Сорванный поцелуй.

Часть девятая.

Живые мертвецы.

«Даже в самой худшей судьбе есть возможности для счастливых перемен». «Что может почувствовать мужчина, перед глазами которого, будет истекать кровью любимая женщина? Страх. Страх потерять её… Меня трясло. Над моей головой сгустились тяжёлые тучи. Я не желал верить в плохой исход. Нет. Судьба не может быть так несправедлива. Не ты. Не ты. Не ты. Только не ты. Ты будешь в порядке. Повторяешь про себя. Но не проходит. Не в силах. В этот момент ты не думаешь ни о чём, только мысленно просишь, чтобы она жила. Я никогда не боялся смерти, наоборот это было бы для меня лучшим способом избавления от мук. Я не говорю о самоубийстве. Нет. Этого я никогда не позволил бы себе. Но судьба преподносила сюрприз за сюрпризом, от которых сложно было оставаться в здравом уме. Я здесь. Я живой. Я хожу по этой земле, но словно труп. Живой труп. Агент под прикрытием, который долгие годы ответственно выполнял свои задания, в один миг превратился в другого человека. Я захлебывался в муках совести. Я винил себя. Я ненавидел себя. Мне было наплевать, что скажут другие. Всё равно, что меня могут раскрыть, меня волновала лишь она…» Команда схватила Дениза, обезвредив его, пока Бора пытался привести в чувства, истекающую кровью журналистку. — Нет, нет, нет!! Леди, открой глаза!!! Скорую, скорее!!! - кричал он изо всех сил. — Любимая, пожалуйста, не оставляй меня. Умоляю. Прошу тебя. Ада, проснись! Эфсун… Эфсош, моя Эфсош, проснись и поругай меня за то, что я называю тебя по имени, ты же это так не любишь, пожалуйста, давай же, открой глаза. Его полностью окружила звенящая пустота. Она сдавливала, метала, медленно уничтожала его сознание. Тьма укутала в свои объятия и тянула на самое дно, обволакивая своей мрачностью. — Бора, пульс есть? - спросил Ильхан, подбежав к ним. — Есть, конечно! Есть!!!! Она не бросит меня, она хороший человек, она не бросит! Она не похожа на меня, она не бросит! — Скорая приехала, отпусти девушку. — Я поеду с ней. — Уверен? — Я поеду с ней!!! — Если тебя узнают, имей в виду, ты сам по себе. Никто не должен знать, что ты агент. — Твою мать! Мне всё равно! Догрусоз был испачкан кровью Эфсун. Одежда. Руки. Повсюду… Сев в машину скорой помощи, он ни на секунду не отпускал руку любимой, повторяя ты будешь жить. Приехав в больницу, девушку сразу направили в операционную. Ильхан и глава подоспели к нему. — Бора, как это произошло? - спросил Халит. — Если с ней что-то случится… — Тише, всё будет хорошо. Ильхан отделился с главой, рассказав о произошедшем. — Ильхан, не оставляй его одного. Я не могу здесь долго находиться. —Как пожелаете, глава. Бора не мог найти себе места. Усилия Ильхана успокоить парня были безуспешны. Он рвал волосы на себе, ожидая врача из операционной. Спустя несколько часов длительной операции, врач вышел к ним. — Как она, доктор? Она ведь в порядке??? — Мне очень жаль, она потеряла ребёнка, состояние критическое, мы всё ещё боремся с её жизнью. — Что? Какой ребёнок? - мороз пробрался в самое сердце, в горле пересохло. Ком сглотнуть стало невыносимой пыткой. — Девушка была беременна, скорее всего, она не знала об этом, поскольку срок был маленький. Соболезную. Догрусоз, потеряв равновесие, чуть не упал, облокотившись за стену, но его удержал Ильхан. В мыслях отрывками пробегало всё самое важное, настойчиво окуная сознание в то, что было дороже всего… Дитя. Пострадало невинное дитя, которое не успело даже обрести человеческую форму. Страх, ужас, боль. Он был готов расстаться с жизнью, лишиться себя, лишь бы всё оказалось сном и любимая с ребёнком выжили. — Бора, ты не виноват, слышишь меня? Говори со мной, - пытался привести в чувства парня, всячески поддерживая его. — Из-за меня… Всё из-за меня… — Ильхан, уведи его, приведи в порядок, - приказал глава, который до сих пор находился в больнице. — Я никуда не пойду! Командуйте в своём штабе и не лезьте в мою личную жизнь! — Ты весь в крови, умойся хотя бы! — Пойдём, Бора, просто умоемся, давай, дружище. — Нет!!! Как вы не понимаете, это был мой ребёнок… Мой. Проклятье. Я ведь не хотел этого ребёнка. Проклятье. Нет. Я никуда не уйду! Я должен быть рядом, она почувствует и проснётся, Бора никуда не уйдёт, пока леди не придёт в себя, - Догурсоз отделился от них, погрузившись в мысли. — Ильхан, накрой его халатом хотя бы! Стыдно. — Глава, ему очень плохо. Вы не видите?! — И ты туда же? Кто эта девушка??? — Кем бы не была! Он любит её! Ценит, дорожит! — То есть нужно кричать об этом?? Ты это хочешь мне сказать?? — Сейчас не время и место! Он потерял ребёнка, а женщина, которую он любит борется с жизнью и смертью. — Ильхан, не будь таким наивным, не обязательно кричать о любви. И к тому же, девушка не сделала это чтобы спасти Бору, она хотела смерти, понимая, что поймана. — Мне жаль вас, глава! Вы так и не поняли ценности любви. — Не смей тыкать мне этим! Я был разбит! Вдребезги!!! Что мне нужно было делать??? Я устал терять в этой жизни то, что я люблю! — Знаю, поэтому вы просто решили отстранить себя от этого… «Эмир был прав, ты была как хрустальный шар, который нужно было беречь, а я разбил вдребезги. Твои последние слова, о том, что ты не хочешь прощать меня - эхом отдавались в моей голове, доставляя нескончаемую боль… Ты оставила меня одного, наедине со своей совестью, с чувством вины, как когда-то оставил тебя я… но я хотя бы остался жив, заставляя думать обратное, но что сделала ты? Неужели я настолько ужасный человек, что заслужил подобное наказание? Я ненавижу себя всем сердцем, леди». После проведённой операции, девушка пару дней пролежала в коме, а Догрусоз ночевал в её палате, рассказывая о своих чувствах, о жизни и даже о погоде на улице. — Уже светлеет, леди, а солнце никак не проснётся, сколько ещё будет так продолжаться? Ты ведь не оставишь меня, ты обещала, помнишь? Знаешь, леди, сегодня взяли две преступные организации: «Алим Сахид» и вашу группу во главе с Метином Караджой. Я уверен, что наводку в штаб отправила именно ты! Но нужно, чтобы ты проснулась и подтвердила это. Я захожу каждый день к тебе домой полить твоё лимонное дерево, не знаю даже, нужно ли его так часто поливать, но мне не хочется, чтобы оно тосковало. Знаешь, леди, ты не пахнешь, как прежде… Проклятье, этих медикаментов так много, что они сбили твой незаменимый аромат. Догрусоз не мог сдерживать свои эмоции. Он плакал как ребёнок, надеясь, что леди проснётся и успокоит его. — Я должен отдать кое-что тебе, - достав из кармана кольцо, сказал он. — Я должен был сделать тебе предложение, надев на твой палец это кольцо. Всё впереди, ты только проснись, а пока пусть оно красуется на твоём пальце. Поцеловав девушку в руку, а после в лоб, Бора направился в штаб и сразу ринулся в камеру к Денизу. — Опять ты, давай же, ударь уже нормально меня!!!! Думаешь, мне хочется жить после того, что я сделал??? Эфсун для меня всё!!!!! Я умру ради неё! Я был рядом, когда ты предпочёл жить без неё! — Замолчи!!!! Замолчи! — Не буду молчать! Я прав!!! — Раз она была так дорога тебе, почему ты предпочёл убить меня!? Ты знал, что я значу для неё! Насколько я ценен для неё. Знал!!! Она бы простила тебя?? Она бы никогда не простила тебя! — Она бы забыла тебя!! — Ты веришь в это, правда? — Она не только меня наказала попав под мою пулю, но и тебя! Ты предпочёл бы убить меня, а она оставила тебя наедине со своими муками совести. Довольно жестко! Теперь я спрашиваю тебя в последний раз! Кто такой господин? — Я не понимаю тебя. — Ладно, Дениз, ты сам выбрал путь гниения здесь. Догрусоз покинул камеру, в коридоре его ждал глава. — Ну и, где твоё заявление об уходе? — Может я передумал? — Не думаю. Ты просто ищешь что-то. — Я должен поехать в больницу. — Ступай. Я знал, что ты никуда не уйдёшь. — Вы знали, что Эфсун не убивала свою мать, но солгали мне! Я ведь… я считал вас отцом! — Не нужно смешивать личную жизнь с работой, если бы я сказал тебе правду, ты бы помог сбежать этой девушке. — Браво!!!! Теперь она лежит в коме. — Это не наша вина! Догрусоз вернулся в больницу, глава зашёл навестить Хафсанур. — По-твоему, Ада могла сдать ваших? — Нет, какой бы сумасшедшей любовью она не любила Бору, Ада бы не сделала этого. Либо что-то очень серьезное произошло. Глава Халит, миссия выполнена, вы поймали их. Мне нужен мой ребёнок, отпустите меня. Мы не нашли твоего сына. Мы обыскали везде и допросили Метина, он ничего не знает. Ты что-то недоговариваешь! Может у тебя нет сына вовсе? — Если вы меня не отпустите, они поймут, что меня поймали и убьют. — Ты находишься в штабе, под нашим контролем! — Я в этом штабе долгие годы проворачивала свои дела и вы не сразу это поняли! Думаете, они меня не найдут?? Поймите уже, эти люди везде! Поймав две преступные организации вы не решили главную проблему! Серкай присоединился к ним. — Ладно, я оставлю вас, - сказал глава. — Серкай, зачем пришёл? — Я не могу просто так тебя навестить? — Нет, ты подписал мой смертный приговор, сдав меня главе. — Всё под контролем, никто не притронется к тебе. — Наивный. — Ладно. Думай так. Хафсанур, какой мой сын? — То есть? — Ну, не знаю, мне интересно, на кого он похож, какие у него привычки, что любит кушать… Я ведь столько всего пропустил. — Тебе это интересно? — Да. — Ну ладно. У него острый язык, за словом в карман не полезет - про него. Чай пьёт очень сладким, думая, что хотя бы так сумеет подсластить жизнь. Ревнивый. Прямолинейный. — Жгучая смесь нас с тобой. — Нет, он очень предан людям, которых любит, которые добры к нему, как и ты к родине. Семья для него на первом плане, а для тебя только работа. Для меня мой сын важнее всего. — Хафсанур… — Ты бросил меня. — Я не бросал. Я искал тебя все эти годы. — Нашёл ведь и не смог удержать. Ты ничто для меня, Серкай. Ты смотрел на то, как я встречаюсь с Борой. Ты знал, что мы кувыркаемся и ничего не делал. — Я нашёл тебя когда ты уже мутила с ним! — Молодец! Догрусоз зашёл в палату к журналистке. — Бора, послушай, нужно поговорить наедине, - сказал Ильхан. — Я сперва зайду к Эфсун. Об этом я и хотел поговорить. Возможно, тебе на некоторое время не стоит навещать её. — Что ты несёшь?? — Бора, почему она здесь? Возможно, она не хочет тебя. Давай попробуем оставить её на некоторое время без тебя. — Нет! Она хочет меня, я знаю это! — Бора, если ты, действительно хочешь, чтобы она проснулась, давай попробуем. Неделю хотя бы. — Проклятье!!!! Нет!!! — Бора!!!! — Три дня и не более!!! — Мало, давай пять. — Четыре и точка! Ладно, я тогда зайду к врачу, узнаю о её состоянии и поеду домой. — Хорошо, я буду здесь, не переживай. — Докладывай мне обо всем. Догрусоз получил сообщение от Серкая. — Высылаю тебе адрес отеля, в котором несколько дней назад была Эфсун. Наши люди скоро будут там. — Зачем ты делаешь это? — Я чувствую свою вину в произошедшем с Эфсун, это малость, которую я могу сделать для тебя. — Спасибо, Серкай. Дай Бог, ты в скором времени найдёшь своего сына. — Обязательно найду. Глава Халит направился к Хафсанур. — Давай теперь снова, по порядку. Кто стрелял в Барыша? — Я получила приказ убить мать Барыша, причины я никогда не выясняю, делаю, что скажут. Женщина пыталась заговорить. Мне даже показалось, что она идёт на поправку. Я добавила в капельницу препарат, который через несколько часов прекратил бы её жизнедеятельность. В палату зашла Эфсун, я спряталась, после зашёл Барыш. Эфсун попыталась сбежать и следом за ней пошёл Барыш. Я последовала за ними, подслушивая их разговор. Барыш был решительно намерен убить её, но кто-то из угла выстрелил. — Кто??? — Я не знаю! Говорю же, было темно, но кто-то явно спас жизнь ей. Я выбежала оттуда, а когда вернулась Эфсун уже не было. — Почему твои руки были в крови? — Я подошла к Барышу. Он был уже мертв. Видит Бог, мне было его жаль, я проплакала над его телом. Он был прав замечательным другом, товарищем. — Хафсанур, что-то ты не договариваешь. — Клянусь, не убивала я его. Сыном клянусь. — Оставь клятвы. Где господин? — Что? Какой господин? Я не понимаю. — Ты прекрасно понимаешь! У тебя 24 часа! Либо ты скажешь, либо я забуду, что обещал тебе! — Вы никогда не сможете его поймать. Зря не старайтесь. — Время пошло! Бора, представившись сотрудником полиции, пробрался в номер, где оставалась Эфсун. — Господин полицейский, здесь уже убирались, но осмотрите, может что-то найдёте. — Ничего странного в госпоже не замечали? — Вроде нет. Только она попросила стол в номер. — Зачем? — Не знаю. — Проклятье! Письмо, она наверняка написала письмо! — Что простите? — Кто после неё убирался? Я могу поговорить с персоналом? — Конечно. Поговорив с персоналом, Догрусоз убедился, что девушка писала письмо, поскольку после себя оставила сожжённые листы. — Ах, леди, ах! Как мы до этого дошли. Вычислив адрес, куда она направилась перед появлением на перекрёстке, он поехал к Али. — Здравствуйте, меня зовут Бора. — Здравствуйте, мы знакомы? — Нет, но вы возможно, знаете Аду. — Аду? Какую Аду? — Девушка с зелёными глазами. —Ладно, я понял. Что вы хотите? — Она была здесь примерно неделю назад? — А почему я должен вам отвечать? Кто вы такой? — Послушайте, Ада в коме. А я её жених. — Что??? Тогда почему вы здесь, а не рядом с ней? — Я хочу знать, она была здесь? — Господин Бора. Была. Я могу увидеть её? — Господин, вас не подпустят к ней, к сожалению. — Меня Али зовут. Мы с Адой познакомились на первом курсе медицинского, но потом она внезапно бросила факультет, сменив профиль. — Правда? Не знал, что она на медика пыталась отучиться. Что она говорила вам? В каком состоянии была? — Она была взволнована сильно и говорила, что боится не успеть рассказать о пережитом вам. — Мне? Она говорила обо мне? — Да, это единственное, что она сказала, Бора. — Она ничего не оставляла вам? Возможно, чтобы передать мне? — Нет, ничего. — Хорошо, спасибо, что приняли. — Я бы хотел быть в курсе её состояния. — Хорошо, я свяжусь с вами. — Спасибо. Ильхан был в палате журналистки, когда она приходила в себя. — Что… что со мной? Я попала в ад? - прищуриваясь, сказала она. — Слава Богу, как ты?? Какой ад? — Тогда почему я вижу тебя, Ильханчик? — Настрой у тебя в порядке, девушка с маленькими сиськами. — Какой же ты козел… Хотя, у козлов член и то больше. — Я рад, что ты в порядке. — Где он? — Кто? — Твой маленький член блин! Бора конечно же, где он? — Он все время тут был. Отошёл ненадолго. — Я не хочу его видеть. Что со мной будет? В палату вошёл глава. — Теперь поговорим, раз пришла в себя. Где господин? — Вы сразу перешли к актуалочке. Я не знаю, где господин, но откуда его знаете вы. — Ильхан оставь нас наедине, пожалуйста. — Хорошо, глава. — Никто пока не должен знать, что она пришла в себя. — Ок. — Итак, госпожа Эфсун вы всё расскажите мне. — Иначе что? Убьете? Валяйте!!! — Нет, я сделаю кое-что похуже. Говори! — Скажу, с большим удовольствием скажу! Ты тварь, Халит! Ради своей личной выгоды подвергал всю команду и государство опасности, зная, что среди вас есть такой шпион как Хафсанур! Все узнают об этом и тебе придёт конец!! — Ты не сможешь это доказать! — Смешно! Ты плохо меня знаешь! — Ты не знаешь на что я способен! У тебя 24 часа! После этого я решу свои вопросы без тебя. — Зря теряешь время. — Время пошло. Бора позвонил Ильхану. — Есть новости, как она? — Ничего нового, Бора… — Я не могу без неё, Ильхан. Я хочу приехать… — Бора, мы с тобой не так договаривались. — Я понял… Не закрывай ночью шторы в её палате. С утра будет солнце. Может оно разбудит её. — Хорошо, Бора… — Ильхан, оставляю девушку на тебе, никто не узнает, что она проснулась! — Я понял, глава. Я тогда вернусь к ней. Журналистка пыталась присесть, но всё безуспешно, голова продолжала сильно кружиться. Вдруг, она заметила кольцо на своём пальце. — Бора… - тяжело выдохнула она. — Ты сделал всё, чтобы я возненавидела тебя… - повторяла она, рассматривая кольцо на пальце. — Я не должна была выжить, я не хочу тебя прощать… Я НЕ ХОЧУ ТЕБЯ ПРОЩАТЬ! - воскликнув, сняла кольцо и швырнула его в сторону. — Эй, девушка, ты что творишь, тебе нельзя вставать! — Я… я хотела взглянуть в окошко. — Ты только очнулась, нельзя делать резких движений. — Не нужно делать вид, что ты волнуешься за меня! — Я беспокоюсь, Бора сильно переживает. — Больше не произноси его имя, всё кончено. Он умер для меня. — Он любит же тебя. — Любит… Он неправильно любит меня! Неправильная любовь. Смотри, что скажу. У каждого из нас есть предел. То, с чем мы готовы мириться, пока не сломаемся. Когда я попала в детдом, я точно знала, где мой предел. Я знала, что сбегая оттуда, буду наказана. В первый раз, поймав меня - поругали. Во второй раз, когда я сбежала, меня ударили какой-то деревянной балкой. Было больно. С каждым инцидентом мой предел отодвигался дальше. Я прощала. В третий раз меня сильно избили и заперли в сыром подвале. В четвертый раз меня просто ударили. И я сказала себе, ох, меня всего лишь ударили, это не так страшно. Каждый инцидент отодвигал мой предел. Я прощала. Я возвращалась. Каждый раз решаясь уйти, я оставалась. Это затянулось. И я думала, уже столько времени я держусь, смогу ещё. Здесь ведь моя семья. Рюзгар, мой брат, которого вверила мне тётя Несрин. Я не могла с концами сбежать. Ситуация с Борой. Ильхан, если я увижу его, снова прощу. Прошу тех, прощу того, кто меня обидел. Это будет тянуться. Петля. Да. Петля! Бесконечная петля! Я не хочу такой жизни для себя. Я не хочу Бору. Я не хочу его прощать. Я не хочу. Лучше смерть, чем жизнь с ним. — Ада… — Не нужно жалеть меня! — Ада, ты врешь. Ты не хотела смерти. Ты не признаешься в том, что спасла жизнь любимого человека. — Замолчи… — Я прав, не так ли… — Я люблю его, Ильхан, - проронив слезу, сказала она. — И также сильно ненавижу, но ведь люблю. Я ничего не могу поделать. Мне больно. Я хочу выкинуть из сердца этого человека, но не могу. — Ада, ты знаешь что испытал этот парень. Он был не в се... — Ильхан, я знаю… Уверена, что было намного хуже, чем ты рассказываешь, но я не хочу это слышать. Журналистка вытерла слёзы. — Ладно, нам нужно поймать господина. — Почему я должна вам помогать? — Ада, послушай, у тебя нет выбора. — Выбор есть всегда. Я может помогу вам, но взамен вы обеспечите мне новую жизнь, где не будет Боры. — Как же ты себе это представляешь? — Если дашь листок бумаги и поможешь присесть, я напишу свои условия, а ты покажешь их главе. — Хорошо, давай. Получив письмо, глава сразу направился к журналистке и зашёл к ней в палату. — Я согласен. — Я знала, что вы согласитесь. — Но есть один пункт, который я не в силах осуществить. — Какой же? — Азра. Как я доверю тебе этого ребёнка? Как ты себе это представляешь?! — Ты умён, глава, всех водил за нос в штабе, сделаешь и это. — Ещё раз заговоришь об этом, горько пожалеешь! Ильхан присоединился к ним. — Глава, всё в порядке? — Да, наша госпожа хочет новую жизнь и мы ей это обеспечим. Об этом будем знать только мы втроём. Сейчас я должен идти. Ильхан, останешься здесь. — Хорошо, глава. Глава покинул палату. — Какой договор вы заключили? — Это между мной и главой. — Интересно. — Ильхан, тебе не кажется, что глава очень сильно тебе доверяет? — Другие вопросы будут?? — Да, у меня много вопросов. У меня есть друг, его зовут Эмир. Я беспокоюсь за него. Зная его характер, он бы сейчас искал меня, но он даже не являлся сюда. — Что мне сделать? — Найди, может с ним что-то случилось, я переживаю. Позвони в клинику и запишись на приём, оттуда и узнаем. После звонка. — Позвонил. — Что сказали? — Он уехал срочно, некоторое время не будет. Как понял к племяннику, причину не сказали. — Надеюсь, что с Сарпом всё в порядке. — Кто такой Сарп? — Его племянник. Ну ладно, это сейчас не важно. Ильхану пришло сообщение. — Черт! Бора едет в больницу. — Ты же сказал, что он не должен тут появляться. Проклятье!!! Ильхан, если вы не будете соблюдать мои условия, вам не поймать господина!!! — Что ты предлагаешь мне сделать сейчас??? — Ты знаешь что! — Нет, неееет, нет! Это опасно для тебя! Рано!!!! Нельзя. Ты только пришла в себя!!! — Прийди в себя!!!! Ты должен это сделать. Тебе нужно вколоть мне этот препарат сейчас же! — Ты уверена, Ада? Пути назад не будет, он разрушит всё вокруг, потеряв тебя. — Я не хочу его… Сделай… — Ладно. Сделав укол, Ильхан вышел в коридор. — Бора, зачем ты пришёл? Мы же договаривались. — Ильхан, меня не волнует! Я хочу увидеть Эфсун. Из палаты начали доноситься тревожные звуки приборов Эфсун. Бора ворвался внутрь. — Эфсун!!! - он подбежал к ней, пытаясь привести её в чувства. — Врача, скорее. Врачи зашли в палату. Он держал её за руки, не желая отпускать. Врачам не удалось, вернуть к жизни журналистку. Они констатировали её смерть. Догурсоз как сумасшедший мотал головой. — Нет, нет, нет!!! Какая смерть?!!!! Почему вы стоите????? Сделайте что-нибудь!!! Леди, очнись. — Бора, мне жаль. — Отпусти меня, Ильхан. Моё сердце только что остановилось… Отпустите меня. — Примите наши соболезнования, - сказал врач. — Нет!!! Какие соболезнования???? Ты в своём уме??? Ада, моя девочка, проснись!!!!! - рвал и метал всё и всех вокруг. — Уведите его. — Какого черта!!!! Ильхан, что ты творишь!!!!!???? Отпустите меня!! Эфсун!!! Эфсуууун!!! - кричал он, пытаясь вырваться из рук охраны. — Скорее уведите девушку отсюда и сделайте что следует. Ада приходит в себя в другом месте. — Ада, как ты??? — Ильхан… Это снова ты. Всё получилось? — Да, мы заперли Бору, ссылаясь на то, что он опасен для общества. Ты в порядке? — Да, кажется. Нужно отдышаться. — Он не успокоится, ты ведь знаешь. — Вы сможете сделать всё. — Тебе его совсем не жаль? — Он тоже заставил меня думать, что мертв. Я винила себя в этом всю свою жизнь. Он якобы спас меня и исчез из моей жизни. — И ты поступаешь с ним также… Это не моё дело, но что с любовью стало, чувства и прочее? — Это не мешает мне продолжать его любить. — Ада, ты не любишь его. Ты осознанно убиваешь его. Не думаю, что когда он оставлял тебя, мыслил также. — Я так сильно разочарована в этой жизни, в людях, которым доверяла, но, пожалуйста, думай как тебе вздумается. Бора, оставив меня, решил вычеркнуть из своей жизни, а потом случайно встретив, запер в квартире, приставая ко мне. Ты это называешь любовью? Он эгоист, Ильхан. Он узнал меня, он узнал девушка из своего детства. Он трогал меня. приставал ко мне. — Тебе это не нравилось? Ты была против? — Моей целью было его соблазнить. Он был приятным, привлекательным. Был грубым, да. Но это меня забавляло. — Ну и? — Не знаю, я бы наверно не стала приставать к девушке из своего детства. Свои потребности, свой интерес, свой член он поставил на ступень выше меня. Кстати, член у него огромный. — Да, ты же любишь у нас большие размеры. — Люблю. Это ведь немаловажно. Но я за секс по любви. У меня своё понимание любви, в котором ты не смыслишь. — Ты не знаешь меня. Никто не знает. Я работаю психологом долгие годы. Сколько историй я слушал. Самые разные. Самые изощренные. Страшные. Странные. Сколько секретов я храню. Но никому не могу рассказать то, что у меня на душе. — Это мучает тебя? — Это рана, которая кровоточит без конца. — Знаю, что ты мне не расскажешь, но я могу выслушать тебя. — Спасибо. Тем временем, запертый в помещении штаба, Бора, приходил в себя от медикаментов, которые ему вкалывали в течении нескольких дней. — За что вы так со мной… - спросил Бора у главы. — Это для тебя. Ты был не в себе. Смерть Эфсун потрясла тебя, я зн… — Нет, вы убили её!!! Вы виноваты!! - встав с места, накинулся кулаками на главу. — Бора, успокойся, - сказал Серкай, разъединяя их. — Оставь, Серкай. Пусть выместит на мне свою боль. — Почему ты держишь меня здесь, глава??? — Я боюсь, что ты натворишь глупостей!!! — Но ты ведь не натворил, живешь себе спокойно. Хотя, ты ничего не смыслишь в любви, иначе бы не оставил мою мать. — Ты думаешь, я не виню себя? — Глава, не философствуйте, отпустите меня, я не похож на свою мать, я никогда не совершу самоубийство. — Куда ты пойдёшь? — Я поеду в квартиру, туда, где всё началось. — Ты не пойдёшь к ней на могилу? — Не делайте так, глава… Моя рана кровоточит. Не делайте… Оставив своё заявление об увольнении, Бора направился в квартиру, где прятал журналистку. Пройдя за порог, он будто видел как перед его глазами происходили действия из прошлого и вдруг, мальчик из его снов вернул его в реальность. — Зачем ты сюда пришёл? — Опять ты… — Зачем ты сюда пришёл? — Я хочу захлебнуться в своём горе. — Ты винишь себя, не так ли. — Виню. — Бора, пойдём потанцуем, - сказала танцующая перед ним журналистка и мальчик пропал. — Леди… - тяжело выдохнул он. — Тише, любимый… - поднеся свою руку к его щеке, Бора прослезился, закрыв глаза. — Потанцуешь со мной этот медленный танец? — Тебя здесь нет? — Я здесь, - сказала она, опустив ладонь парня к его же сердцу. — Я люблю тебя, леди. — Я знаю, любимый. Я буду оберегать твоё сердце изнутри. Бора крепко обнял журналистку. За происходящим наблюдали Серкай с главой через камеру слежки. — Глава, что будем делать? — Просто проследим за ним. Пусть побудет немного наедине с самим собой. Он должен осознать, что девушки нет. — Хорошо, глава. «Я много пил. Я пытался заполнить незаполняемую пустоту. Мне везде мерещилась она. Я был ходячим мертвецом. Мой труп скитался по квартире, а несуществующие дети пытались вернуть меня в реальность». Прошло несколько дней. Журналистка скрывалась у Ильхана. — Я хочу, чтобы ты взглянула на кое-что. — Что ты хочешь показать мне Ильхан? - спросила она. Парень протянул ноутбук к журналистке. — Видишь состояние Боры, это твои плоды, любуйся. Увидев Догурсоза, журналистка закрыла ладонями глаза, чтобы не видеть парня. — Убери!!! Убери, я не хочу это видеть!!!!! — Будешь смотреть!!! Он иссох из-за тебя!!! У него галлюцинации!!! Любуйся, ну же! — Хватит!!!! - швырнула ноутбук девушка. — Чего ты добиваешься??? Зачем ты это делаешь??? Я сделала свой выбор, я не отступлю, пусть выкарабкивается без меня!!!!! — Ты очень жестока! — У меня разболелась голова, я пойду прилягу. Несколько часов пытаясь сомкнуть глаза - безуспешно. На новый телефон Ады, который предоставил глава, поступил звонок. — Если сдашь господина - пострадает твоя мать! Единственное, что она услышала, поняв, что матери грозит опасность. Журналистка, вышла из комнаты, но услышав звонок в дверь, спряталась. — Бора? - удивлённо спросил Ильхан. В груди журналистки предательски ёкнуло. Сердце начало колотиться с бешеной скоростью. — Бора… Мой Бора… Держись, Ада, ты сильная. Проклятье, я не чувствую землю под ногами. Я не могу дышать… — Я могу пройти? - спросил он у Ильхана. — Да, конечно, присаживайся, я приготовлю нам кофе. — Не нужно. Садись. — Ладно. Как ты, Бора? — Я… Как я могу быть? Меня больше нет, моё тело просто ходит по этой земле. — У тебя обросли волосы. Ты не бреешься. Не следишь за собой. И из штаба ушёл. — Я не хочу больше работать там. — Тебе нужно время. — Ильхан, я схожу с ума. Мне везде мерещится Эфсун, а потом она пропадает и я возвращаюсь в мрак. Но я понимаю, что должен идти дальше, жить дальше. — Это хорошо, что ты так думаешь. — Проклятье, - закрыл глаза. — Даже сейчас я чувствую её. Я не знаю как тебе объяснить, но я чувствую её присутствие. Будто она рядом, понимаешь. Будто её запах витает в твоей квартире. Я спятил. Я знаю. Но я хочу прийти в себя. — Это хорошо, что есть желание. — Не для себя, для Азры. — Для Азры? — Я обещал Барышу. Этот ребёнок должен быть счастливым! Справившись со своими галлюцинациями, я вернусь к ней. Заберу её. Подарю ей ту любовь, что не смог подарить нашему с Эфсун малышу. Журналистка от боли и удивления, закрыла рот руками, чтобы не издать ни звука. — Эфсун ушла, не почувствовав боль от потери ребёнка. Мне предстоит умирать каждый день. Эфсун не верила своим ушам. От неё скрыли. Скрыли важное. Скрыли ребёнка. — Я утром поеду повидаюсь с Азрой, а потом рвану на пару дней Бодрум. Мне нужно перебороть себя. Осознать, что её больше нет. — Тогда зачем ты едешь туда, где всё будет напомнить о ней? — Я… Я хочу попрощаться. — Ты можешь расчитывать на меня, Бора. Догрусоз покинул квартиру, а Ильхан направился к Эфсун, проверить, в порядке ли она. Девушка делала вид, что спит. — Ах, Эфсун, лучше бы ты слышала наш разговор и всё закончилось, - подумал он. Зажав сильно свой живот, девушка плакала в подушку всю ночь, пытаясь не издать звука. Увидев, что Ильхан спит, утром журналистка покинула квартиру, направившись к Азре, но к тому времени Боры там уже не было. Сев обратно в машину, она направилась в Бодрум. По дороге она связалась со своей матерью, которая находилась в тюрьме, заграницей. — Мама. — Ада, моя девочка, это ты. — Мама, пожалуйста, будь аккуратна. — Если ты так говоришь, значит что-то случилось. — Я боюсь за тебя. — Не бойся, значит и мое время пришло. — Не говори глупостей. — В конечном итоге у нас у всех есть свои скелеты в шкафу. Думаешь, я не догадывалась кто такой господин? Я всегда чувствовала это. Ада, он плохой человек. И я готова умереть зная, что моя дочь на верном пути. На пути справедливости. Во имя справедливости. Ты должна знать правду, твоя биологическая мать возвращалась за тобой и не один раз, так тебя и нашёл твой отец. Он следил за каждым шагом этой женщины. И когда она была решительна забрать тебя из детдома, он шантажировал её сыном. Твоя мама прекрасно понимала, что потеряет вас обоих и она решила сохранить хотя бы Барышу. — Почему ты это сейчас говоришь????? — Это не всё, сына главы Халита украла я… — Значит это правда, он жив?? Я не могу поверить, что ты могла скрывать от меня всё это… Кто его сын? Узнав имя сына Халита, на эмоциях журналистка помчалась в Бодрум. — Мы потеряли нашего ребёнка, Бора. Я виновата. Я. Не вини себя, любимый. Я прощу тебя, но не себя за этот поступок. На эмоциях. На бешеной скорости Ада не справляется с управлением и оказавшись на встречной полосе, врезается в камаз, который опрокидывает её машину в море. Бора расхаживал по дому, вспоминая счастливые моменты с журналисткой. Вся вилла пропахла алкоголем. Ему было очень плохо. Он был сильно пьян. Везде мерещилась Ада. Сильный ветер, ударив по шторам, сбив хрустальный шар со стола у окна. Он разбился вдребезги и привёл в бешенство Бору. «Ада как хрустальный шар в твоих руках. Береги её…» - слова Эмира эхом отдавались в его голове. Он начал крушить и ломать всё вокруг, не заметив, как разбивая бутылки спиртного рядом с камином, учинил пожар. Всё кругом полыхало огнём, журналистка вновь появилась перед ним. — Ты не можешь принять мою смерть. Не принимай, любимый. — Я не могу, леди, я не смогу. Моя душа горит ярче этого пламени. Ты даже представить себе не можешь как я хочу сгореть в этом огне. Я устал, я очень устал. Забери меня к себе, пожалуйста. Бора двинулся к воображаемой журналистке и угадил в самое пекло. Пожарные приехали быстро из-за датчиков на вилле Боры, но лицо успело обгореть. Скорая увезла его в ближайшую больницу. Бора и журналистка лежали в соседних операционных, сами того не подозревая. Два человека. Две половинки. Две души, которые пострадали от противоположных стихий, оказавшись рядом. Судьба вновь свела их. Догрусоз был под сильными обезболивающими, а журналистка приходила в себя после аварии. Доктор навестив её, подтвердил свои опасения. Девушка от сильного удара потеряла память. Ночь. Ада вышла из своей палаты, решив немного пройтись. Из соседней комнаты доносилось бормотание мужчины. В голове журналистки параллельно появился голос. «Вы сметаете звезды, не осознавая этого. Солнце у тебя на коленях, ты не осознаешь этого. Ребёнок смотрит ему в глаза, мы отвернулись. Слишком большая любовь, что ты проживаешь, ты не осознаешь этого. Она улетает, её не поймаешь, даже если убежишь». В унисон с голосом в голове, она повторяла эти строки. — Откуда я знаю эти строки… - подумала про себя она и прошла в палату к мужчине. Бора, лицо и тело которого было перевязано бинтами, продолжал бредить во сне. Она подошла к нему ближе. — Какой кошмар. Что произошло с этим человеком. Дай Бог скоро поправится, - про себя сказала она. Она ощутила невозможно больной укол в самое сердце. Бора, приоткрыв глаза, продолжал что-то бормотать. Журналистка с отчаянным взглядом, посмотрев в его глаза, сказала, что всё будет хорошо. Догрусоз ухватился за пальчики девушки, которые блуждали рядом. — Леди… - тихонько произнёс он. Журналистка посмотрела на него озадаченным взглядом. — Всё будет хорошо, - сказав, она в ответ сильнее схватила его руку. Неосознанно, она магнитом тянулась к нему. Она совсем не поминала его, но сердце чувствовало, сердце узнало своего хозяина, подавая сигналы, стуча в бешеном ритме. — Леди, ле-д-и… Леди… Дежурный врач и медсестра, заметив активность приборов Боры, увели девушку, занявшись пострадавшим, который неустанно повторял одно и то же. В этот момент подоспел Ильхан. Увидев журналистку, он облегченно обнял её, увидев целой и невредимой. Девушка отстранилась. — Вы кто??? — Черт. Прости. Врач сказал, что ты потеряла память. Я здесь. Всё будет хорошо. Меня зовут Ильхан, ты не помнишь меня? — Нет, не помню. Ты мой парень? — Нет. — Почему тогда прилип ко мне, как пиявка? — Я рад. — Вижу, а ещё ты симпатичный. До аварии наверняка ты бегал за мной. — Бегал, но не потому что ты была мне симпатична. — Какой ты сложный. Я бы точно с тобой не поладила. — Ладно, это всё не так важно. Я рад, что ты в порядке. — Парень с ожогами. — Что за парень? — Не знаю, я разве что-то помню?? Он что-то бредил и я решила подойти к нему. — И? — Он схватил меня за руку. Это было так странно. Я почувствовала нечто непонятное для меня. Он будто не хотел меня отпускать. Наверно ему померещилась любимая девушка. — Не забивай голову ненужным. Пройдём в палату, врач скоро подойдёт. — Я хочу быть в курсе состояния этого парня. — Будешь. Глава узнав об пожаре, в тот же миг примчался к Боре, не зная, что там будут также Ильхан с Эфсун. Первым делом он направился к Догурсозу, который спал из-за сильнодействующих препаратов. — Бора, что с тобой случилось… Я не могу, не получается… - пытаясь сдерживать наворачивающиеся слёзы, разговаривал глава, а Ильхан, который пришёл проведать парня, по желанию Эфсун, невольно подслушивал разговор. — Я думал, что рядом со мной ты будешь в безопасности… Я люблю тебя как сына, Бора… Думаешь, мое сердце не болит за тебя? Думаешь, я бесчувственный??? Я каждый день просыпаюсь с муками совести, что не смог уберечь твою мать… — Глава Халит, вы плачете?? - с сарказмом спросил Ильхан. — Что ты тут делаешь? - вытерев глаза, повернулся к нему. — К добру ли? Бора спит, не слышит тебя, к чему эта клоунада??? Схватив Ильхана, глава вышел в коридор. — Какого черта??? Что ты себе позволяешь?? — Я удивлён, глава, впервые вижу вас в таком состоянии. Мне вот интересно, что пробудило в тебе чувства? Где было ваше чувство сострадания, когда маленький мальчик поранил своё достоинство во время гребаных тренировок?? Почему я никогда не видел вашей поддержки?? Мужчины не плачут, вставай!!! На сегодняшний день я просто психолог, а не боец, как Бора, который вам так был нужен. — Не время ворошить прошлое!! — Да, не время. На меня у вас никогда нет времени. Эфсун в палате. Она попала в аварию, по дороге в Бодрум и потеряла память. Врач сказал, маловероятно, что она что-то вспомнит. — Черт!!! Как это произошло? Как ты допустил это??? Глава рванул в палату к журналистке. — Вы кто? - спросила Эфсун. — Я расскажу. У нас был договор и я его сдержу. — Какой? — Письменный. Мы заключили его с тобой взамен на одного человека. — Что это значит? Я ничего не понимаю. — Ты начинаешь новую жизнь. Новое имя, новый город, жизнь с чистого листа. — Правда? — Да. Ты рада? — Рада? Я и без какого-то договора начинаю жизнь с чистого листа, поскольку ничего не помню. Внутри меня пустота. Я словно живой мертвец, который не понимает смысла своего существования. — Мы сегодня же уедем отсюда. — А как мне верить вам? Почему я должна вам доверять? — Хорошо. Твоё имя Эфсун. В твоей жизни произошло много ужасных событий, которые не хотелось бы вспоминать. — Это моя жизнь, позвольте мне решать, что делать! Где моя семья? Муж, парень? — Эфсун, тебе будет больно услышать всё сразу. Ты росла в приемной семье шпионов. А парень… - глава посмотрел на Ильхана. — Он мертв. Журналистка проглотила сдавленный ком в горле. — Прекрасно просто. Смысл моего существования???? — Азра. Твоя племянница. Я обещаю, что вы воссоединитесь. Но не сразу. — У меня есть племянница… Спасибо… Это дало мне какую-то надежду. — Она прекрасный ребёнок и любит тебя. Сейчас пора ехать. Я поговорю с врачом, ты подготовься. — Как ты, Эфсун? — Мне страшно от того, что ещё я могу узнать о своей жизни. — Я буду рядом. Поддержу в любом вопросе. — Спасибо, Ильхан. Как тот парень? — Тот парень будет в порядке. Ожоги со временем заживут. — Медсестры шептались, что он сделал это из-за потери любимой женщины. — Я ничего не знаю, Эфсун. — Я могу проведать его перед уходом? — Глава против, чтобы ты здесь с кем-то контактировала, нам нужно поскорее уезжать. — Ильхан. Я будто чувствую боль этого парня, понимаешь. Возможно… это потому что мы оба потеряли любимых. — Эфсун, не стоит. Ты одевайся, я буду в коридоре. Одевшись, девушка не стала слушаться и тайком направилась в палату к Боре. Она хотела уже зайти, но увидела рядом с ним плачущую девушку. — Я чуть с ума не сошла, когда узнала, что ты оказывается жив, но в таком состоянии лежишь в больнице. — Ну вот. А я зря переживала. Наверно это его любимая, - подумала про себя она. — Эфсун! Ты с ума сошла?? Что ты тут делаешь? — Ильхан. Я просто хотела проведать парня. — Ладно. Поехали. Взглянув в последний раз на него, нехотя, не желая, чувствуя, что должна остаться, она покинула больницу. Пол года спустя. Однокурсник Ады, Али, узнав о случившемся, нашёл Догрусоза и вручил ему письмо. — Бора, здравствуйте. — Господин Али? — Да, мне с трудом удалось вас найти. Вы сильно изменились с нашей последней встречи. — Я понимаю, я стал похож на бродягу, можете не сдерживаться в своих высказываниях. Зачем вы меня искали? — Письмо. Ада оставила вам письмо, сказав, чтобы я отдал его вам только в случае её смер…смерти. — Я так и знал, леди. Я знал. Али оставил письмо и ушёл. Догрусоз долго глядел на письмо. Руки дрожали. После пожара прошло много времени, но рана была свежей. Душевная рана. Боль. Он принял решение поехать на могилу любимой. — Ну вот… я пришёл… Бора присел на землю, рядом с могилой. — Я долго не мог признаться себе, что тебя больше нет. Но ты есть, ты ведь знаешь это, не так ли? В моём сердце всегда будет жить моя леди. Моя единственная. Я не принёс тебе цветы. Прости, любимая. Я… Я с двумя чашками кофе. Как ты и любишь с лимоном, который ты не пила при других - улыбнувшись, сквозь слёзы. — Я кретин. Прости. Говорят же, человек любит запах земли, поскольку в ней те, кого он любит. Это правда, леди. Я так хорошо понимаю эту фразу. После того, как ты ушла, я перестал чувствовать землю под ногами. Я и раньше её не чувствовал, но это было от потока любви, наслаждения в компании тебя, а сейчас… я еле держусь. После пожара, ты больше не приходишь ко мне. Не мерещишься. Даже во сне не приходишь. Я подумал, может ты злишься… Злишься, что я не навещаю тебя. Веду неправильную жизнь. Проживаю её ради галочки, потому что надо. Леди, я чувствую себя сорняком. Ненужным. Я решил прийти к тебе. Эта земля. Боже. Я не могу сдерживать свои эмоции, свою боль! Не проходит, леди! Не пройдёт. Но… Я пришёл сказать, что начинаю новую жизнь, любимая. Я сделаю всё, чтобы ты гордилась мной, Азрой. Я поеду сегодня к ней. В скором времени займусь тем, чтобы взять её под своё опекунство. Это будет непросто. Но я сделаю всё! Сегодня твой однокурсник передал мне твоё письмо. Я знал… я чувствовал, что оно будет. Знаешь, у меня пальцы онемели. Что ты написала. Мне страшно. Но я прочту это письмо рядом с тобой. Долго рассматривая конверт, с дрожащими руками, Бора всё же вскрыл конверт. «Если ты очень сильно хочешь высказаться, но не решаешься - напиши, возможно, ты так же долго будешь решаться отдать своё письмо этому человеку или нет, всё равно напиши, так хотя бы твоя душа будет гореть меньше. Бора, твои слова в заброшенном домике в лесу, заставили задуматься о написании данного письма. Есть столько недосказанных слов, тайн, в которых я должна тебе признаться. На протяжении нескольких недель я сдерживалась, но произошло кое-что ужасное и я боюсь. Боюсь недосказанных эмоций. Боюсь, что не успею сказать важные вещи. Не осталось слёз, но моя душа продолжает выть». — Проклятье, леди… - прижав двумя пальцами глаза, Догурсоз сделал паузу. — Любимая, какой ужас ты испытала…. Я не поверил тебе, прости, я всю жизнь буду расплачиваться за это. Кстати, я тоже начал писать, но я сжигаю свои тексты. «Наши занятия любовью были чем-то невообразимым. Я теряю землю из под ног, вспоминая твоё каждое прикосновение, каждый поцелуй, тебя во мне, наши безудержные стоны. То самое сладкое утро, когда ты выстраивал дорожку поцелуев на моей оголенной спине». — Меня сейчас бросает в дрожь, леди. Я… Я буду жить этими воспоминаниями. Я не смогу больше никогда испытать подобное. Я не стану даже пытаться. Я не прикоснусь к другой. У меня нет желания. Нет подобной потребности. Наших воспоминаний мне хватит на всю оставшуюся жизнь. Я так сильно скучаю по аромату твоих волос, твоего тела… Проклятье… «Ты попал в точку, Бора. Ты знал мои болевые места. Именно в тот момент я поняла, глава Халит знает о нас с тобой». — Прости, я бы на эмоциях, обстоятельства были другие, ты знаешь… «Могла ли я тогда знать, какие ужасные моменты мне придётся пережить из-за своих игр? Нет, я лишь хотела свободу…» — Надеюсь, теперь ты обрела покой, любимая… «Твой опьяняющий аромат сводил меня с ума, сопротивляться было безумием. Ты вытворял со мной невероятные вещи, которые погружали меня в омут с головой». — Моя сумасшедшая. «Мерзко, очень мерзко было слышать эти грязные слова из твоих уст. Из тех уст, которые погружали меня в сладких мир, где не было ничего, кроме страсти и любви. Тебе удалось сжечь меня одним словом. Снова из-за твоей вспыльчивости пострадала я…» — Вновь и вновь я наступал на те же грабли. Из-за моей вспыльчивости, я не поверил тебе. Если бы я поверил тебе, то смог сохранить твою жизнь… «Я тихо проплакала свою боль под душем, думая, что вода смоет мои раны. Нынешний ты совсем не казался тем мальчиком из детства, он был очень груб и резок. Но меня успокаивало то, что я тоже не была той невинной девочкой из детства. Повторяя эти фразы, я будто подбадривала себя». — Я мерзавец. Я даже не предполагал… Какой же я подонок. Как я не понял?! «Если бы грязные слова в свой адрес я услышала от постороннего человека, меня бы это нисколько не задело, но их сказал мне именно ты, хоть и ненарочно, на эмоциях. От кого получать удары бывает больнее всего — от приближённого, близкого человека. Ты веришь ему, доверяешь свои тайны, а он вонзает тебе нож в спину. Также и поступает человек из вашей команды. Бора, мне больно это говорить, но среди вашей разведки есть предатель». — Хафсанур. Наказание просто. Девушка беременна. Ей всегда удаётся выйти сухой из воды. «То, от чего меня до сих пор бросает в дрожь. Я была маленькой, когда мой приемный отец попытался меня изнасиловать. Почему я не рассказала об этом маме? Потому что я боялась потерять её, у меня впервые появилась семья. А вдруг, мама не поверила бы мне, она сильно любила моего приемного отца. Это был единственный раз, когда он пытался до меня дотронутся во время сна. Все остальные ночи я закрывала глаза с оружием в руках, в страхе, что вот-вот и он снова окажется между моих ног. Годы прошли, я устроилась на работу. При первой же возможности отправила родителей подальше, ссылаясь на то, что мама мечтала путешествовать. Я немного растерялась, поскольку прежде никому не позволяла губами прикоснуться к моему лону, но секс был одним из моих любимых увлечений. Странно, но это так!». — Ах, леди, почему ты не рассказывала мне это… Хорошо, что этот мерзавец мертв, иначе я бы лично его прикончил. «Я доверяла не тем людям, Бора, я раскаиваюсь. Боюсь, что ты меня не простишь, но хотя бы будешь знать, что я способна на подобные чувства». — Ах, леди… «Я поверила тебе, Бора, всем сердцем всей душой. Я стала твоей пленницей». — Я подвёл тебя… Если бы у меня был ещё один шанс.. «Я летала с тобой в облаках, спасибо, что позволил мне прожить эти эмоции, перед тем, что меня ожидало, перед тем, что сбило меня с ног. Я больше не прежняя девушка. Я обманутая жизнью, людьми, которым доверяла. Из-за меня пострадал невинный человек. Из-за меня невинная душа осталась под дождём, чувствуя беду, чувствуя потерю близкого человека. Смогу ли я простить себя? Возможно, если отомщу…». — Отомщу? О какой мести ты говоришь, леди? Организации пойманы, или есть что-то еще? «Я очень жалею, что не смогла тебе рассказать об этом, а сейчас мне страшно… страшно от осознания того, что мои эмоции будут недосказаны. Эмир тот самый человек, который научил меня любить секс. Он никогда не делал что-то против моей воли. Знаю, ты подумаешь, зачем эта ненормальная рассказывает такие подробности, но я хочу быть полностью откровенна с тобой. Хотя бы сейчас. Какими бы жаркими не были наши ночи с ним, ни один не сравнится с временем, проведённым с тобой. Я никогда не хотела проснувшись утром, после секса с ним, увидеть лицо Эмира. Дрянь? Может быть. Я пользовалась им? Не совсем, но он был спасательным кругом в моей жизни, пытаясь вылечить меня от травм, которые преподнесла судьба. Эмир был слишком заботлив и я ошибочно восприняла свою благодарность к нему за любовь. Он единственный, кто неоднократно пробовал ласкать меня, но всё безуспешно, у нас не получалось. И вот, однажды, я его бросила, но не по этой причине. Я считала Демирхана очень чистым, недостойным такого плохого человека, как я. И лишь отгородила парня от бед, которые преследовали меня на моём жизненном пути». — Опа, а где наш голубоглазый? Я забыл про него. Но радует, что он не ласкал тебя. Я бы даже сейчас ревновал… «Я не сразу поняла, почему ты так не хотел детей. Ты говорил о заботе, ласке, которой тебе не хватало, но на самом деле ты боялся. Боялся быть плохим отцом. Боялся сделать что-то неправильное, но ты был бы прекрасным отцом, я уверена». — Ах, моя дорогая, хорошо, что ты ушла, не узнав о нашем ребёнке… Не испытала эту боль… Я был неправ! Сейчас ребёнок от тебя останется для меня несбыточной мечтой… «Я хотела бы взять её с собой, подарить ей ту любовь и заботу, которую она заслуживает, но разве со мной у неё есть будущее? Я беглянка, которая застряла в болоте. Что я могла ей дать? Ничего…» — Я позабочусь об Азре, обещаю тебе, любимая. «Лучше, когда тебя ненавидят таким какой ты есть, чем любят за то, чего в тебе нет. Ты сможешь меня простить, Бора? Кто я в твоих глазах? Я не оставляла тебя, сердце не оставит. Я вынужденно ушла, но не навсегда ведь… Я устала, любимой, я хочу домой, я хочу к тебе, в свой дом под твоим крылом, в место, где я чувствую себя в безопасности». «Простое „да, леди” и я распалась на части. Мне так сильно не хватало твоего голоса. Мне так сильно не хватает тебя. Вот бы я сейчас могла уснуть в твоих объятиях, вдыхая мой любимый, несравнимый аромат. Мне как воздух нужен ты…». «Стены отеля на меня давили, мне хотелось поскорее вернуться домой, к тебе домой…» «Что такое судьба, Бора, веришь ли ты в неё? Судьба не зря сталкивает людей, скажешь ты. Но разве наша встреча была случайностью? Сильные люди знали, что мы неравнодушны друг к другу с детства и поэтому столкнули нас лицом к лицу. Тогда это не судьба? Думаешь мы пешки в руках судьбы? Нет, я так не думаю. Судьба поставляет нам только сырой материал, и нам самим предоставляется возможность придать ему форму. Ты скажешь, как после стольких совпадений можно отрицать судьбу. Я, как многие, предпочитаю верить в то, что я хочу верить. Даже в самой худшей судьбе есть возможности для счастливых перемен, скажи… Я очень сильно хочу верить в это. Рядом с тобой я почувствовала, что у меня есть крылья и я могу летать, не ломай их мне, прошу, не ломай крылья человеку, чья душа нескончаемо горит. Всё в наших руках. Давай возьмёмся за руки и преодолеем вместе все преграды. Одна я не смогу. Я сильно ранена. Мои раны кровоточат. И только с тобой я смогу найти исцеление. Только с тобой я могу идти по верному пути, но сперва, я должна наказать своего отца. Ты будешь удивлён, но мой отец……». — Отец? Что ты хотела сказать про отца, леди??? Проклятье. Как я буду без тебя… Вы сметаете звезды, не осознавая этого. Солнце у тебя на коленях, ты не осознаешь этого. Ребёнок смотрит ему в глаза, мы отвернулись. Слишком большая любовь, что ты проживаешь, ты осознаешь этого. Она улетает, её не поймаешь, даже если убежишь. Вот бы ты уснула сейчас на моем плече, как в тот день… Но ты молчишь по другой причине… Бора поехал к Азре, но по дороге ему позвонил Серкай и пригласил в бар. — Серкай, ты позвал меня, ты в порядке? — Нет, ничего не в порядке. Я не знаю как помочь самому себе. — Что случилось? Есть вести от сына? — Нет. Тишина. Бора, ты считаешь меня идиотом наверно. — Ничего подобного, ты самый умный в нашем штабе. Парни пили водку и беседовали. — Я наблюдал за вашими отношениями и терпел. Я как тряпка. Она беременна, Бора. Я снова как лох в этой истории. — Кто отец? — Я не знаю, она поведала это только главе и тот был в шоке. Сейчас ухаживает за ней. — Она не стоит тебя. — Я идиот, я даже предложение о женитьбе хотел ей сделать. — Кольцо… — Какое кольцо? Ты о чем?? — Проклятье, я только сейчас вспомнил!!!! Проклятье!! — Бора, что происходит? — На Эфсун не было кольца!!! Догрусоз рванул в больницу, где лежала в коме журналистка и Серкай следом за ним. Осмотрев внимательно палату, им удалось найти кольцо, которое случайно застряло в батарее. — Проклятье!!!! Что это значит??? — Бора, как это кольцо здесь оказалось? — Я не знаю!!!! Что думать??? Скажи. — Может ли бы такое, что она открыв глаза, увидела кольцо и швырнула его в сторону?? — Ты гений, Серкай!!! Она ведь была зла на меня. Но погоди!! Погоди!!! Получается, она проснулась???? — Да, Бора. Добро пожаловать в клуб лохов. Догрусоз на эмоциях рванул в штаб, к главе, в кабинете которого также находился Ильхан, рассказав о ситуации. Халит озадаченно посмотрел на Ильхана. — Мы не знали об этом, Бора. Нам потом врач сказал. Я не стал тебе говорить, чтобы ты не чувствовал боль, что тебя не было рядом в этот момент. — Я ненавижу вас!!!!!! Ненавижу!!! Я не должен был уходить!!! Её сердце бы не остановилось!!! Я ненавижу вас!!!! Бора вышел из штаба. — Успокойся, это ничего не изменит сейчас, Бора, - утешил Серкай. — Какие ещё сюрпризы будет преподносить мне судьба. — Бора, я… — Что?? — Я пойду уже, спасибо, что составил компанию. На самом деле, Серкай заподозрил неладное и решил самостоятельно разобраться, в лишний раз, не давая надежды Боре. Догрусоз поехал к Азре, которая радостно встретила его. — Дядя Бора, тебя так долго не было, я скучала. — Я тоже принцесса. Теперь будем чаще видеться. — Урааааа!! Дядя Бора тебя нужно привести в порядок, твоя борода и волосы сильно обросли. Они долго болтали и спустя время, Догурсоз встал, чтобы уйти. — Я буду чаще навещать тебя. — Эх, ты врешь ведь дядя Бора, в последний раз когда ты приходил, ты сказал тоже самое и пропал на пол года, как и тётя Ада. — Тётя Ада… — Да, я последний раз видела её в день твоего приезда. Это сильно шокировало Догрусоза. — Что??? Милая, ты наверно путаешь что-то. — Нет, после того, как ты уехал, я сидела у окна, рассматривая сад и увидела, как тётя Ада подъехала на машине к нашему дому. Она вышла. Оглянулась по сторонам и уехала, сев обратно своё авто. — Азра, ты уверена? Может она была просто похожа на Аду? - с дрожащим голосом и огромной верой в душе, спросил он. — Это точно была она. Я никому не говорила, потому что знаю, что она бы не захотела. Я скучаю по ней. — Я не понимаю… Ты можешь описать машину? Она была одна? — Чёрная машина. Была одна и встревожена сильно. Бора выбежал из дома, пытаясь переварить услышанное, ему позвонил Серкай и назначил встречу. — Бора, я не хотел говорить, пока не узнаю точно. Сейчас это тоже не совсем точно, но… — Говори же! — Эфсун, она кажется жива. — Что??? Как??? — Бора, это очень опасно! Никто не должен знать. Я решил разобраться в этом деле и обнаружил кое-что. В могиле Эфсун по моим расчётам должен быть другой человек. — Серкай, ты со мной? — То есть? — Сегодня ночью вскроем эту могилу! — А вдруг… — Серкай, я почему-то уверен, что там не Эфсун! - улыбчиво сказал он. — Ладно, а где она тогда? — Сперва вскроем. Взял материал для анализов, они удостоверились, в могиле не Эфсун. — Я все эти пол года горевал, но моя Эфсун жива, я уверен!!! Мы найдём её! — В этом деле точно замешан глава. — И Ильхан!! Проклятье!!! Я плакал у него!!! Я изливал душу, а он знал… Подонок. — Мы найдём её, я с тобой! Никто не узнает об этом, чтобы не помешать нам. Спустя ещё пол года, им удаётся найти Эфсун. — Бора, девушка потеряла память. Она не помнит тебя, не забывай. Что будешь делать? — Я уже в пути, Серкай. Я еду к ней. Не знаю, что скажу, что сделаю, но я не могу ни секунды быть вдали от неё. Я должен хотя бы увидеть её. — Хорошо, будем на связи. Догрусоз приехал в город, где проживала журналистка. В доме её не было и он взволнованно метался по району, пока не наткнулся на кафе, веранде которого сидела девушка в цветочном платье. — Госпожа Джемре, вы будете десерт? - обратился официант. — Нет, десерт не хочу. — Хорошо, тогда как и всегда, крепкий кофе? — Да, но только добавьте в него дольку лимона. — Лимона? Вы уверены? — Да, пожалуйста, - улыбчиво ответила она. — Леди… Ты настоящая… Живая… - про себя говорил Бора, не в силах сдержать эмоции, слёзы, тяжело дышал, еле стоя на ногах. — Пожалуйста, ваш кофе с лимоном. — Спасибо большое. Догрусоз продолжал наблюдать издали за женщиной, которую считал мертвой, женщиной, которая была ему кислородом, любимой женщиной. Он улыбался и плакал, не веря, что перед ним она. Его леди. Цела и невредима. Солнце золотило её волосы. Глазки сверкали. Она была прекрасна, счастливо попивая свой напиток. — Кофе с лимоном? Леди, ты вспомнила или…? - спрашивал у себя Догрусоз. Сделав глоток кофе, девушка обернулась назад. Но Боры там уже не было. Задумчиво осмотрев окрестность, журналистка продолжила пить свой горячий напиток. Конец второй главы.