Я клянусь, что найду тебя!

      Как гром среди ясного неба на парней свалился неофициальный запрет «корейской волны». Это стало шоком для ребят из UNIQ, ведь их группа была интернациональной. Несмотря на то, что было принято решение не прекращать проект официально, Чо Сынён и Ким Сонджу должны были вернуться домой в Южную Корею. Это стало для пятерых друзей настоящей трагедией. Судьба группы теперь была не известна. Конечно, к этому времени у парней были свои отдельные проекты, но расстаться друг с другом, после стольких лет жизни вместе они не были готовы.       Су Нин уже какое-то время сидела в своей комнате на кровати, не двигаясь. Ей хотелось разрыдаться, но слёз почему-то не было. Её стабильная работа и личная жизнь летели под откос. Уже ставшие родными мальчики, хоть и продолжали всё ещё быть одной группой, расходились по личным проектам. Она же формально останется менеджером группы, но по факту, скорее всего, начнёт заниматься продвижением Ван Ибо. Он считался в агентстве наиболее перспективным, у парня было больше личных проектов и фанатов, а ещё он очень удачно справлялся с ролью ведущего в телешоу, что только прибавляло ему популярности. Су Нин не на что было жаловаться, даже в текущем положении её карьера не была под угрозой, но в настоящий момент — это последнее, что волновало девушку. Её Сонджу улетал через два дня, а она оставалась. Их отношениям как раз исполнилось 1,5 года, а теперь они должны были закончиться. Су Нин не могла в это поверить. Работа с Ван Ибо обещала перспективы, разлука с любимым пророчила депрессию. Бросить работу и семью в Китае и последовать за Ким Сонджу? А захочет ли он этого? Она в совершенстве знала корейский и не переживала по поводу работы, хоть та, возможно, и будет не такой престижной и прибыльной. Но при этом Ким Сонджу продолжает быть айдолом, поэтому они должны будут продолжать скрывать свои отношения. Работая с другими молодыми группами или в шоу, девушка не сможет видеться с любимым вообще. Проще остаться с Ван Ибо: так будет хоть какой-то шанс, что парни из группы будут встречаться, и она изредка, но будет видеть своего возлюбленного. В дверь комнаты постучали, и не успела девушка подняться с кровати, как в комнату заглянул Ким Сонджу. — Можно я войду? — тихо спросил он. Су Нин кивнула и, не выдержав больше, расплакалась. Айдол сел рядом и обнял её. — Не плачь, Малыш! Мы ведь что-нибудь придумаем, правда? Ты мне веришь? Мы ведь не расстаёмся! — парень сам был в очень подавленном состоянии. — Я не знаю, что нам делать. Ты ведь улетаешь уже через 2 дня, а мы так ничего и не придумали. — Может улетим в Сеул вместе? — Сонджу, ты ведь айдол. Нам не позволят общаться. А если узнают, что у нас был роман, то моей карьере конец. Кто возьмёт на работу менеджера, которая спала со своим подопечным. — Я могу уйти из шоу-бизнеса. В крайнем случае, никто не помешает мне всё бросить. Да и не думаю, что нас с Сынёном кинутся раскручивать по отдельности, тем более в Южной Корее? Кому мы там нужны? Либо пытаться пробиться в другие группы, либо в актёры. Но мне уже не 15, чтоб с молодыми парнями снова группу создавать. Я же не Сяо Чжань, на подростка не тяну. Ким Сонджу очень хотел утешить любимую, но он также не представлял их общую совместную жизнь на данном этапе их карьеры. Он не хотел подставлять Су Нин, ставить её в неловкое положение из-за романа с ним — это действительно могло ей серьёзно навредить.       Чо Сынён даже не удивился, когда пошли разговоры о распаде группы. «Думал хуже уже быть не может, однако — может! Всё для тебя, Сынён. Теперь вообще Ибо видеть не будешь», — думал он. Конечно, всё произошло не за один день, ребят готовили заранее к такому исходу. Но когда до расставания осталось 2 дня, парень хоть и старался сделать вид, что всё хорошо, но у него, конечно же, не получалось. Ван Ибо, забыв прошлые обиды, в эти дни много обнимал своего друга, и даже согласился на просьбу Сынёна две оставшиеся ночи спать с ним (предварительно, конечно, спросив разрешения у Сяо Чжаня). Сам Сяо Чжань тоже очень сильно переживал, и он чувствовал настроение своего любимого, поэтому страдал вместе со всеми участниками UNIQ. А в те две ночи, что его любимый спал в одной кровати с другом (Сяо Чжань посчитал это ужасной идеей, но возмущаться не стал), так вообще практически не сомкнул глаз, изо всех сил прислушиваясь и пытаясь понять, что там чувствует его муж. Но последний, в отличии от него самого, спал как убитый и ничего непотребного не чувствовал. Сяо Чжань даже был немного разочарован — зря выходит две ночи не спал и сторожил.       Ким Сонджу и Чо Сынён вернулись к себе домой, а Су Нин, так и не решив, что ей делать, осталась в Китае. И она бы, наверное, сошла с ума или впала в депрессию от безысходности, но ей на помощь, как и всегда, пришла Су Джи. Понимая, как сейчас сложно её сестрёнке, но ещё даже не догадываясь, что та влюблена в подопечного, она пригласила её домой поболтать и выпить. И за бокалом вина, плача, Су Нин призналась сестре о романе с Ким Сонджу. — Милая, почему ты мне раньше не рассказала? — обнимая сестру, спросила шокированная Су Джи. — Я боялась тебя разочаровать. Первый проект и сразу отношения с подопечным. — Конечно, это не профессионально, но я бы в любом случае тебя поддержала. Но, надо отдать тебе должное, ты замечательно от всех сумела скрыть. — Не от всех, — вздохнула Су Нин. — Ван Ибо и Сяо Чжань сразу догадались. — Ну, эти двое вообще не от мира сего, и почему я не удивлена. Но они никому вас не сдали, уже хорошо. — И что мне делать, сестра? Ким Сонджу зовёт к нему, но я не представляю, как объяснить это в агентстве. — Не надо тебе сейчас к нему ехать. Оставайся пока с Ван Ибо. — Я не могу так, сестрёнка. Я не могу бросить Сонджу. — Зачем сразу бросать? Но остаться с Ван Ибо — пока единственный выход, твой парень должен это понять. Сорвавшись сейчас в Южную Корею, ты рискуешь репутацией — это слишком очевидно, если ты сразу после его отъезда рванёшь вдруг в Сеул. Уж в агентстве точно не дураки. Да и группа формально ещё существует, а ты по-прежнему менеджер, если конечно не сглупишь и не уволишься. А так ты можешь прикрываться делами группы и самим Ван Ибо. Он сейчас одна из самых перспективных звёздочек, он даже ножкой уже может потопать немножко. Вот и пусть топает: «Макнэ хочет к хёну. Соскучился». Уверена, продюсеры пойдут на встречу, не его самого в Сеул, так Сонджу твоего и второго, как его там, в Пекин привезут. Не часто, но всё равно сработает. А одного Ван Ибо точно не отправят, конечно же, ты с ним отправишься. Ван Ибо должен тебе за твою помощь с Сяо Чжанем, пусть теперь он помогает. Плюс, ты говоришь, он давно знает о вас. — Это отличный план, но мы же не сможем так вечно макнэ прикрываться и урывками видеться. — Я и не говорю, что вечно. Но мы сейчас вообще не понимаем, что дальше будет. Давай подождём, как будут развиваться события с корейско-китайским шоу-бизнесом, как твой Ким Сонджу устроится, где работать будет. А потом уже решите. Не торопись, уйти из агентства всегда успеешь. — А вдруг наши отношения не переживут разлуки? — Значит, эти отношения яйца выеденного не стоят. У тебя есть живой пример перед глазами — Ван Ибо и Сяо Чжань. Сколько они уже вместе? И как часто видятся? Они как-то решили для себя эту проблему. Поговори с Ван Ибо, может он даст совет, и не стесняйся просить его о помощи. — Ты права. Я поговорю и с Сонджу, и с Ибо. Надеюсь, они меня поддержат. Ким Сонджу и правда поддержал эту идею, как и Ван Ибо.       Слухи о ситуации с UNIQ, конечно же, дошли и до других групп. Ребята из X-Nine, зная, что их лидер дружит с участниками группы, понимали, что тот расстроен. Они старались его поддержать. Даже Пэн Чуюэ перестал сильно его домогаться и поддерживал тоже, хотя сам он мысленно ликовал, и ничего не мог с этим поделать. Прошло уже очень много времени, а он так и не смог завоевать ни сердца, ни тела Сяо Чжаня. Даже взаимодействия ради фансервиса никак их не сближали. А ещё, никто так и не узнал, с кем так активно переписывается их лидер, причем не с основного телефона. У членов группы был только один номер Сяо Чжаня, так что было очевидно, что второй номер используется исключительно в личных целях, и существует только для какого-то важного человека. Участники группы предполагали, что это какая-то знаменитая певица или актриса, которая и поспособствовала знакомству их друга с UNIQ, и, вполне возможно, что Сяо Чжань знает и других знаменитостей. Пэн Чуюэ же был уверен, что Сяо Чжань — гей, и думал, что, учитывая красоту друга, тот встречается либо с политиком, либо с бизнесменом. Однако всё ещё было не понятно, как те умудряются встречаться, ведь Сяо Чжань всегда был с ними на виду, а одними переписками сыт не будешь, и, каким бы ни был замечательным и красивым айдол, такие отношения давно бы изжили себя. Но шло время, а их лидер продолжал каждый день с кем-то переписываться.       Чэнь Цзэси о том, с кем встречается его друг, старался не думать, хотя ему было любопытно. Сам он в общих обсуждениях товарищей, которые проходили за спиной Сяо Чжаня, не участвовал, но теория у него всё же была: он считал, что это кто-то из руководства Yuehua Entertainment, ведь не зря за ним тогда приезжала сотрудница именно этого агентства. При этом, он не разделял мнения, которое как-то всё же высказал вслух Пэн Чуюэ, что Сяо Чжань — гей, так как сколько бы он не наблюдал за другом, никогда не видел в нём хоть какого-то интереса к мужчинам. К женщинам он правда интереса тоже не наблюдал, но в их окружении их особо и не было, а те немногие из обслуживающего персонала, были намного старше, и даже у самого Чэнь Цзэси никаких эмоций не вызывали, хотя он был однозначно натуралом. Но Сяо Чжань ведь жил с ними круглосуточно, и, даже не считая самих участников, парней и мужчин из стаффа тут было хоть отбавляй, на любой вкус и цвет, но Сяо Чжань смотрел на всех с одинаковым равнодушием. К коллегам по группе же всегда относился с теплотой и заботой, но никаким желанием, страстью, не говоря уже о любви, тут и не пахло. Правда Чэнь Цзэси всё же довелось узнать, как он был не прав.       В один из дней к парням буквально влетела менеджер и сообщила, что они будут участвовать в телешоу Day Day Up. Сяо Чжань об этом уже знал, но, естественно, никому не сказал, ведь именно в этом шоу был ведущим его Ибо, и тот заранее, по секрету, сообщил своему мужу, что ведутся переговоры с их агентством. Конечно, все были взволнованы. — Там же будет Ван Ибо, да? — спросил Ян Сюйцзя. — Чжань-Чжань, а вы ещё дружите с ним? От Чэнь Цзэси не укрылось, что Сяо Чжань вдруг напрягся и, как будто, занервничал, но быстро взял себя в руки. — Дружим, — ответил он. — Периодически созваниваемся. Сам Сяо Чжань, несмотря на то, что заранее знал об участии в шоу, сильно нервничал. Во-первых, они очень давно не виделись с Ван Ибо; во-вторых, так вышло, что остальные ведущие Day Day Up узнали, что их коллега и Сяо Чжань встречаются. Так получилось, что ведущие шоу Ван Хань, Да Чжанвэй и Цянь Фэн стали для Ван Ибо настоящей семьёй. Они относились к нему как к младшему брату, баловали и очень сильно поддержали морально после формального распада UNIQ. Сяо Чжань был счастлив, что у его мужа появились настолько ставшие родными люди. Сам он по-прежнему не мог находиться рядом с любимым, он всё ещё жил с мемберами X-Nine и с нетерпением ждал, когда уже их группа развалится, и он, как и его возлюбленный, сможет жить отдельно. Такой тёплой и крепкой дружбы, как между парнями из UNIQ, в его группе не получилось. Как-то в разговоре по телефону, Ван Ибо признался Сяо Чжаню, что испытывает к со-ведущим из Day Day Up чувства, отдаленно напоминающие те, что он испытывал к своему дяде Лань Цижэню и к брату Лань Сичэню.       Сяо Чжань и Ван Ибо скучали по родным из прошлой жизни. Было прекрасно, что ритуал удался, и их души навсегда связались вместе. Но теперь они вынуждены были всю жизнь тосковать по родным и близким из уже давно не существующих кланов, переживать в душе боль потери, а ведь это только их вторая жизнь. — Что будет в нашей следующей жизни? Не будет ни Ким Сонджу, ни Ли Вэньханя, ни других. Мы только начали эту жизнь, нам ещё столько людей встретятся на пути. Мы всех их будем помнить и страдать после потери? — как-то расчувствовался Ван Ибо, когда парни разговаривали по телефону. — Я боюсь об этом думать. Очень боюсь. Знаешь, я даже хочу у тебя попросить прощения, Лань Чжань. — За что это? — Я тебя в это втянул. Мы прожили одну очень длинную жизнь, возможно, стоило на этом остановиться. Но теперь, мы вынуждены будем переживать потерю близких снова и снова. — Наши души бы всё равно перерождались и без связи. А ты же знаешь, какой я собственник, я даже думать не хочу, что было бы, не соверши мы ритуал. Ты бы сейчас жил заграницей с девицей, и она рожала бы тебе детей. — Почему это сейчас звучит так ненормально? — рассмеялся Сяо Чжань. — Потому что это и есть ненормально! Ты мой! Никаких левых девиц и детей! — Я скучаю по А-Юаню, — вдруг грустно сказал Сяо Чжань, как только Ван Ибо упомянул в разговоре детей. — Как он жил потом без нас? Как умер? — Я тоже, диди. Просто нереально скучаю. Но пытаюсь не думать о нём и … Ай, давай не будем, пожалуйста, я сейчас расплачусь. А у меня тут теперь образ крутого парня, ты помнишь? — Конечно помню, моя Зефирка! — Вэй Усянь!!! — Всё молчу, молчу! Мой крутой молодой Нефрит, самый крутой из всех самых крутых!       Однажды, репетируя с парнями из группы очередной танец для выступления, Сяо Чжань вдруг почувствовал сильное чувство вины со стороны Ван Ибо. Их магическая связь крепла с каждым днём, и, хотя они по-прежнему не могли легко читать мысли друг друга, не теряя при этом энергии, особенно на большом расстоянии, эмоции они чувствовали 24 на 7. Было чувство, что чем дальше, тем больше они становятся единым целым. Это было немного странно, постоянно ощущать не только свои, но и чужие эмоции, но они учились с этим справляться и жить.       Сяо Чжань почувствовал, что его муж очень сильно за что-то пытается извиниться. Это отвлекало от танца и немного напрягало, а ещё Сяо Чжань, конечно же, переживал. «Каминг-аут», — услышал он в голове, и в сотый раз разозлился от того, что этот несносный Ван Ибо снова перенапрягается и теряет энергию, чтобы донести до него мысли. Тем более, что этим он не успокоил, а ещё больше перепугал своего мужа. Сяо Чжань, конечно же, сбился с ритма, и даже умудрился запутаться в ногах и упал бы, если бы его не подхватил находящийся ближе всех Пэн Чуюэ.       «Я тебя убью сейчас!!!» — мысленно заорал Сяо Чжань, глядя на стоящего рядом Пэн Чуюэ, обращаясь одновременно и к мужу, и к обнаглевшему коллеге, который не спешил убирать руки с его талии. Он попросил у ребят перерыв на несколько минут, чтобы попить воды, отдышаться и попытаться выяснить, пора ли им уже прямо сейчас срываться и бежать из материкового Китая в Тайвань, или можно закончить репетицию танца. Кому там признался в нетрадиционной ориентации Ван Ибо? Уж не правительству ли Китая? «Кому???» «Братьям Day Day Up» «Всё хорошо?» «Да. Но я назвал твоё имя» «Ты им доверяешь?» «Да» «Хорошо. У меня репетиция» «Прости» После этой небольшой передачи мыслей, Сяо Чжань тут же получил от мужа заряд энергии, и он был благодарен, потому что репетировать ещё долго, а передача мыслей — дело ещё пока очень энергозатратное. Вечером парни поговорили. Ван Ибо рассказал, что признался об отношениях с Сяо Чжанем Ван Ханю и Цянь Фэню. Да Чжанвэя с ними не было, он пораньше ушёл со съёмок, но ему он теперь тоже, конечно же, расскажет. Его ориентацию братья приняли отлично и теперь просто мечтали познакомиться лично с человеком, который смог каким-то непостижимым образом завоевать неприступное, как им казалось, сердце их младшего. Ван Ибо обрадовался такой реакции, но тут же начал переживать, что не стоило ему говорить имя возлюбленного, не посоветовавшись. Он испугался реакции мужа, но было уже поздно. Именно поэтому, когда Ван Ибо, а позже менеджер X-Nine, сообщили об участии группы в шоу — Сяо Чжань занервничал. Ведь он поедет фактически на смотрины. В итоге, на съемках нервничали все: Сяо Чжань боялся не понравиться коллегам мужа; сам Ван Ибо боялся, что его братья не понравятся Сяо Чжаню; братья боялись ляпнуть лишнего; Чэнь Цзэси боялся, что ему придется сразиться, пусть и не в серьёзном, но всё же танцевальном баттле с Ван Ибо, и боялся опозориться; Пэн Чуюэ не хотел, чтобы Сяо Чжань лишний раз общался с Ван Ибо; а остальные члены группы X-Nine и их менеджер просто сильно нервничали на всякий случай. Но, несмотря на все переживания, съёмки проходили очень хорошо и даже спокойно. Менеджер группы была счастлива, Сяо Чжань светился как лампочка, Ван Ибо тоже был в прекрасном настроении, ведущие были довольны, что их младшенький счастлив — идиллия. Съёмки проходили в двух локациях: на природе, и в студии. На улице особо поговорить не удалось, а вот уже в студии все участники группы смогли получше познакомиться с ведущими шоу, немного поговорить, а также достаточно весело отснять половину запланированного шоу. Дальше следовал перерыв, на котором все разошлись по отведенным гримёркам передохнуть. Буквально через несколько минут в гримерку X-Nine заглянул Ван Ибо. — Чжань-гэ, пойдём, поболтаем! — позвал он, и Сяо Чжань, конечно же, поспешил за ним. — Какой-то этот Ван Ибо сегодня довольный, — сказал Го Цзыфань, как только ребята вышли из гримёрки. — Он вроде на этом шоу всегда такой, — возразил Чэнь Цзэси. — Тем более они с Чжань-Чжанем дружат и давно не виделись, вот и обрадовался, наверное. — Что в нём все такого находят? — процедил Пэн Чуюэ. — Ничего особенного в этом Ван Ибо нет. — Ну он талантливый, да и как человек, видимо, хороший. Чэнь Цзэси до конца перерыва решил сходить в уборную. Он уточнил у кого-то из персонала дорогу, но вот на обратном пути явно свернул не туда и, поплутав какое-то время, понял, что заблудился. Он уже решил позвонить менеджеру, чтобы помогла ему найтись, как вдруг услышал шорох и, как будто, даже шёпот. Правда, звуки доносились из-за тёмного угла коридора, но Чэнь Цзэси решил, что возможно за поворотом как раз нужный ему коридор, раз он слышит какое-то движение. Поэтому он включил на телефоне фонарик и быстро направился за угол.       Но там оказался не коридор, а тёмный тупик, и именно туда ворвался с фонариком Чэнь Цзэси и застыл как вкопанный: он буквально налетел на целующихся Ван Ибо и Сяо Чжаня. При этом у парней были спущены штаны, и пока руки Сяо Чжаня лежали на плечах Ван Ибо, тот своей широкой ладонью обхватывал оба члена и, судя по выражению лица обоих, не оставалось никаких сомнений, что если бы не посторонний, то именно сейчас парням бы стало максимально хорошо. Но Чэнь Цзэси, к сожалению, нарушил все планы. Он в ужасе замер, не понимая, что ему теперь делать. Парни, ослеплённые ярким светом, замерли тоже, но Ван Ибо, первым сориентировавшись, осторожно переместил Сяо Чжаня в угол и прикрыл его своим телом, не давая больше возможности посторонним увидеть лишнего. — Отличная реакция, Бо-ди, — усмехнувшись, сказал Сяо Чжань. — Часто так молоденьких парней по углам зажимаешь? — Молоденьких? Нет, мне с недавних пор подавай постарше, — тихо рассмеялся Ван Ибо и чмокнул своего мужа в нос. — Парни, п-п-простите, я правда не специально, — смог, наконец, произнести Чэнь Цзэси. — Фонарь выруби, придурок! Дай в порядок себя привести, — уже грубо произнёс Ван Ибо. Во вновь образовавшейся темноте, парни стали поправлять одежду. — Нам однозначно нужно что-то менять в жизни, — вздохнул Сяо Чжань. — Мы так точно станем импотентами. — Друзей нам тебе нужно поменять, Чжань-гэ! — воскликнул Ван Ибо и продолжил, обращаясь уже к Чэнь Цзэси: — Вот скажи, какого хрена ты тут ещё стоишь? Свали, нахрен, отсюда! — Ребята, простите! Я не знаю куда идти. Я заблудился, — Чэнь Цзэси готов был сквозь землю от стыда провалиться. Ван Ибо тяжело вздохнул. — Да ладно тебе, не дуйся, ну сами ведь виноваты, — прошептал Сяо Чжань. Парни молча отправились к гримёркам. Чэнь Цзэси чувствовал себя отвратительно. Ван Ибо и Сяо Чжань шли молча, ничего не говорили ему, не высказывали никаких претензий, но от этого было только хуже. С другой стороны, теперь для него всё встало на свои места: Сяо Чжань встречается с Ван Ибо. Без сомнений они вместе уже очень давно, именно с Ван Ибо организовывали для их лидера встречу, и именно поэтому лидер UNIQ тогда просил позвонить Сяо Чжаню своего макнэ. Подойдя к гримёркам, они разошлись, и Чэнь Цзэси поразился, насколько он раньше был слеп и не замечал очевидных вещей. Ведь у Сяо Чжаня на лице всё было написано: он смотрел на Ван Ибо с такой нежностью и любовью, что не нужно было видеть той пикантной сцены, чтобы понять, что он по-настоящему любит парня. Чэнь Цзэси не был хорошо знаком с Ван Ибо и не знал, как тот ведёт себя обычно с другими людьми, но то, что Сяо Чжань рядом с ним менялся, не вызывало сомнений. Весь оставшийся день Чэнь Цзэси не смел даже взглянуть на Сяо Чжаня. Когда пришло время танцевального баттла с Ван Ибо, он молился всем известным богам, чтобы не запутаться в ногах и не опозориться. Чувствовал он себя отвратительно.       Уже ночью, в общежитии, Чэнь Цзэси долго ворочался в постели, сон не шёл, и парень, отчаявшись заснуть, вышел в общую гостиную и устроился на диване. Не то, чтобы его смутила сексуальная ориентация друга, его скорее поразил выбор партнёра. Ван Ибо младше Сяо Чжаня на 6 лет, он посчитал. Когда они успели так сильно влюбиться, как они умудряются сохранять отношения на расстоянии, почему их увлечению друг другом потакает и менеджер UNIQ и, в своё время, их бывшая менеджер Су Джи? Мемберы UNIQ тоже явно знали об отношениях парней, достаточно вспомнить, как тепло и с каким уважением они общались с Сяо Чжанем, и вообще, относились к нему практически как к члену их группы. Может Сяо Чжань стажировался с ними, но его в результате не взяли в группу, но парни сохранили дружеские отношения, а с Ван Ибо ещё и стали встречаться, как пара? Но как Сяо Чжаня могли в таком случае не включить в состав группы? Нет, это исключено. — Цзэси, — услышал он тихий голос Сяо Чжаня и вздрогнул. — Мы можем поговорить? Он утвердительно кивнул, и его друг сел рядом с ним на диван. — Ты избегаешь меня целый день. Это из-за нас с Ибо? Тебе теперь неприятно со мной общаться? — Сяо Чжань тяжело вздохнул. — Что ты, нет! Как ты мог такое подумать? — воскликнул Чэнь Цзэси. — Я переживаю, что увидел то, что не должен был видеть и боялся, что ты винишь меня в этом. Да и вообще, некрасиво получилось, мне очень стыдно. Прости Чжань-Чжань. — Перестань, мы сами виноваты. Не стоило так опрометчиво себя вести. Просто мы давно не виделись и не смогли сдержаться. Это правда ничего не меняет между тобой и мной? — Конечно, нет! Сяо Чжань с облегчением выдохнул. Они какое-то время молча сидели, погружённые в свои мысли. — Как давно вы встречаетесь? — задал очень интересующий его вопрос Чэнь Цзэси. — Это сложный вопрос, на самом деле, — ответил, задумавшись, Сяо Чжань. — Мы знакомы с детства, и мне кажется, любили друг друга всю жизнь. А когда мы стали именно встречаться? Как Ибо исполнилось 18, я думаю. — Это так необычно, Чжань-Чжань. Как вы умудряетесь сохранять отношения? Ты ведь всегда у нас на виду, вы же не видитесь, вообще. И как он реагирует на фансервис? Он же видит всё. — Ну у Ибо в UNIQ тоже был фансервис, они с Ким Сонджу очень правдоподобно изображали крепкую дружбу, однако при этом все мемберы UNIQ знали, что мы встречаемся. Я думаю, ты заметил, что между мной и Сонджу не было и нет никаких претензий друг к другу. Это часть нашей работы. Для Ван Ибо шоу-бизнес — вся его жизнь. Он с 13 лет начал стажироваться и любит свою работу. А я люблю его и всегда буду поддерживать, даже если из-за этого мы не можем часто видеться. — А ты? Ты же тоже в шоу-бизнесе. — А я уже давно пожалел, что также решил выбрать этот путь. Это было скорее эмоциональным порывом, я хотел окунуться в мир любимого человека. Но оказалось, что это — не моё. Точнее, мне нравится быть на сцене, но вот эта закулисная жизнь участника группы — не для меня. Я скучаю по тем временам, когда работал простым дизайнером. — А как восприняли всё это твои родители и друзья? — Мою ориентацию или то, что я стал айдолом? — Как они восприняли то, что ты встречаешься с Ван Ибо? — Они не знают. Они не приняли мою ориентацию, про Ибо я им тем более не стал рассказывать, просто ушёл из дома. Чэнь Цзэси был поражён. Фактически, его друг бросил всё ради любимого человека. Семью, работу, подался в чуждый ему шоу-бизнес, чтобы быть немного ближе к возлюбленному. Но понимает ли Ван Ибо на какие жертвы ради него пошёл Сяо Чжань? Чувствует ли, как ему повезло? Что если Ван Ибо не ценит Сяо Чжаня так, как тот того заслуживает? Чэнь Цзэси очень дорожил дружбой с их лидером, ему всегда хотелось это доказать, чтобы Сяо Чжань в нём не сомневался. И теперь он очень боялся за друга. Ван Ибо ещё слишком молод, по слухам, его карьера только набирает обороты, вспомнит ли он о Сяо Чжане, когда окажется на вершине славы? Что, если для него это просто игра, пока нет кого-то более подходящего? Чэнь Цзэси успел за год дружбы понять, что Сяо Чжань искренне и серьёзно влюблён, но Ван Ибо ему не внушал доверия. — Почему он? — всё же спросил парень. — Ведь он ещё совсем мальчишка? Уверен, что он чувствует к тебе хоть столько же любви, как ты? — Уверен, Цзэси. Он замечательный. И я бы хотел всем людям пожелать, чтобы их любили хотя бы вполовину так же, как он любит меня. И поверь, он тоже многим пожертвовал ради меня, гораздо большим, чем ты можешь себе представить. И я люблю этого невероятного, смелого, потрясающего мальчишку. — О ком ты сейчас говоришь, Чжань-Чжань? — вдруг услышали они голос Пэн Чуюэ и вздрогнули. Пэн Чуюэ стоял у входа в гостиную, прислонившись к дверному косяку и смотрел на парней. — Так о ком речь? Кого вы обсуждаете? — Я рассказывал Цзэси о своём парне, — спокойно ответил Сяо Чжань. — И кто он? Кто этот невероятный, смелый и потрясающий мальчишка? — передразнил Пэн Чуюэ. — Извини, но я не назову тебе его имени. — Но Цзэси знает, ему ты назвал! — Я тоже не знаю, успокойся, — ответил вместо друга Чэнь Цзэси. — И вообще, давайте спать. Парень встал с дивана и направился в спальню, Сяо Чжань последовал за ним.       Популярность X-Nine практически сошла на нет, и, несмотря на подписанные контракты, парней отправили по домам. У них ещё были запланированы редкие выступления, Сяо Чжаню и Чэнь Цзэси предложили сняться в низкобюджетной дораме, но в целом, они стали относительно свободны, правда эта свобода пугала своей бесперспективностью. Но Сяо Чжань и Ван Ибо были этому даже рады: наконец, за все эти годы у них появилась возможность проводить время вместе. Ван Ибо и Су Нин в то время жили в основном в Шанхае, агентство снимало им там квартиры, и именно в квартире у мужа тайно поселился Сяо Чжань. Это было какое-то потрясающе спокойное время. Ребята так часто виделись, как не могли себе позволить раньше. Фактически это была их первая совместная жизнь в этом перерождении. Первое время парни постоянно занимались сексом. Это был какой-то нереальный сексуальный марафон, в выходные они даже не пытались одеться. Их секс всегда был очень страстным и достаточно грубым, и в какой-то момент Сяо Чжань даже стал переживать, а выдержит ли это его тело такие нагрузки. Но его муж был ненасытен. И эта страстная сторона холодного и неприступного Лань Ванцзи смешивалась с дерзостью и сумасшедшим желанием ещё очень молоденького Ван Ибо. Это несомненно привносило в их сексуальную жизнь изюминку. Лань Чжань всегда брал своего мужа грубо, по-собственнически. И пусть секс и был немного однообразен, но Вэй Ину нравилось это: крупный твёрдый член в его заднице превращал могущественного Старейшину Илина в податливую мягкую игрушку. Но в Ван Ибо, помимо характера второго Нефрита, присутствовал ещё азарт и неукротимая любовь к разнообразному сексу, поэтому Сяо Чжань мог с уверенностью сказать, что в квартире не было поверхности, на которой бы его не взял Ван Ибо, а в Камасутре, возможно, уже не осталось поз, которые бы они не испробовали. «До ста лет я так точно не доживу», — подумал Сяо Чжань как-то утром, сползая с кровати в душ. А ещё парни пытались практиковаться в магии. Они чувствовали свои духовные силы, но те были слабы. Они попытались найти Бичэнь и Суйбянь, надеясь, что те осели где-нибудь в музеях древности или в антикварных лавках, но так и не нашли. — Я всё же думаю, что с заклинателями что-то произошло, а люди уничтожили всё, что было с нами связано, включая книги и оружие, — размышлял Сяо Чжань. — Я согласен, диди. Ни одного упоминания о нас, как будто и не существовало заклинателей. Они просто переписали историю. — Но как они смогли уничтожить Ванцзи и Чэньцин? — Так нас с ними должны были похоронить. — Ну и где наши могилы? Я не особо понимаю, если честно, где географически наш Гусу находится. — Ну там же где и сейчас, я думаю. В провинции Цзянсу. — Поедем искать? Пещеру Холодного омута поищем, вдруг клан Гусу туда спрятал библиотеку и оружие. — И как мы попадем в пещеру, Вэй Ин? У меня ленты нет. — Точно. Блять, почему так сложно всё? — А вот ты скажи, зачем нам это? Ну, найдём, и что? Пусть заклинатели остаются в прошлом, раз так исторически сложилось. — Не знаю. Просто я очень скучаю. Хочется найти хоть какие-то родные вещи из нашей прошлой жизни. — Я понимаю тебя, но давай, если и решим заняться поисками, то позже. Сейчас мы всё равно не сможем спокойно путешествовать. — Я просто переживаю, Лань Чжань. В тот день, когда мы мысленно чуть не убили друг друга, я правда почувствовал Чэньцин. Я тогда был в панике, злился на тебя и вдруг почувствовал силу. — Я не думаю, что сейчас вообще стоит использовать наши силы, Вэй Ин. Я боюсь представить, что было бы, если бы тебя в таком состоянии увидели ребята из X-Nine. Нам не стоит использовать в этой жизни свои магические способности. Я думаю, уже наших взглядов людям достаточно. Но мы можем сосредоточиться пока на нашем мысленном общении. — Ты прав, Лань Чжань. Давай так и поступим. Я постараюсь не думать часто о нашем прошлом, сосредоточусь на настоящем и будущем. Но как они не старались, прошлое всё равно не отпустило их. И произошло это из-за них самих, точнее, из-за автобиографической новеллы, которую написал Ван Ибо, и которую уговорила опубликовать под чужим именем Су Нин. Новелла «Магистр дьявольского культа», выпущенная якобы писательницей Мосян Тонсю, стала бестселлером.