С праздником, Юр.

      Юра перевернулся на живот, свесив руку с кровати, даже не задумываясь о всяких там подкроватных монстрах. Какие нахуй подкроватные монстры в Челябинске? И вообще, эта вся нечисть только в Америке, они небось давно свалили туда в поисках лучшей жизни. Найти может и не нашли, но возвращаться не стали. На всякий случай. Конечно, кому захочется жить под кроватью заядлого курильщика с депрессивными эпизодами, когда он прокуривает всю бедную трёшку, так, что кислорода не остаётся, раскидывая по дому бутылки из под пива? Бардак полнейший, так ещё и воняет, как в курилке, если не хуже. Да и больно уж им, наверное, понравилось пугать американцев. Так что Юра может спать спокойно. Только вот не спится что-то. В голове рой из мыслей, что в принципе не характерно для Челябинска, который предпочитал не думать, не копаться в себе. Хотелось закурить, чтобы отвлечься от раздумий, но было лень вставать.       Своё 14 февраля он провёл на работе, да и не с кем его отмечать. Он в этом году даже до Анечки не доебывался, всё равно не на что надеяться. Отправил ей мемную валентинку и забыл, та даже забеспокоилась. Но Юра убедил её, что всё в порядке, он просто работает и она успокоилась. На самом деле, ничего не в порядке. Челябинск уже давно потерял интерес к Перми, всё чаще почему-то зависая взглядом на Косте. В такие моменты Екатеринбург незаметно краснел, а Юра давал себе мысленный пинок под зад, со словами: "Прекращай, мужик, ты же не пидорас, чтобы на лучшего друга засматриваться." Почему Костя краснеет в такие моменты Юра предпочитал не думать. Но таких моментов становилось всё больше. Юра стал замечать, что постоянно думает о Косте, смущается из-за лёгких прикосновений, что буквально готов тонуть в его янтарно-карих глазах.       Челябинск отрицал всё до последнего, ну не мог он так просто влюбиться в друга, тем более друга-мужчину. Но мыслей становилось больше, прикосновений хотелось всё чаще, а отрицания становилось всё меньше. Он почти смирился. Ключевое слово "почти." Он всё ещё боялся. Боялся признать, боялся признаться, боялся реакции Кости, боялся осуждения. От мыслей неистово болела голова, а страх только усиливался.       Юра перевернулся на спину, ойкнув от неприятного чувства в рёбрах из-за долгого лежания на животе. Челябинск взял телефон в руки, посмотрел на время: 00:34; зацепился взглядом за новое уведомление: сообщение от Кости. Юра удивился, быстро разблокировал телефон, нажал на уведомление. "С прошедшим праздником, Юр." - гласило сообщение. Что ж, Костя поздравлял его с днём святого Валентина каждый год, не смотря на то, что праздник религиозный и Юра вообще-то всего лишь его друг. Обычно Челябинску это не симпатизировало, братаны все-таки, а это как-то по-гейски? Наверное, да. Но сегодня Юра был рад, хоть и признавать своих чувств не хотел. Честно говоря, он даже ждал.       "И тебя, Костян!" - быстро напечатал Юра, он хотел уж было убрать телефон, но заметил, что Костя набирает сообщение. К: Чего не спишь? Ю: не могу уснуть Ю: а ты? К: тоже. К: Откроешь? Ю: ?       Юра слышит звонок в дверь. Чего это Екатеринбург приперся к нему в такое время суток? Но Татищев встал, по пути натягивая футболку, не стоять же ему там всю ночь, правильно? Он отворяет дверь и непонимающим взглядом смотрит на Уралова. — Ты чего, Костян? - пропуская его внутрь. — Честно, сам не знаю, - пожимая плечами ответил Екатеринбург. — Ну, ты даёшь, мужик.       Обменявшись взглядами(Юра охуевшим, Костя каким-то слегка виноватым) они пошли на кухню. Юра, который только сейчас заметил в руках Уралова пакет, вопросительно взглянул на него, беря в руки чайник. — А, не хотел приходить с пустыми руками, - оправдался Костя, доставая из пакета коробку конфет, - Вот, конфеты купил. — Круто, у меня как раз ничего к чаю нет, - с этими словами Юра поставил чайник на плиту, а сам уселся на стул.       Мужчины сидели в неловкой тишине, прерываемой только шумом чайника на плите. Юре дико хотелось закурить, чем он и решил заняться. Поднялся со стула, взял сигареты и приоткрыл форточку. — Слушай, а вот всё-таки, зачем пришёл? Не подумай, я не против, просто интересно, - спросил Челябинск, закуривая. — Говорю же, не знаю. Просто соскучился, наверное, - Костя почесал затылок. — Соскучился, - повторил Челябинск, - так недавно вроде виделись. — Знаю, - Костя встал и подошёл к Юре, - Я... — Катюш, странный ты какой-то. Точно всё хорошо? Путь от Екб до Челябинска не близкий, так сегодня ещё и понедельник, - Юра посмотрел на Уралова со всей серьёзностью, на которую был способен.       Челябинск думал, раз уж Костя приехал в понедельник после работы, то тут точно какой-то серьёзный повод. Ну, не казалось ему, что тот просто соскучился. Хотя, в глубине души он очень хотел так думать. В очень глубокой глубине.       Костя как-то надолго задумался над ответом, что Юра уже подумал, что сказал чего лишнего. Но тут он почувствовал лёгкое прикосновение к своей ладони. Челябинск вздрогнул от неожиданности, но руку не убрал, а лишь крепче сжал чужие пальцы. Екатеринбург приблизился, не занятой рукой потянулся к щеке Юры, оглаживая скулу и спускаясь ниже к подбородку, чтобы притянуть лицо напротив ближе. — Катюш? - шёпотом выдыхает в чужие губы Татищев, прежде, чем Костя целует его сначала в уголок губ, потом аккуратно проводит по ним языком, утягивает в нежный поцелуй.       У Юры сердце, кажется, в пятки падает. Сигарета летит на подоконник, а сам Юра кладёт свободную руку на грудь Уралову, сжимая ткань свитера. Костя углубляет поцелуй, переплетая их языки. Татищев охотно отвечает, жмётся ближе. Екатеринбург думает, что сегодня лучший день в его жизни, притягивает Юру к себе за талию, не отпуская его руки. Их поцелуй окончательно теряет свою невинность, лишая обоих парней кислорода. Челябинск аккуратно отстраняется, смотрит Косте в глаза, тот напоследок чмокает его в губы и тихо произносит: — Уже вторник, Юр, - тот в ответ широко улыбается, поглаживая пальцем костяшки на руке Кости.       Костя подхватывает его улыбку, гладит по пояснице, позволяет себе тонуть в его взгляде. Юра вздрагивает: засвистел чайник, оповещая о том, что вода закипела. Татищев выпутывается из чужих объятий и выключает газ. Странно, Екатеринбург даже не услышал свиста чайника. Наверное, засмотрелся на Челябинск...