда он не понимал поведения матери. Возможно, и сейчас он целиком не осознавал происходящее. Жизнь не была для него подарком. В конечном итоге мать его бросила. Как? Как женщина, потерявшая сына, своими руками могла отдать другого сына в детский дом. Психика была расшатана. Возможно, она не могла простить себе то, что не смогла уберечь старшего сына, а может просто сошла с ума. Рано или поздно, у неё бы отобрали ребёнка органы опеки. Единственное светлое, что было в его жизни - это Ада. Но и её он бросил. Отца лучше бы не встречал. А Халит лучше бы не врал, скрывая от него тайны. Все воспоминания обрушились на Догурсоза в один миг, нервно играя на пианино. Хоть Бора и чувствовал себя сейчас счастливым, но прошлое не отпускало, напоминая о себе при каждом удобном случае. Ада, зайдя в ванную комнату, слушая мелодию, рассматривала себя в зеркале, задаваясь вопросами, что из того, что она делает правильно, а что нет. Волнение не осталось незамеченным, её немного вырвало. Сполоснув лицо холодной водой, она села на кафель, тихонько роняя слёзы. — Не слушай никого, девочка! Никого! Есть только ты и твоё сердце! Оно не соврёт! — утешая себя, она нарисовала на лице улыбку и вошла в стеклянную кабинку принять душ. После водных процедур, придя в себя, Ада вернулась в спальню и накинула на себя льняную белую рубашку Боры, застегнув лишь одну пуговицу и надела чёрные кружевные трусики. Встряхнув свои кудрявые волосы, журналистка вышла на веранду, где парень до сих пор продолжал играть одно и то же произведение. Она подошла к нему со спины и наклонившись, нежно поцеловала в щеку. — Рядом с вами есть место для меня? — Рядом? Леди, ты в моей голове, - резко схватив девушку, посадил на пианино, перед собой, предварительно закрыв крышку инструмента. — Ты умеешь играть? - спросила, удобно расположившись перед ним. — Нет, это единственное произведение, которое я знаю. — Впечатляет. Ты включал его, когда мы были в той квартире. — Да, верно помнишь, а ты все время пыталась переключить его на какой-то бред. — Я разозлила тебя… — Я поторопился, ты не виновата. — Бора, ты ведь знаешь, что я хочу тебя? — Да, я не стану… — Тшшш - приложила палец ему на губы. — Бора, я рядом с тобой чувствую себя в безопасности, - наклонившись к его лицу, припала к его губам, вцепившись ногами к туловищу. — Мне очень хорошо с тобой, - журналистка поднесла руку парня к себе между ног. — Готова ли она или снова отстранится? - подумал он. Дабы проверить это, Бора слегка надавил на бусинку клитора. — Леди, ты уверена? - она кивая головой, закусила губу. — Если будет неприятно, скажи, я остановлюсь, - она вновь покачала головой. Догурсоз, сняв трусики с девушки, немного раздвинул её ножки, чтобы поудобнее пристроиться между ними. Сначала он слегка помассировал половые губы, а после опустился и медленно прикоснулся языком клитора. — Черт… — дрожащим голосом вымолвила она, пытаясь не потерять равновесие. Бора аккуратно облизал клитор, внимательно следя за её реакцией. Девушка отрывисто вздохнула и вцепилась руками в крышку пианино. Парень положил руку на грудь девушки и она крепко схватив его, попыталась расслабиться. Догурсоз на мгновенье поднял взгляд, посмотреть в порядке ли она. — Держи мою руку, не бойся, - кивнув, откинулась на спину. Он языком медленно ласкал её, давая возможность привыкнуть к ощущениям. Девушка, поддавшись порыву чувств, стонала, произнося имя любимого. — Кажется, уже лучше, - подумал про себя Бора и начал интенсивнее двигать языком, проникая немного глубже. Тело совсем перестало слушаться девушку, и она то и дело выгибалась в спине и ерзала. Его рука сильно держала её ладонь, давая силы, не потерять сознание, не отстраниться вновь, довериться ему. Парень продолжал двигать языком, но быстрее и настойчивее, журналистка больше не могла сдерживать стоны от удовольствия. Бора уже не останавливался ни на секунду, и через мгновение девушка сильно сжала голову парня своими бедрами, тело предательски задрожало, а из уст вырвался сладкий крик оргазма. Догурсоз, удовлетворенно выдохнул. — Дааа, получилось, - удовлетворенно вымолвил он. — Дааааа, это было прекрасно, даааа - с прерывистым дыханием, вымолвила она. — Бора, ты возбудился? Хочешь, продолжим? — Приходи в себя, я сделаю нам кофе. Догурсоз ласкал Аду с волнением, которого не показывал и на продолжение точно не был настроен. Его целью было доставить удовольствие любимой женщине, не причинив вреда. — Нет, нет! Кофе сделаю я! — спустилась с пианино девушка. Бора притянув к себе, крепко поцеловал её. — Не забудь дольку лимона. — Могу и виски добавить, если пожелаешь, дорогой. — Неееет, всё по порядку, - сказал он, жадно сжав ягодицу девушки. — Ай, уже бегу. *** Тем временем в штабе Серкай выяснил новые подробности нападения на иностранного посла, в результате которого была убита жена Барыша. — Глава, что вы скажете на то, что Ада является организатором нападения на посла? — Что? Серкай, ты уверен? — Да. — Проклятье! Пусть Барыш не знает, это может помешать нашим планам, он убьёт девушку раньше времени. — Что? Эта девушка является убийцей моей жены??? - разъярённо спросил Барыш, который случайно услышал разговор. — Барыш, пожалуйста, успокойся. Твоя мать, подумай о ней. Ты просил встречу, я устрою, скоро увидишься с ней. Насчёт Ады не думай, она до конца жизни будет гнить в тюрьме, не делай ничего без нашего ведома. — Я лично поймаю её!!! Лично! - покинул кабинет, но Ильхан подловил его. — Послушай, не горячись, мы справимся со всем. — Ты терял жену подобным образом? У тебя вообще есть жена? Нет! Пожалуйста, не пытайся меня успокоить. Барыш ушёл в свои покои, Серкай подошёл к Ильхан. — Ильхан, мне показалось или ты защищаешь ту, что оскорбила твой член? — Серкай, ты последний человек с кем я буду обсуждать это! — Чего вы нервные такие?? Мы наконец-то поймаем эту мерзавку. — Серкай, Бора любит эту мерзавку, не забывай об этом. — Плевать я хотел! Она враг наш, враг! Я буду думать о чувствах Боры? — Нет, идиот! Бора был прав насчёт Ады, у неё есть слабые места и она имеет совесть, мы не знаем через что прошла эта девушка. Я не оправдываю её, нет! Просто констатирую факты. Я её допрашивал больше тебя. — Она сука, которую нужно грохнуть! — Как бы ты не пожалел за свои слова, Серкай. За этой девушкой есть что-то иное. Вот увидишь. *** Ада устроила пикник, расстелив коврик на берегу. — Нууу, как тебе кофе с лимоном? — Правду сказать? — Конечно! — Не очень, - заставлял себя пить большими глотками, а девушка громко хохотала над ним. — Отвратительно! — Ты заставляешь себя пить ради меня то, что тебе совсем не нравится, разве не это любовь, Бора? Кстати, ты единственный, кто знает о моей любви к этому напитку. Я не позволяла себе при ком-либо его пить. Это нечто очень личное для меня. — Я очень ценю этот жест. Я буду пить его только с тобой, возможно, когда-то полюблю его. — Это точно любовь. — «Единственная ценная вещь, которую вы оставите в этом мире, — это любовь». — Красиво сказано. — Благодаря отсутствию сердца, я успешно выполнял государственные задания. Леди, знаешь, я не жил. Я думал, что живу, но нет. Чувства к тебе разбудили меня из этого кошмарного сна. Я ощущаю себя самым счастливым человеком рядом с тобой. Благодаря тебя познал значение этого термина, понимаешь? — И что же такое счастье? — Счастье - это дойти до той тонкой грани безумия, когда черта между сознанием и реальным миром уже стёрта, когда просыпаешься и засыпаешь с мыслями о ней, когда хочется улыбаться и жить, лишь вспомнив улыбку самого родного, самого любимого человека, когда не нужен никто и ничто без нее, когда за каждый вздох, каждый её взгляд, каждое мгновение рядом ты готов отдать всё… и перешагнуть через эту грань, навсегда превратившись из он и она в мы, став единым целым… Это и есть счастье. — Мой ботаник вернулся. Но это очень красиво! Очень трогательно. — «Вечное сияние чистого разума». — Книга? — Нет, это фильм. — Ясно. Очень красиво сказано, правда. Бора, я хотела бы рассказать тебе всё, что знаю, но мне сложно, очень боюсь потерять тебя. — Леди, я знаю, что твоё прошлое совсем не чистое, но не думай, что у нас нет шанса. Всегда есть возможность начать с начала. — Вот бы я могла стереть себе память и заново в тебя влюбиться. Построить с тобой отношения с чистого листа. Без грязного прошлого. Не знать того, что произошло со мной до встречи с тобой. Я очень жалею, Бора. — Будем думать о настоящем и нашем будущем. — Бора, тебя ведь тоже что-то гложет, не хочешь рассказать? — Это очень сложная тема для меня, я немного повздорил с главой. — Ты полностью доверяешь ему? — Почему ты спрашиваешь? Ты что-то хочешь сказать? — Хочу сказать, что твой босс совсем не такой безобидный, как вы все думаете. — Скажи, что знаешь. — Погоди, кажется, Эсра пытается передать мне сообщение, - сказала она, заметив на ноутбуке активность. *** Ада до самого вечера просидела на берегу, отчаянно пытаясь вести диалог с своим информатором. Бора, взяв бутылку виски, присоединился к ней. — Нет ответа? — Нет… — Она появится, отложи ноутбук, твои прекрасные глаза должны передохнуть. — Виски? - спросила она, увидев бутылку в его руках. — Налей мне тоже. — Сколько кубиков льда тебе добавить? — Не нужно, - резко схватив бокал из рук парня, выпила всё до дна. Догурсоз, увидев как немного напитка вытекло по шее, облизнул вискарь до самых губ. — Хочешь меня? — Да! На завтрак, на обед, на ужин! В любом виде! И в тот день в квартире ты также вылила виски, я еле сдержался, чтобы не напасть на тебя. — Одного лишь желания мало, как насчёт возможностей? — Ты сомневаешься в моих способностях? — Нет, мне просто нравится, когда ты начинаешь нахваливать свои достоинства. Это дико возбуждает. Сняв с себя рубашку Боры, оставляюсь в одних лишь трусиках, она рванула в море. — Куда ты идёшь, вода наверно уже холодная. Сумасшедшая, ещё и сняла рубашку! - ринулся вслед за ней. — Я решила остудиться, рядом с тобой слишком жарко! — Ты не выдержала? - подбежав, прижал тело девушки к себе, чувствуя как соски трутся о его мышцы. — Леди, я как сумасшедший хочу тебя! - журналистка, запрыгнув на него, крепко сжав бёдрами, закинула ладони ему на спину, плотно прижимаясь к твёрдому торсу. Бора сильно сжимал её ягодицы в своих руках, заставляя девушку мычать от удовольствия. Они вновь и вновь целовались. — Я хочу повторить, - прошептала ему в губы и он всё поняв, понёс её в спальню. — Как прикажите. Донеся до спальни, он скинул девушку на кровать. — Давай, раздвинь ноги! - приказал ей. — Я очень гибкая! — скинув с себя мокрые трусики, пластично раздвинула ноги, но Догурсоз сперва припал на губы девушки, целуя страстно, быстро, ненасытно. — Бора, разве возможно кого-то так сильно любить? - сделав паузу, спрашивает, смотря в его горящие от страсти, глаза. — Леди… Она упала на спину, пока Догурсоз вновь целовал каждый миллиметр её тела. Держась за голову, она рефлекторно опустила его к себе между ног. — Вам понравилось, моя госпожа? — Да, повтори. Он припав к её лону, лаская — Чёрт, ты бы видел, как эротично выглядит твоя голова между моих ног, — улыбнувшись уголком губ, сказала она, напомнив ему его же слова во время их первой близости. — Чертовка! Её слова ещё больше усиливали желание показать журналистке всё, на что он способен. Догурсоз начинает активнее играть языком, тщательно вылизывая каждый миллиметр и наблюдая за реакцией её тела. Ада, чувствуя приближения разрядки, зажимая его голову бёдрами, руками хватается за темные волосы парня. — Бора, — с именем на её губах, достигает оргазма. — Вы очень быстро кончаете, леди — с ухмылкой сказал он. — В руках мастера именно так и бывает. *** Пока Ада готовила ужин, Догурсоз успел вздремнуть на берегу, но ребёнок, который игрался с песком у изголовья, разбудил его. — Мальчик, ты что делаешь? Откуда взялся? — спросил он, встряхивая с лица песок. — Ты че? Не видишь? Я играю! — Как ты здесь оказался? Где твои родители? — оглядываясь по сторонам, спросил он. — У меня нет родителей. — Как это? Родители есть у всех. — У тебя ведь тоже нет родителей. — Мальчик, вставай, поищем их. — Не нужно, мне пора уходить. — Погоди, куда ты? Как тебя зовут? — Дениз. — Бора, Бораааа, - Ада пыталась разбудить парня от крепкого сна. — Что? - резко встав, начал оглядываться по сторонам. — Ты в порядке? Я уже долгое время стоя у твоего изголовья, пытаясь тебя разбудить. — Здесь должен был быть мальчик, где он? — Тебе приснился сон, наверно. Здесь только мы с тобой. — Нет, он точно был тут. — Бора, что за сон ты видел? — Мне редко снятся сны. — Хорошо, попей воды. Вернёмся в дом, уже стемнело. — Не хочу, иди ко мне, ложись рядом, полюбуемся ночным небом. — Ну хорошо. — Я очень сильно мечтал об этом моменте. — Ммм, а о чем ты ещё мечтал, признайся. — Леди, ты ведь не думаешь, что я… в моей голове всегда была маленькая девочка, я бы не стал… — Совсем? — Нет. — Ну-ну, поэтому ты сразу сплавился при первой нашей встрече. — Леди, тебе ведь не было больно? — Оооо, вы каким-то сентиментальным стали. — Разве? — Да, ты ведь знаешь, я разделяю твои интересы и твоя грубость в сексе меня будоражит. — Леди, нам нужно найти Метина. — Бора, Метин ведь не такой ужасный человек, он помогает многим сиротам, давая работу. — Леди, ты называешь это работой? Таких людей нужно ликвидировать из общества. — Убирать нужно таких, как Алим Сахид, его методы вербовки своих агентов отличаются от многих. Он очень жестокий человек. Их организация ворует детей, устраивая голодные игры, отбирая самых сильных, а после… — Что после? — После они забирают их честь, сделав своими рабами. Без эмоций и каких-либо чувств. Роботы, которые выполняют любые указания начальства. — Леди, он ведь не твой босс? — Нет, но я знакома с их организацией, они очень жестокие. — А ты? Какой ты была до встречи со мной? — Я не принадлежу ни одному месту. И дома у меня тоже нет. Я сама по себе. — Леди, я твой дом. — Ты даже имени моего не можешь произнести. — Оно ведь не настоящее, но я настоящий, - поцеловал девушку. — Бора, ты чувствуешь то же, что и я? Это сумасшествие, но я хочу дышать тобой. Мне никогда не было так хорошо, Бора. — Я всю жизнь буду делать всё возможное, чтобы видеть твою улыбку, читать тебе о любви, только не оставляй меня. — Если даже Ада оставит, сердце не оставит никогда Бору. — Я жил моментами из нашего детства, леди. Я очень счастлив сейчас. — А что такое счастье, Бора? — Не знаю, может счастье — это дойти до той тонкой грани безумия, когда черта между сознанием и реальным миром уже стёрта, когда просыпаешься и засыпаешь с мыслями о ней, когда хочется улыбаться и жить, лишь вспомнив улыбку самого родного, самого любимого человека, когда не нужен никто и ничто без нее, когда за каждый вздох, каждый её взгляд, каждое мгновение рядом ты готов отдать всё… и перешагнуть через эту грань, навсегда превратившись из он и она в мы, став единым целым… Это и есть счастье. — Воооот, смотри! Звезда падает, давай, скорее загадываем желание, — девушка смотрела в небо, вслух произнеся желание, а парень не отрывал взгляда от журналистки. — Я хочу, чтобы Бора лишил меня девственности! — Что прости? Что это сейчас и было? — Догурсоз сильно удивился желанию девушки. — Как ты себе это представляешь? Сумасшедшая! — А ты думаешь, что звезды послушают меня и исполнят все мои желания? Они скорее галактику покинут, чем сделают то, что я хочу. — Ты нереальная, ты нереальная! — Но это правда, я бы хотела испытать с тобой первый секс, эти эмоции, понимаешь? — Понимаю, точнее, ты можешь это желать, но я не смогу это воплотить в реальность. — Успокойся, дорогой, мужчина сделал что нужно и без тебя, — лицо Боры в миг скосилось. — Обязательно нужно было это сказать? — Факт, что до тебя были мужчины не оставляет твои мысли в покое? — Проехали. — Ну ок, давай ты. Неужели у тебя нет мечты? — Прозвучит ужасно, но наверно нет. — Ты не торопись, подумай, может всё же есть что-то? — Ну, я бы хотел мирного неба. — Его хотим мы все. Что ещё? Что для себя бы ты хотел? — Я бы хотел быть с тобой прожить всю оставшуюся жизнь, но я не считаю, что у нас есть преграды, мы будем вместе! Это скорее цели, а не мечты. — Ооооо, как мы заговорили. Я надеюсь, что мы преодолеем эти преграды. — А ещё… — Что ещё… — Я бы хотел найти своего брата. — Брат? — Да, я недавно узнал, что у меня есть брат. — Как странно… — Почему? Ты так говоришь, будто знаешь всё обо мне. — Да, я ведь знаю каждого из вашего штаба, но брат… не понимаю. Ладно, забей. — Уверена, что ничего не хочешь сказать мне? — Да, я сама удивлена. — Леди, ты такая настоящая. — Мы можем ведь здесь уснуть? — Только накроемся, ветерок есть. — Ты такой же мерзляк. Хорошо, накроемся. — Леди, на кого ты работаешь? — На себя. — Это ведь не может быть правдой. — Есть организация, к которому я привязана больше всего, но Ада сама по себе. — Это всё? — Я расскажу, прошу, дай ещё немного побыть с тобой. — Леди, всё в прошлом, ты можешь быть открыта со мной. — Я хочу, чтобы мы занялись любовью. — Здесь? — Да! А что? — Ничего. — Почему ты смеёшься? У тебя не было секса на пляже? — Будто у тебя был. — Нет, на пляже не был. Давай, удиви меня. Расскажи о своих приключениях. — Ты серьезно? — Да! Я вся во внимании. Мне интересно всё! Например, групповой секс, был? — Был. — Боже, Бора, ты серьезно? — Да, у меня был секс с двумя девушками. — Уверена, тебе понравилось. — Надеюсь, у тебя не было. — Нет, я такое не приветствую. — Ещё как-то был смешной случай. Мы занимались сексом у девушки дома, и вот я собираюсь уже закончить, она останавливает меня со словами, это машина мужа, выметайся. А я в шоке. Даже не подозревал, что она замужем. — Черт. — Ну давай, рассказывай про голубоглазого. Давай, уверен, это было неоднократно. Я хоть его не полюбил, но ты явно для него что-то значишь. — Я не готова рассказать о нем. — Ясно, ты ни к чему не готова, кажется. — Эмир очень милый мужчина. Он любит детей. — И что? Если любит детей, значит милый? — Ты разве даёшь мне рассказать до конца??? Услышал про детей и сразу поплохело? — Да! Я не хочу детей, я говорил тебе! — Что это значит? У нас несерьёзные отношения? — Ты всё не так понимаешь! Я хочу тебя! Хочу всю жизнь идти с тобой рука об руку, но детей… Нет! Никогда! — Это ведь было до встречи со мной? Что случилось?? Или ничего не изменилось? — Я сказал своё, делай выводы! — Да какие выводы??? Я что рожать собралась? От такого черствого человека мне не нужен никакой ребёнок! Девушка, встав ушла и парень побежал за ней. — Куда ты уходишь? Мы ведь разговариваем. — Бора, я тоже не думаю о детях! Но меня пугают твои суждения! «Я не сразу поняла, почему ты так не хотел детей. Ты говорил о заботе, ласке, которой тебе не хватало, но на самом деле ты боялся. Боялся быть плохим отцом. Боялся сделать что-то неправильное, но ты был бы прекрасным отцом, я уверена». — Леди, я настроен серьезно. Я встал на этот путь с тобой. Я не оставлю тебя. Но… тему с ребёнком закроем раз и навсегда. Я твёрдо решил. — Ты трус, Бора! — Это моё право. Бора направился к двери. — Куда ты? — Не важно. — Бора, я люблю тебя. Не уходи… Я больше не выдержу! Не оставляй меня, прошу. — Я скоро буду. — Проклятье! Спустя несколько часов, Догурсоз вернулся, но не стал заходить в дом. Он присел на берегу, рассматривая кольцо, которое желал вручить журналистке, сделав предложение руки и сердца. — Примет ли она это кольцо после того, что ты ей сказал, Бора? - спрашивал у себя парень. — Ты был честен парень, и если она согласится - ты сделаешь всё возможное, чтобы осчастливить девушку, а если нет - отпустишь. Журналистка вышла к нему. Парень, почувствовав её приближение спрятал кольцо. — Ты вернулся. — Да, у меня были дела. — Конечно. Знаешь, я погорячилась, сказав, что ты виноват в том, что со мной произошло. В том, что я влезла в плохие дела. Что, если бы ты не ушёл, я бы была на верном пути. Не вини себя, это мой выбор. С тобой или без тебя, я бы сделала тоже самое. — Что ты несёшь? А как же твои слова сожаления?? Что хочешь начать с начала?? Кому ты врешь??? Мне? Себе хотя бы не ври. — Спокойной ночи, Бора. — Спокойной ночи. Ада вернулась в спальню, а Бора позвонил в штаб. — Ты был прав, Серкай, она что-то замышляет… — Она встретится с Эсрой. — Хорошо, я сделаю вид, что ничего не понимаю и отпущу. Догурсоз последовал в спальню. — Может поговорим? — Я хочу лечь. — Леди, ты всегда можешь мне рассказать. Я выслушаю. В крайнем случае, если не сможешь что-то сказать - напиши. Я тебе уже говорил. — Хорошо, Бора. — Я буду на берегу, если что. — Нет. Не уходи. Ложись рядом. — Ты уверена? — Как никогда. — Ладно. Догурсоз разделся до боксеров, а Ада трусиков. И оба легли рядом, укрывшись одеялом. — Луна необычно красива. Понимаю, почему ты выбрал панорамные окна. Бора приблизился к её губам. Журналистка почувствовала его дыхание на своём лице. — Что ты делаешь со мной, леди? Я сойду с ума, понимаешь? — Ты просто люби меня, этого будет достаточно. — Недостаточно. — Пожалуйста, не прикасайся. — Почему? Ты не хочешь, чтобы я тебя поцеловал? — Не хочу. — Тогда почему я чувствую дрожь в твоём теле? Он опустил руку на грудь девушки, массируя по кругу. — Леди, скажи, что не хочешь ещё раз и я отстранюсь. Догурсоз опустил руку между ног девушки. — Давай же, скажи. — Я не хочу. — Ладно, спокойной ночи тогда. — Спокойной… Бора отвернулся от девушки, а она прижавшись к его спине, легонько поцеловала в шею Догурсоза, слушая аромат парня. — Бора… — Что? — Луна необычно прекрасна сегодня, не так ли? — Луна обычная. — Хорошо, Бора, я поняла тебя. Спокойной ночи. — Спокойной ночи. «Я понимала, что ты знаешь о моей предстоящей встрече с Эсрой, но так у меня хотя бы шанс был узнать имя своей матери. Мне пришлось сбежать. В эту ночь мы были так близки, но в то же время так далеки друг от друга. Я надеялась и верила, что ты меня поймёшь». Утром, проснувшись, увидев перед глазами лицо спящего Боры, журналистка припала к губам Боры, сорвав поцелуй. «Сорванный поцелуй? Что значит сорванный поцелуй? Это прерванный или полученный против воли другого человека? Я бы хотела написать статью на эту тему, знаешь? Я бы хотела поведать всем своим читателям о эмоциях, чувствах, которые мы испытываем от поцелуев. Я бы хотела рассказать о тебе, скрыв твоё имя, о твоём отношении к поцелуям. Ты ведь прав, поцелуи - это нечто интимное, личное, поцелуи - выражение любви. Я бы хотела, чтобы прочитав мою статью, люди не обменивались поцелуями с кем попало. Я бы хотела поведать миру о любви! Я бы хотела кричать громко, как я счастлива рядом с тобой! Любовь существует. Она есть, она рядом, она в нас! Ты мой мотиватор быть лучше! Рядом с тобой я забываю ту грязь, что была до встречи с тобой». Ада покидает виллу, а Догурсоз отпускает, делая вид, что спит. Встретившись с журналисткой, Эсра обманывается флешкой взамен на информацию о местонахождении матери. Разведка ловит Эсру, но упускает Аду. Узнав адрес, она направляется к матери. Примерив на себя медицинский халат, Ада заходит в палату, где при смерти лежит её мать. — Вот мы и встретились, мамочка. Знаешь, я всю жизнь строила много предложений, сотню раз представляла момент, как и что буду говорить тебе при встрече, но ты даже не в состоянии нормально мне ответить. Я не хотела тебя прощать, но глядя на тебя, я готова простить и отпустить тебя… мама… почему ты оставила меня… Журналистка в слезах изливала душу перед матерью. Руки дрожали и рефлекторно тянулись к ней, но она сдерживала себя. Заметив, что в палату кто-то пытается зайти, Ада спряталась за шторы. — Мама, - вымолвил Барыш, подойдя к своей умирающей матери. Поняв, что агент является её братом, Ада застыла от удивления.