(Не)канон

      Она прислоняется лбом к прохладному стеклу, чувствуя, как чужие руки уверенно скользят под футболку, смыкаясь на талии в требовательных объятиях. Они будто в том дурацком сериале, который он разыгрывал у себя на трансляции. И смешно было всем, кроме неё.       Потому что ей до сих пор не верится, что они снова вместе. Рядом. Касаются друг друга, обмениваются взглядами — такими счастливыми, что каждую новую секунду она боится проснуться.       Без него.       — Мы обещали съездить к Диззи на ужин. Как насчёт сегодня? — он отстраняется, перемещая ладони ей на плечи, и целует в шею. Аккуратно, стараясь не оставить следов — потому что все самые сладкие следы были оставлены гораздо ниже — и усмехается, когда она неуклюже освобождается из его рук. Всё ещё нервничает в атмосфере чужой страны, пусть он и старается привить ей любовь к их новому дому.       — Так он первым узнает о том, что мы — канон? — искорки пляшут в её глазах. Секунда, и Вера сама притягивает его к себе для поцелуя.       Канон — это сладость его губ.       Канон — это услышанные ею перешёптывания на кухне и заданный Хесусом на ломаном английском вопрос своему другу, как лучше пожениться в этой стране.       Канон — это они с самой первой встречи.