***
Месяцем ранее
— Прости, Санзу, но нам нужно расстаться, — сказала Т/И радостно улыбающемуся парню с букетом красных роз. Букет стремительно полетел к земле, осыпая асфальт лепестками, а парень вцепился в плечи девушки. — Нет! Ты не можешь так поступить со мной! Почему? У тебя появился другой парень?! Кто он?! Я убью его! — кричал Харучиё, тряся её. Он не обращал внимания ни на взгляды прохожих, ни на слёзы перепуганной девушки. — Нет! Причина только в тебе. Я боюсь тебя такого... Чем больше ты принесёшь наркотиков, тем меньше контролируешь себя! — выпалила она и, воспользовавшись удивлением парня, оттолкнула того и побежала порочь. — Прости! — Ты не можешь уйти от меня... Не можешь! — кричал он ей в спину.***
Т/И уже несколько недель жила в заточении. Она не выходила на улицу и не имела никаких средств связи. Единственным её развлечением было чтение книг, которые парень ей приносил. Санзу много времени проводил вне дома, что не могло её не радовать. Часто он уходил на всю ночь или весь день, что позволяло девушке хоть немного расслабиться. Вот и сегодня он задерживался. В надежде, что тот совсем не придёт, девушка захлопнула книгу и поставила её на полку. Она собиралась лечь спать, однако её надежды разрушил звук открывающейся входной двери. Судя по звукам Харучиё был пьян. Он явно не мог стоять ровно и припал к стене. Это не могло предвещать ничего хорошего. Парень и трезвый не мог себя контролировать. Если к этому добавлялись и таблетки или алкоголь, то он становился совершенно непредсказуемым. Она с облегчением выдохнула, услышав звук соприкосновения метала и дерева — пистолет он как всегда оставил на тумбочке в прихожей, докуда ей не позволяла дойти цепь. Там же он хранил свои таблетки, ключи от цепи и входной двери. А все острые предметы, даже кухонные ножи, хранились на таких высоких полках, до которых она не могла дотянуться даже при помощи стула. Он объяснял это заботой о ней. Хотя было и непонятно, он защищает её от неё самой или всё же от себя. Через пару минут пошатывающийся парень появился в дверном проёме. От него пахло дорогим алкоголем и кровью. — О, дорогая, ты ещё не спишь! — он полностью вошёл в комнату, чем вызвал испуганный вскрик у возлюбленной. Вся его одежда была в чужой крови. Девушка ошарашенно отшатнулась в противоположную от него сторону. Санзу это совсем не обрадовало. — Ты боишься меня? Опять хочешь уйти? Я не позволю тебе снова бросить меня! — удивление сменилось, разочарованием, а то – гневом. Он решительно направился в сторону девушки, продолжающей пятиться к стене. Решив не тратить время, парень подобрал цепь с пола и с силой дернул на себя. Девушка потеряла равновесие и со вскриком упала на пол. Безразличный к ее боли и страху Санзу потянул к себе всё ещё пытающуюся отползти жертву. — Нет, Санзу! Я не собираюсь бросать тебя! — попыталась спастись она, находясь уже прямо перед ним. Это только сильнее его раззадорило. — Врёшь! Ты только и ждёшь, чтобы сбежать. Я не отпущу тебя. Ты моя! Парень поднял её с пола и кинул на стоящую рядом кровать. Пока он снимал с себя испачканную одежду, девушка снова попыталась немного отползти. — Я не вру, — пискнула она, когда парень притянул её к себе за лодыжку и навис над ней. — Тогда почему убегаешь? — он провёл рукой, убирая с её лица волосы. — П-просто я... — она поджала губы и отвела глаза. Она не могла сказать ему, что боится, это повлекло бы очередную вспышку гнева. Он провёл рукой по её шее, погладил ключицы и остановился на груди, ощущая бешенный ритм её сердца. Затем он рывком сорвал с неё ночнушку, оставляя полностью обнажённой. Девушка рефлекторно прикрылась руками, но парень завёл их над её головой сильно сжимая запястья одной рукой. — Отпусти, мне больно! — она попыталось высвободить руки, но парень лишь сильнее сжал их. А протест подавил долгим поцелуем. Разорвав поцелуй, он провёл носом по её шее, вдыхая аромат кожи, а затем и пробуя её на вкус языком. Насладившись, он принялся покрывать её шею, ключицы и грудь поцелуями вперемешку с засосами и укусами. Свободная рука сжимала и поглаживала бедра девушки. Т/И не смела сопротивляться и лишь отвернулась, до боли закусив губу. Резкий рывок, с которым Санзу развёл её бёдра, заставил девушку испуганно вдохнуть. Парень бережно погладил внутреннюю сторону бёдра и плавно ввел один палец, заглушив поцелуем её вскрик. За одним пальцем последовал и второй, а потом и третий. Достаточно подготовив её, он вошёл. Немного дав ей привыкнуть к ощущениям, он начал двигаться, наращивая темп. Одна его рука сильно сжимала ягодицу девушки, а вторая всё сильней вдавливала её запястья в матрас. Он не замечал ни стонов боли ни просьб замедлиться, продолжал двигаться в удобном для него темпе. Дойдя до пика наслаждения, он не задумываясь излился внутрь. Упав рядом с девушкой, он не позвонил ей отстраниться, притянув к себе за талию железной хваткой. Обессиленная Т/И тут же провалилась в глубокий сон без сновидений.***
Когда Т/И проснулась, парня уже не было, а сама она была укрыта одеялом. Всё её тело отзывалось болью. Особенно сильно болела нога, разодранная цепью. Выйдя на кухню, она обнаружила приготовленный завтрак и пачку противозачаточных, а во главе всей композиции находилась ваза с большим букетом алых роз. Цветы вызвали у девушки лишь отвращение. Он всегда дарил ей розы после того как провинился. Выпив таблетку и не притронувшись к завтраку, она направилась в ванную. Горячая вода, несмотря на пощипывание ссадин, помогла ей хоть немного расслабиться и придти в себя. Обняв себя за колени она сидела в воде. Слёзы сами собой текли из глаз. Сейчас, когда его не было рядом, плакать было безопасно. Она не знала сколько времени так просидела, когда из раздумий её вывел озабоченный голос. — Почему ты не поела? Испуганно вздрогнув девушка подняла заплаканное лицо на стоящего над ней парня. Увидев в каком она состоянии, он опустился на колени. Их лица оказались на одном уровне. — Прости, вчера я погорячился, — он стёр большим пальцем слёзы с её щёки, из-за чего девушка ещё раз вздрогнула. Вздохнув, он поднялся и, поцеловав её в макушку, направился к двери. — Когда закончишь, я обработаю твою ногу. После того как дверь закрылась, девушка лишь крепче обняла свои ноги и сильнее заплакала. Когда она закончила и зашла в комнату, облачённая в халат, то обнаружила Санзу, сидяшего на полу возле кровати и перебирающего ключ от цепи между пальцев. — Садись, — кивнул он на кровать. Когда она села, он бережно снял цепь и обработал образовавшиеся под ней ссадины, а затем намазал их мазью. Закончив он погладил её ногу и оставил невесомый поцелуй на колене. — Вот, намажь ей синяки и царапины,— он протянул ей мазь. Когда она взяла её, он задержал руку на её руке и легонько провёл пальцами по следам на запястье. Затем он взял цепь и одел её на другую ногу. — Мне нужно уйти, поэтому я не могу оставить тебя без неё. Еда в холодильнике. Вернусь только утром, так что отдыхай, — сказал он и вышел из комнаты.***
— Вставай, дорогая, — парень поцеловал спящую девушку в висок и пропустил пряди её волос сквозь пальцы, — Сегодня мы идём на прогулку. — Правда? — она сонно потёрла глаза. — Конечно. Я же обещал. Идём, я приготовил нам завтрак. На кухне её ждал ароматный кофе и свежие вафли, а также уже немного подсохший букет роз. Пока они завтракали, парень рассказывал ей о своих ночных делах. Прошёл уже год, как она жила здесь, и за это время она привыкла к такой жизни, насколько это вообще было возможно. В последнее время Санзу начал водить её на прогулки. Не настолько частые, чтобы привыкнуть, но и этого было достаточно, для того чтобы она почувствовала себя лучше. Покончив с завтраком и оставив парня убирать посуду, она отправилась в ванну. Завершив с утренней рутиной, она стала краситься купленной в одну из недавних прогулок косметикой. Ей потребовалось довольно много усилий, чтобы придать бледному лицу естественный цвет. Ещё больше усилий потребовалось, чтобы скрыть синяк на скуле от недавнего неудачного разговора. Тогда она попросила купить ей хоть какого-нибудь домашнего зверька, что безумно разозлило парня. Ведь он не может позволить никому отнять её внимание. Когда она закончила, Харучиё уже ждал её в комнате. Он снял цепь и помог ей одеться словно средневековой принцессе. Или скорее безвольной кукле. Парень покрывал поцелуями ссадины на ногах, оставленные цепью, пока одевал ей плотные чулки, сквозь которые их не будет видно. Целовал следы на запястьях, скрываемые манжетами блузки. Гладил синяк на бедре, пряча его под подолом цветастой юбки. При этом он постоянно шептал хвалебные оды красоте своей любимой. На улице парень ни на секунду не спускал с девушки взгляд и по возможности не выпускал её руки. Он следил за ней даже в примерочной магазина, в котором купил для неё два платья. Одно – полностью закрытое — на выход, а второе – лёгкое, невесомое и открытое — для дома. В кафе по дороге домой парень кормил девушку с ложечки мороженным, крепко держа за руку. Со стороны они выглядели как счастливая и безумно любящая друг друга пара. Если конечно не замечать, то как она периодически вздрагивает от ласковых прикосновений своего любимого.