Родители на кухне...

Ты радостно закусываешь губу, из тебя вырывается тихий звук, но ты изо всех сил стараешься оставаться как можно тише. Родители твоего парня были внизу, и ты могла бы умереть от смущения и стыда, если бы они узнали, что вы вдвоем делаете в его спальне. Каждый раз, когда вы приходите, вы благодарите трех сестер за то, что они позволили Ване иметь одну из самых мягких и тихих кроватей во всем мире. Она была прикручена к стене, так что можно было не беспокоиться о том, что рама ударится о стены. Кровать была достаточно высокой, чтобы он мог стоять, и ты идеально легла, чтобы его член был на высоте твоей киски. Ты прикрыла рот ладонью, когда я закинул твои ноги выше в свои объятия, его член задел ткань твоих трусов, это заставило тебя невольно подтолкнуть бедра к нему. — Тсс… — саркастически говорит он, широкая улыбка на его лице не сочетается с похотливыми затуманенными глазами и розовым румянцем на лице. «Не шуми слишком громко, шлюха…» Он дразнит тебя. Твоё сердце подпрыгивает, а внутренние стены влагалища так сладко пульсируют, когда ты слышь его голос. Твои глаза закрыты, слезы угрожают склеить ваши ресницы, когда волна удовольствия проходит через твоё тело. Твои бедра вздрагивают, слегка приподнимаясь, чтобы почувствовать его удары по твоему любимому месту. Вы оба уже экспериментировали, обычно он, садился сзади тебя, целовал в шею и начинал играть с твоим клитором. Но теперь, когда он полностью входил в тебя своим членом, достигая дна твоей киски, он лобком задевал твой клитор, а ты получала ещё больше удовольствия — ты знала, что он делает это нарочно. Он замирает на мгновение, и вы тихонько выдыхаете, чтобы успокоиться, твоя грудь колотится от сильного сердцебиения. Твоё тело уже трясется, хотя с тех пор, как он вставил его, прошла всего пара минут. Ваня смотрит на тебя, медленно вытаскивая свой член, самый влажный звук, громкий хлюп прорывает тишину комнаты, и волосы на затылке встают дыбом. Ты приподнимаешься на локтях, когда он приседает на ковер, твои ноги теперь легли на его широкие плечи. — Ой! - Ты хихикаешь, вздрагиваешь, его зубы впиваются в твое чувствительное внутреннее бедро, и прежде чем ты это понимаешь. Ты горячо выдыхаешь моё имя. Его язык только начал проходиться по твоей гладковыбритой киске, а губы приятно щекотать нежную кожу, а внизу уже сводило все от приятного, от ощущения, сравнимого с бабочками в животе Я, зная, что ты уже близка к разрядке, не собирался дать кончить тебе так быстро и решил подольше поиграть с тобой. Мне нравилось, когда я был у тебя между ног, я вдавливал твои бёдра в себя, еще несколько быстрых движений языком и ты будешь биться в оргазме у меня на кровати, но я не собирался так быстро тебя удовлетворять, я ещё не успел насладиться сам. Ты протяжно застонала от ударивших в голову ощущений и хотела было дернуться вперёд, но мои руки не дали тебе этого сделать и удержали на месте, а язык лишь стал интенсивнее поигрывать с внешними губами, намеренно избегая любых прикосновений к клитору. Я не давал тебе кончить. — Ну вот… Тсс… Ты слишком громкий… — шепчешь ты. Ты на секунду думаешь о его родителях снизу, но потом мысль вылетает из головы. Ты понимаешь какой влажной ты себя чувствуешь рядом с ним. Какая ты горячая. Как плачет твоя киска, когда он отстраняется от нее.

Я быстро поднимаю тебя на кровать, я хочу войти в тебя, хочу испытать оргазм одновременно. — Я хочу, чтобы ты закричала… — Я чуть ли не всхлипываю, уткнувшись тебе в шею, твои бедра широко расставлены, а ступни не могут удержаться за моей спиной. Вместо этого они обвивают мое бедро. Ты насильно удерживаешь его внутри себя, даже когда когда он хочет выйти. Головка его члена задевает все твои любимые места, и ты почти кричишь, когда он начинает трахать тебя снова. Ваня накрывает твой рот своим, но кажется, что вы оба просто глотаете звуки удовольствия друг друга. "Блядь…" Твои руки дрожащими движениями скользят вверх по его груди, пока ты не можешь ухватиться за его шею, ты хочешь всегда держать его ближе. Он чуть ли не притягивает твое тело к себе своей силой, вжимаясь в тебя бедрами. О, он собирался сделать это сейчас… Голова кружится от нарастающего удовольствия, но ты не можешь полностью выкинуть из головы присутствие его матери и отца на кухне прямо под спальней. Обе твои руки подносятся ко рту, сжимая губы, как будто это поможет заглушить твои стоны. Твои глаза опасно сияют, когда ты поднимаешь на него взгляд и обнаруживаешь, что он все время смотрит на тебя. Он бросает тебе вызов. Он хочет, чтобы ты плакала и выкрикивала его имя, он хочет, чтобы его имя сорвалось с твоих губ. Его дыхание дрожит, его бицепсы выпячиваются из-за того, что он держит твои бедра там, где он хотел, линии его тела спускаются вниз по мышцам нижней части живота, где ведут к члену, который был уже глубоко внутри тебя. Ты откидываешь голову назад, когда он входит в тебя, сохраняя быстрый темп. Твоя спина искривляется, когда ты поднимаешься с кровати в попытке прижать бедра еще ближе, погрузить его глубже, даже когда он достиг дна — член почти болезненно давит на твою шейку матки. Твоя голова кружится от мысли, что он кончит и покроет тебя изнутри своим мощным, липким семенем. Твое тело отчаянно пытается забрать его все больше и больше, забрать его всего. Вы двое ведете себя так, будто не виделись и не встречались несколько недель, но приходили так часто, что его мама готовила для вас место за их обеденным столом. Ваш мозг наэлектризован от навязчивых воспоминаний, когда Ваня отказывается от своего маленького эксперимента над собой. «Вика!» Он задыхается, и когда ты смотришь на него полными слез глазами, отчаянно моргаешь, чтобы прочистить свое видение соленых слез. Вы видите, как он взволнован — пот выступил на его лбу, его глаза полуприкрыты и так полны желания, его брови нахмурены от удовольствия. Он скоро кончит, и вы можете прочитать это на его лице. «Потри его, свой клитор…, кончай со мной, я уже не могу!» Ты отрываешь трясущуюся руку от лица, позволяя дрожащим пальцам покоиться на чувствительном комочке. Ты рыдаешь от удовольствия, сильнее прижимая другую руку ко рту, чтобы успокоиться. Ты делаешь это так, как тебе нравится, добавляя давление, которого ты жаждешь, вращая пальцами наилучшим образом, чтобы соответствовать, пока его член в тебе. Ты чувствуешь, как его яйца бьются о твоё тело, его член дергается внутри тебя. Он ближе, чем ты думала, но ты не сильно отстаешь. Внутри тебя горит ноющий огонь, и тебе хочется плакать, если ты не удовлетворишь желание в ближайшее время. Ты уверена, что промокла до его простыней, его член сиял от твоего скользкого поцелуя, когда он вытащил его и снова вонзил в тебя. Темп Вани стал неустойчивым. Он ждет, чтобы ты кончила на его член, и ты это делаешь. Ваше тело натянуто, как лук, бедра содрогаются и трясутся, но твои пальцы не перестают мучить тебя непрерывным удовольствием, пока вы испытываете оргазм. На этот раз ты почти не замечаешь, насколько громким становится твой голос, когда ты выкрикиваешь его имя, когда твой оргазм сотрясает твое тело щелкающей раскаленной спиралью. Выкрикивая его имя достаточно громко, чтобы оно все еще звучало в воздухе, прежде чем Вань отчаянно позволил одной из твоих ног свалиться с края кровати, чтобы грубо хлопнуть рукой по твоему рту. У тебя болит нижняя часть лица, но ты все равно это любишь. "Черт возьми! Заткнись!" Он хрюкает, продолжая трахать тебя, позволяя твоим внутренним стенкам содрогаться вокруг его члена. Ты стонешь в горячую ладонь его руки, язык бездумно скользит мимо твоих губ, чтобы облизать соленую его руку. Твои брови так высоко нахмурены, и на твоем лице написано, как ты была влюблена, как прекрасно он заставлял чувствовать себя. Ваня чуть-чуть лучше сдерживал голос, кусая губы, чтобы сдержать стон, и толкал бедрами вперед, - немедленно заливая твою пизду своей горячей, липкой спермой. Ты хихикаешь, затаив дыхание, из-за его руки, недостаток кислорода из-за его большой руки, закрывающей твой рот и нос, только превращает твое удовольствие в удивительное, головокружительное испытание. Он убирает руку, тут же заменяя ее своим ртом. Прижимая его губы к себе, скользя его тяжелым, горячим языком по своим, и ты чувствовала, что пускаешь слюни от беспорядочных поцелуев. — Люблю тебя… — шепчешь ты между вдохами, постоянная улыбка застыла на твоем лице, когда вы оба остыли.